Ду Гу Мохань отнёс Руань Ча-ча в виллу и усадил на диван. Чжу Чанъюй, Вэй Шилэй и только что вернувшийся Хань Аньнань тут же обеспокоенно засыпали её вопросами.
— Ча-ча, как ты могла выбежать на улицу без обуви и нормальной одежды? — Вэй Шилэй был поражён. Босиком по снегу — разве это не ледяной ад?
Руань Ча-ча дрожащими руками сделала пару глотков горячей воды:
— Я увидела с балкона, как кто-то упал и лежит неподвижно… Сразу побежала проверить, даже не подумала ни о чём. Обувь-то была, просто в снегу застряла…
Кто бы знал, что это окажется тот извращенец Цюй Мо! Если бы я поняла заранее, то спустилась бы, лишь хорошенько укутавшись с ног до головы.
Цюй Мо сидел напротив и пил горячую воду, время от времени бросая на неё взгляды. Руань Ча-ча страшно боялась его — только бы он не прицепился!
Она перевела глаза на куртку Хань Аньнаня — странного, болотно-зелёного цвета. Очень уж она подходила характеру того психопата Цюй Мо.
Видимо, они действительно поменялись куртками. Независимо от того, следит ли он за ней на самом деле, ей придётся быть осторожной. Особенно после развода с Ду Гу Моханем — тогда опасность возрастёт многократно.
Хань Аньнань взял её за запястье, чтобы прощупать пульс.
— Простудилась немного. Быстро прими горячий душ и ложись спать, а то заболеешь, — сказал он и осмотрел её ступню. К счастью, серьёзных повреждений не было.
Однако…
— Почему у тебя щиколотка так покраснела? — спросил он, внимательно разглядывая кожу. — Похоже, будто её сильно сжали пальцами.
Ду Гу Мохань мельком взглянул и не придал значения — решил, что обувь натёрла, когда она шла по снегу.
А вот Цзи Жусы нахмурился и бросил пристальный взгляд на Цюй Мо…
Лицо Руань Ча-ча побледнело.
— Наверное, просто неудобно было идти по снегу… Когда вытаскивала ботинок, задела щиколотку… — «Ещё бы хорошенько вымыться, — подумала она про себя, — после контакта с этим Цюй Мо».
Хань Аньнань, однако, не поверил: обычные ботинки не могут оставить такой след.
Бай Синь с досадой посмотрела на Руань Ча-ча:
— Раз знала, что нога травмирована, зачем вообще приехала? Зачем лезть туда, где не просят?
Мохань ведь держал её на руках!
Шэн Ся подхватила:
— Если тебе плохо, может, лучше поскорее домой? — сказала она с видимым сочувствием, но внутри всё кипело от зависти: Мохань лично принёс Ча-ча на руках! Значит, он не так уж безразличен к ней.
Руань Ча-ча чувствовала всю их враждебность. Вероятно, всё дело в том, что она сейчас жена Ду Гу Моханя — и потому вызывает у них такое раздражение.
— Простите меня… Это моя вина. Мне не следовало ехать сюда. Я ведь знала, что моё присутствие создаёт неудобства для вас и Моханя-гэ… Ууу… Я бы и сама дошла обратно, если бы поняла… Просто не хотела никому мешать…
Её слова ударили точно в цель: она прямо при всех раскрыла истинные чувства двух женщин к Ду Гу Моханю. Бай Синь ещё могла сохранить лицо, но Шэн Ся побледнела от смущения.
Цюй Мо уже перестал пить воду и теперь не отрывал взгляда от Руань Ча-ча. Её мягкий, чуть дрожащий голос будто врезался ему в душу, оставив там неизгладимый отпечаток. Что там делает Шэн Ся — его совершенно не волновало.
Слова Ча-ча мгновенно изменили атмосферу в комнате. Мужчины и так были недовольны репликой Бай Синь — как можно так грубо говорить с девушкой, которая чуть не замёрзла насмерть?
Ду Гу Мохань сверкнул глазами и рявкнул на Бай Синь:
— Ты вообще умеешь говорить?! Если нет — проваливай подальше!
На Шэн Ся он не стал кричать — всё-таки она приехала с Цюй Мо.
Бай Синь не могла поверить своим ушам. Она с изумлением уставилась на Ду Гу Моханя — неужели он сказал ей такое?
Вэй Шилэй возмутился:
— Бай Синь, ты совсем совесть потеряла? За границей училась, так научилась только наглости, что ли?
Чжу Чанъюй положил руку на плечо друга:
— Именно! Хорошего не усвоила, а плохое довела до совершенства. Респект!
Даже Цзи Жусы усмехнулся:
— Верно подмечено.
Бай Синь молчала, вся покраснев от злости. Она сжала кулаки: «Подождите, скоро я заполучу Ду Гу Моханя, и тогда вы все исчезнете из его жизни. Пока надо терпеть».
Хань Аньнань предупредительно посмотрел на неё:
— Ча-ча приехала по моей просьбе. У тебя есть возражения?
Бай Синь сразу замолчала, но внутри всё кипело от обиды. Что в ней такого особенного? Ведь раньше, когда она расследовала прошлое Руань Ча-ча, все без исключения отзывались о ней плохо. А теперь?
Шэн Ся почувствовала на себе их холодные, осуждающие взгляды и опустила глаза.
— Братец! — воскликнул Чжу Чанъюй, услышав слова Ча-ча. — Ты совсем слеп? Такая девушка рядом, а ты её не ценишь!
Вэй Шилэй даже говорить не хотел, лишь покачал головой:
— Мохань, при твоём поведении тебе остаётся выходить из дома только в полдень.
Ду Гу Мохань не удивился новой порции упрёков — он уже почти привык.
— Почему? — недоумевал он. — Из-за пары фраз Ча-ча мне теперь нужно выбирать благоприятный час для прогулок?
Цзи Жусы захлопнул книгу:
— Потому что рано или поздно получишь по заслугам.
Вэй Шилэй одобрительно хлопнул его по плечу:
— Ты меня понял.
Ду Гу Мохань мрачно молчал: «…Обязательно порву с вами все отношения!»
Руань Ча-ча опустила голову, будто расстроенная, но на самом деле с трудом сдерживала смех. «Ребята, вы просто великолепны!»
Она искренне растрогалась, но решила сыграть свою роль до конца:
— Не ругайте так Моханя-гэ и Синь-цзе… Наверное, я действительно её расстроила — ведь я постоянно мешаю им проводить время вместе… Это моя вина.
Вэй Шилэй мягко утешил её:
— Перестань так говорить о себе! Если кто-то ведёт себя неправильно — это не твоя обязанность всё на себя брать. Мы прекрасно видим, кто прав, а кто виноват.
Хань Аньнань бросил укоризненный взгляд на Ду Гу Моханя:
— Посмотри, что ты наделал! Ча-ча, ты молодец. Единственная твоя ошибка — слишком много потакаешь Моханю.
Чжу Чанъюй согласился:
— Да, бей его! Если злишься — бери палку и колоти! Так хоть станет легче. Не надо всё на себя взваливать.
— Я знаю, где палка, — внезапно вставил Цзи Жусы, даже не отрываясь от книги.
Ду Гу Мохань скрипнул зубами:
— …Вы, конечно, лучшие друзья!
— Горькая правда полезна, — заявил Чжу Чанъюй, прижимая к груди подушку и качая головой. — Мы учим тебя жить. По-моему, тебя давно пора «лечить» — а то совсем испортишься.
Бай Синь робко вставила:
— Между мной и Моханем ничего нет. Вы зря так обо мне говорите.
— Мохань можно ругать, но почему вы верите словам Ча-ча? — Ду Гу Мохань ухватился за эту мысль. — Ведь сами участники говорят, что между нами ничего не было!
Руань Ча-ча заплакала:
— Не сердитесь на Моханя-гэ, прошу вас… Я не виню Синь-цзе. Если будете так говорить дальше, он перестанет со мной общаться…
Бай Синь снова попыталась оправдаться:
— Между мной и Моханем правда ничего нет. Но, возможно, Ча-ча ошиблась… Может, она приняла другую женщину за меня?
Ду Гу Мохань: «????»
Выражения лиц Чжу Чанъюя, Вэй Шилэя и Хань Аньнаня мгновенно изменились. Руань Ча-ча будто не выдержала — её тело затряслось от рыданий:
— Уууу… Даже если это так… Я всё равно хочу, чтобы Мохань-гэ был счастлив… Уууу…
Она плакала так горько, что её хрупкое тельце сжалось в комочек — смотреть было невыносимо.
Хань Аньнань не выдержал:
— Ду Гу Мохань!! Ты опять заставил Ча-ча плакать! — Он бросился на него с кулаками.
Тот вовремя увернулся, но Хань Аньнань тут же ринулся вперёд снова.
— Хань Аньнань! Ты с ума сошёл? — кричал Ду Гу Мохань, уворачиваясь.
Чжу Чанъюй и Вэй Шилэй подбадривали:
— Аньнань! Бей его! Приведи этого неблагодарника в чувство!
— Ча-ча, смотри! Раз тебе жалко его бить — мы сделаем это за тебя! — крикнул Вэй Шилэй.
Руань Ча-ча притворилась встревоженной:
— Хватит! Не бейте Моханя-гэ… Он просто не смог удержать своё сердце. Это ведь не его вина…
После этих слов Хань Аньнань бросился за Ду Гу Моханем с ещё большей яростью. Весь зал превратился в хаотичную арену.
Очки «зелёного чая» Руань Ча-ча стремительно росли. Она еле сдерживала смех, наблюдая за этой сценой: «Какие замечательные друзья! Готовы друг за друга горой! Просто отлично!»
Цюй Мо давно исчез — Руань Ча-ча даже не заметила, куда он делся. Всё её внимание было приковано к тому, сколько же очков «зелёного чая» она заработала за этот эпизод.
Ду Гу Мохань, не выдержав шума, взревел:
— Довольно! — и в ярости бросился наверх.
Руань Ча-ча не хотела идти за ним, но ради образа «заботливой жены» пришлось.
— Мохань-гэ… Давай я всё объясню… — с тревогой в голосе сказала она, поднимаясь вслед за ним.
Когда она собралась свернуть к своей комнате, на диване во втором этаже она увидела человека, который пристально смотрел на неё.
— Ах, с древних времён искренние чувства всегда терпят поражение от равнодушия, — философски вздохнул Вэй Шилэй, наблюдая, как пара поднялась наверх.
Чжу Чанъюй молча смотрел им вслед.
Хань Аньнань тяжело дышал, сидя на диване и пытаясь прийти в себя.
Цзи Жусы нахмурился, бросив взгляд на место, где только что сидел Цюй Мо, затем задумчиво посмотрел наверх и неожиданно отложил книгу.
— Я пойду проверю.
Хань Аньнань откинулся на спинку дивана:
— Иди. Только не дай Ча-ча пострадать.
Цюй Мо?? Руань Ча-ча замерла. Она резко развернулась и направилась к комнате Ду Гу Моханя. «Лучше уж он, чем этот псих! По крайней мере, у Моханя нет странных фантазий».
С тех пор как Цюй Мо заметил её, его взгляд не отрывался от Руань Ча-ча.
— Подойди, — произнёс он хрипловато, и у неё мурашки побежали по коже.
— Что случилось? Если ничего — мне пора успокаивать Моханя-гэ, — ответила она, застыв на месте и повернувшись к нему боком.
— Просто поговори ещё немного. Мне нравится твой голос, — в глазах Цюй Мо читался неприкрытый интерес.
Руань Ча-ча чуть не расплакалась:
— А что именно тебе нравится? Я исправлюсь! — «Ты хочешь слушать — а я не хочу говорить! Твоя судьба — любить ту девушку внизу! Я всего лишь второстепенная героиня! Братец, не путай!»
Цюй Мо не интересовало содержание её слов — ему просто нравилось слушать её голос.
— Твоя… девушка внизу. Может, позовёшь её наверх поболтать? — Руань Ча-ча очень хотела уйти, но не смела. Если она сейчас сбежит — Цюй Мо точно за ней увяжется. Какой же волк не любит охотиться на дрожащего зайца?
Цюй Мо уже собрался встать и потащить её в угол, но в этот момент появился Цзи Жусы и прервал всё, что могло произойти.
Руань Ча-ча напрягла все нервы: если бы Цюй Мо двинулся к ней, она бы стала стучать в дверь Ду Гу Моханя. Но до неё было ещё далеко — она не успела бы добежать, прежде чем он схватит её. Она уже собиралась закричать, чтобы позвать на помощь…
И тут появился Цзи Жусы. Для неё он стал настоящим спасителем — каждый раз приходит в самый нужный момент! Она мгновенно юркнула за его спину.
Цзи Жусы, заметив, как Ча-ча боится Цюй Мо, спокойно поздоровался с последним:
— Цюй Мо, ты здесь? Все тебя искали.
Он сделал вид, что не заметил того дикого, жадного взгляда, которым Цюй Мо смотрел на Ча-ча, и незаметно загородил её собой.
Цюй Мо многозначительно посмотрел на Руань Ча-ча, затем медленно поднялся и спустился вниз.
Только убедившись, что он действительно ушёл, Ча-ча наконец выдохнула. Сердце всё ещё колотилось, руки и ноги дрожали от страха.
Цзи Жусы повернулся к ней:
— Испугалась?
http://bllate.org/book/7139/675401
Готово:
