Тело Чэн И напряглось, в животе резко кольнуло, но на лице играла мягкая улыбка:
— Очень неплохо, мне понравилось.
Ань Кокэ, видя его улыбку, опустила глаза и продолжила есть:
— Порция жареной рисовой лапши немного маловата. Многие мужчины здесь заказывают по две порции. Если тебе не хватит, можешь взять ещё.
— Хорошо, — ответил Чэн И, и голос его прозвучал чуть суховато.
Из-за шума вокруг Ань Кокэ не уловила в его тоне ничего необычного и спокойно доедала жареную рисовую лапшу перед собой.
Тем временем Чжан Цзюнь, только что закончив разговор с Ань Кокэ, всё ещё переживала волнение от увиденного.
Однако она пообещала Ань Кокэ молчать и ни за что не собиралась нарушать слово — ни рассказывать кому-либо, ни упоминать имя Чэн И.
Но с Хуан Хуэй у неё были очень тёплые отношения, и ей так и хотелось поделиться этой новостью именно с ней.
Хуан Хуэй была её лучшей подругой, да и обе они неплохо ладили с Ань Кокэ. Чжан Цзюнь подумала: «Ань Кокэ, наверное, не будет возражать, если я расскажу об этом Хуан Хуэй».
Она тут же договорилась о встрече. К счастью, Хуан Хуэй тоже жила неподалёку.
Вскоре они встретились в одном из обычных универмагов.
— Ты вся сияешь и вдруг зовёшь меня на шопинг? — обняла Чжан Цзюнь за руку Хуан Хуэй, прищурившись от смеха. — Неужели выиграла в лотерею и решила угостить?
— Ладно-ладно, угощаю! Пошли, куплю тебе молочный чай.
Чжан Цзюнь потянула подругу к ближайшему кафе молочного чая.
Хуан Хуэй удивилась ещё больше:
— Разве ты раньше не говорила, что молочный чай — это для девчонок, слишком сладкий и тебе не нравится?
— Сегодня я увидела кое-что чудесное, вот и радуюсь! — сияла Чжан Цзюнь.
Увидев такое выражение лица, Хуан Хуэй сразу поняла:
— Опять заметила, как какая-нибудь девчонка из отдела влюбилась? Или какой-нибудь красавчик-коллега завёл девушку?
— Да уж, глаза у тебя зоркие! — расхохоталась Чжан Цзюнь.
— Значит, это правда? Так кто же? — Хуан Хуэй задумалась. — Кто же из них влюбился, раз тебя так развезло? Ведь ближе всех тебе — я, а искренне радоваться за кого-то ты можешь только за немногих.
— Угадай, — не спешила раскрывать секрет Чжан Цзюнь.
— Ну скажи уже! — Хуан Хуэй загорелась интересом.
— Сначала угадай. Если угадаешь — угощаю ещё и тортиком, — загадочно заявила Чжан Цзюнь.
Хуан Хуэй обожала торты и сразу начала перебирать имена:
— Сяо Хэ?
— Не-а, — покачала головой Чжан Цзюнь.
— Тогда… Сяо Ван?
— Тоже нет. Подумай хорошенько: кто из них всё время говорит, что хочет только работать и не думает о любви?
Хуан Хуэй задумалась всерьёз.
Пока они разговаривали, уже подошли к двери кафе. Чжан Цзюнь заказала две чашки молочного чая и повела подругу внутрь.
Хуан Хуэй перебирала в уме всех коллег, и вдруг воскликнула:
— Неужели это наша Сяо Ань, которую недавно перевели на верхний этаж? Она влюбилась?
Ведь во всём отделе снабжения, пока Ань Кокэ не перевели наверх, за ней ухаживало множество парней, но она всегда отказывала, твердя, что хочет только работать и пока не думает о романах.
Увидев, что подруга наконец-то угадала, Чжан Цзюнь ещё шире улыбнулась:
— Ладно, поздравляю! Меню тебе — выбирай торт.
В этом кафе продавали и торты.
Хуан Хуэй взяла меню и, выбирая десерт, всё ещё не могла поверить:
— Никогда бы не подумала! Сяо Ань выглядела как настоящая трудоголичка-робот, а оказывается, и она умеет влюбляться. Но кто же её парень? Хороший ли он? Она такая наивная, боюсь, как бы её не обидели.
— Не переживай, — успокоила её Чжан Цзюнь, вспоминая только что виденный «Роллс-Ройс» и заботливого президента Чэна. — Её молодой человек — просто идеален. Я только что видела его лично. Если ничего не изменится, Сяо Ань будет счастлива всю жизнь.
— Значит, ты его знаешь? Кто он такой? — ещё больше заинтересовалась Хуан Хуэй.
Чжан Цзюнь сразу стала серьёзной:
— Я пообещала Сяо Ань молчать. Но раз уж вы с ней и со мной все в хороших отношениях, я скажу тебе. Только пообещай — никуда это не разносить!
— Так серьёзно? — Хуан Хуэй пошутила: — Неужели Сяо Ань не хочет давать ему статус официального парня?
Ведь Ань Кокэ была невероятно красива. Хуан Хуэй знала её больше года и решила, что если та скрывает отношения, то, скорее всего, просто не хочет оформлять их официально.
Чжан Цзюнь не удержалась от смеха, наклонилась к уху подруги и тихо прошептала:
— Этот мужчина — президент Чэн, наш новый генеральный директор.
— Че-е-его? — вырвалось у Хуан Хуэй.
Чжан Цзюнь тут же зажала ей рот и в панике прошипела:
— Тише ты!
Хуан Хуэй быстро понизила голос:
— Ладно-ладно.
Но было уже поздно. В углу кафе за одним из столиков сидела компания — взрослые и дети. Среди них была женщина средних лет, одетая модно, но с неприятным, надменным выражением лица. Она давно заметила Чжан Цзюнь и Хуан Хуэй и прислушивалась к их разговору. Теперь, услышав громкий возглас Хуан Хуэй, женщина язвительно произнесла:
— Взрослые люди, а ведёте себя хуже детей. Даже малыши не шумят так громко.
Услышав упрёк, Чжан Цзюнь и Хуан Хуэй одновременно обернулись.
Хуан Хуэй тут же извинилась:
— Простите, я не хотела так громко говорить.
Чжан Цзюнь же сразу узнала эту женщину — она работала в той же компании, но в другом отделе. Это была Ван Тянь из финансового отдела.
Чжан Цзюнь слышала о ней: до прихода нового президента Ван Тянь обладала огромной властью в компании. Она часто незаконно вычитала деньги из зарплат сотрудников и постоянно всех поучала с высокомерным видом.
Чжан Цзюнь её не любила, но сейчас действительно Хуан Хуэй громко вскрикнула, поэтому она промолчала, лишь нахмурившись.
Ван Тянь, конечно, заметила этот взгляд и тоже узнала Чжан Цзюнь.
На прошлой неделе она пыталась подставить Ань Кокэ, но та вызвала полицию, и Ван Тянь тогда сильно перепугалась. Вернувшись на работу, она начала расследовать прошлое Ань Кокэ и круг её близких коллег — так и узнала о Чжан Цзюнь и Хуан Хуэй.
Теперь, увидев мрачное лицо Чжан Цзюнь, Ван Тянь, которая сегодня вывела на прогулку мужа и ребёнка и не хотела терять лицо, резко встала и с насмешливой ухмылкой бросила:
— Вы так громко болтали про какого-то «прекрасного парня» Ань Кокэ. Это правда?
— А тебе-то что? — холодно отозвалась Хуан Хуэй, почувствовав неприязнь в её тоне.
— У Ань Кокэ есть или нет парень — тебя это не касается, — добавила Чжан Цзюнь, недоумевая.
— Эта Ань Кокэ — разве что красивая, а больше ничего! Какой у неё может быть «хороший» парень? — съязвила Ван Тянь, становясь всё самоувереннее. — Вы там, конечно, шепчетесь между собой, но зачем так громко обсуждать это в общественном месте? Я пришла отдохнуть, а не слушать ваши сплетни!
— Мы говорили тихо! Никто вокруг не жаловался, только ты! — возмутилась Чжан Цзюнь. — Если бы ты не подслушивала специально, разве услышала бы? К тому же, парень Сяо Ань действительно замечательный, исключительный!
Хуан Хуэй строго добавила:
— Я с самого начала говорила тихо, только в конце вскрикнула — и сразу же извинилась. А вы, госпожа Ван, можете ли вы извиниться за то, что наговариваете на нас и на Сяо Ань?
— Да, вы должны извиниться! — Чжан Цзюнь шагнула вперёд, разгневанная.
Ван Тянь запаниковала. Её муж нахмурился и упрекнул её:
— Они уже извинились, чего ты пристаёшь? Все смотрят, стыдно же!
Муж взял ребёнка и быстро вышел из кафе.
Ван Тянь в ужасе бросилась следом — муж был моложе её и довольно привлекателен, и женился на ней только потому, что она хорошо зарабатывала. Хотя внешне она и считалась главной в семье, на самом деле очень боялась его — ведь в молодости за ним ухаживало множество женщин.
Увидев, что муж уходит, Ван Тянь злобно уставилась на Чжан Цзюнь и Хуан Хуэй:
— Вы ещё пожалеете об этом!
Она не только не извинилась, но и бросила эту угрозу, прежде чем в ярости покинуть кафе.
— Психопатка! — плюнула ей вслед Чжан Цзюнь.
— Совершенно верно! Мы даже не заметили её, а она сама начала орать и угрожать. У неё, что, с головой не в порядке?
Ван Тянь догнала мужа, который уже сел в машину с мрачным лицом. Она тоже забралась внутрь.
По дороге домой и муж, и ребёнок молчали, явно стесняясь за неё. Тогда Ван Тянь, полная злобы, достала телефон и анонимно написала в корпоративный чат:
[Слышали? У помощницы с верхнего этажа, Ань, появился парень. Говорят, он очень крут — финансовый гений с доходом в десятки миллионов в год. Как же повезло Ань!]
Сразу же кто-то анонимно ответил:
[Ань? Кто это?]
[Ань Кокэ! На верхнем этаже сейчас только две Ань — секретарь Анна и помощница Ань Кокэ.]
[Разве Ань Кокэ не стала помощницей президента буквально пару недель назад? Как она успела познакомиться с таким финансовым гением?]
[Круто!]
[Не верю.]
Ван Тянь тут же отправила ещё одно анонимное сообщение:
[Правда! Не верите — спросите у неё сами.]
Вскоре многие поверили этой новости и начали гадать, какой же финансовый гений вдруг увлёкся Ань Кокэ. Некоторые даже завидовали.
Ван Тянь было всё равно — главное, что теперь вся компания знала: у Ань Кокэ есть парень-финансист с годовым доходом в десятки миллионов.
Завтра на работе обязательно начнут расспрашивать Ань Кокэ, и тогда та будет в полном смущении и унижении.
Ань Кокэ, хоть и красива, но её происхождение всем известно. Её парень наверняка обычный бедняк с зарплатой в несколько десятков тысяч в год.
Финансовый гений с доходом в десятки миллионов? Ань Кокэ даже во сне такого не увидит! Как она вообще могла с ним познакомиться?
Чем больше Ван Тянь думала об этом, тем сильнее радовалась. Она с нетерпением ждала завтрашнего дня, чтобы увидеть, как Ань Кокэ будет краснеть от стыда.
Если её бедный жених вдруг снова приедет за ней после работы, всем станет совсем весело.
При этой мысли Ван Тянь не удержалась и засмеялась.
* * *
Тем временем Ань Кокэ уже доела жареную рисовую лапшу. Её губы слегка покраснели — красивый оттенок розовой розы.
Она посмотрела напротив: тарелка Чэн И тоже была пуста, вся жареная рисовая лапша исчезла. Но его губы не покраснели — напротив, стали бледными, почти белыми.
И лицо у него было напряжённое.
Ань Кокэ обеспокоенно спросила:
— Чэн И… тебе нехорошо?
Чэн И, мучимый острыми болями в желудке, всё же заставил себя улыбнуться:
— Со мной всё в порядке. Просто, наверное, плохо выспался, немного устал.
— Тогда тебе лучше поскорее ехать домой отдыхать. Я тоже пойду, — Ань Кокэ встала.
На этот раз Чэн И согласился:
— Хорошо.
Они вместе вышли из кафе. Чэн И проводил Ань Кокэ до подъезда её дома.
Как только она скрылась внутри, он сразу сел в машину, завёл двигатель и направился в ближайший отель.
Подъехав к входу, он мрачно вышел, бросил ключи охраннику и быстро вошёл в холл.
Оплатив картой президентский люкс, он вошёл в лифт и, оказавшись в номере, бросился в ванную.
Вскоре оттуда донёсся звук рвоты.
Он не ел острого — не просто не любил, его желудок просто не переносил такого раздражения.
Прошло немало времени, прежде чем он полностью очистил желудок. Только тогда его лицо и губы наконец-то вернули здоровый румянец, сменив прежнюю бледность.
Чэн И умылся, посмотрел на своё отражение в зеркале и презрительно фыркнул.
* * *
Ань Кокэ уже была дома, когда ей одновременно позвонили Чжан Цзюнь и Хуан Хуэй.
Чжан Цзюнь чувствовала себя ужасно виноватой:
— Сяо Ань, прости меня! Я встретилась с Хуан Хуэй, мы с ней очень близки, и я знала, что она никому не расскажет, поэтому и поведала ей, что видела тебя с президентом Чэном. Она так удивилась, что чуть не устроила скандал…
http://bllate.org/book/7121/673997
Готово:
