Лу Чэньинь молчала. Семьдесят лет назад, если бы у людей из Цинсюаньцзуня перед входом в Тайноземную Обитель Небесного Моря имелось нечто подобное, им не пришлось бы полагаться лишь на одного Су Сюйнина, чтобы всё спасти.
Ах, Су Сюйнинь…
При мысли об учителе сердце Лу Чэньинь снова сжалось.
— Иди за мной и никуда не отходи, — сказал Байтань.
Он закончил разговор с остальными и тут же увёл Лу Чэньинь с собой. Она шла следом, а он бросил на неё взгляд, затем перевёл глаза на Цзян Сюэи, который провожал их взглядом. В тот самый момент, когда Лу Чэньинь погрузилась в свои мысли, он неожиданно произнёс:
— Цзян Сюэи, конечно, достиг стадии юаньинь, но лишь начального уровня.
?
Хотя она не поняла его намёка, Лу Чэньинь всё равно ответила:
— Ага.
— Я уже на среднем уровне юаньинь, — добавил Байтань.
Лу Чэньинь помолчала немного и сказала:
— …Всё-таки сяоши сильнее?
Хотя в её голосе звучали сомнения, Байтаню этого хватило. Его улыбка стала чуть теплее и искреннее.
Но чем дольше он улыбался, тем сложнее становилось выражение его глаз — будто он попал в какое-то внутреннее противоречие.
Лу Чэньинь тоже улыбнулась. Сейчас она выглядела так же, как обычно, даже показалась чуть рассеянной, но на самом деле напряжённо следила за окружением, готовая мгновенно отреагировать на любую угрозу.
Её прошлый опыт подсказывал: эта экспедиция с Байтанем обязательно закончится бедой.
И действительно, события развивались именно так, как она предполагала.
Когда они углубились в тыл печати Тайноземной Обители Небесного Моря, внезапно появились несколько демонических культиваторов стадии юаньинь, источавших густую тьму зла. Чёрно-красные парчовые одежды ясно указывали на их принадлежность к демонической секте. Байтань один встал на защиту Лу Чэньинь, но силы были неравны — его ранили, и он беспомощно смотрел, как её уводят внутрь запечатанной обители.
Лу Чэньинь, которую вели прочь, ощутила странное чувство фатальной неизбежности: «Вот и всё, как и ожидалось».
Она обернулась к месту, где упал Байтань. Он кашлянул кровью, лицо побледнело, а в глазах читались тревога и отчаяние. На его благородном лице проступило глубокое беспокойство.
Лу Чэньинь очень не хотела подозревать его, не желала ставить его в ряд злодеев. Ей не хотелось пачкать идеальный образ старшего брата, хранимый в сердце. Но…
Она послала мысленное сообщение Чаолу:
— Скажи честно, старший брат тогда сделал всё возможное?
Чаолу замялся:
— Тебе сейчас не до этого? Разве не лучше подумать, зачем эти демонические культиваторы тебя похитили? Это же настоящие демоны! Главные заварухари во всех романах, почти все злодеи оттуда!
Лу Чэньинь настаивала:
— Ответь сначала.
— Ладно, — вздохнул Чаолу. — Твой сяоши на самом деле гораздо сильнее, чем кажется. Его сила далеко превосходит обычный средний уровень юаньинь. Энергия его меча вполне соответствует заявленному уровню, но… — Чаолу цокнул языком. — По ощущениям, он и Цюйюй не так уж гармонируют друг с другом.
— Правда? — Лу Чэньинь, которую крепко держали, покорно не сопротивлялась — да и не могла.
Через некоторое время Чаолу добавил:
— Хотя… в этот раз он действительно старался. Просто врагов было слишком много…
Лу Чэньинь больше не заговорила.
Ранее Чаолу спрашивал, почему она не думает о том, зачем демоны её похитили. На самом деле, она уже примерно догадывалась.
Дальнейшие события подтвердили её предположения. Её заставили проглотить некую пилюлю, после чего её собственная сила искусственно взлетела до уровня юаньинь. Казалось, что она стала сильнее, но на деле это был всего лишь обман — её духовная энергия была истощена до предела, чтобы создать иллюзию мощи. Этого хватало лишь для того, чтобы обмануть ограничения обители, но никак не могло стать основой для настоящей боевой силы.
Лу Чэньинь ввели в Тайноземную Обитель Небесного Моря. Едва переступив порог, она почувствовала приступ тошноты от запаха крови — здесь зловоние было в сто раз сильнее, чем в Сишаньчжэне. Такая плотная аура демонической энергии давила на неё, истинную последовательницу праведного пути, что она тут же выплюнула кровь.
После этого её просто бросили на землю. Вокруг лежали трупы и обрывки плоти демонических зверей. У некоторых глаза ещё были открыты и даже двигались, хотя сами существа давно погибли.
Раздался лёгкий смех — насмешливый и презрительный. Женский голос.
Лу Чэньинь мгновенно поняла, кто это. Подняв глаза, она в следующий миг получила пощёчину из чёрной демонической энергии.
Опустив голову, она сжала кулаки и в душе холодно усмехнулась: «Как же высоко они меня ценят… Сама Повелительница Демонов Цзинъяо лично явилась?»
Она прижала к поясу юйсюнь, притворившись, будто не может устоять на ногах, и упала на землю, прикрывая этим движением свои действия.
За пределами обители Цзян Сюэи как раз проверял другие участки печати вместе с учениками Долины Люли, когда вдруг почувствовал реакцию юйсюня. Он немедленно достал его и едва успел взглянуть, как услышал из него чужой, опасный голос:
— Так ты и есть Лу Чэньинь? — женский голос звучал мягко, но со скрытой угрозой. — …Не впечатляет.
Тут же раздался голос Лу Чэньинь:
— Значит, ты и есть Повелительница Демонов Цзинъяо? — Она помолчала и с тем же презрением добавила: — Тоже не впечатляет.
Цзян Сюэи сразу понял: Лу Чэньинь нарочно раскрыла личность врага, чтобы он узнал, с кем имеет дело.
Он быстро убрал юйсюнь, дал знак своим ученикам и, взяв с собой «Фуси», стремительно умчался.
Внутри обители Цзинъяо, услышав дерзость Лу Чэньинь, без колебаний наказала её.
Лу Чэньинь изо всех сил сопротивлялась, но разница в уровнях была слишком велика. Цзинъяо когда-то впервые пала в демоническую стезю, впитав в себя всю земную злобу и ненависть, и шаг за шагом поднялась до вершины, став Повелительницей Демонов. Как могла сравниться с ней Лу Чэньинь, культивирующая всего несколько месяцев?
Но упрямство Лу Чэньинь взяло верх — она не собиралась сдаваться легко. Даже истекая кровью, она продолжала сопротивляться.
Цзинъяо задумчиво посмотрела на неё:
— Мне очень хочется убить тебя…
Убить — и покончить со всем разом.
Но вспомнив наказ Ли Цзюэ, что Лу Чэньинь ещё пригодится, она сдержала жажду убийства ради общего дела.
Но ничего страшного. Раз нельзя убить — значит, можно хорошенько помучить.
Главное — оставить ей жизнь.
— Посмотрим, насколько хорошо тебя обучил мой самый дорогой старший брат Сюаньчэнь, — сказала Цзинъяо, улыбаясь.
Она взмыла в воздух, и бескрайняя демоническая энергия обрушилась на Лу Чэньинь. Та широко раскрыла глаза, наспех создавая самый мощный из доступных ей защитных барьеров. Но он оказался слишком слабым — для Цзинъяо он был ничем.
Однако в тот самый момент, когда Цзинъяо уже решила, что Лу Чэньинь не уйти, Чаолу внезапно вырвался из ножен, собрав всю оставшуюся в обители духовную энергию. Из его клинка хлынула влага, и мощная энергия меча, объединившись с барьером Лу Чэньинь, сумела отразить атаку Цзинъяо.
— Чаолу?! — воскликнула Цзинъяо, потрясённая и яростная одновременно. Она пристально уставилась на меч, который сопровождал её сотни лет.
— Как ты оказался у неё?!
Чаолу теперь принадлежал Лу Чэньинь. Он был связан с ней сердцем и разумом, а не с Цзинъяо, поэтому, как бы та ни звала, он уже не отвечал ей.
Зато Лу Чэньинь услышала его ответ — и он был настолько неуместен в такой напряжённой обстановке, что она невольно рассмеялась.
— Что так удивительно? Ты сама ведь сменила путь — разве мне нельзя сменить хозяина?
Чаолу слегка покачнулся, но энергия меча вокруг него не ослабевала — он был готов отразить любую внезапную атаку Цзинъяо, чтобы защитить Лу Чэньинь.
Лу Чэньинь растрогалась до глубины души. Раньше она всегда боялась, что Чаолу сохранил к Цзинъяо какие-то чувства, но теперь поняла: она слишком плохо думала о нём.
— Только сейчас осознала, что судишь меня несправедливо? Ладно, не время болтать. Я задержу её, а ты беги. Не думай обо мне — потом сам найду тебя.
Чаолу торопил её уходить, надеясь выиграть хоть немного времени. Но Лу Чэньинь отказала.
— Раз она привела меня сюда, значит, не даст сбежать. Сейчас моя сила искусственно доведена до юаньинь за счёт полного истощения духовной энергии. Я даже слабее, чем была на пике стадии основания. Недалеко убегу — демонические культиваторы быстро поймают. Да и…
Она прижала руку к груди и спокойно сказала:
— Мечник никогда не бросит свой меч и не убежит.
Чаолу не ответил, но Лу Чэньинь заметила, что капель росы на его клинке стало ещё больше. Она подошла и крепко сжала рукоять, глядя на Цзинъяо, которая уже пришла в себя после шока и теперь с холодной злобой смотрела на неё.
— Не стоит удивляться, Повелительница Демонов, — сказала Лу Чэньинь ровным, спокойным голосом, будто совсем не боялась Цзинъяо, чья сила могла сравниться даже с Су Сюйнинем. — Ты первой отреклась от Чаолу, пав в демоническую стезю. После этого он волен выбирать любого хозяина — это совершенно естественно.
Цзинъяо не рассердилась, а рассмеялась. Она была прекрасна: чёрное платье, расшитое алыми нитями маньчжурийскими лилиями, делало её похожей на сам цветок смерти. Каждая черта её лица — приподнятые брови, кокетливые уголки глаз — предвещала скорую гибель.
— Ты оказалась хитрее, чем я думала, — сказала она.
Что Чаолу выбрал Лу Чэньинь — событие огромной важности, а она узнала об этом лишь здесь. Значит, Ли Цзюэ скрывал от неё многое.
Глаза Цзинъяо изменились, и демоническая энергия вокруг неё стала ещё плотнее.
— Сегодня я покажу Чаолу, достойна ли ты владеть им, — сказала она с натугой.
Лу Чэньинь поняла: сейчас начнётся бой. Она должна была выиграть время — дождаться подмоги, не умерев раньше.
Правда, она почему-то была уверена, что не умрёт. Не знала почему, но чувствовала: ей предстоит много страдать, но смерть её не возьмёт.
Она подняла меч и отразила первую атаку Цзинъяо. Решила играть в «крота»: обитель огромна, и если Цзинъяо хочет сражаться один на один, она использует пространство себе на пользу.
Цзинъяо видела, что Лу Чэньинь почти не атакует, а только прячется, и всё больше презирала её. Ей надоело играть в прятки — каждый раз, когда Лу Чэньинь скрывалась за стеной, Цзинъяо просто разрушала её. Тогда Лу Чэньинь выбирала новое укрытие.
После нескольких таких кругов терпение Цзинъяо иссякло. Она рванулась вперёд, и из пустоты возник её кровавый клинок, который сокрушил Чаолу, пытавшийся защитить Лу Чэньинь. Цзинъяо бросила взгляд на отброшенный меч, затем одной рукой схватила Лу Чэньинь за горло.
Та почувствовала удушье, закрыла глаза и не стала сопротивляться — знала, что всё равно не вырвется.
— И это всё? — Цзинъяо приподняла бровь. Её прекрасное лицо выражало высокомерное превосходство. Глядя на неё сейчас, можно было представить, какой ослепительной красавицей она была до падения в демоническую стезю.
Она многозначительно произнесла:
— Неужели ты и есть ученица старшего брата?
Лу Чэньинь хрипло ответила:
— Если я недостойна, разве ты достойна? — Она выплюнула кровь, всё тело её поднялось в воздух от хватки за горло, лицо и шея покраснели от удушья, но она всё ещё улыбалась.
— Чем… ты гордишься? — прерывисто говорила она. — Ты начала путь задолго до меня — если не можешь победить меня, это смешно.
— Ты мне очень не нравишься, — сказала Цзинъяо с лёгкой усмешкой. — Ты правда думаешь, что я не убью тебя? Что просто пугаю?
Сознание Лу Чэньинь начало меркнуть. Она слишком долго не дышала — казалось, грудь вот-вот разорвётся. Ответить она уже не могла.
Именно в этот момент прилетел меч Цюйюй и заставил Цзинъяо ослабить хватку.
Лу Чэньинь рухнула на землю. Байтань бросился к ней, но Цзян Сюэи оказался рядом ещё раньше.
Байтань нахмурился, сжал рукоять Цюйюя и повернулся к Повелительнице Демонов Цзинъяо.
Их взгляды встретились. Холодный, злобный взгляд Цзинъяо дал ему понять: она точно видела Чаолу.
Но ничего страшного — он давно к этому готовился.
Время вернулось к моменту перед входом в обитель.
Цзян Сюэи, получив сообщение от Лу Чэньинь через юйсюнь, сразу же связался с Даосским Владыкой Чиюэ. Тот уже спешил на помощь. Цзян Сюэи прикинул, когда его учитель доберётся, и решил войти в обитель первым — хоть немного задержать врага.
Перед входом он наткнулся на раненого Байтаня. Тот выглядел ужасно и отчаянно искал вход. Увидев Цзян Сюэи, он даже не стал здороваться. Найдя вход, Байтань активировал талисман связи, чтобы известить Даосского Владыку Сюаньлина, и без колебаний шагнул внутрь.
Цзян Сюэи не задумываясь последовал за ним.
А в это время, в Цинсюаньцзуне, на горе Цинсюань,
Су Сюйнинь не помнил, в который раз просыпался из медитации.
Раньше, уходя в уединение, он открывал глаза лишь спустя десятилетия. Теперь же, прошло всего чуть больше месяца, а он уже пробуждался множество раз.
Он встал с ложа из холодного нефрита, поправил белоснежные одеяния и прикинул время: сейчас был полдень. Солнечные лучи пробивались сквозь щели защитного барьера и рисовали на его холодном, почти божественном лице причудливые узоры.
Су Сюйнинь долго стоял у края ложа, будто просто погружённый в размышления.
http://bllate.org/book/7067/667322
Готово:
