«Как же ты, дитя моё, такая глупенькая? Что бы ни случилось — разве нельзя было просто поговорить? Зачем же лезть на такое, покончить с собой…»
Сквозь туман сознания до неё доносился плач женщины у кровати.
Су Нуо слабо моргнула и медленно открыла глаза. Взгляд блуждал по палате: белоснежный потолок, в нос ударял резкий запах дезинфекции, а на балконе под лёгким ветерком покачивались крошечные ромашки.
Она приподняла руку. Пальцы были бледными, почти прозрачными, а на запястье плотно облегала толстая повязка. Боль пульсировала, проникая в каждую клеточку.
Ещё не успела она прийти в себя, как чья-то ладонь крепко сжала её руку. Су Нуо перевела взгляд: перед ней стояла женщина с мягкими чертами лица и доброжелательной внешностью. Её глаза были полны слёз, а во взгляде — только тревога и забота.
— …Мама? — прошептала Су Нуо, голос звучал растерянно и смутно.
При этом слове слёзы у госпожи Шэнь хлынули ещё сильнее:
— Если бы с тобой что-нибудь случилось, я бы сама больше не захотела жить!
Су Нуо оцепенела, не в силах вымолвить ни слова.
— Чего стоишь?! Заходи немедленно! — раздался из коридора гневный, сдержанный голос мужчины средних лет.
Су Нуо повернула голову. За спиной отца стоял высокий, стройный юноша, засунув руки в карманы. Он безучастно прислонился к косяку двери, и его взгляд, направленный на неё, был ледяным и безразличным.
— Заходи! — рявкнул отец, толкнув его внутрь. — Извинись перед Нуо-нуо.
Юноша подошёл к кровати. Его удлинённые миндалевидные глаза опустились, лицо — холодное и прекрасное, вся поза — надменная и отстранённая.
Он усмехнулся — насмешливо и ледяно:
— Су Нуо, даже если ты покончишь с собой ради меня сто раз, я всё равно не посмотрю на тебя.
Зрачки Су Нуо сузились. В груди вдруг вспыхнула острая боль, дыхание сбилось.
Госпожа Шэнь крепко сжала её руку и закричала на юношу:
— Шэнь Ван! Твоя сестра только что очнулась! Не смей так с ней разговаривать!
— Сестра? — фыркнул Шэнь Ван. — Какая ещё сестра соблазняет своего брата?
— Ты… — задрожала от ярости госпожа Шэнь. — Убирайся! Уходи прочь!
Шэнь Ван даже не взглянул на Су Нуо и без колебаний развернулся, чтобы уйти.
Господин Шэнь тяжело вздохнул:
— Как же мне достался такой маленький зверь!.. Нуо-нуо, не волнуйся. Папа встанет за тебя. Неважно, та ли ты девочка, которую мы искали, или нет — ты всегда будешь невестой нашего дома Шэнь. Это никогда не изменится.
Родители продолжали утешать её, но Су Нуо не слышала ни слова.
Она вспомнила вечер выпускного бала в старшей школе. В её бокал подсыпали что-то, и, потеряв сознание, она очнулась голой в постели Шэнь Вана.
Тот был уверен, что это она сама подсыпала себе препарат, что она бесстыдна и распутна. Он наговорил ей столько жестоких слов… Вернувшись домой, Су Нуо не смогла скрыть своего состояния. Родители сразу заметили неладное и под давлением допросов она рассказала им всю правду.
Семья Шэнь любила её всю жизнь и не могла допустить, чтобы она страдала. Они тайно от Шэнь Вана устроили банкет для гостей и журналистов — якобы торжество по случаю помолвки. Они хотели объявить всему свету: Су Нуо — единственная невеста их сына. Но они просчитались: Шэнь Ван, которого заманили на мероприятие, при всех отказался от неё и разоблачил Су Нуо как самозванку — она якобы не была той самой дочерью благодетеля семьи Шэнь.
Вскоре в СМИ появились фотографии, где она в растрёпанном виде выходит из отеля. Эти снимки превратили её в центр скандала. А Шэнь Ван так и не выступил с опровержением.
Тот помолвочный банкет сделал её посмешищем всего Цзинчэна. Фотография окрестила когда-то послушную девушку «распутницей», а слухи превратили её в алчную самозванку, готовую на всё ради богатства и положения.
Су Нуо не понимала, за что Шэнь Ван так жесток к ней.
Ей было всего пять, когда её забрали в семью Шэнь. Из-за слабого здоровья она не могла ходить в обычную школу, и Шэнь Ван, старше её на шесть лет, стал для неё и старшим братом, и единственным другом. Она всем сердцем любила его, старалась угодить, училась всему, что не нравилось ей самой, лишь бы заслужить его внимание. Но в ответ получала лишь холодность и насмешки.
В ту же ночь она перерезала себе вены.
Умерев, Су Нуо узнала, что живёт в мире книги под названием «Яркая второстепенная героиня босса». Всё наконец обрело смысл.
В романе Су Нуо — первоначальная главная героиня, слабая и зависимая, как лиана. В детстве её ошибочно приняли за дочь благодетеля семьи Шэнь и воспитывали вместе с главным героем Шэнь Ваном. Однако тот никогда не питал к ней интереса.
Пока однажды не появилась Мэн Ижань — уверенная в себе, красивая девушка, чья искренность и яркая внешность быстро привлекли внимание Шэнь Вана. Вскоре между ними завязались отношения.
Су Нуо, конечно, не смирилась. Она плакала, устраивала истерики, пыталась вернуть Шэнь Вана любыми способами. Раздражённый её преследованиями, Шэнь Ван окончательно порвал с ней и начал расследование её происхождения. Выяснилось, что её опознавательный знак — подделка, а значит, и сама она — самозванка. В финале Мэн Ижань вышла замуж за Шэнь Вана, получила любовь его родителей, стала знаменитой актрисой и богиней в глазах всех. А Су Нуо умерла в чужом краю, в полном одиночестве и презрении.
Система, сопровождавшая её после смерти, объяснила: в этом книжном мире Су Нуо, как первоначальной героине, суждено быть вытесненной Мэн Ижань — второстепенной героиней, которая «перевернёт сюжет». Всё, что принадлежало Су Нуо, достанется Мэн Ижань, а сама она закончит жизнь в позоре и нищете.
Чтобы изменить свою судьбу, Су Нуо должна выполнить десять заданий в других мирах. После этого система вернёт её обратно — уже с крепким здоровьем.
Так Су Нуо начала путешествовать по мирам: была соблазнительницей, погубившей целое царство; жертвой в мире богатых кланов; благородной девицей, отправившейся вместо отца на войну; наследницей чёрного мира в эпоху апокалипсиса… Десять миров, восемь лет — словно один долгий сон.
Она смотрела на повязку на запястье. За эти годы она видела горы из трупов, бродила по улицам, кишащим зомби, восседала на тронах и спала в ложе императоров. Постепенно она поняла: любовь — не единственное в жизни. И осознала, насколько драгоценны здоровье и сама жизнь.
Шэнь Ван…
Шэнь Ван…
Это имя сопровождало её с детства до зрелости, сотни раз будоражило её сердце. Она любила его всей душой, но сколько бы ни старалась — никогда не получала ответа. Теперь же, вновь произнеся его про себя, она не почувствовала ни единого трепета.
— Нуо-нуо, почему ты молчишь? Тебе плохо? — осторожно спросила госпожа Шэнь.
Су Нуо очнулась:
— Мама, принеси мне, пожалуйста, зеркало.
Голос её был слабым, тонким, с мягким, девичьим окончанием.
— Конечно, сейчас! — Госпожа Шэнь поспешно вытащила из сумочки косметическое зеркальце и протянула дочери.
Су Нуо взяла его и, дрожа ресницами, внимательно всмотрелась в отражение.
Перед ней была девушка с бледной, нежной кожей, пышные каштаново-рыжие локоны обрамляли маленькое овальное лицо. Макияж немного размазался за ночь, но глаза оставались чистыми, как у оленёнка, — неожиданно наивными среди зрелого образа.
Су Нуо провела пальцем по щеке и снова погрузилась в воспоминания.
В средней школе Мэн Ижань переехала напротив. Тогда Су Нуо не обращала на неё внимания — девочка была растрёпанной, постоянно сгорбленной, с опущенной головой. Иногда Су Нуо здоровалась с ней, но та не отвечала, лишь бросала на неё злобные взгляды. Кто бы мог подумать, что однажды эта девочка резко преобразится: станет красивой, а её оценки взлетят с последнего места на первое. Не только Су Нуо, но и сам Шэнь Ван начали замечать её.
В старших классах Мэн Ижань и Шэнь Ван стали всё чаще проводить время вместе. Чтобы понравиться ему, Су Нуо стала копировать стиль одежды Мэн Ижань, даже этот каштаново-рыжий цвет волос она выбрала, следуя за ней. Но Шэнь Ван однажды сказал: «Как бы ты ни красилась, даже если вырастешь пятнами на теле — я всё равно не полюблю тебя».
При этой мысли на губах Су Нуо появилась горькая улыбка.
Какой же она была глупой — ради недостойного мужчины пожертвовала собой и даже жизнью.
— Нуо-нуо? — обеспокоенно окликнула её госпожа Шэнь.
Су Нуо опустила зеркало. На её юном лице появилась слабая, но спокойная улыбка:
— Со мной всё в порядке. Простите, что заставил вас и папу волноваться. Это моя вина.
Услышав такие слова, слёзы у госпожи Шэнь снова хлынули, а даже обычно сдержанный господин Шэнь покраснел от волнения.
Он подошёл и погладил её по голове:
— Не бойся, Нуо-нуо. Мы с мамой тебе верим, чего бы там ни говорили. Если Шэнь Ван посмеет отказаться от тебя, я…
— Я не хочу выходить замуж за Шэнь Вана, — перебила его Су Нуо.
Родители замерли и одновременно посмотрели на неё.
— Насильно мил не будешь, — спокойно сказала Су Нуо. — Даже если я… даже если я буду рядом с Шэнь Ваном, нам не будет счастья.
Супруги переглянулись. Госпожа Шэнь запнулась:
— Но… но ведь между вами уже… уже случилось то…
— Я приняла решение, — твёрдо сказала Су Нуо. — Не уговаривайте меня, папа и мама. Просто сообщите Шэнь Вану, пусть спокойно живёт своей жизнью.
С этими словами она снова закрыла глаза.
Видя, что дочь заснула, родители не стали её беспокоить и тихо вышли из палаты.
* * *
Через несколько дней Су Нуо выписали из больницы, и она вернулась домой вместе с родителями.
Вилла семьи Шэнь находилась в тихом районе для богатых в Хуачэне, у подножия горы с видом на озеро. На территории — сад, бассейн, всё окружено тишиной и красотой. Комната Су Нуо располагалась на третьем этаже, в самом конце коридора.
Её уже успели прибрать: двойные окна распахнуты, весенний ветерок колышет занавески, а солнечный свет льётся в комнату.
Су Нуо огляделась. Обстановка ничуть не изменилась с тех пор, как она её помнила. Подойдя к кровати, она провела пальцем по мягкому голубому покрывалу, села и взяла со столика фотографию с Шэнь Ваном.
Снимок сделан в её тринадцать лет — в день рождения. Она в белом платье, сияя от счастья, крепко обнимает руку юноши. Рядом — прекрасный, холодный мальчик с чуть приподнятой челюстью и явным раздражением на лице.
Взгляд Су Нуо переместился на себя. Девочка на фото улыбалась так радостно и беззаботно. Для юной Су Нуо Шэнь Ван был всем миром. Даже зная, что он её не любит, она была счастлива просто быть рядом.
Госпожа Шэнь взглянула на фотографию и тяжело вздохнула:
— В школе тебе оформили больничный на месяц. Отдыхай спокойно, не думай ни о чём. Сейчас схожу сварю тебе красную фасолевую кашу.
Су Нуо кивнула. Когда мать ушла, её лицо стало холодным. Не раздумывая, она швырнула рамку с фотографией в мусорное ведро.
— Мисс Су, мадам просит вас спуститься к обеду, — вскоре позвала горничная.
Су Нуо собрала волосы в хвост и направилась вниз.
В столовой она сразу заметила Шэнь Вана, сидевшего спиной к ней. Су Нуо отвела взгляд и села напротив него.
Тот, не поднимая головы, рассеянно листал телефон.
Господин Шэнь разозлился и стукнул по его голове свёрнутой газетой:
— Ты уже взрослый, а всё ещё играешь в телефон! Убери немедленно!
Шэнь Ван без эмоций отложил устройство в сторону и поднял глаза на Су Нуо. Его взгляд был ледяным и равнодушным.
http://bllate.org/book/6451/615672
Готово:
