Шэнь Цяньжун слегка занервничала:
— Если он узнает, что наследный принц Южного государства — мой старший брат по школе, боюсь… Эти слухи пока что лишь слухи, но если они подтвердятся, я не знаю, как смогу смотреть Е Ланьцину в глаза.
— Моя глупенькая Цяньэр… — вздохнул Ся Ифэн с досадливой улыбкой. — Если мы не скажем, что являемся братом и сестрой по школе, люди решат, будто между нами нечто большее. Тогда тебе будет ещё труднее оправдываться.
Цяньжун помолчала, нахмурилась и, не проронив ни слова, последовала за Ся Ифэном на длинную улицу.
Казалось бы, она ничего дурного не сделала, но если Е Ланьцин увидит её в таком положении, ей всё равно станет неловко.
Добравшись до улицы, Цяньжун поняла: она была слишком наивна. Их всю дорогу называли идеальной парой.
Сначала она не обратила внимания, но теперь вдруг осознала: её изумрудное платье и небесно-голубой длинный халат старшего брата в ночи создавали странное, почти зловещее согласие.
Перед тем как войти в чайную, Цяньжун даже подумала перебежать на противоположную сторону к «Юйчжицзинь» и переодеться, но если переоденется — будет выглядеть так, будто что-то скрывает. В итоге ей ничего не оставалось, кроме как подняться наверх в этом наряде.
Ся Ифэн шёл впереди и сам распахнул дверь. Из комнаты вышли двое, и все учтиво обменялись приветствиями. Только тогда Цяньжун медленно вышла из-за спины Ся Ифэна, едва сдерживая улыбку на лице.
Лю Чжици сел рядом с ней и ясно ощутил, что значит «соперники встречаются — глаза сверкают». Оба улыбались, но атмосфера была такой, что хотелось провалиться сквозь землю.
Но сбежать было нельзя. Лю Чжици первым нарушил молчание, улыбнувшись Ся Ифэну:
— Говорят, наследный принц Южного государства безжалостен и решителен. Сегодня, однако, вы не похожи на эти слухи.
Безжалостен и решителен?
Цяньжун, услышав такие слова, мысленно посочувствовала Лю Чжици.
И в самом деле, Ся Ифэн рассмеялся с вызовом, но пальцы его сжали чашку так крепко, что пар, только что едва заметный, вдруг повалил густым облаком.
Лю Чжици резко втянул воздух, но прежде чем успел прийти в себя, Ся Ифэн спокойно произнёс:
— Сегодня госпожа Лю навещала свою мать, а вы отправили с ней лишь четверых людей.
Лю Чжици мгновенно понял: Ся Ифэн, очевидно, питает интерес к Цяньжун и явно разделяет его любовь к интригам. Такая лисья хитрость вызывала ярость, но ничего нельзя было поделать.
Однако он давно не подвергался подобным угрозам и тут же возразил:
— Вздор! Я ведь отправил…
— Ещё четверо следовали за ней в тени, — легко перебил его Ся Ифэн.
Лю Чжици замолчал. Он чувствовал себя невинной жертвой: хотел лишь смягчить обстановку, а теперь сидел в неловкости!
Цяньжун, видя, как Лю Чжици съёжился и умолк, решила вмешаться.
Она посмотрела на Е Ланьцина и представила:
— Это генерал Е Ланьцин.
Затем, указав на Ся Ифэна, сказала Е Ланьцину:
— А это мой…
Она крепко стиснула губы и не смогла договорить.
В этот момент Ся Ифэн вдруг встал, подошёл к двери и распахнул её:
— Позови сюда управляющего.
Все трое в комнате замерли. Все прекрасно знали: чайная формально принадлежит Инъэр, но настоящей хозяйкой является Цяньжун. Ся Ифэн не мог этого не знать.
Цяньжун уже собралась спросить, зачем ему управляющий, но он уже вернулся на своё место, а в дверях появилась Инъэр. Пришлось замолчать и слушать, как Ся Ифэн спокойно приказывает:
— Становится прохладно. Принеси госпоже её накидку.
— Слушаюсь! — Инъэр поклонилась и вышла.
«С каких пор у меня здесь лежит накидка? И почему он так свободно обращается с Инъэр?» — недоумевала Цяньжун.
А Лю Чжици лишь думал про себя: «Е Ланьцин уже проиграл, даже не сказав ни слова. Посмотрите-ка на эту заботу! И ведь он ещё и наследный принц!»
Цяньжун с изумлением посмотрела на него:
— Инъэр — твой человек?
— Да! — Ся Ифэн ответил лёгкой улыбкой, затем перевёл взгляд на Е Ланьцина. — В Чанъани сейчас ходят слухи о «демонице». Есть ли у тебя способ их остановить?
Е Ланьцин, казалось, уже продумал план, и ответил спокойно:
— Первый: ты просишь руки наследной принцессы и увозишь её из Чанъани. Второй: ты лично разъясняешь ситуацию, но это может лишь усугубить недоразумение. Третий: просто проигнорировать.
Ся Ифэн усмехнулся, не комментируя, и вдруг как бы между делом добавил:
— Ах да, я старший брат Цяньэр по школе.
Это прозвучало так нежно и фамильярно, что и Лю Чжици, и Е Ланьцин не скрыли изумления.
— Вы брат и сестра по школе? — Лю Чжици с недоверием посмотрел на них. Раньше они строили тысячи предположений, даже тайно проникали в особняк Шэнь, чтобы убедиться в её безопасности. Чаще всего приходили к выводу, что наследный принц просто влюблён в Цяньжун или хочет отомстить за те три города. Никто и представить не мог, что они учились в одной школе.
— Именно так! — Ся Ифэн кивнул с улыбкой.
Е Ланьцин долго молчал, размышляя, а потом вдруг серьёзно спросил:
— Значит, те три города были возвращены так легко именно благодаря вашим отношениям? Иными словами, и вторжение, и отступление — всё это было частью вашего замысла?
Такой прямой упрёк поразил даже Лю Чжици.
Ся Ифэн напрягся, опустил подбородок и промолчал.
Но Цяньжун вскочила с места и уставилась на Е Ланьцина, не веря своим ушам:
— Ты сомневаешься во мне?
Лю Чжици с отчаянием хотел расколоть голову Е Ланьцину — где же его рассудительность? Где его умение наблюдать?
— Да! — холодно рассмеялась Цяньжун, и в её глазах впервые появилась глубокая боль. — Все эти слухи — выдумки. Та война началась из-за меня.
Но мне всё равно. Я думала, ты поймёшь: разве война может начаться из-за одной женщины? Ха! Е Ланьцин, я и представить не могла, что именно ты мне не поверишь.
С этими словами она резко развернулась и вышла из комнаты.
Ся Ифэн смотрел на дверь, которая качалась от удара, чуть приоткрыл рот, но ничего не сказал. Если бы он сейчас добавил хоть слово, это было бы слишком дружелюбно по отношению к сопернику.
Он настиг Цяньжун, когда та сердито шла по уединённой аллее.
Он развернул её за плечи:
— Злишься?
— Да! — ответила она, надувшись, и глаза её покраснели.
Ся Ифэн нежно провёл пальцем по уголку её глаза, сдерживая подступающую ярость, и нарочно поддразнил:
— Тогда поезжай со мной в Южное государство и стань моей наследной принцессой.
Цяньжун тут же фыркнула и отвернулась:
— Ни за что!
Ся Ифэну было так больно, будто в сердце воткнули клинок, но он всё равно улыбнулся — её обиженный вид был чертовски мил.
— Глупышка, — мягко сказал он, — даже он придумал такой неуклюжий способ. Лю Чжици и тот яснее всё видит.
— А? — Цяньжун растерянно посмотрела на него. Она была так огорчена, что не думала ни о каких хитростях.
В глазах Ся Ифэна мелькнула сложная тень. Он помолчал и наконец произнёс:
— Если бы он был поумнее, женился бы сам — и ты бы ушла от него естественным путём. Такой метод специально сеять недоразумения — по-настоящему примитивен.
— Ты хочешь сказать… он делал это нарочно?
— А как иначе? Когда ты оставила ему то письмо, разве не понимала, что можешь погибнуть? Если бы мы с тобой действительно сговорились, разве стали бы рисковать твоей жизнью? К тому же в итоге именно Чу получило выгоду.
Увидев, что её настроение немного улучшилось, Ся Ифэн стал говорить легче:
— Я просто не понимаю: если он тебя любит, зачем отказывается?
— Он меня любит? — Цяньжун резко остановилась и схватила его за рукав.
— Ты не знала? — Ся Ифэн удивлённо посмотрел на неё, потом хлопнул себя по лбу и театрально вздохнул: — Ах… Боюсь, больше нет такого соперника, как я.
Цяньжун не удержалась и рассмеялась, и шаги её стали легче. Ся Ифэн с улыбкой смотрел ей вслед, и только теперь ярость в его глазах постепенно угасла.
Цяньжун прыгала и порой оборачивалась — за ней всегда следовал старший брат, словно ангел-хранитель. Она чуть было не спросила: «А ты? Почему ты отказался?»
Но она слишком хорошо знала ответ и промолчала, чтобы не причинять ему боли. Она знала, что он обязательно ответит: «Я ведь никогда не отказывался. Просто ты считаешь меня семьёй, а принуждать — невозможно».
Вернувшись в особняк Шэнь, Ся Ифэн сказал ей:
— Цяньэр, через несколько дней пришли Лю Чжици и Е Ланьцина к себе на чай.
— А? — удивилась она.
— Поверь мне: когда у самца появляется соперник, его боевой дух достигает максимума.
Цяньжун незаметно сглотнула. Кто вообще называет себя «самцом»?
В тот же момент, наверху в чайной, Лю Чжици с недоверием смотрел на Е Ланьцина, размахивая руками:
— Слушай, Е Ланьцин, есть тысячи способов оттолкнуть человека, но такой, что ранит и себя, и другого — только тебе мог прийти в голову!
Лицо Е Ланьцина стало ещё мрачнее, и он с трудом выдавил:
— Я говорю правду. Весь Чанъань думает так же. Если она уедет с наследным принцем Южного государства — это будет лучший выход.
Лю Чжици в бешенстве схватился за голову:
— Неужели ты не можешь её защитить? Разве не ты сам говорил, что готов умереть за неё? Оставить её — разве это труднее, чем умереть?
— Я могу защитить её на время, но не навсегда, — ответил Е Ланьцин и вышел.
Лю Чжици опустился на стул, подперев щёку ладонью, как это делала Цяньжун, и смотрел на ночное небо Чанъани, тяжело вздыхая. Им ведь одинаково лет, почему же Е Ланьцин так поздно всё понял? Надеюсь, он не дождётся, пока Цяньжун уедет, чтобы наконец прозреть.
Несколько дней спустя.
Лю Чжици и Е Ланьцин пришли на званый обед. После трапезы Ся Ифэн предложил устроить поединок. Лю Чжици быстро проиграл. Е Ланьцин не хотел участвовать, но раз Лю Чжици уже вступил в бой, отказаться было неловко.
Цяньжун и Лю Чжици сидели на каменных скамейках и щёлкали свежеиспечённые семечки. Два соперника сражались так стремительно, что даже не различалось, кто каким приёмом пользуется — по крайней мере, для Лю Чжици и Цяньжун.
Лю Чжици немного нервничал: ведь запрет на боевые действия для Е Ланьцина ещё не снят. Он наклонился к Цяньжун и тихо спросил:
— Нам точно нормально просто смотреть?
— Не волнуйся, — успокоила она его взглядом. — Е Ланьцин знает, что Ся Ифэн — мой старший брат по школе, а Ся Ифэн знает, что я неравнодушна к Е Ланьцину. Оба будут сдерживаться и не станут применять полную силу.
Лю Чжици дернул уголком рта. Почему он чувствовал, что между соперниками всегда «либо я, либо он»?
— Я проиграл, — первым остановился Е Ланьцин.
Ся Ифэн посмотрел, как они подходят, и усмехнулся:
— Твои мысли рассеяны. Ты действительно не в силах победить.
— Присядьте отдохнуть! — Цяньжун подошла к ним.
— Хорошо! — Ся Ифэн улыбнулся, но, подойдя к ней, вдруг остановился, нежно поправил выбившуюся прядь волос и тихо сказал: — Цяньэр, завтра я пойду во дворец и лично попрошу императора отдать тебя за меня в жёны — ты станешь моей наследной принцессой.
— А? — Цяньжун опешила. Она так растерялась, что даже не заметила, как Е Ланьцин застыл как вкопанный. Только Лю Чжици с наслаждением наблюдал за происходящим.
— Мы росли вместе с детства, — продолжал Ся Ифэн. — Разве ты не говорила: если твоё желание не сбудется, ты уйдёшь со мной?
— Я… — Цяньжун открыла рот, но не знала, что ответить.
— Каково твоё желание? — вдруг шагнул к ней Е Ланьцин.
Она посмотрела на него и увидела того самого юношу в ярких одеждах, что когда-то скакал на коне. Она чуть было не выдала то, о чём стеснялась говорить вслух, но Ся Ифэн слегка кашлянул, и она пришла в себя.
«Кто говорит, что Цяньэр околдовала его? Да это он околдовал Цяньэр!»
Щёки Цяньжун вспыхнули, и она не могла вымолвить ни слова.
Е Ланьцин стоял перед ней, сжав кулаки в рукавах. Он старался сохранять спокойствие и твёрдым голосом произнёс:
— Если у тебя ещё есть нереализованное желание, я помогу тебе его исполнить.
Цяньжун дернула уголком рта и посмотрела на старшего брата и Лю Чжици. Те вздохнули и выразили сочувствие, но мгновенно исчезли, чтобы не мешать.
Цяньжун глубоко вдохнула, подошла ближе и, встав на цыпочки, тихо спросила ему на ухо:
— Никто не подслушивает?
http://bllate.org/book/6811/647776
Готово:
