Самое главное — калорийность невысока, так что не стоит волноваться о лишнем весе.
Юй Вэнь съел небольшую порцию пельменей в прозрачном бульоне и большую чашку отвара из фиников и белого гриба, а Цзян Цзян уплетала огромную миску пельменей в остром бульоне и с наслаждением потягивала ледяной лимонад. Он вздохнул с досадой.
Он, конечно, наелся, но исключительно за счёт жидкости — желудок был набит водой, как мех. Однако, подумав, что девушки действительно трепетно относятся к своей фигуре, он промолчал.
Щёки Цзян Цзян разрумянились, и довольная улыбка играла на её губах: такое приятное ощущение сытости наполняло её до краёв.
Счастье… Совсем не хочется меняться обратно.
После ужина они отправились в супермаркет — идеальный способ прогуляться и переварить пищу, чтобы избежать появления упрямых жировых отложений.
На самом деле Юй Вэню почти ничего не нужно было покупать, но ранее они договорились временно пожить вместе.
Во-первых, Цзян Цзян теперь выглядела как Юй Вэнь и не могла вернуться в общежитие. Во-вторых, хотя Юй Вэнь и находился в теле Цзян Цзян, его психология оставалась мужской, и ему было бы неловко и неуместно заселяться в женское общежитие.
Таким образом, переезд Цзян Цзян на новое место жительства был неизбежен, а учитывая их обстоятельства, совместное проживание представлялось наилучшим решением на случай непредвиденных ситуаций.
Юй Вэнь сопровождал Цзян Цзян в супермаркет в первую очередь потому, что та, вероятно, собиралась закупиться предметами первой необходимости, и он мог помочь донести покупки.
Однако он и представить себе не мог, что едва они переступили порог магазина, как Цзян Цзян потащила его прямо в отдел женской гигиены.
— Зачем мы идём туда? — спросил он, врастая ногами в пол и всем видом выражая решительный отказ.
— Ну как зачем? — удивилась Цзян Цзян. — Покупать прокладки, конечно!
Юй Вэнь нахмурился ещё сильнее, его сопротивление усилилось:
— Зачем их покупать? У меня же уже есть.
— Есть? — Цзян Цзян недоуменно уставилась на него. — Ты разве не пользуешься той, что я тебе одолжила?
— Именно так, — совершенно спокойно ответил Юй Вэнь. — Раз есть, зачем покупать ещё?
— Погоди… — Цзян Цзян растерялась. — Ты что, думаешь, одной прокладки хватит на весь день? А если та, что сейчас на тебе, наполнится, чем ты заменишь её вечером?
Одной недостаточно?
Услышав это, Юй Вэнь побледнел.
— Я уже два-три часа истекаю кровью! — выдохнул он, пристально глядя на Цзян Цзян и повторяя с нарастающим ужасом: — Я уже два-три часа истекаю кровью! Сколько же это будет продолжаться?!
— Э-э… — Цзян Цзян опустила глаза, её голос стал неуверенным. — Вообще-то… у девушек месячные обычно длятся около недели.
Неделю? Целую неделю?!
Лицо Юй Вэня стало мертвенно-бледным, глаза остекленели — будто его представления о мире рухнули раз и навсегда.
— При таком объёме крови, если это будет продолжаться целую неделю, понадобится ведро! Да разве можно выжить?
Даже если бы весь живот был заполнен кровью, она не могла бы течь так долго!
— Да ты что! — воскликнула Цзян Цзян. — Кто сказал, что кровь льётся непрерывно целую неделю? Это же прерывисто! Ты сам-то чувствуешь или нет?
— Но… — Юй Вэнь не мог смириться с этой кровавой реальностью. — Даже если прерывисто, за неделю всё равно умрёшь!
— Да ладно тебе, — махнула рукой Цзян Цзян, — это совершенно нормально для девушек. Не переживай, не умрёшь. Через пару дней объём значительно уменьшится. Давай лучше выбирать, а не стоять здесь и философствовать.
Два ряда полок были уставлены всевозможными марками прокладок. Цзян Цзян внимательно и сосредоточенно изучала каждый вариант. Юй Вэнь сначала стоял в стороне, стесняясь подойти ближе, но когда увидел, как она берёт упаковку размером с ладонь, несколько раз захотел что-то сказать, но сдерживался. В конце концов, не выдержав, он заговорил:
— Тебе… не обязательно экономить на этом. Возьми побольше, а то эта, размером с палец… как её вообще использовать?
Цзян Цзян на мгновение замерла, а потом расхохоталась.
Юй Вэнь был совершенно серьёзен:
— Правда, не смейся. У меня с собой деньги. Если тебе не хватает, я могу помочь.
— Пффф-ха-ха-ха! — Цзян Цзян схватилась за живот, хохоча так, будто у неё начался приступ эпилепсии. — Я… я правда не до такой степени бедна, чтобы не иметь возможности купить прокладки! Но, староста, это же не прокладка, а ежедневная прокладка-гигиеническая!
Ежедневная… прокладка? Что это за штука?
Юй Вэнь не очень разбирался в этих вещах, но по её реакции сразу понял, что угодил в неловкое положение. Его лицо слегка покраснело от смущения.
Цзян Цзян вытерла слёзы от смеха, взглянула на него — и снова покатилась со смеху.
Она смеялась долго, и даже когда наконец немного успокоилась, уголки её губ всё ещё были приподняты, а из горла время от времени вырывался странный хихикающий звук.
Юй Вэнь окончательно замолчал. Даже когда Цзян Цзян продолжала колебаться между вариантами и никак не могла определиться, он не проронил ни слова.
Однако жестокая реальность не собиралась щадить этого несчастного университетского красавца.
Две девушки пришли в отдел за прокладками, но, увидев «парня», серьёзно выбирающего товар у полки, а его «девушку», стоящую рядом с видом важной особы, стеснялись подойти и шептались в сторонке:
— Смотри, вон та парочка! Мальчик сам выбирает прокладки, а его девушка стоит как барыня!
— Какой заботливый парень!
— Да уж, завидую!
— А тебе не кажется, что он очень знаком?
— Подожди… Неужели это…?!
«Девушка», стоявшая как барыня, покраснела до корней волос. Он подошёл к Цзян Цзян и тихо поторопил:
— Ты ещё не выбрала? Может, возьмёшь ту, что в руках?
Цзян Цзян даже не подняла головы:
— Это дневные. Нужны ещё ночные.
Юй Вэнь бросил взгляд и сразу указал:
— Вот же ночные.
Цзян Цзян посмотрела туда, куда он показал:
— Этот бренд не подходит — протекает по бокам.
— А этот?
— Тоже нет, не дышит.
— А вот этот? — Юй Вэнь указал на упаковку с надписью «ультратонкие, дышащие, хлопковые».
— Эмм… — Цзян Цзян скривилась. — Упаковка уродливая, фиолетовая… слишком вульгарно.
Юй Вэнь скрипнул зубами, но улыбнулся:
— Это мне пользоваться, а не тебе. Зачем так придираться?
Цзян Цзян была человеком с высокими стандартами и гордо заявила:
— Прошу тебя, осознай свою новую идентичность! Ты теперь маленькая фея, а феи обязаны проявлять изысканный вкус даже в выборе прокладок!
Не позорь её статус феи!
Юй Вэнь не мог спокойно стоять в стороне и позволить ей перебирать товары до закрытия магазина! Он ведь тоже был красавцем с репутацией, и ему не чужа была гордость!
Поэтому он принял решение — выбирать вместе с ней.
Кто только что отказывался даже приближаться к полкам?
Неважно! Совсем неважно!
【Самообман.jpg】
Через некоторое время он вдруг обнаружил нечто удивительное и с восторгом воскликнул:
— Посмотри на это!
Он взял упаковку с крупной надписью «освежающая мята» и протянул Цзян Цзян, будто нашёл сокровище:
— Это с мятой!
— Ну и что? — растерялась Цзян Цзян. Она обычно пользовалась импортными марками, но сейчас, в спешке, пришлось идти в обычный супермаркет. Разнообразие прокладок уже сводило её с ума: этот вариант не нравится, тот тоже не идеален — голова шла кругом.
Она собралась с мыслями и вдруг заметила, что на лице Юй Вэня мелькнуло робкое, но явное любопытство — он явно хотел попробовать.
Цзян Цзян прикусила губу и осторожно сказала:
— Мятные прокладки дают ощущение прохлады.
Глаза Юй Вэня загорелись: прохлада? Это же даже лучше!
Однако он заметил, что тон её голоса звучал неодобрительно, и засомневался:
— Не подходит?
Цзян Цзян уловила лёгкое разочарование в его глазах — едва уловимое, но неуловимым не назовёшь.
Она перевела дух и мягко поправилась:
— Не то чтобы не подходит… Просто некоторым неудобно пользоваться.
— Тогда берём эти, — решил Юй Вэнь. Главное — свежесть. Кровь на теле липкая и неприятная, а мятные прокладки, вероятно, дадут более комфортное ощущение.
Купив самое необходимое, Цзян Цзян добавила в корзину банку чёрного сахара, пакет сушёных роз и всякие мелочи вроде зубной щётки, полотенца и тапочек, после чего направилась к кассе.
Но у самой кассы она вдруг остановилась, долго колебалась, а потом решительно побежала за бутылкой колы.
Кола, в народе известная как «напиток счастья для домоседов», — это священная вера каждой маленькой феи, к которой она стремится, но не может прикоснуться. Это огонь жизни, свет души. Говорят, она обладает чудодейственной силой воскрешать современных «бессмертных практиков» с самого края гибели.
Однако для фей кола — это одновременно спасительное зелье и яд, от которого они вынуждены держаться подальше. Чтобы избежать вреда, настоящие феи обычно выбирают колу без сахара.
Но кола без сахара — предательница в семье колы. Нет, она даже не предательница! Это всё равно что выдать порошок «Банланьгэнь» за кофе: кроме цвета, у них ничего общего.
Это граждане второго сорта в мире колы, не заслуживающие уважения. Надпись «no sugar» на бутылке — знак их низменной природы.
Цзян Цзян много лет вела борьбу с этим подлым, мерзким и бесчестным напитком. Она презирала его всем сердцем, но вынуждена была выбирать именно его.
Как мужчина, который презирает свою жену, но не может отказаться от выгод, которые она приносит.
Но сегодня она наконец могла взять настоящую колу — с сахаром в составе, подтверждающим её аристократическое происхождение.
Она осторожно взяла банку, тайком глянула на Юй Вэня и, убедившись, что он не возражает, быстро бросила её в корзину.
Отлично! Он ничего не сказал.
Смелость Цзян Цзян возросла.
Для девушек сахар — символ греха. Если бы кто-то позволил другой девушке выпить напиток с высоким содержанием сахара, его следовало бы расстрелять трижды подряд. Но, похоже, староста совершенно не обращал на это внимания.
Цзян Цзян почувствовала себя уверенно. Раз ему всё равно, значит, она может делать всё, что захочет!
Она побежала и схватила несколько пакетов чипсов, после чего с невинным видом положила их в корзину прямо при нём.
Юй Вэнь по-прежнему не обращал внимания — ему было совершенно всё равно.
Замечательно! Цзян Цзян чуть не запрыгала от радости. Она помчалась в отдел напитков и вернулась с целым блоком из шести банок колы, счастливо прижимая к груди напитки и гору закусок.
Мысль о том, что теперь она может есть и пить без ограничений, вызвала на её лице сладкую и счастливую улыбку.
Ведь жир-то откладываться будет не на ней.
И староста, похоже, не против. Она чувствовала себя совершенно чистой перед совестью.
Юй Вэнь, тем временем, понятия не имел, сколько драмы происходило у неё в голове. Он лишь подумал, что, возможно, у Цзян Цзян не всё в порядке с памятью — как иначе объяснить, что она то и дело бегает туда-сюда, забывая, что хотела купить?
«Рассеянная» Цзян Цзян, неся кучу пакетов, прыгала и веселилась так, что радость её была заметна издалека. Юй Вэнь предложил помочь с покупками, но она отказалась, приведя вполне логичный довод:
— Кто сильнее, тот и таскает. Сейчас ты слабее новорождённого цыплёнка, зачем тебе мучиться?
Юй Вэнь опешил:
— Но ты же девушка, я должен…
Цзян Цзян без церемоний перебила:
— Какое «должен»? Во-первых, сейчас девушкой являешься ты. Во-вторых, если мы когда-нибудь поменяемся обратно и снова окажемся в такой ситуации, тогда, конечно, твоя очередь нести. А сейчас зачем делать вид, будто тебе всё равно?
Юй Вэнь больше не настаивал. Он действительно чувствовал себя не в своей тарелке: боль прошла, но ощущение, будто все внутренности вытекли, оставляло слабость и тревогу.
Он впервые испытывал нечто подобное и чувствовал, будто теряет не кровь, а саму жизнь.
Если бы разум не подсказывал, что это нормально, он бы немедленно отправился в больницу за переливанием.
Вернувшись домой, Юй Вэнь редко позволял себе отдыхать, но сейчас он сел на диван и взял учебники Цзян Цзян, чтобы запомнить материал.
Поскольку никто не знал, сколько продлится эта перемена тел, он считал своим долгом поддерживать академическую успеваемость Цзян Цзян. Поэтому, несмотря на собственную занятость, он находил время изучать курсы филологического факультета.
Цзян Цзян сложила колу в холодильник, открыла одну банку и с жадностью выпила половину. Затем она распечатала пакетик чипсов из корня китайской ямса, хрустя ими, вышла из кухни и бросила Юй Вэню несколько желе.
http://bllate.org/book/7132/674888
Готово:
