— Хорошо, молодой господин. Через пятнадцать минут всё будет у вас в комнате.
— Хм. А этот букет сухоцветов поставь в вазу и отнеси ко мне.
Ий Дэнсянь протянул управляющему Чжану синие высушенные цветы.
— Это…? — не удержался тот, ведь второй молодой господин никогда не приносил домой цветов.
— Купил в супермаркете. — Гуляя по магазину, Цяо Люхо купила два букета и настойчиво вручила ему один, сказав, что если чаще смотреть на цветы, настроение обязательно улучшится.
Управляющий взял букет и на мгновение замер.
В последнее время второй молодой господин вёл себя совсем не так, как раньше. Сначала изменились его вкусы: от привычки есть исключительно лёгкую пищу он перешёл к тому, что заставлял себя есть острое. Затем начал ходить в супермаркет. А ведь этот молодой господин всегда терпеть не мог людных мест: всё необходимое он заказывал онлайн, а если что-то нельзя было найти в интернете, просил кого-нибудь купить за него. Сам же крайне редко выходил за покупками.
Старый управляющий, держа сухоцветы, отправился искать вазу, покачивая головой и недоумевая. Говорят: «Горы легче сдвинуть, чем натуру переменить». Их второй молодой господин почти тридцать лет был холоден и отстранён, а теперь вдруг стал таким… обыденным, таким живым?
Даже разговоров с ним в последнее время стало гораздо больше.
Распорядившись, чтобы на кухне приготовили любимые спагетти с томатным соусом, он лично понёс серебряный поднос наверх.
Второй молодой господин не любил, когда в его комнату заходили посторонние, и только управляющий Чжан имел право приближаться к нему.
Постучавшись и войдя, он увидел, что молодой господин разговаривает по телефону, и встал рядом, ожидая в тишине.
Ий Дэнсянь звонил Цяо Люхо, чтобы уточнить, во сколько у неё завтра начинаются занятия.
Она, похоже, сильно устала, зевнула и лениво произнесла:
— Завтра мне не повезло — первая и вторая пары. Нужно быть в университете до половины девятого.
Ий Дэнсянь ответил:
— До твоего вуза ехать минут двадцать. Значит, завтра я встану в семь тридцать — должно хватить.
— Отлично! Тогда я спать, очень хочется, — сказала Цяо Люхо.
— Спи спокойно. Спокойной ночи, — мягко произнёс он.
— Спокойной ночи, дядя Ий.
Положив трубку, он всё ещё сохранял на губах тёплую улыбку.
Управляющий был поражён. Он, конечно, видел, как улыбается второй молодой господин, но никогда не видел такой мягкой, тёплой улыбки — будто весь человек озарился светом тёплого солнца.
Ий Дэнсянь специально поставил будильник на шесть тридцать, а затем добавил:
— Если завтра к семи часам я ещё не вышел из комнаты, поднимайся и разбуди меня. Даже если я сплю, не церемонься.
— Хорошо, молодой господин.
Управляющий согласился, но в душе недоумевал. Ведь он только что слышал, как молодой господин сказал по телефону, что встанет в семь тридцать. Почему же теперь нужно выйти до семи? Но как слуга, он не смел расспрашивать и промолчал.
На следующее утро будильник прозвенел всего дважды, и Ий Дэнсянь уже вскочил с постели. За двадцать минут он успел умыться, одеться и, под пристальным взглядом управляющего, сел в машину и уехал.
Он взглянул на часы — времени было в избытке.
От виллы в южном районе до жилого комплекса «Фухэ» — сорок минут езды, от «Фухэ» до университета Цяо Люхо — ещё двадцать. Всего полтора часа — более чем достаточно.
Цяо Люхо попросила Ий Дэнсяня высаживать её у булочной «Чжанцзи»: так она не опаздывала, и ей не приходилось выходить из «Порше» под взглядами однокурсников.
Проводив её взглядом, Ий Дэнсянь не стал заходить за сяолунбао, а сразу развернулся и поехал обратно в южный район.
Едва вернувшись в свою комнату и не успев присесть, он получил звонок от племянника Ий Чэна.
Этот парень звонил только тогда, когда ему что-то нужно.
Тем не менее Ий Дэнсянь нажал на кнопку приёма:
— Алло?
Ий Чэн тут же начал заигрывать:
— Дядюшка, чем занимаешься?
Ий Дэнсянь бросил взгляд на ключи от машины, которые ещё не успел положить, и сухо ответил:
— Работаю водителем.
На том конце явно замолчали, и лишь через несколько секунд Ий Чэн снова заговорил:
— Дядюшка, с каких это пор ты стал шофёром? Если дедушка узнает, точно рассердится.
Ий Дэнсянь не рассердился, а, наоборот, усмехнулся:
— А если я расскажу твоему отцу, что ты записался в стажёры в развлекательную компанию, кто рассердится первым — он или дедушка?
— Ай-ай-ай, нет-нет-нет! — Ий Чэн тут же сдался и стал умолять: — Дядюшка, только не говори об этом! Это знаем только мы с тобой, никому больше нельзя!
Ий Дэнсянь не стал тратить время:
— Говори, зачем звонишь.
Ий Чэн захихикал и принялся ласково выпрашивать:
— Да так, просто соскучился. Решил позвонить и узнать, как у тебя дела.
— Спасибо за заботу. У меня всё отлично.
С этими словами Ий Дэнсянь тут же положил трубку, но не отложил телефон.
Менее чем через минуту он снова зазвонил — звонил всё тот же разговорчивый племянник.
— Дядюшка, ты же понял, что мне нужно! Зачем сразу вешать трубку?
— Не понял. Если тебе что-то нужно, говори прямо, зачем ходить вокруг да около?
— Дядюшка, ну у тебя совсем нет такта! Кто так сразу просит о помощи при первом же звонке?
— Ий Чэн, если тебе что-то нужно — говори. Иначе я снова положу трубку.
На том конце Ий Чэн мгновенно сник и обиженно пробурчал:
— Ладно-ладно, сейчас скажу.
Ий Дэнсянь выслушал его трёхминутную тираду и наконец понял суть. Вице-президент компании, где работал Ий Чэн, был коллекционером ювелирных изделий, особенно увлекался нефритом и необработанными камнями. Услышав, что в городе У пройдёт «Третий фестиваль нефритовых камней», он загорелся идеей поучаствовать. Ий Чэн, желая угодить начальству, похвастался, что в его семье есть дядя — настоящий мастер в распознавании качества нефрита, и тот может дать ценные советы.
— Нет времени, — сразу отрезал Ий Дэнсянь.
Он много лет увлечённо изучал нефрит и драгоценные камни. Многие богачи и предприниматели мечтали пригласить его на оценку, но он всегда отказывался.
Дело в том, что нефритовые камни добываются в оболочке из окаменевшей коры, и невозможно определить качество камня внутри, не распилив его. Такие камни называются «камнями на удачу». Обычные люди не могут определить, что скрыто под корой, но у Ий Дэнсяня был свой уникальный метод распознавания.
Как говорится: «Один рез — и ты богат, другой — и ты нищий». Одна удачная сделка могла принести десятки миллионов, а неудачная — стоить сотен миллионов. Даже крупные бизнесмены редко рисковали.
А этот Ий Чэн, чтобы угодить своему боссу, просто выставил на продажу собственного дядю! Он вообще понимал, сколько стоит одно появление Ий Дэнсяня?
— Дядюшка, ну пожалуйста! От этого зависит моя звёздная карьера! — умолял Ий Чэн.
— Я сейчас работаю личным водителем. Нет времени участвовать в каких-то фестивалях, — отрезал Ий Дэнсянь, не проявляя ни капли родственного чувства.
Когда Ий Чэн понял, что уговоры бесполезны, он вдруг вспомнил:
— Погоди! Дядюшка, помнишь, ты просил меня выбрать тебе лимитированный женский чемоданчик?
Ий Дэнсянь прищурился:
— Ну?
— Хе-хе-хе! У меня знакомый — официальный представитель Louis Vuitton в Китае. Если ты поможешь мне, я попрошу его сделать для тебя уникальный чемодан, которого больше ни у кого не будет. Как тебе?
Ий Дэнсянь задумался.
Хотя он и был богат, в делах с людьми разбирался хуже Ий Чэна. К тому же он не любил просить кого-либо о чём-то. Поручить выбор сумки племяннику было разумнее всего.
Вспомнив старый рюкзак Цяо Люхо, с которым она сегодня пошла в университет, он наконец согласился.
Открыв блокнот, он спросил:
— Когда и где?
— Ура! Дядюшка, ты лучший! Сейчас пришлю тебе время, адрес и контакты нашего вице-президента! Ха-ха-ха!
Цяо Люхо вошла в аудиторию после завтрака, когда там ещё почти никого не было.
На часах было десять минут девятого. Она выбрала место в третьем ряду у окна и начала готовиться к занятиям.
Студенты обычно приходили в последний момент. Только к двадцати пяти минутам девятого остальные начали постепенно заполнять аудиторию. Вскоре места вокруг Цяо Люхо заняли в основном парни.
— Динь-донь!
Прозвенел звонок. Преподавательница, зажав под мышкой толстую папку с материалами, неторопливо вошла в аудиторию.
Линь Цзяо ворвалась вслед за ней и, быстро подскочив к Цяо Люхо, отодвинула её учебник и уселась рядом.
— Ну конечно, наша факультетская красавица, — прошептала она ей на ухо с усмешкой. — Вокруг тебя всегда рой пчёл.
Зная, что подруга поддразнивает однокурсников, которые явно не слушают лекцию, Цяо Люхо холодно напомнила:
— Лучше слушай.
Линь Цзяо была ленивой и рассеянной — уже хорошо, что пришла вовремя, не то что учиться. Она фыркнула и начала оглядываться, ища среди парней кого-нибудь симпатичного.
— Студентка в третьем ряду у прохода, ответьте на вопрос, — строго сказала преподавательница, поправляя очки.
Через пару секунд Линь Цзяо поняла, что в аудитории воцарилась тишина. Она обернулась и увидела, что тридцатилетняя учительница пристально смотрит на неё, а все остальные тоже уставились в её сторону.
Цяо Люхо наклонилась и тихо напомнила:
— Тебя спрашивают.
Линь Цзяо только сейчас осознала, встала и, глядя на раздражённую учительницу, растерянно почесала голову.
— Че… что за вопрос?
— Цели макроэкономической политики, — повторила преподавательница, еле сдерживая раздражение.
— Эээ… достичь процветания для народа? — неуверенно предположила Линь Цзяо.
Вся аудитория взорвалась смехом. Учительница то краснела, то бледнела, но в итоге махнула рукой:
— Садитесь.
— Цяо Люхо, ответьте вы.
— Полная занятость, стабильность цен, устойчивый экономический рост и сбалансированность платёжного баланса, — спокойно ответила Цяо Люхо.
Преподавательница одобрительно кивнула и при всех похвалила её.
Однокурсники ещё больше восхитились ею: богиня и вправду богиня — красива, добра и умна. Такая недосягаема!
После занятий Линь Цзяо, взяв Цяо Люхо под руку, неспешно шла по аллее.
Вдруг она спросила:
— Слышала, ты съехала из общежития?
Цяо Люхо кивнула:
— Да, переехала к родственникам.
Хотя Ий Дэнсянь формально был кандидатом на роль жениха Линь Цзяо, а теперь они с Цяо Люхо уже поженились, она не собиралась никому об этом рассказывать до выпуска. Её взгляды были современными, но не факт, что друзья разделяют её позицию.
— Из-за Сюй Ди и остальных? — Линь Цзяо посмотрела на неё с сомнением.
— Нет. Это личное решение. Не имеет к ним отношения.
— Тогда ладно. — Линь Цзяо сжала кулак и с фальшивой свирепостью добавила: — Если они тебя выгнали, я сама пойду и устрою им взбучку!
Цяо Люхо молча улыбнулась, глядя на преданную подругу. Повезло, что встретила её — всегда готова встать на защиту в трудную минуту.
— Цяо, однокурсница? — раздался голос спереди.
Она подняла глаза и увидела Хэ Мяо в белой футболке и чёрных штанах. Он недавно подстригся и выглядел ещё свежее.
Глаза его сияли, уголки губ приподняты.
Он подошёл и спросил:
— Ты уже поела?
Цяо Люхо подумала, что ответ очевиден: она только что вышла из учебного корпуса с книгами в руках — разве так выглядит человек, который уже поел?
— Нет-нет! — вдруг выскочила Линь Цзяо и радостно ответила за неё.
— Раз так случайно встретились, может, пообедаем вместе? — Хэ Мяо мельком взглянул на Линь Цзяо, но тут же перевёл взгляд на Цяо Люхо и с лёгким волнением предложил.
Цяо Люхо хотела отказаться.
Но вспомнила вчерашнюю фотографию в соцсетях: Хэ Мяо несёт её в медпункт. Решила, что стоит угостить его обедом в знак благодарности — и больше не будет перед ним в долгу.
Её согласие обрадовало и Линь Цзяо, и Хэ Мяо. Оба подумали: «Наконец-то получится пообедать с богиней/богом!»
Хэ Мяо сказал, что знает рядом ресторан, где готовят отличные креветки в масле. Цяо Люхо и Линь Цзяо не возражали. Узнав адрес, они пошли в общежитие за вещами.
Открыв дверь, Цяо Люхо увидела, что внутри Сюй Ди и Ян Фэнлин. Атмосфера сразу стала неловкой.
http://bllate.org/book/6517/621831
Готово:
