Цзинь Юй наконец перевела дух и заторопилась:
— Двоюродная сестрёнка, куда ты пропала? Я посылала тебе сообщения — ни ответа, ни привета. Уж думала, ты в Царство Мёртвых отправилась! Так разволновалась, что специально пришла ждать тебя во дворце Цзянъюнь.
Бин У почувствовала лёгкую вину и смягчила голос:
— Со мной всё в порядке, сестра, не переживай.
Мо Яо, словно что-то заметив, наконец соизволил слезть с качелей и подошёл к Ий Сюю. Обойдя его кругом, он усмехнулся:
— Владыка, повязка на твоей руке выглядит весьма недурно.
Цзинь Юй обернулась и уставилась то на Бин У, то на Ий Сюя, переводя взгляд туда-сюда. Наконец произнесла:
— Двоюродная сестрёнка, вы куда ходили?.. Ведь даже повязка осталась у него.
Бин У не хотела об этом говорить и отделалась парой невнятных фраз, после чего ушла в свои покои.
Сегодня она дважды подряд встретила тех, кого знала ещё в прошлой жизни среди смертных. Из-за этого дважды теряла самообладание, и теперь ей было досадно на себя — но она не могла понять, на что именно злится. Ведь тогда она уже отпустила всё, иначе бы не смогла преодолеть испытание и достичь бессмертия.
Под деревом пурпурной софоры трое долго стояли молча. Ий Сюй еле слышно вздохнул и развернулся:
— Пойдём. Пусть немного побыть одна.
Ему тоже хотелось выяснить, кто такой тот божественный владыка, которого они сегодня встретили.
Заднее крыло Зала Всех Наук предназначалось для проживания учеников. Сегодня был первый день их заселения, и вокруг царило оживление.
В одном из уединённых двориков девушка в розовом платье из переливающейся ткани металась взад-вперёд, будто пыталась протоптать дыру в деревянном полу.
Сяо Цинъюэ, видя, что её собеседник всё ещё молчит, несмотря на все её увещевания, рассердилась:
— Янь Линь, ты вообще меня слушаешь?
Янь Линь дрогнул ресницами:
— Не ты ли сама захотела прийти в Зал Всех Наук? Великая Мать Хоуту уже согласилась. Прошёл едва ли день, а ты уже хочешь уехать обратно? Это расстроит Мать.
Она, конечно, понимала, что так нельзя, но что поделать? Помолчав, Сяо Цинъюэ пристально посмотрела на Янь Линя:
— Я видела её здесь, в Зале Всех Наук.
Сердце Янь Линя дрогнуло. Не задумываясь, он спросил:
— Кого?
В его голове тут же возник образ той, кого он видел сегодня в облаках — лицо стало ещё прекраснее, чем в прежней жизни, а вся её осанка по-прежнему излучала холодное величие.
— Да кого же ещё? Ту, о ком ты не можешь забыть уже две эпохи! Знаешь ли ты, кто она теперь? Её положение сейчас чрезвычайно высоко. Если она захочет покарать меня, это будет для неё делом пустяковым. Ты ведь не допустишь, чтобы я погибла?
В последних словах звенела надежда.
— Цинъюэ, я не питаю к ней чувств. Просто тогда ты поступила слишком жестоко, и я хочу загладить вину.
Сяо Цинъюэ торопливо возразила:
— Она принцесса горы Куньлунь! Её статус намного выше твоего. Ей не нужна твоя жалость. В ту пору она, как и ты, сошла в мир смертных, чтобы пройти испытание.
Янь Линь замер на долгое время и лишь спустя несколько мгновений тихо сказал:
— Но в том деле вина всё же лежит на тебе. Если она потребует справедливости, даже Великая Мать Хоуту не сможет тебя защитить.
— А ты? Ты поможешь мне? С тех пор как мы покинули мир смертных и оказались в Небесном Царстве, у меня есть только ты.
Сяо Цинъюэ опустилась на колени и положила голову ему на колени:
— Тогда я была неправа. Теперь я это понимаю. Но ведь благодаря мне она скорее вернулась на своё место — это же не так уж плохо?
Янь Линю стало жаль её:
— Что ты хочешь сделать?
Сяо Цинъюэ подняла глаза, полные слёз:
— Если она решит напасть на меня… не мог бы ты попросить Великую Мать Хоуту и Истинного Владыку Чжуцюэ вступиться?
— Ты — ученица Великой Матери. Если объяснишь ей ситуацию, она, возможно, поможет. А вот мой отец… вряд ли станет из-за такой мелочи ссориться с горой Куньлунь.
Янь Линь осторожно погладил её по волосам:
— Не бойся. Я не позволю тебе пострадать. В крайнем случае… сам пойду просить её.
Автор примечает: Угадайте, что появилось раньше — яйцо или свадьба? До появления яйца осталось ещё около десяти глав.
Обещание Янь Линя не успокоило Сяо Цинъюэ. Она долго размышляла, а потом вдруг подняла глаза и пристально посмотрела на него, краснея от волнения:
— Ты не жалеешь?.. Неужели до сих пор не можешь забыть её? Старые чувства ещё живы?
Янь Линь нахмурился:
— О чём ты? Разве ты не знаешь, как я к тебе отношусь за эти годы?
Сяо Цинъюэ мысленно усмехнулась. Именно потому, что она знает его характер, ей и не по себе. Его доброту можно назвать и по-другому — глупой мягкостью. Ведь именно благодаря этому она когда-то сумела отнять его у той женщины. А теперь кто-нибудь другой может так же легко отнять его у неё!
Все эти годы она держала его рядом, никому не давая приблизиться. Но теперь та снова появилась, и между ними ещё и чувство вины… А вдруг стоит ей только мануть — и он тут же вернётся? Как она сможет с этим смириться!
Чем больше она думала, тем тревожнее становилось на душе. Сяо Цинъюэ крепко сжала его руку, и по щекам потекли слёзы:
— Янь Линь, прости… Я не хотела сомневаться в тебе. Просто боюсь… боюсь, что ты меня бросишь.
— Всё хорошо. Я обещал всегда защищать тебя.
Янь Линь мягко утешал её:
— Не выдумывай лишнего. Прошло уже две эпохи. Возможно, она давно обо всём забыла. Да и ты тогда была простой смертной — не знала, что творишь.
Сяо Цинъюэ промолчала. Она не такая наивная, как он. Образ Бин У, с насмешливой улыбкой смотревшей на неё в зале, до сих пор стоял перед глазами. Такое выражение лица явно не принадлежит человеку, который всё забыл.
— Если всё ещё боишься, почему бы не извиниться перед ней? Теперь вы обе в Зале Всех Наук: она — наставница, ты — ученица. Если ты сама попросишь прощения, она вряд ли станет слишком строго наказывать.
Сяо Цинъюэ моргнула, в её глазах мелькнула борьба. Она сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. Извиниться? Но ведь тогда она признает своё поражение!
Та женщина непременно посмотрит на неё с презрением, станет считать ниже себя. Нет, нельзя унижаться. Сяо Цинъюэ стиснула зубы, её взгляд стал тёмным и непроницаемым.
Долго размышляя, она потянула за рукав Янь Линя и тихо попросила:
— Останься со мной в Зале Всех Наук. Мне страшно.
С тобой рядом Истинный Владыка Чжуцюэ точно не бросит меня, и я смогу спокойно здесь находиться.
Янь Линь, увидев её умоляющее лицо, кивнул.
Тем временем во дворце Синъюнь
— Разузнай всё о том молодом божественном владыке, что сегодня прибыл во Дворец Небес. Он стройный, с красивыми чертами лица и знаком огня между бровями. Через час я хочу знать о нём всё.
Ий Сюй не мог не заметить шока на лице того бога и того, как Бин У смотрела на него — явно узнала.
Божественный советник в сине-белом одеянии с вышитыми рыбами на мгновение опешил, потом горько усмехнулся:
— Владыка, разве я в чём-то провинился?
Каждый день через Небесный Двор проходят сотни молодых богов. Все они красивы, и многие носят знак огня на лбу.
Узнать всё за час — вы издеваетесь надо мной!
Ий Сюй удивлённо взглянул на Хуай Шэна, стоявшего внизу, и спокойно произнёс:
— Так чего же ты ждёшь?
Хуай Шэн с тоской посмотрел на Мо Яо, сидевшего рядом с Ий Сюем.
Мо Яо уже давно сдерживал смех. Увидев страдальческое лицо Хуай Шэна, он резко захлопнул свой расписной веер и пару раз постучал им по столу, стараясь не рассмеяться:
— Что случилось? Отсюда до Южных Врат — целое путешествие. Узнать всё за час? Ты издеваешься над бедным советником!
Хуай Шэн бросил на Мо Яо благодарный взгляд.
— Да и кто в Небесном Царстве выглядит плохо? — продолжал Мо Яо, всё больше интересуясь. — Зачем тебе этот божественный владыка?
Они дружили уже много эпох, и Мо Яо знал характер Ий Сюя: если тот обратил внимание — значит, дело не простое.
Ий Сюй проигнорировал его любопытство, но добавил:
— Он прибыл к Южным Вратам примерно в третьем часу дня и был одет в чёрную одежду с алыми узорами облаков.
После этих слов взгляды на нём стали ещё более странными. Ий Сюй прищурился и холодно приказал:
— Так чего же ты ждёшь?
— Да, да! Сейчас же отправлюсь! — поспешно ответил Хуай Шэн.
Когда же Владыка начал замечать чужую одежду?! Причём одежду божественного владыки!.. Хотя тот и не может родить детей, всё равно странно… Надо бы обращать внимание на божественных дев! — сокрушался Хуай Шэн.
На следующий день ровно в час Змеи все ученики собрались в Зале Всех Наук и заняли свои места.
Поскольку первое занятие вёл сам Великий Император Цзывэй, а все другие наставники не имели опыта преподавания, боги единодушно решили заранее прийти послушать лекцию о законах мироздания и движении звёзд.
Бин У плохо спала ночью, а лекция Великого Императора Цзывэя была крайне скучной. Ей всё труднее становилось держать глаза открытыми. Пока Цзывэй был погружён в свои рассуждения и не смотрел в сторону галерей, она прикрылась рукавом и зевнула дважды.
Вдруг на колени ей упала маленькая листовка размером с ладонь, похожая на изумруд. От неё исходил прохладный аромат, мгновенно прогоняющий сонливость. Бин У взяла лист двумя пальцами. Чёткие прожилки указывали, что это лист бодхи-дерева, обладающий свойством успокаивать разум и укреплять дух.
Её ресницы опустились, водянистый блеск в глазах от усталости исчез. Краем глаза она бросила взгляд направо — там, совершенно неподвижно, сидела белая фигура, прямая, как стрела, с длинными чёрными волосами, ниспадающими на спину.
Бин У недовольно поджала губы. Сам ведь тоже не слушает, а делает вид, будто внимателен. Если бы не этот лист, она бы подумала, что лекция Цзывэя действительно увлекательна.
Рядом с Залом Всех Наук находилось озеро, а на берегу — небольшое здание. Из-за постоянного тумана над водой его назвали «Павильон Дымчатых Облаков». Раньше это место никому не принадлежало, но с тех пор как Цзинь Юй назначили управлять Залом Всех Наук, павильон стал её владением.
Как только закончилась лекция Великого Императора Цзывэя, Цзинь Юй пригласила Бин У и Ий Сюя выпить чай в павильоне. Мо Яо, увидев это, тут же присоединился.
Цзинь Юй играла чашкой и спросила:
— Ну что, как вам занятие?
Бин У отпила глоток чая. Она же ничего не слушала — откуда ей знать? Подумав, кивнула:
— Отлично. Объяснения точны, заставляют глубоко задуматься.
Ий Сюй удивился и поднял глаза — как раз в тот момент, когда её взгляд метнулся в сторону. Он усмехнулся:
— И я считаю, что занятие было великолепным. Объяснения точны, заставляют глубоко задуматься.
Бин У чуть не поперхнулась чаем и закашлялась:
— Кха-кха!
Зачем повторять её слова?! Хоть бы свою фразу придумал!
Увидев, что и Ий Сюй, и Бин У так отзываются, Мо Яо не остался в долгу:
— Превосходно! Материал богатый, подача оригинальная.
Он не собирался признаваться перед красавицей, что ничего не понял.
Цзинь Юй с ужасом оглядела всех присутствующих, убедилась, что поблизости никого нет — особенно Великого Императора Цзывэя — и с трудом выдавила:
— Вы серьёзно?
Неужели только ей одной было скучно до смерти?
Если даже такая сухая лекция считается хорошей, то зачем она вообще волновалась насчёт преподавания?
Осознав это, Цзинь Юй улыбнулась и, загадочно блеснув глазами, сообщила:
— Отец сказал, что через сто лет лично проверит результаты обучения в Зале Всех Наук. Он сам составит задания, и если ученики не справятся, накажут наставников.
Мо Яо сразу заволновался и даже выпрямился:
— Какое наказание?
Он ведь не собирался особо стараться в Зале Всех Наук и надеялся просто отсидеть срок. А теперь выясняется, что за безделье последует кара! Это было равносильно удару по голове.
— Отец сказал, что каждый наставник должен подготовить тридцать учеников, чтобы быть освобождённым от должности. Если хотя бы один ученик не пройдёт экзамен, наставнику придётся обучить дополнительно двух. И так далее… Если ученики так и не будут сдавать экзамены, наставнику придётся навсегда остаться в Зале Всех Наук.
Цзинь Юй утешающе добавила:
— Но не стоит слишком переживать. Раз даже лекция Великого Императора Цзывэя, читающего по древним свиткам, кажется вам отличной, значит, обучать этих учеников будет не так уж сложно.
Бин У / Ий Сюй / Мо Яо: «……»
После слов Цзинь Юй все трое сидели с невозможными для описания выражениями лиц.
Бин У дернула уголком рта. Отец действительно мастер придумывать такие методы. Сейчас в Зале Всех Наук всего пятьдесят три ученика. Кроме обязательных предметов, остальные выбираются по желанию.
А вдруг никто не запишется на её курс? Или запишутся всего один-два человека? Когда же тогда настанет конец?
К тому же задания будет составлять сам Небесный Император — даже списать не получится…
Прикинув, сколько времени это займёт, Бин У почувствовала, что перед глазами потемнело. Эх… Пожалуй, пора просить отца выйти из затворничества.
Попив чай в павильоне почти до вечера, Бин У, увидев, что время подошло, направилась в Зал Всех Наук.
Её курс не был обязательным, и записались на него всего шесть человек.
— Здравствуйте, наставница, — приветствовали ученики.
Бин У села и слегка кивнула:
— Садитесь.
http://bllate.org/book/7082/668517
Готово:
