Таньвань судорожно вдохнула и прижала ладонь к груди: от неожиданного падения в сумерках её всё ещё трясло.
Она повернула голову и увидела две длинные, прямые ноги.
Любопытство взяло верх — она подняла глаза… О, это же тот самый парень с утра!
Он стоял спиной к закатному солнцу. Его силуэт был чётким и резким, черты лица изящными, а тёмные глаза, казалось, смотрели прямо на неё, хотя на самом деле он продолжал разговаривать по телефону.
Таньвань постучала себя по груди, потом двумя белыми пальчиками потянула его за край рубашки. Мужчина лишь спустя мгновение опустил взгляд. В его глазах читалось полное недоумение. Тогда она просто показала на своё плечо.
Там лежала чужая рука — длинные пальцы, чёткие суставы, прямоугольные ногти — спокойно покоились на её хрупком плече.
Пэй Янь аккуратно убрал руку, даже не покраснев и не сбившись с дыхания.
Игнорируя шум в трубке, он наконец внимательно взглянул на Таньвань. Девушка всё ещё выглядела испуганной, и как только он убрал руку, она мгновенно отскочила на два шага назад — будто от волка.
Впервые в жизни его приняли за хищника! Прищурившись на солнце, он уставился на неё.
Неужели эта малышка действительно считает его волком?
Скорее сама маленькая белоглазая волчица.
Видимо, утренняя конфета была зря потрачена!
Её взгляд напоминал испуганного крольчонка, и Пэй Янь невольно захотелось объясниться.
Он вспомнил, как всё произошло. На самом деле он просто помогал.
Шёл по улице и вдруг заметил впереди девушку: чёрные волосы мягко собраны в пучок, на голове — заколка в виде подсолнуха, на шее болтается красная ниточка, подчёркивающая нежность кожи от ушей до затылка.
Девушка живо шагала вперёд, прижимая к груди большую коробку, и решительно направлялась прямо в столб — будто там лежало золото!
Он видел немало мужчин, которые, уткнувшись в телефоны, врезались в стены или фонари, и их вопли были поистине оглушительны.
Говорят, у девушек голос выше — он уже готовился зажать уши.
Но в последний момент всё-таки опустил руки и вовремя подхватил этого маленького подсолнушка.
Как же можно было бросить на произвол судьбы такой нежный цветок? Это было бы просто бесчеловечно!
Ведь оба они — цветы, расцветающие под солнцем Родины!
К тому же между ними уже была связь — та самая конфета!
А теперь выходит, что этот подсолнушек совершенно не оценил его доброты и даже усмотрел в ней что-то недостойное.
Пэй Янь опустил руку с телефоном:
— Ты…
Из трубки вдруг раздался яростный голос Линь Ишэна:
— Да ты совсем с ума сошёл, Янь?! Ноль баллов!! Весь прошлый семестр я не спал ночами у компьютера, чтобы подобрать тебе лёгкий предмет, а ты мне принёс ноль!!!
Южный университет, желая студентам приятных каникул, почти никогда не выкладывал оценки во время отдыха. Но за два дня до начала занятий сайт взорвался от наплыва желающих узнать результаты.
Таньвань услышала лишь одно слово — «ноль» — и сразу поняла: он тоже завалил экзамен!
Она невольно снова посмотрела на парня с сочувствием. В её глазах читалась искренняя жалость — и Пэй Янь это прекрасно заметил.
Хотя он всегда считал себя самым терпеливым среди своих друзей, сейчас ему очень хотелось вмазать этому дураку Линь Ишэну!
Этот придурок орал так громко, будто специально хотел, чтобы все вокруг слышали.
Пэй Янь мрачно отключил звонок и молча забрал у Таньвань коробку.
— Провожу тебя до общежития. Покажешь дорогу?
Таньвань хотела отказаться — коробка ведь не тяжёлая, — но Пэй Янь уже пошёл вперёд.
Она быстро сфотографировала рекламу на фонарном столбе. Вспышка сработала как раз в тот момент, когда Пэй Янь обернулся — и его лицо случайно попало в кадр.
Таньвань этого не заметила: она целиком сосредоточилась на тексте объявления. Спрятав телефон, она побежала вслед за ним, чтобы идти рядом.
Пэй Янь внутренне заволновался. Он мысленно перебрал своё выражение лица в тот миг — вроде бы ничего ужасного…
У входа в общежитие Таньвань взяла коробку и искренне поблагодарила:
— Спасибо тебе, одногруппник.
Пэй Янь приподнял бровь:
— Старший курс!
— А?
Таньвань не сразу поняла.
Он усмехнулся:
— Неужели нужна плата за переименование?
Привычно засунув руку в карман, он нахмурился — конфет не было. Раздражённо взъерошив волосы, он сказал:
— Плата пока в долг. Как только у старшего курса появятся конфеты — сразу отдам.
Таньвань наконец поняла и послушно поправилась:
— Спасибо тебе, старший курс.
Чёрт, какая же она послушная!
Настроение Пэй Яня заметно улучшилось. Вернувшись в комнату, он даже не стал разбираться с Линь Ишэном.
Сначала Пэй Янь принял душ, потом натянул что-то первое попавшееся, и, пока волосы ещё были мокрыми, рассеянно спросил, где фен.
Линь Ишэн послушно протянул ему прибор, но при этом фыркнул:
— Ну ты даёшь! Получил яичко и радуешься, как будто всё в порядке.
Пэй Янь вспомнил про проваленный экзамен и подошёл к компьютеру. На экране красовался круглый ноль. Он смотрел на него так долго, что Чэн Чэ уже начал шутить, будто из этого яйца вот-вот вылупится утёнок.
Наконец Пэй Янь медленно произнёс:
— А я вообще не ходил на этот предмет.
Ребята чуть не расхохотались:
— Так ты и не сдавал! Это же факультатив! Даже если бы написал пару строчек — получил бы хотя бы двадцать баллов. А у тебя ноль! Значит, ты не только не ходил, но и не явился на экзамен!
— Э-э… Я даже не выбирал его… — Пэй Янь безразлично посмотрел на Чэн Чэ, который только что разговаривал с ним по телефону. — Разве не ты за меня выбирал курсы?
Чэн Чэ вспомнил ту сцену: трое других парней увлечённо играли в игры, а он один нес на себе бремя выбора курсов для всей комнаты. Чтобы набрать нужные кредиты, он выбрал самый лёгкий факультатив в Южном университете — «Избранные произведения классической литературы». Говорили, что преподаватель никогда не проверяет посещаемость и невероятно добрый.
Он щёлкнул мышкой — и записал всех четверых. В итоге только Пэй Янь оказался в списке, остальные не прошли отбор. Он сообщил об этом, Пэй Янь кивнул — и на этом всё закончилось. Этот парень даже не явился ни на занятия, ни на экзамен, зря потратив его старания.
Правда, Пэй Янь обычно был занят и почти не появлялся в общежитии, поэтому никто и не знал, ходит ли он на пары, и не напомнил ему об экзамене.
Вот так молодой господин впервые в жизни завалил предмет.
Но, похоже, его это мало волновало.
Гораздо больше его занимала конфета.
Пэй Янь спросил:
— Где ты купил те конфеты, что дал мне утром?
Линь Ишэн:
— Откуда я знаю? Стянул у кого-то. Ты вообще ешь конфеты? Серьёзно? Ты их реально съел?
Пэй Янь открыл приложение Taobao и лениво улыбнулся:
— Нет. Мои тоже стащили.
Линь Ишэн:
— Почему ты такой довольный? Что тут гордиться?
Пэй Янь:
— Украла первокурсница.
Линь Ишэн:
— Ага.
Подожди-ка! Что он сейчас услышал? Первая курсница?!
Ничего себе! Теперь есть чем гордиться!
—
В комнате стало тише — одного парня не было.
Чэн Чэ спросил:
— А где третий?
— Третий убежал за девушкой. У него три души унесли семь жизней — безнадёжен. Только что выложил в соцсети романтический пост: «Лунный свет прекрасен, но и он не сравнится с тобой…»
Пэй Янь презрительно фыркнул:
— Приторно!
Линь Ишэн возмутился:
— Ну и что? Разве плохо, когда влюбляются?
Он посмотрел на довольное лицо Пэй Яня и вдруг вспомнил собственную больную историю.
На первом курсе он потерял первую любовь и рыдал, обнимая бутылку, как маленький. Все говорили: «Выпей за прошлое, больше не возвращайся», или: «Поплачь — и вся грусть уйдёт».
Только Пэй Янь тогда с таким же презрением бросил ему:
— Мужчины слёз не льют!
А потом добавил: — Где твоё достоинство?!
«Достоинство»… Чёрт! Но, странное дело, эти слова действительно помогли. Он и сам не знал, зачем так горько плакал из-за девчонки, которая его предала. Разве это не глупо? Зачем тогда вообще реветь?
Он перестал плакать и устроил трём своим «сыновьям» по комнате серьёзный разговор. Главная мысль: выбирайте девушек внимательнее, чтобы не повторить его ошибку.
Этот разговор, похоже, сработал: до третьего курса никто из них не проявлял интереса к противоположному полу. Только третий недавно влюбился. Иногда Чэн Чэ делал комплименты красивым девушкам, но Пэй Янь, кажется, вообще не замечал женщин.
Линь Ишэн долго чувствовал вину: не испугал ли он парней своей историей? Но однажды встретил школьного друга Пэй Яня и спросил. Оказалось, что Пэй Янь всегда был таким.
Когда в старшей школе все пары целовались направо и налево, он спокойно сидел среди них и, глядя на происходящее, мог спокойно прокомментировать: «Техника поцелуя…»
Какого чёрта тебе до этого, если люди целуются? Хочешь — сам найди себе пару и целуйся!
Когда Линь Ишэн спросил об этом, Пэй Янь как раз удалял свои фото с форума.
— Если бы я не заговорил, пока рядом стоял завуч, как бы они выдержали огонь? В итоге половина гнева директора обрушилась на меня.
Линь Ишэн окончательно сдался. Выходит, Пэй Янь — настоящий рыцарь, жертвующий собой ради любви других!
Тем не менее, ему очень хотелось увидеть, как будет выглядеть Пэй Янь, когда влюбится впервые. Ведь девушка, способная покорить такого парня, точно не простая.
Значит, та первокурсница, которая стащила конфеты у Пэй Яня, — кто она такая?
Линь Ишэн задумался.
—
На следующий день Таньвань шла под солнцем с зонтом, направляясь в деканат.
Солнечные лучи косо падали на землю, игриво пытаясь попасть ей в лицо. Она немного наклонила зонт, чтобы защититься, но тем самым частично закрыла себе обзор.
Повернув за угол, она вдруг остановилась.
Чёрные кроссовки, спортивные штаны, открытая часть лодыжки… Очень похоже на старшего курса.
Она потянула зонт — тот не двигался. Потянула сильнее и поняла: острый конец спицы зацепился за воротник его рубашки.
Воротник натянулся вниз, открывая… довольно много. Жаль, она ничего не увидела — зонт полностью закрывал обзор. Под тканью зонта она потянулась, чтобы поправить воротник, но её руку опередила другая — с чёткими суставами и длинными пальцами.
Пэй Янь смотрел на зонт, который только что «оскорбил» его. На ткани красовался наивный Дораэмон. Когда он отвёл зонт в сторону, под ним оказалось такое же наивное лицо — только гораздо милее, чем у синего кота.
Девушка широко раскрыла глаза, моргнула — и вдруг, словно осознав что-то, воскликнула:
— Старший курс! Опять ты!
«Опять»?
Пэй Янь не понравилось это слово — будто она не рада его видеть.
Судьба — штука странная. Вчера он пообещал ей «плату за переименование», а сегодня она сама налетела на него. По его опыту,
такие неуклюжие «подставы»… скорее всего, означают, что девушка в него влюблена!
Но, глядя в её чистые глаза, он не мог понять: хочет ли она его конфет или самого его.
Таньвань перевела взгляд с его лица на шею и увидела красную царапину — её зонт оставил след. Она смутилась:
— Прости, старший курс! Я не знала, что здесь кто-то стоит.
Пэй Янь опустил глаза. Царапина была очень заметной и даже выглядела немного двусмысленно. Он потянул воротник вверх, скрывая след.
Жест получился соблазнительным, но сам он вёл себя совершенно естественно. Таньвань невольно подумала, что кожа у старшего курса удивительно нежная — царапина так ярко выделялась.
— Старший курс… Может, схожу за мазью?
Вж-ж-жжж… Зазвонил телефон. Пэй Янь взглянул на номер и ответил.
Голос третьего курса звучал взволнованно:
— Я повёл свою малышку в кино! Когда пойдёшь в деканат, не показывай там свой барский нрав. Всё-таки завалил предмет — будь вежливым и тихим, как мышка, жди, пока преподаватель сам что-то решит…
Голос в трубке был слишком громким, и Таньвань уловила три ключевых слова: деканат — провал — барский нрав…
http://bllate.org/book/6829/649310
Готово:
