Ань Синь и не предполагала, что после нескольких безуспешных попыток поймать её в школьных коридорах Гу Сичэнь вдруг появится прямо у двери класса 1-«В» во время самостоятельной работы.
Он и так был самым приметным парнем в школе — высокий рост, пронзительная внешность, почти вызывающая своей уверенностью.
Как раз в это время ученики и учителя спешили на занятия, но ещё не были поглощены уроками — момент, когда можно остановиться, бросить взгляд и обсудить происходящее. Всё больше глаз устремлялось на него, и вскоре он стал центром внимания всего этажа.
Ань Синь этого не замечала.
Ей предстояло поступать в медицинский, а пропущенных тем было слишком много, поэтому она всерьёз переключилась в режим отличницы: каждую свободную минуту усердно решала задачи и, не понимая чего-то, тут же обращалась за помощью к Сюй Ши И.
Хэ Цюйсы ненадолго вышла из класса и вскоре вернулась с весьма странным выражением лица. Она толкнула Ань Синь в плечо:
— Старшекурсник Гу ждёт тебя у двери. Вы что, поссорились?
Ань Синь как раз мучилась над биологической задачей… Биология давалась ей особенно тяжело… Всё сводилось к каким-то вопросам разведения, а ей казалось, что обсуждать такие темы вслух — ужасно неловко. Даже спросить у одноклассников, сидевших рядом и тоже корпевших над заданиями, она не решалась…
Неожиданное вмешательство Хэ Цюйсы заставило её вздрогнуть.
Локоть Ань Синь толкнул руку Сюй Ши И, и его ручка резко соскользнула по странице тетради.
Сюй Ши И удивлённо поднял глаза на неё, затем бросил взгляд на Хэ Цюйсы и проследил за её указующим пальцем — прямо к двери, где стоял Гу Сичэнь и пристально смотрел на них.
Странное ощущение: будто Гу Сичэнь смотрел именно на него и испытывал к нему лютую неприязнь.
Но Сюй Ши И не придал этому значения.
В его жизни и так слишком много людей смотрели на него с ненавистью или презрением. Даже те, кто должны были быть ему ближе всех, давно считали его врагом.
Он чуть нахмурился и наблюдал, как Ань Синь встаёт и, под дружеские подначки «посвящённых», выходит из класса.
Его пальцы слегка сжали ручку, но он опустил глаза и продолжил решать задачи.
Сейчас главное — ЕГЭ. Это лучший путь, который он выбрал для себя.
Су Сяоюй и Ли Мань подошли к Хэ Цюйсы с любопытством:
— Это же старшекурсник Гу Сичэнь из одиннадцатого класса? Зачем он пришёл к Ань Синь? Они знакомы?
Хэ Цюйсы проводила взглядом удаляющиеся фигуры, пока они не скрылись из виду, и лишь потом ответила подругам:
— Вы разве не знаете? Они росли вместе с детства. У них даже помолвка была с самого детства.
Ручка Сюй Ши И дрогнула — и прорвала страницу тетради.
Су Сяоюй ахнула:
— Такое важное дело, а она ни разу не упомянула!
Хэ Цюйсы усмехнулась:
— Возможно, для неё это ничего особенного. Для нас Гу Сичэнь — недосягаемая звезда, а для неё — просто человек из её мира. И, похоже, она даже не придаёт ему особого значения.
Как же она осмелилась заставить старшекурсника Гу так долго ждать у двери!
Ли Мань принюхалась:
— Как кисло! Я прямо завидую. Видимо, люди рождаются разными. Нам остаётся только усердно учиться и самим стать первым поколением богатых.
Все они видели мать Ань Синь — ту самую изысканную аристократку, которая растила дочь как принцессу на ладонях.
Мир богатых наследников был им чужд. Их единственная надежда — собственные усилия.
Девушки чувствовали зависть, но Ань Синь испытывала совсем другую кислинку — горечь.
Перед её глазами мелькнули обрывки прошлой жизни, словно сон. Она глубоко вдохнула, стараясь успокоиться, и, улыбнувшись как обычно, спросила Гу Сичэня:
— Ты меня искал? Что случилось?
Гу Сичэнь прищурился и внимательно её разглядывал.
Ничего явно необычного не было, и всё же… всё казалось странным.
— Ань Синь, с тобой всё в порядке?
Этот, казалось бы, заботливый вопрос заставил её сердце ёкнуть — неужели он что-то заподозрил?
Она с трудом сдержала волнение:
— Со мной всё нормально. Почему ты вдруг так спрашиваешь?
Гу Сичэнь убедился, что не может уловить ничего конкретного, и смягчил тон:
— Зачем ты отказываешься? Я думал, ты обрадуешься.
— Отказываюсь от чего? — Ань Синь на мгновение растерялась.
Увидев его укоризненный взгляд, она вдруг поняла — он имел в виду тот самый отказ от помолвки.
Слегка расслабившись, она искренне ответила:
— Я глупая. Сейчас хочу только хорошо учиться, чтобы не опозорить родителей. Скоро выбор профиля и экзамены — мне нужно наверстать упущенное.
— А потом?
— Не будет «потом». — Отказ звучал твёрдо, но из её уст, сопровождаемый сладкой улыбкой, он казался обёрнутым в мёд.
Она опустила ресницы, и те едва заметно дрожали:
— Не будет «потом». Я глупая, не умею думать о чём-то таком далёком. Сейчас главное — делать то, что нужно делать. Если больше ничего, я пойду — у меня ещё не сдано домашнее задание, скоро сдавать.
Она выглядела такой жалобной, будто испуганный крольчонок, которого держат за длинные ушки.
Чувствуя его пристальный взгляд, она никак не могла сделать шаг вперёд.
Гу Сичэнь вдруг улыбнулся — но от этой улыбки Ань Синь стало ещё страшнее.
— Как здорово, что Синь-Синь стала такой прилежной! Начиная с сегодняшнего дня, я буду ежедневно после уроков заниматься с тобой.
Это было не вопросом, а объявлением.
Ань Синь вздрогнула и подняла глаза, запинаясь:
— Н-не… не надо! Тебе самому скоро выпускные экзамены, подготовка к ЕГЭ, да ещё и учиться управлять корпорацией Гу…
Она торопливо перечисляла причины и вдруг прикусила язык, замолчав.
Не выдала ли она себя? Не подумает ли он, что она следит за ним или что-то знает?
Гу Сичэнь, напротив, мысленно облегчённо выдохнул.
Раньше, увидев её внезапную холодность, он заподозрил, не переродилась ли она, как и он сам. Но сейчас, услышав, что она говорит о его будущем управлении корпорацией Гу, а не о медицине, он убедился — это невозможно.
В прошлой жизни Ань Синь больше всего ненавидела, когда он пошёл в медицину и уничтожил Ань Юя…
В этот момент у двери раздался хмурый голос Сюй Ши И:
— Ань Синь, твоё домашнее ещё не сдано.
— Ах! Сейчас! — Ань Синь облегчённо выдохнула, услышав его голос. Её «заколдованные» ноги вдруг обрели подвижность, и она быстро юркнула обратно в класс.
Впервые в жизни она почувствовала, что делать биологию — настоящее блаженство. Думать о разведении куда приятнее, чем стоять перед Гу Сичэнем.
Гу Сичэнь прищурился, глядя на Сюй Ши И, и подумал, как же тот ему противен. Почему в прошлой жизни он не заметил раньше, насколько этот человек ему мешает? Надо было избавиться от него гораздо раньше.
Сюй Ши И, будто не замечая Гу Сичэня, просто позвал Ань Синь и сразу же отвернулся, не обращая внимания на его враждебный взгляд.
Подойдя к её парте, он молча наблюдал, как она дописывает задание, и невольно загораживал её от взгляда Гу Сичэня.
Когда Ань Синь наконец сдала работу и посмотрела в дверь — Гу Сичэня уже не было. Она полностью расслабилась.
Что он о ней подумает — теперь её не волновало. Главное — чётко обозначить границы и не дать ему использовать её против неё саму и её семью.
Расслабившись, Ань Синь невольно вспомнила прошлую жизнь.
После того как с отцом случилась беда, она пришла к нему с обвинениями. В тот момент она только узнала, что скоро станет матерью. А он привёл с собой другую женщину и ребёнка, заявив, что это его настоящая любовь.
Она хотела не верить, но сходство ребёнка с ним и с той женщиной, а также возраст малыша — всё говорило о том, что ребёнок зачат ещё до их свадьбы. Он женился на ней лишь ради мести.
Сейчас, вспоминая ту встречу, она понимала: боль от потери ребёнка никогда не заживёт. Но всё остальное уже можно было отпустить легко и спокойно.
Главное — больше не любить. Тогда он уже не сможет причинить ей ту же боль.
Прошло немного времени, и Ань Синь, опустив глаза, тихо сказала так, чтобы слышал только Сюй Ши И:
— Спасибо тебе за то, что только что случилось.
Рука Сюй Ши И на мгновение замерла над тетрадью. Он отложил ручку и молча вынул из парты что-то, положив перед ней.
Ань Синь удивилась. С этого момента он уже начал есть конфеты?
Он посмотрел на неё — и в его взгляде читалось: «Сладкое поднимает настроение».
Видя её замешательство, он быстро написал на листке: «Жизнь всегда должна быть немного сладкой».
Ань Синь колебалась. Урок английского уже начался, учитель что-то активно объяснял у доски… Но она осторожно, прячась от глаз преподавателя, положила конфету в рот.
«Бум-Бум» не только сладкий — на языке ещё и пощипывает, как газировка. Внимание мгновенно переключилось, и настроение стало чуть легче.
К её удивлению, Сюй Ши И, кажется, улыбнулся. Но тут же отвернулся и снова погрузился в записи.
Автор говорит:
Каждый день люблю брать с собой несколько конфет на работу~
Жизнь всегда должна быть немного сладкой, мяу~ Спасибо ангелочкам, которые бросили мне бомбы или полили питательной жидкостью~
Спасибо за питательную жидкость:
Фэн Фу Вэй — 23 бутылочки;
Большое спасибо всем за поддержку! Я буду и дальше стараться!
Ань Синь заметила, что Сюй Ши И вовсе не такой глупый, каким он себя называл перед смертью.
Он быстро находил суть, излагал мысли чётко и структурированно.
Любая задача, которую она не понимала, становилась простой, стоит ему лишь объяснить.
Однако Сюй Ши И, казалось, стал ещё занятым. Каждый раз, когда последний урок был самостоятельной работой, он уходил заранее. Или, если последние два урока были контрольными, он сдавал работу раньше времени.
Раньше, даже закончив досрочно, он всегда перепроверял до последней минуты — такой уж у него характер.
Теперь же…
Ань Синь подозревала, что он тратит ещё больше времени на подработки…
Только в больнице она больше не встречала его и не знала, где он теперь работает.
В прошлой жизни их пересечений было мало.
Он лишь рассказывал ей, что старшая школа — самое тёмное время в его жизни. Она предполагала, что тогда он не получал ни капли доброты: вынужден был терпеть презрительные взгляды родных и одноклассников, бороться за выживание и одновременно цепляться за шанс поступить в вуз.
К тому же он был очень ранимым.
Ань Синь давно хотела предложить ему стать её репетитором, но подходящего момента всё не находилось.
Зато после нескольких контрольных её оценки заметно выросли, и даже господин Лин удивился, глядя на неё и Сюй Ши И с одобрением.
Напряжённая учёба помогала ей забыть прошлые страдания. Погружение в занятия стало для неё чем-то новым и неожиданно приятным. Ей казалось, что если жизнь будет такой и дальше — это тоже неплохо.
По крайней мере, без боли и предательства.
Самые сложные задачи всё равно проще, чем человеческие сердца, скрывающие истинные чувства за улыбками.
От этих мыслей ей стало радостно.
В один из дней перед окончанием занятий наконец представился шанс поговорить с Сюй Ши И об этом.
Но не успела она и рта открыть, как её окружили одноклассники:
— Сюй Ши И, через месяц чемпионат по футболу! Сыграешь?
Ань Синь, собирая рюкзак, бросила на него косой взгляд.
Он играет в футбол?
Она не знала.
Сюй Ши И уже собрал вещи. Он поднял глаза — холодные и отстранённые — и коротко ответил:
— Нет.
Домой он брал лишь учебник английского и пару тетрадей — всё остальное делал в школе.
Он встал и спокойно произнёс:
— Пропустите.
Ребята смущённо расступились. Как только он ушёл, они тут же окружили Ань Синь:
— Ань Синь, ты должна возглавить чирлидеров! Не отказывайся — это же межклассовый чемпионат, такой бывает раз в жизни!
— Я… — Ань Синь действительно хотела отказаться.
Теперь ей хотелось только учиться. В прошлой жизни она обожала участвовать в мероприятиях и появляться на светских раутах, но сейчас это не вызывало интереса.
— Ань Синь, согласись! Без тебя у чирлидеров не будет души!
Ань Синь покраснела от такого напора и согласилась, лишь бы отстали.
Едва она перевела дух, как её схватила за руку Ли Мань. Та колебалась, огляделась, убедилась, что за ними никто не следит, и тихо спросила:
— Ань Синь, ты же сидишь с Сюй Ши И за одной партой. Не поможешь мне с одной просьбой?
Ань Синь удивлённо посмотрела на неё.
Ли Мань широко улыбнулась:
— Да ничего особенного! Просто скажи Сюй Ши И, чтобы он пошёл на чемпионат. Говорят, соперники очень сильные, и если Сюй Ши И не сыграет, мы можем проиграть с позором…
— Он так хорош в футболе?
Ань Синь в прошлой жизни тоже была капитаном чирлидеров… Но почему-то никогда не замечала этого?
http://bllate.org/book/6536/623450
Готово:
