В конце концов Чжоу Ли выбралась через сад.
К счастью, с детства она бывала на всевозможных приёмах и прекрасно знала планировку роскошных особняков. Благодаря этому ей удалось незаметно обойти дом сзади и выйти к парадному двору, никого не потревожив.
Она толкнула ворота переднего двора и наконец с облегчением выдохнула.
— Одежду пока менять не буду, — решила она про себя. — Всё равно завтра снова пойду к Шэнь Юйсюань давать уроки, тогда и заберу.
С этими мыслями Чжоу Ли уже собиралась достать телефон, чтобы вызвать такси.
Но вдруг в поле зрения попал человек.
Она повернула голову — и мгновенно окаменела.
Неподалёку, прислонившись к машине, стоял Шэнь Чжао.
На улице было темно, а место, где он находился, ещё темнее — вдалеке от освещённой виллы.
Его высокая фигура едва угадывалась во мраке: он небрежно опирался на капот, черты лица скрывала тень, но взгляд был устремлён прямо на неё — ощутимый, неминуемый.
Чжоу Ли: «…»
Вот уж действительно — всё старалась избежать встречи, а он поджидал её прямо на пути домой.
Она замерла на месте.
Но раз уж попалась — делать нечего.
Скрепя сердце, она подошла к нему.
— Разве я не просил тебя подождать? — спросил он низким, слегка хрипловатым голосом.
Чжоу Ли: «…»
Так вот зачем он это сказал!
Пользуясь тем, что в темноте её лицо плохо различимо, она невозмутимо кивнула:
— Ага, поэтому, увидев тебя здесь, я специально вышла попрощаться.
— …
— Просто хотела сказать… Уже поздно, я пойду домой.
— …
Чжоу Ли даже сама собой гордилась.
В любой неловкой ситуации она умела сохранять хладнокровие и держать ситуацию под контролем.
Если бы… только чуть больше наглости!
Мужчина молча смотрел на неё, затем тихо произнёс:
— Садись, я отвезу тебя.
Чжоу Ли заколебалась.
Она боялась покраснеть — и чтобы он это заметил.
После всего, что только что произошло, ей нужно было время, чтобы прийти в себя.
Она запнулась, подыскивая отговорку, но Шэнь Чжао, видя её замешательство, на удивление не стал наседать.
— Поздно, тебе одной опасно возвращаться, — просто сказал он.
Чжоу Ли: «…»
По её мнению, с ним было куда опаснее.
В голове всё ещё звенела фраза Чжэн Юй: «сорви этот цветок пиона».
Сорви этот цветок пиона.
Сорви цветок пиона.
Цветок пиона.
Пион.
Цветок.
Кончики пальцев дрогнули. Она тихо нашла предлог:
— Но ты же пил.
Шэнь Чжао открыл заднюю дверцу машины:
— Цзян Шу не пил.
— ?
Он сделал приглашающий жест, словно понимая, какие мысли сейчас крутятся у неё в голове:
— Есть водитель.
— …
Теперь точно отказаться невозможно.
Чжоу Ли сдалась и села в машину.
Только когда автомобиль уже давно тронулся с места, она наконец пришла в себя.
Подожди-ка… Если есть водитель, зачем он сам поехал?
Но теперь было поздно что-либо менять.
Машина покинула район Сишань Юньдин и начала спускаться по серпантину.
В салоне царила странная тишина. Чжоу Ли сидела, выпрямив спину, уставившись в луч света от фар, будто стараясь запомнить дорогу.
Шэнь Чжао тоже молчал. С самого начала он откинулся на сиденье, прикрыв красивые миндалевидные глаза, будто заснул.
Но стоило Чжоу Ли чуть пошевелиться — сиденье едва заметно качнулось — как он тут же открыл глаза и посмотрел на неё.
Чжоу Ли: «…»
Ладно.
Он не спал.
Стало ещё неловче.
В таком тесном пространстве они сидели почти вплотную, и она чувствовала лёгкий аромат алкоголя, исходящий от него.
И, возможно, это было связано с «фильтром Шэнь Чжао», но запах ей совсем не казался неприятным.
Просто… мучительно неловко.
Она не знала, думает ли он сейчас о том, как она выглядела несколько минут назад —
словно уже… переспала с ним.
Эта мысль становилась всё более убедительной и неотразимой.
В конце концов она не выдержала этой тишины и недоговорённости.
Помедлив немного, она тихо заговорила:
— На самом деле… я совсем не то имела в виду.
Мужчина молчал, лишь внимательно смотрел на неё.
Он понял, о чём она, и больше не делал вид, будто ничего не знает.
Она повернулась к нему:
— Ты же знаешь, какой я человек — мне не нравится проигрывать. Раз она так сказала, я просто ответила ей тем же.
Собрав всю волю в кулак, она продолжила:
— Я вовсе не хотела воспользоваться твоим именем.
Шэнь Чжао молча смотрел на неё, его глаза были тёмными, как безлунная ночь.
Чжоу Ли сжала ладони и, чтобы доказать искренность своих слов, решилась на великий компромисс:
— Если… если ты всё же считаешь, что я запятнала твою репутацию… — она слегка прикусила губу, — тогда… в другой раз ты можешь сказать обо мне то же самое.
Помолчав, добавила:
— Я не обижусь.
Шэнь Чжао смотрел на неё несколько секунд, потом вдруг тихо рассмеялся:
— Я тоже не люблю проигрывать.
— ?
Чжоу Ли моргнула.
Значит, он принимает её предложение — ответит ей тем же, и сегодняшний инцидент считается закрытым?
Едва эта мысль возникла, как он неторопливо добавил:
— Только я немного лучше тебя.
— …
— Помимо того, что не терплю проигрышей, я ещё… —
Он пристально посмотрел ей в глаза, уголки губ медленно изогнулись в многозначительной улыбке, и он чётко, по слогам произнёс:
— Всегда. Держу. Слово.
Чжоу Ли: «…»
«Всегда держу слово…»
Чжоу Ли замолчала. Она поняла: пытаться разрядить обстановку разговором с этим человеком — значит лишь усугубить неловкость.
Лучше было сразу молчать.
До самого Жилого комплекса Ланьшань в машине царило молчание. Когда автомобиль остановился, Чжоу Ли повернулась к Шэнь Чжао и поблагодарила:
— Спасибо.
Она открыла дверь и вышла.
В салоне была включена тёплая печка, и она уже привыкла к теплу. Но, едва выйдя наружу, ледяной воздух ворвался внутрь, и она вздрогнула от холода. Она уже собиралась броситься бегом домой, как вдруг Шэнь Чжао окликнул её:
— Подожди.
Она обернулась и увидела, как он расстёгивает пиджак. Его пальцы были длинными и изящными — до боли красивыми.
Она сразу поняла, что он хочет отдать ей пиджак, и поспешно сказала:
— Не надо, не надо!
Но Шэнь Чжао уже снял пиджак и протянул ей:
— Не холодно?
Холодно… Но если вернуться домой в мужской одежде поверх своего наряда, как она объяснит это Чжоу Хунъаню и Гу Жун?
Чжоу Хунъань ещё можно было бы как-то уговорить, но Гу Жун…
Не раздумывая, она поспешила скрыться, быстро захлопнув дверцу машины. Увидев, как его рука застыла в воздухе, она почувствовала укол вины и торопливо добавила:
— До дома совсем близко. Пока!
И тут же захлопнула дверь.
Повернувшись, она вдруг вспомнила рубашку, которую он носил под пиджаком.
Тёмно-синяя… Очень знакомая.
Сердце её на миг дрогнуло, но не успела она обдумать это чувство, как ледяной ветер подгонял её бежать домой.
Шэнь Чжао проводил её взглядом, пока она не скрылась из виду. Затем перевёл взгляд на надпись у входа в жилой комплекс — тёмно-красный фон, золотые буквы. Немного вульгарно, шрифт посредственный, но он долго не мог отвести глаз.
«Ланьшань».
«Искала тебя тысячи раз среди толпы, и вот, обернувшись, увидела тебя там, где мерцают последние огни».
…
Чжоу Ли добежала до дома и мечтала лишь завернуться в одеяло, но, открыв дверь, увидела, что Чжоу Хунъань и Гу Жун сидят в гостиной и смотрят телевизор.
Услышав шум, они обернулись.
И —
Чжоу Ли: «…»
Гу Жун: «…»
Чжоу Хунъань: «…»
На секунду повисла тишина. Чжоу Ли первой пришла в себя и, увидев, что мать собирается расспрашивать, опередила её, обратившись к отцу уверенным тоном:
— Пап, твоё дело я уладила.
Гу Жун тут же перевела взгляд на мужа:
— Ты послал её так поздно решать свои дела?
— Ну это… — Чжоу Хунъань переводил взгляд с жены на дочь и обратно, растерянно моргая.
— …
Чжоу Ли воспользовалась моментом и поспешила уйти в свою комнату.
Ей было так холодно, что она сразу направилась в ванную принять горячий душ.
В её комнате была своя ванная.
Изначально в квартире её не было — санузел был только в спальне родителей. Но семья ещё с давних времён выработала одну привычку: обязательно иметь ванную в своей комнате. Хотя жизнь их давно приучила к скромности, эту особенность они сохранили.
Квартира была арендованной, и перепланировка официально запрещалась. Однако всеми правдами и неправдами они уговорили хозяина, сами оплатили ремонт и соединили внешнюю ванную с комнатой Чжоу Ли.
Теперь это было очень удобно.
Приняв душ и вымыв волосы, она высушела их феном и привела себя в порядок. Прошло почти два часа.
Взяв телефон, она разблокировала экран — и сразу увидела сообщение.
Шэнь Чжао: [Добралась?]
Отправлено полтора часа назад.
Чжоу Ли поспешно стала набирать ответ, не задумываясь:
[Да, только что из душа вышла.]
Отправив, она уставилась на слова «из душа» и вдруг почувствовала, что это звучит… не очень.
Быстро протянула палец, чтобы удалить сообщение.
Нажимала долго, но кнопки «удалить» не появлялось. И тут до неё дошло —
это же не WeChat!
Чжоу Ли: «…»
Ей было так тяжело.
Действительно тяжело!
Ладно… Пусть будет так. Она устала.
Повалевшись на кровать, она вдруг услышала осторожный стук в дверь — очень тихий и робкий.
Она сразу поняла: это Чжоу Хунъань.
Встав, она неспешно подошла и открыла.
В гостиной уже погасили свет — Гу Жун, видимо, легла спать. Чжоу Хунъань вошёл и тихо закрыл за собой дверь. Посмотрев на дочь, он с укором произнёс:
— Как ты вообще могла меня подставить?
Чжоу Ли честно развела руками:
— А как ещё объяснить?
Чжоу Хунъань: «…»
Помолчав, он пробормотал:
— «Пусть погибнет друг, лишь бы я спасся»… Ты точно моя дочь!
Чжоу Ли моргнула:
— Папа, я тебя люблю!
Чжоу Хунъань: «…»
— Кого ты сегодня видела? — спросил он.
— Чжэн Юй, — ответила она без тени смущения.
— А ещё?
— Ещё договорились, что она в ближайшие дни зайдёт в магазин и вернёт твою «Маленькую романтику». Завтра открывайся.
— …
Чжоу Хунъань помолчал и спросил:
— Ты ходила к Шэнь Чжао?
Чжоу Ли покачала головой:
— Я не собиралась к нему идти.
Чжоу Хунъань чуть не выдохнул с облегчением, но тут же услышал:
— Просто случайно встретились.
Чжоу Хунъань: «…»
Спустя некоторое время он спросил:
— Разве он не покидает пределов города Б?
Чжоу Ли колебалась — стоит ли сообщать ему эту страшную новость.
— Говори уже, — сказал Чжоу Хунъань. — Я помогу тебе скрыть.
Тогда она решилась:
— Похоже, он переехал сюда. Наверное, теперь…
Она слегка помедлила и закончила:
— Теперь он, скорее всего, никогда не покинет город А.
Чжоу Хунъань: «…»
«Чёрт!»
Этот удар оказался слишком сильным. Чжоу Хунъань явно не мог его переварить и, ничего не сказав, направился к выходу.
Но у двери вдруг остановился и обернулся:
— У него есть кто-то?
Чжоу Ли: «…»
Помолчав пару секунд, она кивнула с искренним выражением лица:
— Есть.
Тяжесть на лице Чжоу Хунъаня мгновенно исчезла, и он даже облегчённо усмехнулся.
Но тут же спохватился, принял серьёзный вид и нарочито торжественно произнёс:
— Тогда, когда увидишь его, передай от меня пожелания счастья и… да благословит вас Небо многочисленным потомством!
Чжоу Ли: «…»
— Обязательно передам.
— …Хорошо.
Получив обещание дочери, Чжоу Хунъань наконец отправился спать с довольным видом.
Чжоу Ли осталась у двери, глубоко вздохнула и вернулась к кровати.
Закрыв глаза, она невольно вспомнила рубашку Шэнь Чжао под пиджаком.
Она ведь и не думала, что он снова её наденет — особенно в таком случае.
http://bllate.org/book/6827/649198
Готово:
