Получив радостную весть, император был вне себя от счастья. Он немедленно издал указ о предоставлении Цзинъюэ содержания, соответствующего рангу фэй, и прислал ей целую гору целебных снадобий. Отложив все государственные дела, он поспешил к ней и, усевшись у постели, с болью смотрел на её бледное лицо.
— Лицо у тебя такое бледное, даже руки ледяные, — сказал он, с тревогой сжимая её ладони, и резко обернулся к лекарю Му. — Разве ты не говорил, что наложница Лань уже выздоровела? Почему она так ослабла?
Лекарь Му мгновенно покрылся холодным потом. Он осторожно взглянул на Цзинъюэ и тихо пояснил:
— Ваше Величество, в прошлый раз после выкидыша тело наложницы Лань сильно пострадало. А теперь, спустя всего несколько месяцев, она снова беременна. Хотя болезнь прошла, жизненные силы ещё не восстановились, поэтому беременность протекает нестабильно, и требуется дополнительное лечение.
— Как так получилось? — Чжоу И нахмурился, мысленно прикинув сроки, и всерьёз забеспокоился. — Сколько времени понадобится на восстановление? Это скажется на ней и на ребёнке?
Этот вопрос лекарь Му уже обсуждал с Цзинъюэ, поэтому тут же ответил:
— Я рекомендую наложнице Лань особенно беречь себя в первые три месяца беременности. Лучше всего соблюдать постельный режим, пока плод не укрепится. После этого состояние значительно улучшится. Что касается дальнейших последствий — всё будет зависеть от того, насколько успешно пройдёт лечение.
— Тогда составляй рецепт, — распорядился Чжоу И.
Он помолчал немного, нежно погладил Цзинъюэ по волосам и добавил:
— Отдыхай, моя милая. Постарайся пока не выходить из покоев и передай все дворцовые обязанности. Я сам поговорю с императрицей. Ты просто сосредоточься на сохранении беременности.
— Благодарю Ваше Величество, — прошептала Цзинъюэ, и её глаза снова наполнились слезами.
— Опять плачешь? — Император бережно обхватил её лицо ладонями, мягко улыбнувшись.
— Мне так радостно… — Цзинъюэ смотрела на него сквозь слёзы. — Кажется, будто всё это сон. Ваше Величество, правда ли я беременна?
— Глупышка, — рассмеялся Чжоу И и ласково щёлкнул её по щеке. — Конечно, правда. Скоро ты станешь матерью.
— Как прекрасно…
Цзинъюэ пристально смотрела на него и тихо спросила:
— Скажите… это ведь он вернулся к нам?
— Да, — император обнял её, и в его глазах читалась глубокая нежность. — Ребёнок не смог оставить свою мать и вернулся.
— Он вернулся… — прошептала Цзинъюэ, прижавшись к нему и осторожно касаясь живота. Из её глаз одна за другой катились крупные слёзы. — Как же хорошо, что он вернулся.
— В прошлый раз я не сумела его уберечь… Но теперь обязательно справлюсь.
— Конечно, — мягко ответил Чжоу И. — Ты станешь самой лучшей матерью.
Цзинъюэ, то плача, то улыбаясь, делилась с ним своими страхами и тревогами. Император терпеливо утешал её, пока она наконец не уснула у него на груди.
Убедившись, что она крепко спит и дыхание стало ровным, Чжоу И осторожно уложил её в постель, укрыл одеялом и тщательно заправил края. Цинсюэ и Цинлу, стоявшие рядом, хотели помочь, но побоялись подойти. Переглянувшись, они лишь ещё тише задышали и замерли у изголовья. Император выпрямился, ещё раз взглянул на спящую Цзинъюэ, лёгкая улыбка тронула его губы, и он тихо наказал служанкам:
— Заботьтесь о вашей госпоже. Завтра я снова приду.
— Слушаемся, — в один голос ответили девушки, кланяясь. — Мы сделаем всё возможное.
— Хорошо, — кивнул Чжоу И и вышел.
Весть о беременности Цзинъюэ мгновенно разлетелась по дворцу. Все наложницы позеленели от зависти: только что потеряла ребёнка — и уже снова беременна!
Почему именно её чрево так любимо небесами?
Никто не мог понять.
Даже И цайжэнь, другая фаворитка, приуныла. Но вскоре почувствовала недомогание, вызвала лекаря — и оказалось, что и у неё обнаружили беременность.
И цайжэнь была ошеломлена.
За один день — две радостные вести!
Чжоу И, услышав новость, тоже почувствовал себя так, будто во сне. Он немедленно отправился к И цайжэнь, заботливо расспросил её и тут же издал указ о повышении её до ранга мэйжэнь.
Теперь зависть в гареме достигла предела. Две беременные фаворитки — и обе в фаворе!
Ли гуйжэнь, пережившая «выкидыш» ранее, знала, что её тело серьёзно пострадало и забеременеть ей почти невозможно. Она уже смирилась с этим, лишь надеясь, что живот гэнъи Жоу окажется более удачливым.
А вот Цзин гуйжэнь пришла в ярость. Запершись в покоях, она горько плакала.
Она мечтала о ребёнке до исступления.
После инцидента в императорском саду император охладел к ней. С тех пор, как бы она ни старалась угодить, он относился к ней с холодной отстранённостью. Сейчас, когда в гареме мало женщин, она ещё могла рассчитывать на встречу с ним раз в месяц.
Но что будет, когда придут новые наложницы? Останется ли у неё хоть шанс на ложе императора?
Будущее казалось безнадёжным.
Она понимала: теперь, когда император так явно отдаёт предпочтение другим, единственный путь к влиянию — родить ребёнка до появления новых соперниц.
И она возненавидела Цзинъюэ.
Обе они оказались в том самом саду, но в то время как Цзинъюэ снискала милость императора, получила ранг пин и осталась в фаворе, Цзин гуйжэнь навсегда утратила расположение государя.
Как же не завидовать?
Раньше утешением для неё было то, что блестящая судьба Цзинъюэ досталась ей ценой выкидыша.
Но теперь та снова беременна?
— Неужели она дочь Небесного Отца?! — воскликнула Цзин гуйжэнь сквозь слёзы и со злостью швырнула чашку на пол. — Почему всё удачное достаётся именно ей?!
Хлоп!
Ещё одна чашка разлетелась вдребезги.
Её наперсница, дрожа от страха, осторожно обошла осколки и тихо заговорила:
— Не переживайте так, госпожа. Я слышала, что из-за короткого промежутка между беременностями тело наложницы Лань ещё не восстановилось после прошлого выкидыша. Эта беременность протекает очень тяжело.
— Правда? — оживилась Цзин гуйжэнь. — Тем лучше!
Эти слова немного успокоили её. Она обошла осколки, села за стол и жадно выпила чашку чая, после чего задумалась.
Прошло немало времени, прежде чем она снова расплакалась:
— У наложницы Лань есть ребёнок, у И мэйжэнь тоже… У императрицы родилась дочь, у госпожи Ван, у Цюнь мэйжэнь, у Ли гуйжэнь — все они были беременны! Почему только я всё это время остаюсь без ребёнка?
Она рыдала, уткнувшись в стол.
— Почему именно мне такая неудача?! А ей — всё легко и снова, и снова!
…………
Тем временем Цзин фэй тоже обсуждала эту новость со своей служанкой.
Услышав, что Цзинъюэ снова беременна, Цзин фэй искренне обрадовалась и тут же велела Гу Цуэй отобрать из сокровищницы всё, что может пригодиться, чтобы отправить подарки Цзинъюэ.
Гу Цуэй поспешила выполнять поручение. Но, вернувшись с подносом, она замялась и неуверенно посмотрела на свою госпожу.
— Что случилось? — спросила Цзин фэй, проверяя ткань, которую принесла служанка. Убедившись, что материал мягкий и лёгкий, она удовлетворённо кивнула, но заметила тревогу в глазах Гу Цуэй.
— Госпожа… Вы не боитесь? — тихо спросила та, оглядевшись и убедившись, что в покоях никого, кроме них двоих. — Император так трепетно относится к этому ребёнку наложницы Лань… А если она родит сына, тогда старший принц…
— Молчи! — резко оборвала её Цзин фэй, и лицо её мгновенно изменилось. — Такие слова тебе и в голову не должны приходить!
— Простите! — Гу Цуэй немедленно упала на колени.
— Ах… — Цзин фэй долго смотрела на неё, потом вздохнула и подняла служанку. — Я знаю, ты думаешь о Фэнэре. Но подобные разговоры больше не веди — и уж тем более не показывай этого на лице.
— Да, госпожа, — пробормотала Гу Цуэй, всё ещё не совсем согласная.
— Даже если бы Цзинъюэ не забеременела, разве что-то изменилось бы? — продолжала Цзин фэй, взяв её за руку. — Император ещё молод. В гареме постоянно появляются новые, юные и прекрасные девушки. Рано или поздно кто-нибудь забеременеет — если не Цзинъюэ, то другая.
Она помолчала и добавила:
— К тому же Фэнэр никогда не пользовался расположением императора. После того случая, когда он упал в воду, его здоровье пошатнулось: он не переносит усталости и сквозняков. С тех пор все во дворце словно забыли о его существовании. За последние полгода кто хоть раз спросил о нём?
Гу Цуэй молча слушала, и слёзы уже навернулись у неё на глазах.
— Поэтому я даже рада, что Цзинъюэ беременна, — спокойно сказала Цзин фэй. — Она добра и верна. После того как император лично подтвердил её заслугу в защите его жизни в саду, ей обеспечена безопасность и благополучие на всю жизнь — если, конечно, она не совершит чего-то непростительного.
— Понимаешь теперь? — посмотрела она на служанку. — Кем бы ни стал победитель в этой борьбе, дружба с наложницей Лань всегда пойдёт на пользу. Если ты по-настоящему заботишься о Фэнэре, старайся наладить с ней отношения и води к ней сына почаще.
— Теперь я поняла, — сказала Гу Цуэй, искренне убеждённая.
Цзин фэй обрадовалась и ласково похлопала её по плечу:
— Вот и хорошо.
Цзинъюэ ничего не знала о тайных разговорах при дворе. Её снова ждала беззаботная жизнь в постели.
У неё было идеальное оправдание для бездействия: все знали, что беременность протекает тяжело. Зависть и злоба других наложниц были направлены не на неё, а на И мэйжэнь.
Цзинъюэ сейчас пользовалась огромной популярностью, но И мэйжэнь не отставала. Будучи фавориткой с самого прихода во дворец, она давно уже входила в «топ-3» самых ненавидимых женщин гарема. Единственное, что мешало ей занять высокий ранг, — низкое происхождение и отсутствие детей.
Теперь же этот пробел был восполнен. Все понимали: если И мэйжэнь родит сына, то ранги мэйжэнь и даже фэй станут для неё лишь делом времени.
Из двух беременных фавориток одна — уже пин, но с нестабильной беременностью, вынужденная лежать в постели. Другая — всё ещё низкого ранга, но с крепким здоровьем и активной жизнью.
Кому выгоднее нанести удар — было очевидно.
Так началась череда несчастий И мэйжэнь.
Она поскользнулась на камешках в саду, в её покоях внезапно появились цветочная пыльца и испорченная еда… Менее чем за полмесяца её тоже вынудили соблюдать постельный режим — теперь она вздрагивала от каждого шороха.
Бедняжка.
Император Чжоу И с особым вниманием следил за беременностью И мэйжэнь.
Его потомство и так было немногочисленным, а в последние годы постоянно случались несчастья. Узнав о двух беременностях одновременно, он тайно усилил охрану обеих женщин.
Поэтому, когда И мэйжэнь чуть не упала на дорожке в императорском саду из-за рассыпанных камней, дворцовые служанки сразу же предупредили её, и она устояла на ногах. Император немедленно приказал провести расследование и наказать виновных в управлении садом. Испугавшись, И мэйжэнь перестала выходить из покоев и ушла в уединение.
Она думала, что в четырёх стенах будет в безопасности. Но и там её поджидали беды: сначала цветочная пыльца (о её аллергии теперь все знали), потом еда с подмесью. К счастью, аппетит у неё был плохой, и она съела мало — серьёзного вреда не последовало.
Три раза подряд — и каждый раз чудом избежала беды. Но нервы не выдержали: беременность стала нестабильной, и ночью пришлось вызывать лекаря для срочного укрепления плода. И мэйжэнь объявила, что вынуждена соблюдать постельный режим.
Императрица не могла управлять гаремом, Цзин фэй лишь временно исполняла обязанности, а император был погружён в дела государства и не мог постоянно следить за происходящим. Узнав о происшествиях, он пришёл в ярость и лично попросил императрицу-мать назначить надёжных нянь для обеих беременных. Та согласилась и отправила к ним своих доверенных служанок — Цуйпин и Циньфу.
Цуйпин, чьё имя начиналось с иероглифа «цуй», была давней служанкой императрицы-матери и пользовалась большим уважением при дворе. Хотя она и уступала по статусу Цуйфэнь и Цуйлин, её направили к Цзинъюэ.
Циньфу же раньше занимала второстепенную должность при императрице-матери и теперь была назначена помогать И мэйжэнь. Разница в статусе присланных служанок не обидела И мэйжэнь: она прекрасно понимала, что из-за своего низкого ранга и происхождения, а также отсутствия близких связей с императрицей-матерью, даже такой помощи она удостоилась лишь благодаря ходатайству императора.
С глубоким уважением она приняла Циньфу и передала ей полный контроль над павильоном Ду Юэ. Благодаря авторитету императрицы-матери и заботе Циньфу, И мэйжэнь наконец обрела спокойствие и могла спокойно сохранять беременность.
Что до Цзинъюэ — после спасения старшего принца и подвига в императорском саду императрица-мать всё больше ценила её. Особенно трепетно она относилась к нынешней беременности и потому лично отправила к ней Цуйпин — свою давнюю служанку, обладавшую богатым опытом в уходе за беременными женщинами.
http://bllate.org/book/6344/605331
Готово:
