Заботы Шэнь Юфу были просты. Она и вправду выманила третьего господина Шэня из дому, но отдавать ему серебро не собиралась. Максимум — те двести лянов, которые позже пообещала в качестве платы за труды. Ведь старшая госпожа уже разрешила ей получать три десятых от прибыли, так что заранее договориться с ней и взять в долг двести лянов из казначейства не составит труда.
Но теперь семья Хэ оставила серебро здесь… Если она не отдаст его третьему господину, этот безрассудный человек непременно устроит очередной скандал.
Будь Шэнь Юфу в курсе его мыслей, ей бы не пришлось так мучиться.
Ведь в эту самую минуту третий господин Шэнь колебался!
Брать ли это серебро…
По правде говоря, оно ему и впрямь причиталось — вторая ветвь задолжала ему, и получить его было бы вполне справедливо!
Однако на улице он услышал, как люди говорили, что и серебро, и стража — всё из усадьбы самого главы уезда. Старейшину рода уже отправили в управу… Не станет ли он следующим, если возьмёт эти деньги?!
Третий господин Шэнь, хоть и был грубияном, глупцом не был.
Он смел обижать своего второго брата лишь потому, что знал его характер… Но теперь понял: Шэнь Юфу совсем не похожа на отца.
В огромной комнате стояли только эти сундуки. Крепкие лакированные ящики выглядели тяжёлыми и внушительными… Третий господин молчал, но глаза его, словно у змеи, подкарауливающей добычу, жадно впивались в сундуки.
Когда стража вносила их, он внимательно наблюдал: сначала сундуки были тяжёлыми, а потом — легче.
Значит, кроме того, что опрокинули ранее, остальные, скорее всего, наполовину пусты. Стало очевидно: семья Хэ привезла серебро не случайно, а по задумке Шэнь Юфу!
Какая хитрая девчонка! Она всё устроила так, что даже если бы он не устроил скандала, старейшина рода всё равно попал бы под суд за присвоение чужого имущества!
Изначально именно Шэнь Юфу нарушила родовые уставы, но теперь, после всего этого шума, осталась совершенно чиста.
Неужели на такое способна обычная девчонка? Или семья Хэ подсказала ей такой ход? Неужели семья Хэ теперь полностью подчиняется её воле и так рьяно ей помогает?
Третий господин, считавший себя проницательным, прикинул: даже если сундуки наполовину пусты, в них всё равно не меньше пяти–шести тысяч лянов!
Он тайком почувствовал тревогу. Лицо его по-прежнему было грозным и раздражённым, но он не осмеливался больше говорить первым, ожидая решения Шэнь Юфу.
А та в это время тоже смотрела на серебро, погружённая в размышления.
Серебро лежало прямо перед ней, но сначала нужно было составить план расходов.
Согласно письму, здесь должно быть около пяти тысяч лянов. Но теперь, глядя на сундуки, она поняла — сумма, возможно, ещё больше.
…Господин Цзинтин оказался щедрым. Видимо, он очень доволен тем ханьским клинком и хочет наладить долгосрочное сотрудничество?
Если так, то принять серебро вполне уместно. В конце концов, после того как она обменяет часть в «Всемогущем магазине», сможет отправить ему что-нибудь достойное в ответ.
А вот с третьим господином Шэнем…
— Дядюшка, когда вы планируете увезти серебро? — спросила Шэнь Юфу, оборачиваясь.
Её голос был мягок, но неожиданный вопрос всё же заставил третьего господина вздрогнуть.
«Ведь это всего лишь девчонка… Чего я боюсь?»
Третий господин почувствовал неловкость и грубо прорычал:
— Почему раньше не велели страже сразу отвезти всё в третью ветвь? Теперь столько возни! Да я и не потащу столько сам! Когда тебе будет удобно — пришли людей, пусть отвезут ко мне!
Хотя он и кричал, будто был груб и невежлив, на самом деле он опасался.
…Если сейчас сам начнёт вывозить серебро, девчонка может его подставить. А если Шэнь Юфу сама отправит его в третью ветвь — тогда всё будет безопасно.
А если не отправит — ничего страшного. Серебро ведь останется во второй ветви. Через пару дней, когда Шэнь Юфу не будет дома, он просто пойдёт и потребует его у её отца!
Разве её отец посмеет отказать?
Третий господин всё больше убеждался в правильности своего плана.
— Так и решено! Твоя тётушка ждёт меня к обеду, я пойду! — бросил он и, фыркнув, развернулся и вышел.
Шэнь Юфу удивлённо смотрела ему вслед. Обычно этот дядюшка, словно пластырь, никак не отлипнет, а сегодня так легко ушёл?
Она ещё не знала, что после этого инцидента в Доме рода Шэнь, пожалуй, только её родители не боятся её…
Шэнь Юфу не стала об этом думать. Это серебро пришло как нельзя кстати. После того как она отдаст третьей ветви три тысячи двести лянов, у неё останется ещё две тысячи восемьсот.
У неё никогда не было столько денег — для кого угодно это целое состояние.
Но для неё, возможно, этого окажется недостаточно.
Сейчас главное — обменять эти деньги в «Всемогущем магазине» на хорошие вещи и отправить их в Дом рода Хэ. Во-первых, это будет компенсацией за серебро, а во-вторых — шансом сблизиться с господином Цзинтином и разузнать у него кое-что о семье Шэнь.
Убедившись, что третий господин ушёл далеко, а вокруг никто не осмелится её потревожить, Шэнь Юфу заперла дверь, открыла один из сундуков и провела рукой по серебру.
Монеты приятно звякнули, и Шэнь Юфу мгновенно оказалась внутри «Всемогущего магазина»…
————
Когда Шэнь Юфу вновь пришла в Дом рода Хэ вместе с Луъэр, никто уже не смотрел на неё прежними глазами.
Управляющий Ли, услышав, что седьмая госпожа Шэнь желает видеться с молодым господином, побежал, словно резвый пёс, и, едва успевая за собственными ушами, помчался докладывать.
Луъэр прикрыла рот ладонью и тихонько хихикнула. В прошлый раз этот управляющий Ли только и делал, что пытался выгнать их!
Она не смогла сдержаться и, смеясь, похвалила Шэнь Юфу, отчего та тоже рассмеялась.
Хэ Цзинтин, поспешивший вслед за управляющим, увидел именно эту картину.
Сегодня седьмая госпожа Шэнь была одета аккуратно и опрятно. Хотя она и не старалась особенно наряжаться, но по сравнению с прошлым разом, когда на ней была вся земля и солома, выглядела несравненно лучше.
Хэ Цзинтин тут же забыл о том, как раздражала его Шэнь Юфу в прошлый раз.
Сегодня на ней было изумрудное платье с узором в виде огненных цветов и поверх — ярко-жёлтая короткая кофточка с узкими рукавами. Её чёрные, как нефрит, волосы ниспадали на изящные плечи. Причёска была небрежной и расслабленной — лишь ленивый узел, украшенный цепочкой белых нефритовых цветков колокольчика.
Седьмая госпожа склонила голову, слушая что-то от служанки. Та, как настоящая благородная девица, прикрывала рот, смеясь, а Шэнь Юфу смеялась, запрокинув лицо.
Господин Цзинтин почувствовал, как сердце его сжалось. Впервые он подумал, что улыбка женщины и должна быть именно такой — свободной и искренней.
Осенние лучи солнца падали на её приподнятое лицо. Чистый лоб и изящный подбородок в свете казались прозрачно-белыми.
Хэ Цзинтин вспомнил о двух стеклянных украшениях в своём кабинете и вдруг почувствовал, что даже они теперь недостойны Шэнь Юфу. Сейчас, без излишних украшений, она уже так ослепительна.
Это было похоже на их первую встречу на банкете — в сердце господина Цзинтина вновь вспыхнуло чувство симпатии.
Управляющий Ли шёл вперёд и вдруг заметил, что за ним никто не следует. Он обернулся и увидел, как его молодой господин, зачарованный, смотрит на седьмую госпожу Шэнь. На лбу у управляющего выступил пот, и он тихо окликнул:
— Молодой господин…
Хэ Цзинтин очнулся и поправил рукава, чтобы встретить гостью.
Слова Е Луня всё ещё звучали в его ушах: «Если снова увидишь седьмую госпожу Шэнь, ни в коем случае не позволяй себе увлечься романтическими чувствами. Лучше говорить только о делах и сделках. Иначе ты обидишь её, и она больше никогда не переступит порога».
Хэ Цзинтин подавил радость на лице и спокойно встал перед Шэнь Юфу:
— Дело старейшины рода движется. Я как раз собирался послать человека уведомить вас, госпожа Шэнь… Раз вы пришли сами, не соизволите ли выпить чашку чая и немного отдохнуть?
Шэнь Юфу, увидев господина Цзинтина, тут же сдержала улыбку, но веселье в глазах ещё не успело исчезнуть.
Она пришла именно по поводу дела. Услышав, что господин Цзинтин так прямолинеен, она обрадовалась и, улыбаясь, энергично кивнула:
— Хорошо, всё, как скажет господин.
Шэнь Юфу не знала, приказал ли об этом господин Цзинтин, но в этот раз в гостиной Дома рода Хэ находились только они двое.
Шэнь Юфу сидела на изящном стуле, рядом на высоком столике стояла чашка ароматного чая, от которого исходил бодрящий запах. «Луъэр была права, — подумала она, — в следующий раз надо одеваться красивее. Посмотри, какое отношение — совсем не то, что в прошлый раз!»
Она скрестила руки и сидела совершенно прямо.
«Эти богатые господа, наверное, любят благородных девиц. В прошлый раз я была слишком неприлична — вот меня и выгнали», — решила Шэнь Юфу.
Её вид ещё больше порадовал Хэ Цзинтина. Если бы не строгое предупреждение Е Луня, он непременно попытался бы приблизиться к ней и покорить её сердце…
— Я пришла поблагодарить вас за помощь, господин, — сказала Шэнь Юфу, не замечая его мыслей, и дружелюбно улыбнулась. — Вы спасли моего отца, а теперь и меня. Такую великую милость ни я, ни семья Шэнь не в силах отблагодарить…
Она вынула из рукава маленькое зеркальце и двумя руками протянула его господину Цзинтину.
— Серебро, которое вы одолжили мне, уже было потрачено на срочные нужды. Вернуть его сразу я не смогу, поэтому это зеркало пусть будет компенсацией.
Хэ Цзинтин машинально встал и принял протянутый предмет.
Но, услышав, что это компенсация за серебро, он немного обиделся.
Это серебро и так причиталось за ханьский клинок. А спасение отца — всего лишь мелочь… Почему седьмая госпожа Шэнь снова присылает подарки? Неужели она считает его таким мелочным?
Он уже собирался вернуть ей зеркало, но, перевернув его, вдруг остолбенел!
Сначала, когда он взял его в руки, увидел обратную сторону.
Зеркальце размером меньше ладони было инкрустировано перламутром и украшено несколькими необычными, сверкающими серебристыми камнями, которых он никогда раньше не видел. «Да, редкость, — подумал он, — но, как и тот ханьский клинок, оно вызывает странное ощущение».
Сначала господин Цзинтин думал, что это «ощущение дешевизны», но потом решил: может быть, именно в этом грубом обращении с драгоценностями и заключается истинная элегантность!
Похоже, и это зеркало создано в том же духе.
Обратная сторона, хоть и была украшена редкими камнями, выглядела менее изысканной, чем восьмиугольное серебряное зеркало в комнате его сестры Ци.
Но когда он перевернул его и увидел лицевую сторону… Даже такой искушённый человек, как Хэ Цзинтин, онемел от изумления.
— Это… это… что это такое?
Шэнь Юфу стало неловко.
…Шэнь Ваньсань слишком жаден. Обманул её на лотерее, проглотил кучу её серебра и выдал всего лишь такую мелочь. Неизвестно, сойдёт ли это.
Она прикрыла рот платком и, быстро обдумав, сказала:
— Говорят… что однажды небесная дева играла в озере бессмертных и случайно пролила воду на землю. Из этой капли и образовалось это зеркало. Позже его нашёл отшельник и всю жизнь отливал в такую форму…
Шэнь Юфу выдумывала на ходу, а потом, смущённо отвернувшись, подумала: «Хорошо, что здесь нет никого из моего времени!»
Но Хэ Цзинтин спрашивал не об этом!
— Это… я имею в виду… это правда зеркало!?
Сказав это, он сам почувствовал, что его разум стал глупее, чем у И Хаораня!
В зеркале отражалось его собственное изумлённое и растерянное лицо. Он прекрасно понимал, что это его отражение, но всё равно не мог поверить — ведь за всю свою жизнь он никогда не видел себя так чётко…
— Это действительно зеркало… — пробормотал он сам себе.
Шэнь Юфу только безнадёжно кивнула.
— Господин Цзинтин, есть ещё одна просьба… — Подарок передан, добрые слова сказаны, настало время переходить к делу. — По делу семьи Шэнь и по делу покушения на моего отца… Удалось ли управе что-нибудь выяснить?
Шэнь Юфу хотелось помахать рукой перед его глазами — услышал ли он её вообще?
Но она сдержалась. Через господина Цзинтина она могла получить информацию — и это уже удача. Ведь в её положении, явись она в управу, ей пришлось бы кланяться на коленях, не говоря уже о том, чтобы расспрашивать главу уезда.
http://bllate.org/book/6590/627446
Готово:
