Чэнь Сыцзя проснулась утром от шума, устроенного Ся Мэй, и была одета ещё относительно прилично. Заметив в строю Чу Жуйцин, она подошла к ней сзади и с лёгким восхищением произнесла:
— Ты, как всегда, первой на ногах.
— Сегодня для вас специально пригласили инструкторов по физической подготовке и пластике, — объяснили организаторы шоу, вызвав в ответ стон разочарования у участниц.
Самой базовой частью физподготовки была длинная пробежка. Режиссёр, глядя на Чу Жуйцин в строю, не мог скрыть злорадства: сотрудники программы знали, что она регулярно занимается утренней тренировкой с огромной нагрузкой. После сегодняшних испытаний ей, скорее всего, будет совсем несладко.
Зрители в чате тут же зашептались, называя режиссёра хитрецом: тот заранее не предупредил Чу Жуйцин, из-за чего она зря потратила силы.
Однако сама Чу Жуйцин оставалась невозмутимой. Она без малейшего намёка на усталость — не запыхавшись и не покраснев — завершила пробежку, а затем вместе с другими участницами выполнила упражнения на растяжку, прыжки «джек», планку и прочие задания, будто бы только что не выкладывалась на полную, демонстрируя своё мастерство владения мечом.
В зале фитнес-инструктор окинул взглядом группу девушек и весело спросил:
— Хотя подтягивания обычно делают парни, кто-нибудь хочет попробовать?
Ся Мэй потрогала свои хрупкие ручки и ножки, почувствовала полное отсутствие мышц и молча опустила голову. Остальные вели себя так же — особенно после жёстких диет, которые они соблюдали с момента прихода на проект. Никто не чувствовал в себе достаточно сил.
Увидев, что никто не поднимает руку, инструктор решил поддеть их:
— Неужели никто? В прошлом сезоне многие отлично справлялись!
— Так ведь там были парни! — возмутилась Ся Мэй. Прошлый выпуск был мужским, и сравнивать не имело смысла.
— Чу Жуйцин! Старшая сестра! — кто-то из группы вызывающе крикнул, желая продемонстрировать инструктору, на что способна их лидерша. Девушки не знали, какой объём нагрузки уже выполнила Чу Жуйцин сегодня, но один голос вызвал целый хор поддержки.
Зрители в чате, напротив, переживали за неё:
[Кто это вообще закричал? Сам бы попробовал!]
[Раньше она, может, и могла, но сейчас силы уже на исходе — будет тяжело.]
[Девчонки прямо как маленькие сорванцы, которые, получив нагоняй, тут же зовут родителей на помощь 2333]
Под этим напором Чу Жуйцин вышла вперёд, слегка замявшись:
— Я никогда этого не делала...
Она смотрела на турник, не зная, с чего начать. Ей было непонятно, как именно «люди с равнин» занимаются такой тренировкой.
Инструктор бодро отозвался:
— Сейчас покажу!
После демонстрации он помог ей правильно схватиться за перекладину. Попробовав выполнить одно повторение, Чу Жуйцин поняла суть упражнения. Инструктор, заметив, что её верх тела достаточно силён, начал считать вслух:
— Раз, два, три...
Выполняя подтягивания, Чу Жуйцин немного отвлеклась — ей показалось, что это движение очень напоминает обезьян с горы Эмэй, карабкающихся по деревьям.
— Тридцать пять, тридцать шесть, тридцать семь...
— Шестьдесят семь, шестьдесят восемь, шестьдесят девять...
Раньше она подобного не делала и не знала своего предела. Инструктор же всё больше удивлялся, почти не веря своим глазам, и продолжал считать с нарастающим замешательством:
— Семьдесят девять, восемьдесят, восемьдесят один...
Хотя подтягивания кажутся простыми, на деле это очень сложное упражнение. Многие мужчины не способны сделать и половины того количества, которое выполняла Чу Жуйцин, да ещё и в таком ровном темпе, явно не испытывая особого напряжения!
Остальные участницы уже восторженно визжали, переживая даже больше, чем сам инструктор, и дружно подхватили счёт:
— Девяносто восемь, девяносто девять, сто!
Инструктор давно остолбенел и, наконец, в панике бросился останавливать её:
— Хватит! Хватит! Больше не надо, правда не надо!
Он боялся довести её до обморока — ведь внешне Чу Жуйцин совсем не выглядела как женщина-качок!
Чу Жуйцин легко спрыгнула с турника, слегка встряхнула руками и снова приняла свой обычный бесстрастный вид.
— Вот это да, настоящий мастер!
— В прошлом сезоне даже парни столько не сделали!
Участницы, радуясь тому, как их лидерша поставила на место инструктора, с восторгом окружили её, и в зале воцарилась праздничная атмосфера.
Чу Жуйцин же не имела ни малейшего представления, что, случайно выполнив сто подтягиваний, она буквально шокировала и инструктора, и зрителей.
В то время как участницы ликовали, профессиональный инструктор и осведомлённые зрители ощущали лишь нереальность происходящего:
[Она что, после завершения карьеры спортсменки решила стать идолом?]
[Точно! Чу Жуйцин — переодетый парень, который ошибся площадкой и должен был участвовать в прошлом сезоне!]
[Да ладно вам! Это явно боевой робот, внедрённый в шоу по созданию женской группы! Такое не под силу обычному человеку!]
[После такого бесконечного запаса энергии я готов поверить в любые сериалы... Может, «разрывание японцев голыми руками» — тоже не так уж и нереально??]
Уроки по пластике закончились, и все участницы, пропотевшие до нитки, пошли отдыхать. Чу Жуйцин, приняв душ, вернулась к своей кровати и тайком достала спрятанную деревянную шкатулочку, чтобы покормить своего маленького многоножка.
Лю Сяобай, спавшая на верхней койке, заметила её движения и с любопытством спросила:
— А что у тебя в коробочке?
Все давно заметили, что у Чу Жуйцин почти ничего нет — вещей можно пересчитать по пальцам одной руки. Эта маленькая шкатулка была единственной загадкой: никто так и не видел, что внутри. Чу Жуйцин всегда открывала её втайне, из-за чего у всех только усилилось желание узнать тайну.
Вспомнив предостережение Чэнь Сыцзя, Чу Жуйцин уклончиво ответила:
— Да ничего особенного...
Она не решалась говорить правду, опасаясь очередной паники: «равнинные люди», судя по всему, сильно боятся многоножек и подобных существ.
Лю Сяобай всё ещё хотела расспросить подробнее, но Чэнь Сыцзя серьёзно произнесла:
— Советую тебе лучше не смотреть. Это настоящая шкатулка Пандоры.
Она до сих пор сожалела о том случае в больнице: тогда её любопытство чуть не стоило ей сердечного приступа от вида многоножки в ладони Чу Жуйцин.
Отдохнув, девушки стали укладываться спать, но вместо того чтобы выключить свет и сразу заснуть, они оказались слишком возбуждены и начали болтать в темноте, словно стайка щебечущих птичек.
— Завтра объявят первые результаты голосования... Может, мне уже не придётся спать на этой кровати, — с тревогой сказала Лю Сяобай. — После объявления рейтинга мы вообще сможем остаться всем вместе?
— Обязательно перед сном надо было заводить такую депрессивную тему? — проворчала Чэнь Сыцзя.
На следующий день в эфире должно было состояться первое объявление результатов голосования шоу «Новые Идолы». Первые 65 участниц останутся в проекте, остальных отправят домой. Если уровень подготовки можно было оценить объективно, то рейтинг голосования казался настоящей магией: никто не знал, насколько он популярен среди зрителей.
— Хотя если меня выгонят, я смогу увидеть маму... Мне её очень не хватает.
— Вообще-то время летит быстро: сначала останется 65, потом — 25... Совсем скоро все разъедутся по домам...
...
— А Чу Лаосы, ваши родные смотрят передачу?
Поговорив некоторое время, девушки вдруг заметили, что Чу Жуйцин всё это время молчала, и кто-то специально обратился к ней.
Чу Жуйцин честно ответила:
— Нет.
— Как так? Даже моя бабушка научилась смотреть видео онлайн!
— У меня нет родителей, а на горе сигнал плохой — вряд ли получится посмотреть, — объяснила Чу Жуйцин. До её ухода в мир людей у них даже вайфая не было, так что младшая сестра Сяо Бэй точно не сможет смотреть шоу.
Её тон был совершенно спокойным, но окружающие внезапно замолкли. Та, что задала вопрос, смущённо извинилась:
— Простите, я не знала про ваших родителей...
Чу Жуйцин удивлённо воскликнула:
— ?
Поняв, что её неправильно поняли, она пояснила:
— У всех учеников нашей школы нет родителей. Мы живём вместе с братьями и сёстрами по Дао с самого детства.
Лю Сяобай ещё больше удивилась:
— Почему? Это правило приёма в ученики? Неужели ваш учитель берёт только сирот?
— Нет, — спокойно ответила Чу Жуйцин. — Потому что путь Дао — это одиночное странствие. Никто не может идти рядом с тобой до самого конца.
Хотя в школе только Чу Жуйцин серьёзно занималась искусством меча, а остальные ученики были скорее любителями, все они всё равно жили значительно дольше обычных людей («обезьян», как они их называли). При поступлении в школу каждый обязан был полностью оборвать связи с прошлой жизнью — с родными, друзьями, знакомыми. Даже если кто-то пытался сохранять связь через письма, через десять лет он неизбежно обнаруживал, что мир вокруг изменился до неузнаваемости. Что уж говорить о двадцати или тридцати годах...
Лучше всего — забыть друг друга. Иначе каждая встреча будет лишь чередой бесконечных прощаний. Родные стареют, а ты остаёшься молодым. Ваши взгляды и мышление расходятся всё дальше, и в конце концов остаётся лишь молчание.
Когда Чу Жуйцин поступила в школу, она была ещё слишком мала, чтобы сильно переживать. А вот Кань Хэ тогда устроил настоящий ад: каждый день требовал вернуться домой. Он долго поддерживал связь с семьёй, и только когда его родные начали требовать, чтобы их привели к эликсиру бессмертия, отношения окончательно оборвались.
Её слова прозвучали с лёгкой грустью, и весёлая атмосфера в комнате угасла. Девушки ещё немного поболтали и, наконец, легли спать, ожидая завтрашнего дня.
[Похоже, у старшей сестры Чу трагичное прошлое? Теперь понятно, почему в прошлый раз она разговаривала именно с младшей сестрой.]
[Простите, все серьёзно настроены, а мне кажется, что «путь Дао — одиночное странствие» звучит немного пафосно и подростково 2333]
[«Никто не может идти рядом с тобой до самого конца» — зато Коммунистическая партия Китая всегда рядом с народом, неизменно храня свою первоначальную цель и упорно двигаясь вперёд.]
[Эй, братан, ты вообще о чём??]
На следующий день участницы в униформе вновь собрались на сцене, где проходило их первое выступление. На сцене по-прежнему стояли пирамидальные сиденья с номерами, ожидая своих обладательниц согласно рейтингу.
Чэнь Сыцзя глубоко вздохнула:
— Главное — не вылететь слишком быстро. Хоть бы продержаться ещё один раунд...
Чу Жуйцин искренне спросила:
— А если меня сейчас отчислят, зарплата уменьшится?
Чэнь Сыцзя недоуменно уставилась на неё:
— ???
— Братан, сейчас тебе стоит думать об этом??
Чу Жуйцин невозмутимо пояснила:
— Ну, конец месяца уже близко.
Как человек, живущий за чертой бедности, она до сих пор не получила ни копейки и чувствовала лёгкое раздражение.
[Неужели эта контора открыто задерживает зарплату?? Куда деваются все мои деньги на поддержку любимчика!?]
[Зато Чу Лаосы реально скромная: её повседневная одежда — дешёвые базовые вещи, и только лицо спасает _(:з)∠)_]
[Серьёзно подозреваю, что если бы Чу Жуйцин не попала на этот проект, она бы умерла с голоду на улице. Хотя бы здесь кормят и дают крышу над головой.]
[Не судите строго: за внешней харизмой мастера скрывается обычная офисная работница, борющаяся за выживание 2333]
После яркого светового шоу на сцену вышел Лу Линь с микрофоном и начал оглашать результаты:
— Шестьдесят пятая участница набрала шестизначное количество голосов...
В зале раздался возглас удивления. Чэнь Сыцзя тоже была поражена:
— Последняя позиция — уже сотни тысяч голосов...
Шоу «Новые Идолы» становилось всё популярнее. Голосов у последней участницы в этом сезоне даже больше, чем у лидера прошлого! Обычно мужские группы собирают больше голосов, но теперь очевидно: проект набирает национальную популярность, аудитория растёт. Это значит, что бонусные голоса за выступления почти не влияют на итоговый рейтинг: разрыв между первыми десятью участниками будет настолько огромен, что несколько тысяч дополнительных голосов ничего не изменят.
Лу Линь продолжал зачитывать имена. Многие из названных плакали от радости, а те, кто понял, что выбыл, выглядели подавленными и убитыми. Чэнь Сыцзя нервничала: чем позже назовут имя, тем выше место, но она боялась, что её вообще не назовут — значит, она вне топ-65. От волнения она не находила себе места.
Чу Жуйцин, напротив, сохраняла полное безразличие. Если бы не моргание, зрители решили бы, что картинка зависла.
[Сейчас Чу Жуйцин точно думает только об одном: а компания-то уже перевела зарплату? [doge]]
[Чу: Лу Линь, слезай со сцене. Пусть кто-нибудь из участниц, умеющих рэповать, прочитает результаты.]
[Моё лицо сейчас такое же, как у Чу. В голове крутится только: «Кто это? И кто это? И кто, чёрт возьми, вообще все эти люди?»]
Чу Жуйцин действительно мало кого знала. Кроме соседок по комнате и тех, с кем часто репетировала, всех остальных она узнавала только по бейджам. Лю Сяобай и другие девушки из топа, благодаря большому количеству экранного времени, заняли высокие места и благополучно прошли дальше.
Лу Линь, как водится, затягивал объявление каждого имени, да ещё и давал каждой участнице возможность сказать пару слов, из-за чего церемония затянулась надолго. Наконец настал черёд первой десятки. Знакомые Чу Жуйцин начали выходить на сцену: Ся Мэй — девятая, Ху Шао — седьмая, Чэнь Сыцзя — шестая.
Лу Линь взглянул на карточку и с многозначительной улыбкой произнёс:
— История, похоже, повторяется... Снова пришло время объявить победительницу!
На большом экране тут же появились два кадра в сравнении — Чу Жуйцин и Синь Юань, словно повторяя сцену из «Алмазного цветка».
— Прошу наших финалисток подняться на сцену! — обратился Лу Линь к Чу Жуйцин и Синь Юань, направляя их к поднимающимся площадкам. Та, чья площадка взлетит вверх, и станет первой.
http://bllate.org/book/7037/664599
Готово:
