Чжоу Чэнъюань слегка прикусил нижнюю губу. Увидев, что Ши Ин снова тянется за бутылкой, он без промедления вырвал её из её рук, запрокинул голову и одним глотком осушил до дна. Затем снял с себя пиджак, укутал в него девушку, не обращая внимания на её отчаянное сопротивление, перекинул через плечо и вышел из комнаты.
У самой двери он холодно бросил Мэн Жань:
— Извини за беспокойство.
Мэн Жань обычно считала себя человеком с сильной харизмой — даже разговаривая с Чжоу Сыяном, она чувствовала себя уверенно. Но сейчас, встретившись взглядом с Чжоу Чэнъюанем, она невольно почувствовала, как её решимость тает, словно лёд под весенним солнцем.
— Да ничего страшного, — поспешно ответила она.
Когда Чжоу Чэнъюань унёс Ши Ин, Мэн Жань закрыла дверь и покачала головой с тяжёлым вздохом. Эта глупышка совсем перегнула палку. Завтра, как только протрезвеет, ей будет несладко.
Какого чёрта было говорить: «Мне ты не нравишься»? Сама себя подставила!
Чжоу Чэнъюань провёл Ши Ин по служебному коридору прямо в номер на верхнем этаже и бросил её на кровать. Девушка подпрыгнула на мягком матрасе несколько раз и, найдя это забавным, начала раскачиваться, опираясь на руки. В этот момент мужчина отшвырнул в сторону пиджак, соскользнувший с неё, и, сжав пальцами её подбородок, заставил посмотреть на себя. Его голос был низким и хриплым:
— Инин, ты любишь меня?
Ши Ин молча смотрела на него, не отвечая.
Он усилил хватку и повторил:
— Любишь своего дядюшку?
От боли она нахмурилась, и в уголках глаз тут же заблестели слёзы.
Чжоу Чэнъюань наклонился и поцеловал её покрасневшие уголки глаз.
— Скажи, что любишь меня. Скажи, что любишь Чжоу Чэнъюаня. Скажи! — прижав её к себе, он прохрипел, и в его голосе звучало безумие, будто раненый леопард рычал на свою добычу.
Ши Ин вздрогнула от страха, и слёзы хлынули рекой.
— Почему ты на меня кричишь? — пьяная, она вела себя как капризный ребёнок: только что радовалась пружинистости кровати, а теперь уже плакала от его слов.
Чжоу Чэнъюань с трудом сдерживал бушевавшую в нём ярость. Его глаза покраснели. Он прижал её затылок и заглушил рот поцелуем, проглотив вместе с ним солёные слёзы, уже подступившие к её губам.
Что случилось дальше, Ши Ин не помнила.
Очнулась она уже почти в полдень. Голова раскалывалась. Сквозь дремоту она увидела чей-то силуэт и снова закрыла глаза.
Через мгновение Ши Ин резко села.
«Чёрт! Сегодня же понедельник! Надо ехать на съёмки следующего выпуска!»
Она торопливо натянула халат, но Чжоу Чэнъюань тут же уложил её обратно:
— Отдыхай. Я уже отпросил тебя.
Ши Ин не сразу сообразила:
— Зачем отпрашивать?
Чжоу Чэнъюань многозначительно взглянул на неё и спросил:
— Ты действительно хочешь явиться на съёмки с телом, усыпанным следами?
— Я против.
Ши Ин: «???»
Она замерла на секунду, затем резко откинула одеяло и посмотрела на себя…
«Ё-моё! Это что за…»
Она уставилась на Чжоу Чэнъюаня:
— Ты нарочно так сделал!
Чжоу Чэнъюань безобидно улыбнулся, отложил книгу и подполз ближе:
— Разве не Инин сама перегнула палку?
— При чём тут я?! — возмутилась она.
— Не отвечаешь на звонки, не возвращаешься на ужин, пьёшь до опьянения без моего разрешения и собираешься ночевать не дома. Даже если я готов простить всё это, — он провёл тыльной стороной ладони по её раскалённой щеке, — объясни, почему вчера сказала, что я тебе не нравлюсь.
Ши Ин: «…»
Что ещё она там натворила?
Она напрягла память. Сначала они с Мэн Жань и Сяомэнем играли в «Дурака». Потом ужинали жареной курицей с пивом. От пива немного захмелела и упрашивала Мэн Жань оставить её переночевать.
А потом…
Ши Ин остолбенела. Она вдруг вспомнила, как сидела на полу в комнате Мэн Жань и крикнула Чжоу Чэнъюаню: «Мне ты не нравишься!»
Ши Ин: «…»
Зачем вообще было пить?!
— Я… хе-хе… — она натянуто засмеялась. — Я ведь была пьяна! И злилась на тебя! Ну, девчонки же в гневе всегда говорят наоборот!
Она осторожно потянулась за его рукой и ласково позвала:
— Дядюшка…
Чжоу Чэнъюань молча смотрел на неё.
Тогда Ши Ин сама прижалась к нему и, обняв за талию, вдруг вспомнила отдельные фрагменты минувшей ночи — жаркие, пугающе откровенные.
Её лицо вспыхнуло.
Она будто невзначай провела ладонью по его талии и вдруг широко распахнула глаза. Неужели правда… стало лучше?
Прошлой ночью, пьяная, она со слезами на глазах шептала, какая у него стала рельефная фигура. Сейчас, проверяя, она убедилась: действительно, мышцы стали плотнее, чем раньше!
«Как такое возможно?!»
Она уже собиралась спросить, как он так преобразился, но Чжоу Чэнъюань вдруг тихо рассмеялся.
Он обнял её и, прижавшись губами к уху, прошептал с удовольствием:
— На этот раз я прощаю тебя — ведь прошлой ночью ты сотни раз говорила, что любишь своего дядюшку.
Ши Ин: «???»
Говорила? Она ничего не помнит! Она же любит только себя!
— Но больше так не делай, — его голос стал мягким, но в нём звучала угроза. — Иначе я сойду с ума… а тебе от этого не станет легче. Поняла?
Ши Ин: «qwq»
Какой же он чудовищный мужчина!
Из-за этого отвлечения она совершенно забыла о том, что его тело стало чуть крепче, чем должно быть у человека, которому, по сюжету, осталось недолго.
Через некоторое время Чжоу Чэнъюань спросил:
— Устала?
Она кивнула. Действительно, всё тело ныло, сил не было, ноги подкашивались даже при ходьбе в туалет.
С таким здоровьем трудно поверить, что он — обречённый персонаж, которому скоро суждено исчезнуть.
Стоп…
Тут её осенило. Что-то здесь не так.
Она обернулась у двери ванной и пристально посмотрела на Чжоу Чэнъюаня. Тот, почувствовав её взгляд, спокойно поднял глаза и встретил её пристальное наблюдение без тени смущения.
Ши Ин мгновенно отвернулась и, будто спасаясь бегством, скрылась в ванной.
Чжоу Чэнъюань, глядя на её поспешную спину, чуть приподнял бровь, но ничего не сказал.
В ванной Ши Ин, чистя зубы, ворчала про себя. Раздражённо рассматривая отметины на теле, она сначала заметила те, что спереди, но, сняв халат и обернувшись к зеркалу, увидела, что спина тоже вся в синяках.
«Этот пёс! Да ты вообще собака?!»
Она сердито чистила зубы, но в голове вновь всплыла та дерзкая догадка.
Неужели он тоже не из этого мира?
Но если и так, его тело всё равно должно было…
Она нахмурилась. Ничего не сходится.
Если он не отсюда, откуда он знает всех и так долго любит героиню?
Это нелогично.
Но тогда почему его тело не слабеет, а, наоборот, становится крепче? Разве умирающие становятся мускулистее?
Разве что умирают не от болезни, а от несчастного случая…
Но разве у него не было проблем со здоровьем с самого начала?
Чем больше она думала, тем больше путалась. Загадка Чжоу Чэнъюаня не поддавалась разгадке.
«Мозг — штука полезная, но, похоже, у меня его не хватает», — подумала она с горечью.
Она вымылась, умылась, почистила зубы и, выйдя из ванной, направилась в гардеробную. Через час, переодевшись, она медленно вернулась в спальню.
Обед уже привезли. Чжоу Чэнъюань перекладывал еду ей в тарелку. Ши Ин села рядом и, не раздумывая, начала есть — действительно проголодалась.
Она хотела после обеда поехать на съёмки — нельзя же отставать от графика, да и зарабатывать надо! Главное — не оставаться с этим псиной наедине!
Но, увы, не судьба.
После обеда Чжоу Чэнъюань без церемоний уложил её на кровать.
— Я не хочу спать! — возмутилась она. — Мне надо на съёмки! Там же деньги!
Чжоу Чэнъюань усмехнулся:
— Я взял тебе один день отгула. Деньги никто не отберёт.
— Но я хочу поехать! — упрямо заявила она. — Мне же заплатили!
Чжоу Чэнъюань медленно произнёс:
— Пять миллионов двести тысяч.
Ши Ин растерянно уставилась на него:
— «?»
— Пять миллионов двести тысяч — и всё твоё время до завтрашнего утра принадлежит мне.
Ши Ин заморгала, быстро прикидывая в уме. Полдня — и пять с лишним миллионов?!
«Это же невероятно выгодно!!!»
Сделка! Сделка! Сделка!
Жадина Ши Ин тут же согласилась:
— Чтобы господин Чжоу не обманул госпожу Ши, сначала деньги, потом дела!
Чжоу Чэнъюань не стал тянуть — сразу перевёл ей сумму.
Он с улыбкой наблюдал, как она, глядя на уведомление о зачислении, сияет от счастья. «Какая же ты простушка, — подумал он с нежностью. — Дай денег — и готова бежать за ними».
Если бы Ши Ин знала его мысли, она бы широко распахнула глаза, превратив их в золотые монетки, и сказала бы: «Раз для тебя пять миллионов — это „немного денег“, то я не против, если дашь ещё! Правда, не против!»
Раз уж время уже куплено, Ши Ин пришлось остаться и лечь спать днём.
Но уснуть она не могла — ведь проснулась только под полдень.
Она смотрела на спокойное лицо мужчины и недоумевала: «Правда ли, что после секса мужчины чувствуют себя бодрее? Почему он не устал? А я еле двигаюсь и хочу спать… Может, из-за различий в физиологии?»
Она тряхнула головой. «О чём я вообще думаю!»
Пока он спал, она открыто любовалась им, прижавшись к его руке. Внутренне она не раз восхищалась его красотой — настолько, что в итоге не удержалась и сама пошла на приступ этого почти божественного лица.
Она подняла руку и кончиком указательного пальца медленно провела по его лицу — от лба к переносице, затем по скуле к подбородку и, наконец, к губам.
Ей действительно нравилось это лицо.
Но она знала: нельзя влюбляться в него.
— Неужели ты тоже такой же, как я? — тихо спросила она и вздохнула. — Скорее всего, нет.
— Чжоу Чэнъюань, — прошептала она сама себе, — насколько сильно ты любишь „меня“? Если однажды я перестану быть собой… полюбишь ли ты меня так же?
В следующее мгновение мужчина шевельнул губами и хрипло ответил:
— Разве ответ не очевиден?
Он открыл глаза, в которых играла улыбка:
— О чём ты переживаешь, Инин?
Ши Ин не ожидала, что её шёпот услышат. Она резко отдернула руку, заморгала и, стараясь казаться беззаботной, перевернулась на другой бок:
— Так, просто спросила!
Чжоу Чэнъюань не стал давить. Он лишь обнял её сзади и прошептал ей на ухо:
— Пора вставать, жена.
Ши Ин: «!!!»
Её тело непроизвольно дрогнуло, а по коже побежали мурашки.
Он всегда называл её «Инин». Никогда — «жена». Этот неожиданный титул её потряс.
— Куда? — спросила она, когда он поднял её с кровати.
— В Цзянчэн.
http://bllate.org/book/6558/624973
Готово:
