— Что с тобой, Мяомяо? — Ло Вань мягко похлопала дочь по спине.
— Ничего, мама… Просто… У меня что, была детская помолвка? — с подозрением спросила Ци Мяомяо.
— Откуда ты это знаешь? — удивилась Ло Вань.
Ци Мяомяо обладала острым слухом и слышала разговор за дверью, а Ло Вань — нет. Поэтому, когда дочь вдруг заговорила об этом, она искренне изумилась.
Ци Мяомяо не отставала, и Ло Вань наконец рассказала ей, как возникла эта помолвка.
Лет три-четыре назад Ци Баого взял Мяомяо с собой в Хэнчэн по делам. На окраине города они наткнулись на похитителей, которые уже держали в плену мальчика. Ци Баого, не раздумывая, поручил дочь своему спутнику и бросился на помощь.
Полчаса он сражался с двумя преступниками и спас ребёнка, но сам получил тяжёлые ранения — чуть не лишился ноги.
Похитители враждовали с отцом мальчика и собирались вымогать выкуп, а потом убить заложника. Так что Ци Баого буквально спас жизнь мальчику.
Семья ребёнка была безмерно благодарна. Дедушка мальчика, увидев, какая Мяомяо красивая и милая, да ещё и ровесница его внука, тут же предложил устроить им детскую помолвку.
После этого семьи дважды навещали друг друга. Но потом Ци Баого исчез, и семья Цзян больше не появлялась.
— Тогда зачем они сейчас прислали письмо? — широко раскрыла глаза Ци Мяомяо.
— Семья Цзян хочет расторгнуть помолвку? — громко воскликнул Ци Баого. Ло Вань услышала его, нахмурилась и сразу вышла во двор.
Там Ци Баого хлопнул письмо по столу и холодно усмехнулся:
— Тогда дедушка Цзян сам напросился на эту помолвку, и только поэтому я согласился! А теперь вдруг решили отменить? Ладно, расторгайте. Но зачем писать, будто Мяомяо глупа и больна до последнего вздоха? Если хотите расторгнуть помолвку — пожалуйста, но клеветать не позволю!
— Баого, Хэнчэн далеко, — поспешила вставить Чжан Чуньпин. — Возможно, они просто слышали старые слухи.
— Да, Хэнчэн далеко, но ведь старший брат с невесткой как раз живут там! Если уж у них такие тёплые отношения, что могут передавать письма о расторжении помолвки, почему бы им не опровергнуть эти слухи? — Ци Баого косо взглянул на неё. — Мяомяо уже полгода как здорова! Неужели они не могут передать правду?
Дедушка Цзян раньше служил в армии и имел широкие связи в Хэнчэне. Его сын, Цзян Цзяньго, при его покровительстве дослужился до заместителя министра торговли.
Изначально Ци Вэйминь был простым служащим в другом ведомстве. Узнав о связи Ци Баого с семьёй Цзян, он тут же начал подлизываться, представившись старшим братом Ци Баого, и быстро сблизился с Цзянами.
Цзян Цзяньго даже перевёл его в министерство торговли и помогал продвигаться по карьерной лестнице. Теперь Ци Вэйминь уже достиг уровня начальника отдела.
Правда, об этом он никому в семье не рассказывал. Все думали, что он добился всего сам.
Теперь, услышав насмешливое замечание Ци Баого: «Раз уж у вас такие дружеские отношения, что передаёте письма о расторжении помолвки», Ци Вэйминь почувствовал себя неловко и тут же сказал:
— Баого, я же коллега Цзяньго. Ему было неловко вручать тебе это письмо лично, поэтому он попросил меня передать. Я даже не читал, что там написано.
— Хм! — Ци Баого легко подбросил конверт. — Тогда, брат, передай Цзяньго, что мне не понравилось содержание этого письма. Пусть напишет новое!
В конверте лежал маленький серебряный замочек. Ци Баого поднял его и сказал:
— Это мой замочек. Тогда дедушка Цзян настоял на обмене помолвочными подарками, и я отдал его. Теперь пусть пока побыт у меня.
— А у Мяомяо остались серебряные браслеты от семьи Цзян? На них выгравировано имя Вэньцзе. Можно их вернуть? — с надеждой спросила Чжан Чуньпин.
Ци Баого косо взглянул на неё и фыркнул:
— Сестра, да вы с семьёй Цзян, оказывается, очень близки — даже знаете про браслеты?
Лицо Чжан Чуньпин мгновенно покраснело.
Ци Баого постучал пальцем по столу:
— Повторяю: в этом письме содержится клевета. Я не принимаю его. Если хотят расторгнуть помолвку — пусть сначала напишут нормальное письмо! Старший брат, сестра, прошу не задерживаться!
С этими словами он встал и увёл Ло Вань в дом.
Ци Вэйминь и Чжан Чуньпин стояли во дворе, чувствуя себя крайне неловко, а потом ушли.
Днём Чжан Чуньпин вернулась в Хэнчэн.
Под вечер Ци Мяомяо гуляла возле дома Ци Лаотай. Ци Сяоху играл с другими детьми, гордо демонстрируя горсть конфет из кармана.
— Ци Сяоху! — окликнула его Ци Мяомяо.
— Чего? — настороженно прикрыл карман мальчик.
— Мне твои конфеты не нужны. У меня дома полно белых молочных конфет, фруктовых, яблочной пастилы, печенья… Я уже наелась до отвращения! — закатила глаза Ци Мяомяо. — Твой богатый дядя привёз тебе только конфеты?
— Кто сказал! Просто на этот раз он не успел купить! — обиделся Ци Сяоху.
— Как это — не успел? А раньше он привозил много?
— Конечно! На прошлый Новый год он привёз кучу всего: конфеты, печенье, сухие апельсиновые дольки… Всё это было для тебя, но в итоге мне с Ци Цяоцяо досталось! — Ци Сяоху задрал нос от гордости.
— Для меня? От семьи Цзян? — удивилась Ци Мяомяо.
— Ну да… Нет! Не для тебя, для меня! — Ци Сяоху вдруг спохватился.
— Сяоху, бабушка зовёт! — раздался голос Ци Вэйминя у ворот. Он смотрел на Ци Мяомяо с неодобрением.
Ци Мяомяо подняла на него глаза и тихо хмыкнула.
Она просто хотела немного пошутить с Ци Сяоху, но случайно узнала кое-что важное.
Похоже, семья Цзян не теряла связи все эти годы — просто Ци Вэйминь перехватывал их подарки!
Вернувшись домой, Ци Мяомяо небрежно упомянула об этом Ци Баого.
На следующее утро Чжан Чуньпин вернулась.
Она даже не зашла домой, а сразу отдала письмо Ци Баого. Тот внимательно прочитал его и слегка кивнул:
— Ну, теперь уже лучше!
Чжан Чуньпин с облегчением выдохнула, но не успела до конца расслабиться, как Ци Баого добавил:
— Однако семья Цзян хочет полностью разорвать все связи? Я спас жизнь Цзян Вэньцзе. Интересно, как они собираются «всё уладить»?
— Ци Баого, разве ты не действовал из чувства долга? — изумилась Чжан Чуньпин.
— Чувство долга? — усмехнулся Ци Баого. — Они же сами не хотели афишировать этот инцидент. Мне даже награду за героизм не дали, ни премии. Так что если хотят «всё уладить», пусть спросят, во сколько они оценивают жизнь Вэньцзе, и пришлют мне деньги!
— Ци Баого, ты совсем совесть потерял! — возмутилась Чжан Чуньпин.
— Совесть? — в голосе Ци Баого прозвучала ледяная насмешка. — По-моему, кто-то другой совсем лишился совести, раз так усердно бегает, чтобы устроить расторжение помолвки. Интересно, какую выгоду она от этого получит?
Лицо Чжан Чуньпин то краснело, то бледнело. Она не могла вымолвить ни слова, лишь крепко сжимала конверт, пока пальцы не побелели.
— Ладно, — сказал Ци Баого, забирая письмо и неспешно вкладывая его обратно. — Раз они хотят всё уладить, я назову цену: две тысячи юаней. Пусть пришлют деньги — и я соглашусь расторгнуть помолвку, верну их помолвочные подарки.
— Две тысячи?! — Чжан Чуньпин широко раскрыла глаза. — Ци Баого, ты совсем охренел!
— Неужели жизнь Цзян Вэньцзе не стоит такой суммы? — поднял брови Ци Баого. — Сестра, ты так переживаешь за деньги Цзяньго… Не подумают ли люди, что ты его жена?
Лицо Чжан Чуньпин покраснело до ушей от злости.
— Чуньпин! — Ци Вэйминь вошёл во двор с мрачным лицом.
Он взглянул на Ци Баого и вздохнул:
— Баого, я же коллега Цзяньго. Нам каждый день видеться на работе. Если устроишь скандал, мне будет неловко. Две тысячи — это слишком много. Подумай, как мне теперь смотреть людям в глаза?
Ци Баого серьёзно ответил:
— Брат, это они поступили непорядочно. Стыдиться должен именно он. Даже если его должность выше твоей, ты же продвигался по службе благодаря своим способностям. Он не может тебя унизить!
Он приподнял бровь:
— Или ты всё-таки зависишь от него в карьере?
— Что ты несёшь! Конечно, нет! — Ци Вэйминь смутился, чувствуя, что его больное место задели.
— Ладно, тебе, как посреднику, действительно неловко. Тогда я сам съезжу в Хэнчэн и поговорю с ними лично! — в глазах Ци Баого блеснул огонёк. — Если у Цзяньго нет денег, у дедушки Цзян точно есть!
— Нет! — лицо Чжан Чуньпин исказилось от ужаса.
Ци Баого нахмурился.
Ци Вэйминь бросил на жену гневный взгляд и повернулся к брату:
— Цзяньго как раз уехал в командировку. Если поедешь, всё равно никого не застанешь. Давай я сам с ним поговорю по телефону.
Он похлопал Ци Баого по плечу:
— Мы ведь родные братья. Я, конечно, на твоей стороне. Обязательно выбью эти две тысячи!
Ци Баого опустил голову, и в уголках его губ мелькнула саркастическая улыбка:
— Хорошо, тогда заранее благодарю, брат!
Когда Ци Вэйминь и Чжан Чуньпин ушли, Ло Вань, побледнев, спросила:
— Баого, зачем тебе деньги?
Она несколько раз пыталась вмешаться в разговор, но Ци Баого останавливал её. Теперь в ней кипела обида:
— Если семья Цзян хочет расторгнуть помолвку — пусть расторгают! Кто их просил? Наша Мяомяо умна и красива, я ещё боюсь, что они ей не пара! Но зачем ты требуешь деньги? Это… будто мы сами унижаемся!
Ло Вань была женщиной с высокими принципами.
Ци Баого взял её за руку:
— Вань, я понимаю твои чувства. Но в этом деле не всё так просто…
Ло Вань удивлённо посмотрела на него. Ци Баого продолжил:
— Я несколько раз беседовал с дедушкой Цзян. Он не из тех, кто нарушает обещания. Разве ты не заметила, как изменилась в лице Чуньпин, когда я сказал, что поеду в Хэнчэн? Они что-то скрывают!
— Но как такое возможно? У них же есть наши помолвочные подарки! И вообще, какое им дело до нашей помолвки? — недоумевала Ло Вань.
— Дедушка Цзян не нарушал бы обещания, но Цзяньго, возможно, хочет. И обрати внимание: больше всех рвутся расторгнуть помолвку именно Ци Вэйминь и Чжан Чуньпин… Но это не самое главное! — Ци Баого нежно посмотрел на Ци Мяомяо. — Главное — наша Мяомяо слишком хороша для простых людей. Я сам давно думал, как бы избавиться от этой помолвки. Раз они сами пришли — отлично!
Ци Мяомяо, сидя на маленьком табурете и подперев щёчки руками, улыбнулась.
Ци Баого присел перед ней и погладил по голове:
— Наша Мяомяо — маленькая фея. Ей никто не пара!
Ло Вань раздражённо воскликнула:
— Тогда зачем требовать деньги?
— Я готов согласиться на расторжение помолвки, но если они используют коварные уловки, должны заплатить за это! — усмехнулся Ци Баого. — Посмотришь, кто на самом деле заплатит эти деньги!
Ло Вань, хоть и была принципиальной, не была глупой. Она широко раскрыла глаза:
— Неужели…
Ци Баого усадил её рядом:
— Вань, нам с тобой скоро поступать в университет. Учёба, проживание, книги — всё это требует немалых денег. Да и за троих детей надо подумать. Не хочешь же ты, чтобы они страдали?
Ло Вань онемела. Действительно, после поступления в университет они будут учиться весь день и не смогут работать, а значит, не будет и дохода. Расходы на них и троих детей на ближайшие четыре года — это серьёзная сумма. Даже если плата за обучение невелика, на еду и быт уйдёт немало. Надо было готовиться заранее.
Тем временем в доме Ци Вэйминя царило напряжение.
Ци Вэйминь нервно расхаживал по комнате.
Чжан Чуньпин сквозь зубы процедила:
— Две тысячи! Ци Баого совсем обнаглел! Пусть сдохнет от нищеты!
— Ци Баого всегда такой. Уже хорошо, что он согласился расторгнуть помолвку! — нахмурился Ци Вэйминь. — Больше не ходи к нему сама. Он не передумает. Если разозлишь его, он и правда поедет в Хэнчэн!
— Но где нам взять две тысячи? Мы и за год не накопим столько! — испуганно прошептала Чжан Чуньпин. — Может, договориться с Цзяньго?
— Ты же знаешь, какой Цзяньго скупой! А вдруг он захочет сам поговорить с Ци Баого? Приедут сюда, увидят Мяомяо… — Ци Вэйминь осёкся.
Он уже видел Ци Мяомяо. У девочки было сердечко вместо лица, огромные глаза, и она была невероятно мила. Её большие, наивные, влажные глаза смотрели прямо в душу и могли растопить любое сердце.
Вчера он видел, как она дурачила Ци Сяоху, заставляя его вертеться как волчок.
Эта девчонка была умна, остроумна и красива — именно такую невестку и хотела бы семья Цзян. Вдруг они приедут, увидят Мяомяо и передумают?
http://bllate.org/book/6824/648992
Готово:
