Через двадцать минут, по зову тёти Чэнь, более десятка деревенских жителей шумной толпой поднялись на гору.
Четверо-пятеро крепких парней пришли помочь вытолкать машину, остальные — просто поглазеть. Среди зевак оказались старики, женщины и дети; даже Ся Яо с Таотао затесались в эту толпу, и на горе сразу стало оживлённо.
Су Ян села в машину, и под совместными усилиями здоровяков автомобиль тронулся с места.
Как только Ся Яо увидел Мо Сюй, он тут же ухватил её за ухо:
— Ну и любишь же ты поглазеть! Где только тебя не встретишь!
— Ай! — вскрикнула Мо Сюй, скорчившись от боли. — Больно же, братец! Отпусти! Сам ведь смотришь, а ещё спрашиваешь!
Ся Яо фыркнул:
— Да что там смотреть-то? Всего лишь внедорожник. У четвёртого молодого господина машина куда лучше.
Мо Сюй догадалась, что «четвёртый молодой господин», о котором говорил Ся Яо, — это тот самый псих с дорогой тачкой, который только что врезался в Су Ян и угодил вместе с ней в кукурузное поле.
Машина Су Ян стоила почти семь цифр, но по сравнению с роскошным авто «четвёртого молодого господина» сразу утратила весь свой блеск.
— А если не смотреть, то зачем ты вообще пришёл? — раздражённо спросила Мо Сюй.
— Звать тебя домой обедать! Уже полдень, а ты всё не идёшь. Опять пристаёшь к четвёртому молодому господину? Да он и знать о тебе не хочет!
Мо Сюй промолчала.
Не ожидала она, что Ся Чжи водит дружбу с этим богатым психом.
Она надула губы:
— С кем хочу, с тем и общаюсь. Не твоё дело.
Ся Яо брезгливо фыркнул и потянул её за руку:
— Пошли домой. Мама ждёт.
Мо Сюй уперлась ногами:
— Подожди ещё немного! Посмотрю, как они машину вытащат, тогда и пойду.
— Да ты совсем… — Ся Яо снова потянулся к её уху, но Мо Сюй ловко уклонилась. Он не стал настаивать.
Под напряжёнными взглядами всей деревни машина и парни одновременно напряглись — и, наконец, автомобиль вырвался из колеи.
Все облегчённо выдохнули.
— Ладно, пошли домой, — сказал Ся Яо и снова потянул сестру за руку.
Мо Сюй уже не могла придумать отговорку, но тут Су Ян окликнула её:
— Эй, младшая сестрёнка Ся! Подожди немного, пожалуйста. Мне нужно кое о чём попросить тебя.
— Хорошо, — послушно ответила Мо Сюй и невинно моргнула Ся Яо. Тот в бессилии отвернулся.
Су Ян хотела дать парням благодарственные деньги, но те лишь улыбнулись и отказались, стряхнули грязь с обуви и пошли домой.
Тогда Су Ян спросила у тёти Чэнь, сколько стоит компенсация за повреждённое поле.
Тётя Чэнь смущённо улыбнулась, пряча лицо:
— Ой, да сколько дадите, столько и ладно.
Су Ян изначально собиралась дать пятьсот, но от этого «старшая сестра» так разозлилась, что отсчитала четыреста.
Тётя Чэнь обрадовалась до ушей, схватила Таотао и уже собиралась уходить, но Су Ян не удержалась — пару раз щёлкнула мальчика по щекам и растрепала его кудрявые волосы. Таотао смотрел на неё с заплаканными глазами, будто вот-вот расплачется. Только тогда Су Ян поняла, что перестаралась, и быстро вытащила из машины несколько сладостей, чтобы утешить его.
«Всё-таки сын бывшей лучшей подруги. Немного пощипать — не грех», — подумала она с ностальгией.
Закончив все дела, Су Ян подошла к Мо Сюй и Ся Яо и вежливо улыбнулась:
— А этот красавец — кто?
Мо Сюй представила:
— Это мой брат, Ся Яо.
Су Ян внимательно оглядела Ся Яо:
— Ох, какой красавец! Не хочешь стать звездой? Если захочешь — обращайся ко мне. Я профессиональный агент. Мо Сюй, например, — моя подопечная, именно я её раскрутила.
— Спасибо, не хочу, — отрезал Ся Яо, будто отмахиваясь от мошенницы.
Су Ян всё так же улыбалась:
— Ничего страшного. Если передумаешь, Ся-сяо-гэ, смело звони мне.
— Сестра, у тебя ещё что-то? — Мо Сюй бросила на Су Ян угрожающий взгляд.
Су Ян продолжила:
— Я слышала, что в храме Эньцзюэ очень тихо, поэтому решила приехать сюда отдохнуть несколько дней. Но боюсь, что монастырская еда покажется мне пресной. Не могла бы ты порекомендовать семью с хорошей хозяйкой, которая готовила бы мне обед и ужин? Разумеется, я заплачу.
Мо Сюй тут же откликнулась:
— Приходи к нам! Моя мама готовит просто божественно — тебе обязательно понравится!
Су Ян изумлённо прикрыла рот ладонью:
— Правда? Как здорово! А твоя мама согласится?
— Конечно! Она обожает зарабатывать. Сегодня же заходи к нам на обед — сама всё попробуешь!
Су Ян обрадовалась:
— Тогда не буду церемониться. Сейчас только сумку возьму.
Так, в полном согласии и с лёгким подвохом, они решили вопрос с питанием. Ся Яо всё это время корчил недовольные гримасы, но Мо Сюй упорно делала вид, что не замечает.
Когда они привели Су Ян домой, Ли Сяошван была поражена до глубины души.
Хотя она не злилась — скорее, нервничала: вдруг городская богачка разочаруется в её стряпне и станет смеяться над ней?
На столе изначально было всего два блюда, но из-за приезда Су Ян Ли Сяошван решила срочно добавить ещё и даже достала из холодильника давно припасённую копчёную свинину.
Она утащила Ся Яо на кухню, чтобы вместе готовить, а Мо Сюй осталась во дворике развлекать «дорогую гостью» Су Ян.
Золотистый солнечный свет и изумрудные рисовые поля дарили необычайное спокойствие.
Су Ян собралась глубоко вдохнуть свежий деревенский воздух, но вдруг у калитки увидела высокого, сурового мужчину, медленно катящего мотоцикл. У неё перехватило дыхание, сердце замерло — она чуть не упала в обморок.
— Дядя Цзяньжэнь, закончили рейс? — как обычно, радушно окликнула его Мо Сюй.
Ван Цзяньжэнь, как всегда, лишь холодно взглянул на неё.
Когда он скрылся из виду, Су Ян, бледная как полотно, схватила Мо Сюй за рукав:
— Он… он…
Мо Сюй смотрела вдаль, на рисовые поля, и спокойно ответила:
— Да, он не умер.
Су Ян была настолько потрясена, что лишилась дара речи. Лишь спустя долгое молчание она смогла выдавить:
— Значит… он и есть твоё секретное оружие? То самое, что ты приберегла против господина Чу?
Мо Сюй кивнула:
— Именно так.
Су Ян глубоко выдохнула, дрожащим голосом спросила:
— Сюй… я давно хотела спросить… правда ли, что господин Чу…
Мо Сюй не дала ей договорить:
— Это он задушил меня!
Она пристально посмотрела на Су Ян:
— Неужели ты мне не веришь?
— …
Су Ян долго молчала, потом тихо сказала:
— Верю. Конечно, верю.
Просто…
Остальное она оставила при себе.
Просто образ той ночи, когда она первой обнаружила тело — багровая вода в ванне и зияющие раны на запястьях — навсегда врезался в её память, как раскалённое железо, и теперь уже ничто не могло стереть этот след.
До этого момента Су Ян никогда не видела Чу Хуайюя лично.
Её представление о нём складывалось из обрывков слухов и сплетен.
Когда она и Мо Сюй встретились снова после долгой разлуки, Чу Хуайюй уже был мёртв, а Мо Сюй уже дебютировала как актриса под крылом агентства Чу Ханя.
Тогда компания безоговорочно продвигала Мо Сюй: лучшие проекты, главная роль в национальном хите от знаменитого сценариста и режиссёра — всё это досталось ей с первой же картины. А Су Ян в то время была всего лишь ассистенткой второстепенной актрисы и постоянно терпела унижения.
Они случайно встретились на съёмочной площадке и сразу же возобновили свою давнюю дружбу, снова став неразлучными союзницами.
Мо Сюй, опираясь на поддержку Чу Ханя, настояла на том, чтобы уволить своего звёздного агента и поставить на его место Су Ян. И Чу Хань, к удивлению всех, позволил ей это, уладил вопрос с прежним агентом и приказал оформить Су Ян на работу.
Так появился дуэт «новая актриса + начинающий агент». Весь индустриальный мир ждал, когда Чу Хань наскучит своей игрушкой и Мо Сюй отправят в забвение. Однако благодаря своему таланту она с первой же роли стала звездой и главной «печатной машинкой» компании.
Прошло шесть лет. Вместе они пережили насмешки коллег, перенесли ожесточённые атаки интернет-толпы — и в итоге Мо Сюй заняла трон королевы экрана, а Су Ян, не сдаваясь, превратилась из новичка в одного из лучших агентов страны.
Они были самыми близкими подругами, самыми доверенными союзниками.
И всё же Су Ян чувствовала: между ними больше нет той искренности, что была в шестнадцать-семнадцать лет, когда они спали на одной узкой кровати и делились всем на свете.
Потому что Мо Сюй никогда сама не заговаривала о своём муже — Чу Хуайюе, который умер, так и не успев отправиться в медовый месяц.
Если её спрашивали, она отвечала, будто заученный текст:
— Чу Хань спас мне жизнь. Я в долгу перед ним. Что бы он ни попросил — я сделаю. Он велел мне соблазнить его племянника — я так и поступила. Кто мог подумать, что, выйдя из-под защиты семьи Чу, тот попадёт в засаду врагов и погибнет? Мне самой не хотелось никого убивать.
Ответ был безупречным и логичным, но Су Ян казалось, что на самом деле Мо Сюй ничего не сказала. Например, испытывает ли она к Чу Ханю благодарность или нечто большее? Действительно ли не может уйти от него или просто не хочет? Чувствует ли она вину перед Чу Хуайюем или страх? Были ли в те полгода, от помолвки до свадьбы, настоящие чувства или всё было лишь игрой? Обо всём этом Мо Сюй молчала.
На публике она вела себя беззаботно, капризничала, устраивала скандалы — и играла свою роль настолько убедительно, что никто не мог уличить её во лжи. Все эмоции она держала внутри, никому не позволяя заглянуть в душу.
Именно в такие моменты Су Ян искренне восхищалась: Мо Сюй рождена быть актрисой.
Хотя она играла и перед Су Ян, та не обижалась. Иногда лучше оставить прошлое под замком, чем рвать старые раны.
По крайней мере, так она думала вначале…
Теперь, когда выяснилось, что Чу Хуайюй жив, у Су Ян и Мо Сюй возник один и тот же вопрос: почему он всё это время не вернулся?
Неужели он настолько беспечный? Или у него повреждён разум? Или есть другая причина?
На стол подали свежеприготовленные блюда, и обед в доме Ся наконец начался.
Ли Сяошван, хоть и не любила сплетничать, но, увидев такую красивую городскую девушку, приехавшую одну в незнакомую деревню, не удержалась:
— Почему ты одна приехала в храм? Никто не сопровождает? Неужели случилось что-то плохое?
Су Ян рассказала всё без утайки, с искренним чувством:
— Моя мама умерла, когда я была совсем маленькой. Потом отец женился снова, у мачехи родился сын, и они почти не обращали на меня внимания. Я постоянно работаю вдали от дома и редко бываю у них. На этот раз я уехала, потому что умер близкий друг… Мне тяжело, и я решила побыть одна, чтобы прийти в себя…
Ся Яо, сидевший рядом, прищурился и мысленно усмехнулся: «Если друг умер, откуда такой аппетит? Где тут грусть?»
Ли Сяошван, напротив, была тронута до слёз:
— Понимаю… Хорошо, что выехала. Не стоит держать всё в себе — так ещё хуже станет… Если захочешь чего-то особенного — скажи мне. У нас в деревне, конечно, не город, и я умею готовить немногое, но накормить — всегда пожалуйста.
Су Ян, отхлёбывая ароматный рисовый отвар, счастливо улыбнулась:
— Спасибо, тётя Ли. Ваши блюда вкуснее, чем у моего отца.
После обеда Ли Сяошван велела Мо Сюй проводить Су Ян по деревне, а сама занялась шелковичными червями.
Но на улице палило солнце, поэтому гулять не пошли — просто стояли под навесом, любуясь видами и переваривая обед.
Ся Яо, воспользовавшись моментом, когда Су Ян отвернулась, отвёл Мо Сюй в сторону и предупредил:
— Мне кажется, эта женщина что-то замышляет. Держись от неё подальше, а то продашься и ещё будешь деньги считать за неё.
Мо Сюй закатила глаза:
— Сколько я стоять-то могу? Если она захочет купить меня, сделать звездой — я только за!
Ся Яо презрительно фыркнул:
— У тебя хоть капля гордости есть? Она сказала, что агент — и ты сразу поверила?! Хочешь стать звездой? Тогда лети на небо!
— Обязательно стану звездой! А ты что сделаешь? Гордость — это съедобно?
Мо Сюй не понимала, откуда у брата эта паранойя, и решила не обращать внимания.
Ся Яо же подумал, что сестра безнадёжно глупа: стоит кому-то что-то пообещать — и она уже бежит за ним, как собачонка. Это было невыносимо.
Он обязательно раскроет истинное лицо Су Ян и не даст ей обманывать их дом, обжираться за их счёт и околдовывать мать с сестрой.
Он подошёл к Су Ян и, прищурившись, спросил:
— Ты же говорила, что агент знаменитой актрисы Мо Сюй? Так скажи, как она умерла?
Взгляд Су Ян мгновенно замер, и она невольно перевела глаза на Мо Сюй, запинаясь:
— Она… она слишком глубоко погрузилась в роль и не смогла вовремя выйти из неё…
Мо Сюй холодно уставилась вдаль и лишь закатила глаза.
http://bllate.org/book/6338/604914
Готово:
