Ещё бы он ей доверял.
Лу Шэнъи продолжал смотреть на неё. Вокруг царила темнота, её лицо терялось в ночи, очертания размывались.
Но Лу Шэнъи знал: даже во сне она наверняка прекрасна. Длинные ресницы, спокойные черты — полная невинность и беззащитность.
Возможно, виной всему был тот комок, что давно накопился у него в груди. Пока он опомнился, уже шагнул вперёд, наклонился и легко коснулся губами лба Цзян Тан.
Это был всего лишь мимолётный поцелуй, но он ощутил невероятное насыщение.
Перед ним была та, кого он любил. И он мог быть так близко к ней.
Никогда раньше он не испытывал ничего подобного — одного лишь прикосновения хватило, чтобы наполнить его до краёв.
Лу Шэнъи горько усмехнулся. Только он выпрямился, как заметил: ресницы Цзян Тан дрогнули, и она медленно открыла глаза.
На самом деле она вовсе не спала. Как можно уснуть, когда рядом Лу Шэнъи?
Цзян Тан с самого начала затеяла это с лёгким испытанием — хотела посмотреть, что он задумал.
Она давно поняла: этот мужчина явился не для того, чтобы играть с ней всю ночь в «Монополию».
Но она делала вид, будто полностью погружена в игру: во-первых, потому что та действительно ей нравилась, а во-вторых — чтобы выиграть время для размышлений.
Тепло на лбу будто выжгло клеймо, не исчезающее долгое время, пропитанное запахом Лу Шэнъи.
Щёки Цзян Тан сами собой вспыхнули.
Лу Шэнъи стоял очень близко. Она чувствовала его тепло и жгучий взгляд.
Ей хотелось задержать тот поцелуй. Ей нравился его запах.
Цзян Тан приняла решение и тихо произнесла:
— Ты меня поцеловал.
— Да, — хрипло ответил Лу Шэнъи, сдерживая себя.
— Зачем? — голос её дрожал.
— Потому что люблю тебя, — долго смотрел он на неё, затем, словно сдавшись, закрыл глаза.
Хватит сдерживаться…
Он сказал себе это про себя.
И медленно наклонился, приближаясь всё ближе.
Воздух застыл. Атмосфера становилась всё более томной, их дыхание участилось.
Лу Шэнъи оперся рукой о кровать, почти окружив её своим телом, и невидимое давление его присутствия окутало Цзян Тан целиком.
— Потому что очень люблю тебя, — повторил он, и низкий голос пронзил её до самого мозга, заставив всё тело вспыхнуть жаром.
Комната была просторной, но сейчас казалось, что в мире осталось только это маленькое пространство между ними.
Каждое его слово проникало сквозь барабанные перепонки и обвивалось вокруг её сердца.
Разобраться невозможно… Совсем невозможно.
Голова Цзян Тан опустела.
Она медленно выдохнула и закрыла глаза.
Этот жест стал немым согласием. Лу Шэнъи опустил голову и поцеловал её.
Сначала он лишь слегка коснулся уголка её губ — осторожно, на мгновение.
Но в следующую секунду Цзян Тан обвила руками его шею.
Она хотела большего.
Сама не ожидала от себя такого поступка, но теперь было поздно сожалеть.
Дыхание Лу Шэнъи становилось всё тяжелее, переплетаясь с её. Цзян Тан почувствовала нехватку воздуха и машинально приоткрыла рот, чтобы вдохнуть.
Но в этот момент Лу Шэнъи вынул руку и бережно обхватил её лицо, больше не сдерживаясь и углубляя поцелуй.
В голове возникло ощущение невесомости. Цзян Тан показалось, что это самое удивительное чувство на свете.
—
Прошло немало времени, а Цзян Тан всё ещё не могла прийти в себя. Голова кружилась.
Она и представить не могла, что однажды её поцелуют до потери сознания.
Ноги подкашивались. Она сидела на кровати, оглушённая.
Даже сейчас ей всё ещё казалось, будто на губах остаётся тёплое прикосновение.
Это было слишком…
Как всё дошло до этого?
Они ещё даже не начали встречаться, а уже целовались — причём так, что от этого поцелуя всё тело становилось ватным.
Цзян Тан чувствовала, будто вот-вот взорвётся от смущения.
Не выдержав, она пару раз перекатилась по кровати, потом прижала к себе подушку и уставилась в потолок.
Чуть успокоившись, она вдруг осознала одну проблему.
Лу Шэнъи… целует так страстно и уверенно, что она совершенно не в силах ему противостоять.
Техника поцелуев у него… весьма отточена?
У Цзян Тан дёрнулся лоб. Настроение мгновенно стало сложным.
Правда, Лу Шэнъи уже не юноша, у него вполне могла быть бывшая девушка…
Но ведь до этого он производил впечатление чистого, наивного цветка, будто никогда не был в отношениях.
Как так вышло?
Цзян Тан долго ворочалась в постели, но уснуть не могла.
Ещё через пару минут у её двери послышался шорох. Она откинула одеяло, встала и приоткрыла дверь.
Лу Шэнъи стоял у порога с кружкой воды.
— Знал, что ты ещё не спишь, — сказал он. Его губы были слегка припухшими и покрасневшими, но форма оставалась безупречной.
Он протянул ей кружку:
— Подумал, вдруг захочешь пить.
Слово «пить» в этой ситуации звучало особенно двусмысленно.
Как только Цзян Тан увидела его, перед глазами тут же всплыла только что произошедшая сцена. Она поспешно опустила голову и сделала пару глотков, будто пытаясь спрятаться в кружке.
Похоже на маленького страуса.
Лу Шэнъи улыбнулся, довольный.
Обычно Цзян Тан вечером не пила воду, но сейчас было слишком неловко. Она быстро допила и вернула кружку.
— Ладно, ладно, иди уже, — сказала она.
Если он останется ещё хоть на минуту, кто знает, что ещё случится.
Если бы она не очнулась вовремя и не отвернулась, ситуация могла бы выйти из-под контроля.
Цзян Тан никогда не думала, что такой сдержанный человек, как Лу Шэнъи, может быть таким горячим в поцелуе.
И, конечно, убийственным для неё самой.
Хотя… было довольно приятно…
Цзян Тан неловко кашлянула и отвернулась.
Лу Шэнъи взял кружку, уголки его губ тронула лёгкая улыбка, и голос прозвучал нежно:
— Тогда я пойду. Спи скорее, Сяо Хайтан.
Произнося последние три слова, он нарочно понизил голос, и сердце Цзян Тан снова подпрыгнуло.
Она молчала, пока он не дошёл до своей двери. Тогда тихо пробормотала:
— Откуда ты такой… умелый?
— А? — Лу Шэнъи остановился и обернулся. — В чём умелый?
— В поцелуях…
Лу Шэнъи замолчал. Спустя долгую паузу он покраснел до ушей и отвёл взгляд:
— Юэ Ян научил.
Цзян Тан: ???
Подожди, у тебя такой странный вид…
Она дрожащим голосом спросила:
— Вы с ним… сами тренировались?
Сначала Лу Шэнъи не понял. Только увидев её испуганное лицо, он осознал, что она имеет в виду под «самостоятельной практикой».
— О чём ты думаешь… — рассмеялся он. — Я целовал только тебя.
Юэ Ян просто подобрал для него несколько видео и в реальном времени всё комментировал.
— Понятно, — Цзян Тан переминалась с ноги на ногу, опустив голову в раздумье.
Лу Шэнъи заметил, что она хочет что-то сказать, и терпеливо ждал.
Цзян Тан не решалась смотреть на него, её взгляд блуждал по полу, а голос звучал медленно и неуверенно:
— На самом деле… я тогда солгала тебе. В школе ты меня не целовал…
Она просто хотела сблизиться с ним.
— Ага, — ответил Лу Шэнъи совершенно спокойно.
Что это значит?
Цзян Тан осторожно подняла глаза.
Лу Шэнъи неторопливо подошёл, наклонился и лёгким поцелуем коснулся её щеки.
В отличие от предыдущего поцелуя, этот был нежным и кратким.
— Тогда сейчас наверстаю, — сказал он, снова бережно обхватил её лицо и чмокнул в лоб.
Тёплое дыхание коснулось её кожи, и Цзян Тан почувствовала, как жар поднимается прямо в голову.
Она испугалась, что он продолжит целовать её ниже, и тогда уже точно всё выйдет из-под контроля.
— Я устала! — выкрикнула она, голова кружилась. Бросив эти слова, она тут же ругнула себя за слабость и, не глядя на него, рванула обратно в комнату.
Она не знала, что в этот момент сердце Лу Шэнъи билось так сильно, будто вот-вот выскочит из груди.
Он долго не мог успокоиться даже после возвращения в свою комнату. Приняв ещё один душ, он не забыл открыть WeChat, перевёл Юэ Яну крупную сумму и написал: «Мне очень понравилось».
На следующее утро Юэ Ян, увидев это сообщение, чуть не поперхнулся кровью.
Посылает ночью деньги и пишет «мне очень понравилось» — выглядит так, будто он где-то подрабатывал?
Но раз уж деньги прислали — не отказываться же.
Юэ Ян нажал «получить» и ответил: «Обращайся ещё!»
—
Цзян Тан проспала до самого полудня. Встав, она взглянула на часы и вспомнила: из-за вчерашнего переполоха с Лу Шэнъи забыла поставить будильник.
Спать до обеда в чужом доме — не очень прилично. Её образ вежливой, заботливой, трудолюбивой девушки вот-вот рухнет.
К счастью, к этому времени старшие в доме Лу уже ушли по делам. Спускаясь вниз, Цзян Тан увидела только Чжаньму, которая убирала пол.
— Добрый день, Чжаньма! — с трудом выдавила она.
Чжаньма улыбнулась:
— Добрый день! Шэнъи в саду.
Цзян Тан кивнула, но не собиралась идти к нему.
— Может, чем помочь? — спросила она, поставив кружку с водой.
— Нет-нет, — Чжаньма быстро закончила уборку, вытерла пот и улыбнулась. — Как можно просить гостью убирать?
Тут Цзян Тан вдруг осознала: она ведь ещё не вышла замуж за Лу Шэнъи.
Да что там замуж — они даже не договорились, встречаются ли они вообще.
Она налила Чжаньме воды:
— Тогда пойду посмотрю, чем занят Лу Шэнъи.
В саду она увидела мужчину в чёрной одежде.
Чёрный отлично подчёркивал его ауру — делал кожу ещё белее, а облик — холоднее.
— Лу Шэнъи, — окликнула она, подходя ближе. Он сложил газету и поднял на неё взгляд.
Под глазами у него были лёгкие тени — явно плохо спал ночью, но это лишь добавляло ему ленивой, почти болезненной красоты.
— Встала? — лёгкая усмешка мелькнула на его губах.
Цзян Тан решила, что он издевается над ней из-за того, что она так долго спала.
— Я бы встала гораздо раньше, — сказала она, не церемонясь, усевшись рядом и хватая газету, — если бы ты вчера не устраивал весь этот цирк.
Она покачала головой:
— Если бы у меня сегодня не было выходного, ты понимаешь, сколько драгоценного времени я потеряла?
— Понимаю, — серьёзно кивнул Лу Шэнъи. — Ведь наша Сяо Хайтан сейчас на пике популярности.
Цзян Тан гордо подняла подбородок.
— Поэтому, чтобы компенсировать тебе это драгоценное время… — медленно начал он.
Цзян Тан подумала, что он всерьёз собирается что-то предложить, и растерялась, готовясь отказаться.
Она ведь просто шутила. Сон — это никогда не пустая трата времени.
— Может, устрою тебе пару новых проектов? — совершенно серьёзно сказал Лу Шэнъи, и у неё чуть инфаркт не случился.
Цзян Тан: ???
Она совсем забыла: Лу Шэнъи — не только пианист, но и наследник огромного состояния.
Семья Лу владеет компаниями в сфере развлечений, и даже её нынешнее агентство частично принадлежит им. Устроить ей работу — раз плюнуть.
— Пощади! Пощади меня! — завопила она.
Лу Шэнъи не удержался и рассмеялся. Лёгким движением он похлопал её по голове, будто по мячику:
— Шучу, не бойся. Мне и самому не хочется, чтобы ты уставала.
Цзян Тан фыркнула и отвернулась, молча сжав губы. Через минуту сказала:
— Лу Шэнъи, я всё же должна признать: ты действительно очень умел.
В последнее время он стал невероятно соблазнительным.
Цзян Тан чувствовала себя слишком пассивной и не хотела с этим мириться. Она подняла руку, коснулась его воротника и слегка потянула Лу Шэнъи к себе.
Расстояние между ними сократилось до нескольких сантиметров.
— Признайся честно, — её пальцы мягко коснулись его шеи, — твоя прежняя застенчивость и непонимание любовных игр — это всё притворство? И сколько у тебя было девушек?
Воздух в беседке застыл. Даже ветер прекратил дуть. Лу Шэнъи смотрел на неё, вдыхая её аромат.
— Не притворялся. Девушек не было.
— Раньше я считал, что фортепиано — моя возлюбленная. Но теперь хочу, чтобы это была ты. Я редко общался с девушками, многого не понимал и действовал исключительно по инстинкту. Недавно стал проявлять инициативу, потому что не хочу, чтобы ты думала, будто я нуждаюсь в твоей защите. Поэтому попросил Юэ Яна помочь — он многому меня научил.
Он редко говорил так много, но в его голосе с самого начала звучали твёрдость и нежность.
http://bllate.org/book/6277/600629
Готово:
