— Даже если плохо сдашь — не беда. Не поступишь в престижный вуз — поедешь учиться за границу. Вернёшься «хаигуй» — и карьера будет ещё лучше!
Редко кто в такой момент умел утешить так, как он. У Оу Нин в груди защемило — и от горечи, и от сладости. Она улыбнулась.
— Думаю, «хаигуй» не понадобится. Экзамены прошли неплохо. В выбранный университет, скорее всего, поступлю.
Лу Шэн явно перевёл дух. Его улыбка стала искреннее.
Сев в машину, он открыл бардачок и протянул ей телефон.
— Возвращаю по праву владельца!
Это был её собственный телефон — даже те двести юаней по-прежнему лежали в чехле. Полный возврат без потерь. Настоящий мастер.
— Кто они? — вместо похвалы Оу Нин тут же задала вопрос.
Оба были умны, и Лу Шэн не стал скрывать.
— Это парень из семьи подружки твоего отца проболтался. Несколько подростков, решив проявить «справедливость», поддались на провокацию и захотели подстроить тебе неприятность перед экзаменом.
Он сознательно не употребил слово «мачеха» и уж тем более не сказал «любовница».
Значит, это Ло Мань замышляла против неё. А уж насколько «случайно» она поделилась этим — большой вопрос.
Оу Нин было обидно до тошноты.
Но с юридической точки зрения здесь ничего не поделаешь. Даже если бы она действительно пропустила экзамен, несколько несовершеннолетних парней, решивших «познакомиться» с красивой девчонкой в порыве юношеского задора, вряд ли получили бы хоть какое-то наказание — разве что на несколько дней в изолятор.
Похоже, ей придётся проглотить эту обиду. Та, у кого в голове только мужчины и любовь, на этот раз оказалась хитрее.
В вопросах права Лу Шэн, чья жизнь балансировала на грани закона и беззакония, разбирался лучше Оу Нин. Он знал, что иногда справедливость приходится добывать самому.
И за Оу Нин это сделает он.
— Через пару дней хочу пригласить тебя на ужин. Удобно будет? — спросила Оу Нин.
Она не знала о его намерениях отомстить за неё и уже чувствовала перед ним огромный долг. Считала, что обязана как следует поблагодарить.
— Конечно, — кивнул Лу Шэн.
— Какой у тебя номер телефона? — неожиданно спросила Оу Нин.
Скрипнули тормоза — Лу Шэн резко остановил машину на последних секундах зелёного света.
Они уже не раз звонили друг другу, и оба, будучи отличниками по математике, давно запомнили номера наизусть.
Теперь же вопрос Оу Нин прозвучал иначе.
Лу Шэн на миг задумался, уголки губ дрогнули в лёгкой усмешке. Он торжественно продиктовал одиннадцать цифр и тут же набрал их сам.
Зазвучала её мелодия — энергичная, залихватская аниме-песня.
Увидев, что он молчит и прислушивается, Оу Нин весело потрясла телефоном.
Как только включилась эта магнетическая электронная мелодия «Пушки», устоять невозможно — мгновенно влюбляешься.
— Круто, правда? Такой ритм — и уши сразу просыпаются! Целый день будешь в ударе! — с гордостью объяснила она, явно гордясь своим выбором.
Перед ним сияла улыбка — наивная, игривая, с лёгкой хитринкой. Вот она, настоящая семнадцатилетняя девчонка.
Лу Шэн пристально взглянул на неё и тихо «мм»нул:
— А что в тексте?
«Отпусти мечту и будущее, запечатлённые в сердце. Даже если бросишь будущее — что с того... Если этого хочешь ты, возьми его в свои сияющие руки...»
Видимо, судьба действительно решает всё заранее.
Каждая строчка сейчас задевала за живое. Под зажигательную музыку и лёгкий голос девушки грудь Лу Шэна наполнилась жаром. Его решение, и без того твёрдое, стало непоколебимым.
***
«Туншэн» — магазин табака и алкоголя.
Пху Ху разбирал поступившие сигареты, раскладывая по полкам, и спросил у Хэйцзы, сидевшего за прилавком:
— Где Сэн-гэ? Почему два дня его не видно?
Хэйцзы огляделся по сторонам и, понизив голос, ответил:
— Похоже, Сэн-гэ сопровождает свою девушку на экзаменах.
— Что?! У него появилась девушка? — Пху Ху выглядел так, будто услышал, что пришельцы напали на Землю.
— Ага.
— На экзаменах?.. Да она же ещё совсем девчонка! Чистая, конечно, но где тут «женственность»? Как это Сэн-гэ вдруг такое заинтересовалось?
— Кто его знает. Может, насмотрелся на «большую рыбу» и решил, что зелёные ягодки вкуснее.
Едва они закончили шептаться, как раздался звонок — будто сам Лу Шэн услышал их разговор.
Пху Ху положил трубку. Его лицо, только что улыбающееся, исказилось злобой.
— Зови всех! Берите оружие!
— Зачем?
— Разнесём тех недоумков, которые посмели тронуть нашу будущую Саоцзы! Чтоб сдохли, чёрт их дери!
Автор: Оу Нин уже стала «Саоцзы» — хотя сама об этом ещё не знает. Ха-ха!
***
В ту же ночь после экзаменов Лу Шэн, в образе знаменитого «Сэн-гэ из Южного Города», приказал своим людям перекрыть улицу Бэйлюлу.
Сунь Сяошэн считал, что Оу Нин — всего лишь брошенная дочь, чья мать при смерти, и не ожидал, что за неё вступится сам Лу Шэн. Однако он не придал этому особого значения.
Последние годы «Сэн-гэ из Южного Города» славился стремлением избегать конфликтов и сосредоточенностью на бизнесе. Редко кто видел, чтобы он лично вмешивался в разборки. Ради какой-то девчонки он вряд ли пойдёт на кровь — максимум потребует извинений и сохранения лица.
Развалившись на стуле и пуская дым, Сунь Сяошэн вызывающе бросил:
— О, сам Сэн-гэ пожаловал... А кто она тебе такая, что так защищаешь?
Лу Шэн не ответил. Только ещё ниже надвинул бейсболку.
Получив игнор, Сунь Сяошэн почувствовал себя уязвлённым, но всё же решил сохранить лицо и продолжил сам:
— Ладно, раз уж она твоя... Иначе дело не замнёшь. Мы же все из одного круга, Сэн-гэ должен понимать значение «братской чести»...
«Братская честь»? Ха!
Лу Шэн презрительно фыркнул. Что за дурак — думает, что живёт в фильмах про триады или «Уличных бандитов»? В наше время надо думать, как зарабатывать и развиваться, а не разыгрывать из себя «босса»!
Но с такими, кто не понимает ни законов, ни реальности, действительно лучше говорить на их языке — чтобы навсегда отбить охоту трогать Оу Нин. Сегодня он устроит показательную расправу!
Глубоко вдохнув, Лу Шэн включил на телефоне плеер.
— Да пошёл ты со своей «честью»! — раздался взрывной трек, и кулак Лу Шэна с размаху врезался в лицо.
Кроме первых пары лет, когда он отчаянно боролся за выживание и лечение отца-растения, Лу Шэн редко прибегал к силе. Даже тогда он бил только в ответ на нападение — чтобы преподать урок.
Поэтому многие слышали о его славе, но мало кто видел её в действии.
Говорят — не верь, а вот ударили — сразу поймёшь.
Первый удар — кровь изо рта. Второй — сотрясение мозга. Третий — Сунь Сяошэн уже не мог подняться с пола. Он наконец понял: не все, у кого громкое имя, — пустышки. И с Лу Шэном, да ещё защищающим кого-то, лучше не связываться.
Лёгкая победа. И ясное предупреждение всем: девчонку Лу Шэна — не трогать.
Вернувшись в магазин, Хэйцзы, даже не участвовавший в драке, качал ногой и восхищённо говорил Пху Ху:
— Сегодня Сэн-гэ просто огонь! Особенно с этой заставкой — прямо взорвало! Кстати, как называется эта песня?
Пху Ху не знал, но, введя ключевые слова в поиск, быстро нашёл.
— Ты ещё и понимаешь японские тексты? — удивился Хэйцзы. — Это же японский!
— Думаешь, все такие, как ты? Ты же смотришь только то, что ниже шеи, даже голоса не слушаешь! — огрызнулся Пху Ху и показал название.
— Аниме-песня?.. Сэн-гэ, настоящий мужик, вдруг увлёкся девчачьими треками?
— Любовь всё покрывает, — ответил Пху Ху.
В тот же вечер по всему городу разнеслась весть: «Сэн-гэ из Южного Города» лично разобрался с хулиганами на улице Бэйлюлу ради какой-то девчонки.
Эйлин была в шоке.
Она никак не ожидала, что Лу Шэн, последние годы ставший таким расчётливым и миролюбивым, пойдёт на такой прямой и грубый выпад ради какой-то девочки.
А узнав, что это Оу Нин, она и вовсе не поверила своим ушам.
Не может быть! Как такое возможно?!
— Почему бы и нет? Люди всегда тянутся к тому, чего им не хватает, — жевал семечки Хэйцзы, привезя товар в «Дихао». — Сэн-гэ, наверное, нравятся тихие, умные девушки. Как и мне! — добавил он с похабной ухмылкой. — Я всегда мечтал о красивой с фигурой!
— Да заткнись ты! — Эйлин дала ему по затылку. Помолчав, всё же набрала номер Лу Шэна.
Тот, прислонившись к двери машины, хмурился и явно был не в настроении. Все ненужные звонки он просто сбрасывал.
В том числе и от Эйлин.
— Что за дела? Занят, что ли? — проворчала она.
— Конечно, занят! — отозвался Хэйцзы. — Сэн-гэ хочет скупить весь урожай «Юньнянь» и скоро едет в Юньнань. А ты когда домой? Может, подвезти? Завтра забираю новую тачку...
— Да катись ты! — Эйлин оттолкнула его и, надув губы, отправилась искать Лу Шэна лично.
***
«Великий поход» завершён. Двухмесячные каникулы для выпускников начались.
Сун Минчжу сегодня устроила грандиозную вечеринку для всего класса в самом большом зале «Дихао».
Ли Хаолинь, направляясь в туалет, столкнулся с Лу Шэном.
— Лу Шэн? — выпив пару бокалов, Ли Хаолинь не сдержался и выдал имя.
— Ты меня знаешь? — остановился Лу Шэн.
— А?.. Нет, не знаю! — испуганно замотал головой парень.
— Тогда зачем назвал «Лу Шэном»? — усмехнулся тот.
Ой... Ли Хаолинь онемел, поняв, что ляпнул лишнего.
Лу Шэн и не собирался настаивать — таких, кто знает его имя, но не знаком лично, полно.
Однако на футболке парня чётко значалось: «1-й класс, 1-й курс, первая средняя школа».
Одноклассник Оу Нин. И он знает его имя. Это требовало разъяснений.
Лу Шэн — человек с железной волей и харизмой. По сравнению с ним Ли Хаолинь, который дрожит, если Оу Нин случайно коснётся его руки, был просто младенцем.
Всего пара спокойных фраз — и Ли Хаолинь предал свою страну, свою любовь и всё, что дорого.
— Я её сосед по парте... На черновиках видел твои портреты. Несколько штук. Все — ты.
Портреты? Оу Нин рисовала его?
Сердце Лу Шэна забилось так, будто хотело выскочить из груди.
— Э-э, Сэн-гэ!.. То есть, Лу Шэн!.. Прошу, никому не говори! Это вопрос моей личной жизни! — заныл Ли Хаолинь, вспомнив, что Линь Шань, в которую он тайно влюблён, — лучшая подруга Оу Нин.
Лу Шэн бросил на него презрительный взгляд и спросил:
— Оу Нин здесь?
— Нет. После экзаменов она ни разу не приходила на встречи класса. Просто не хочет.
Ни разу?.. Лу Шэн задумался. В груди защемило.
Как угодить девушке? Цветы? Машина? Драгоценности?
Лу Шэн никогда не ухаживал за девушками. Не знал, как это делается. Тем более — за такой, как Оу Нин.
В юности, когда другие мечтали о любви, он боролся за жизнь отца, чтобы его не отключили от аппарата. У него не было времени на романы.
Потом — годы на грани, тяжесть ответственности, борьба за будущее. Всё это важнее, чем «восхищение красотой».
Любовь — роскошь для тех, у кого есть время и деньги.
Для него же это чувство пришло вовремя. Именно сейчас. Именно с ней.
Но как начать?
С тех пор как Оу Нин вчера торжественно обменялась с ним номерами, Лу Шэн не разгибал бровей.
Он знал: чтобы ухаживать, нужно писать сообщения. Утром и вечером — обязательно.
Но что написать первым?
Он стирал и переписывал одно и то же: «Привет, Оу Нин». Сотни раз.
Человек, обычно решительный и прямолинейный, теперь мучился от неуверенности.
Эйлин, выследив его, наконец поймала — он стоял у машины, уставившись в телефон и игнорируя её звонки.
— Говорят, ты влюбился в какую-то девчонку, из-за которой нарушил своё правило «жить в мире и согласии»? Даже пошёл на драку с голыми кулаками!
Лу Шэн не ответил. Лишь медленно покрутил зажигалку в руках.
Молчание — знак согласия.
Сердце Эйлин похолодело.
http://bllate.org/book/6661/634622
Готово:
