Сюй Чэнму опустил глаза. Ли Ся почти услышала, как он тихо вздохнул, и в ту же секунду раздался его ещё не до конца проснувшийся, слегка хрипловатый голос:
— Ли Ся, — медленно произнёс он её имя, и в его низком, сонном тембре ещё чувствовалась ленивая расслабленность, — тебе не нужно себя заставлять…
Он не договорил — Ли Ся перебила:
— Если тебе неловко от того, что я постоянно тебе помогаю, просто плати мне как обычно.
Сюй Чэнму повернулся к ней. Уголки губ Ли Ся приподнялись, и она легко, почти весело бросила:
— Мне же надо заработать корм моему котику-повелителю!
Перед ним стояла девушка с мягкими, рассыпавшимися по плечам волосами, изогнутыми, как лунные серпы, бровями и глазами, кожа её была белоснежной, словно нефрит, гладкой и нежной.
Его взгляд невольно снова остановился на её соблазнительных, прекрасных губах.
Сюй Чэнму незаметно сглотнул.
В памяти вновь всплыла та сцена.
Ему снова почудилось то мягкое прикосновение, и в ноздрях будто витал лёгкий, едва уловимый аромат.
Ли Ся почувствовала его взгляд и неловко отвела глаза в сторону. Но в тот самый момент, когда их взгляды встретились — её с его тёмными, глубокими глазами, — она невольно провела языком по губам и, совершенно не в силах сдержаться, выпалила:
— Не думай, что я на тебя давлю! У меня к тебе никаких особых чувств нет!
Она с пафосом заверила его:
— Я просто хочу немного заработать!
Её глаза метнулись в сторону, и голос слегка дрогнул:
— Ты нуждаешься именно в том, что я могу дать. Мы оба получаем то, что хотим. И всё! Только и всего!
Говоря это, она даже кивнула сама себе.
Это выглядело совершенно как «здесь нет трёхсот серебряных».
Сюй Чэнму ещё не успел ничего сказать, как Ли Ся резко вскочила. Её слова посыпались быстро, с лёгкой паникой:
— У меня ещё дела, я пойду. Ты хорошо отдыхай.
Не договорив, она уже сделала шаг вперёд, но тут же резко остановилась и бросила через плечо:
— Вечером в обычное время.
И только после этого побежала прочь.
Сюй Чэнму сидел в коридоре больницы и смотрел на убегающую фигуру Ли Ся, которая, казалось, спасалась бегством. Внезапно ему показалось, что она похожа на маленького кролика — и это было даже немного мило.
Когда силуэт Ли Ся полностью исчез из его поля зрения, Сюй Чэнму наконец позволил себе выдохнуть.
Напряжение в теле мгновенно спало.
Ян Юнцин, стоявшая за дверью палаты и наблюдавшая за всем происходящим через стеклянное окошко, тихо вздохнула.
Цинь Кэ сказала ей, что, похоже, Чэнму влюбился в эту девушку.
Но, глядя на то, насколько сдержанно и хладнокровно реагирует её сын, Ян Юнцин начала волноваться.
Она боялась, что он сам оттолкнёт эту девушку всё дальше и дальше.
Так дело не пойдёт.
Ян Юнцин открыла дверь и вышла, сев рядом с Сюй Чэнму.
Тот повернулся к ней и тихо, с лёгкой хрипотцой в голосе, сказал:
— Прости, мама. Я так долго всё скрывал.
Глаза Ян Юнцин наполнились слезами, но уголки губ её приподнялись в улыбке. Она подняла руку и погладила сына по голове, энергично качая головой.
— Я уже связалась с психологом, — сказала она, слегка втянув носом воздух и спокойно продолжая, — тебе нужно регулярно проходить психотерапию. Не дави на себя слишком сильно.
Сюй Чэнму тихо «мм»нул в ответ, соглашаясь с её предложением.
— Послезавтра… — Ян Юнцин взяла его за руку. — Пойдём вместе проведать твоего отца.
Послезавтра была годовщина смерти Сюй Чжэнцяня.
— Мм, — снова кивнул Сюй Чэнму.
Ян Юнцин наконец перевела дух. Помолчав немного, она с лёгкой грустью сказала:
— Эта девушка, Ли Ся… она очень хорошая.
Сюй Чэнму снова ответил «мм».
— Она к тебе тоже очень добра, — добавила Ян Юнцин, взглянув на него.
Сюй Чэнму слегка нахмурился, но всё равно только «мм»нул.
Ян Юнцин уже отчаялась:
— У тебя совсем ничего больше сказать нельзя?
Сюй Чэнму поднял веки, его взгляд был спокоен, а тон — равнодушен:
— Что сказать?
Ян Юнцин: «…»
— Ты просто копия своего отца, — пробормотала она себе под нос. — Не пойму, как вообще кто-то может влюбляться в таких молчунов.
Сюй Чэнму без обиняков парировал:
— Это тебе лучше знать.
Ян Юнцин: «…»
Она не знала, как ещё подтолкнуть сына, и просто сказала:
— Если ты действительно неравнодушен к этой девушке, действуй поскорее.
— Я вижу, что Ли Ся — умная, воспитанная, тактичная и культурная девушка. Наверняка вокруг неё немало поклонников, — Ян Юнцин интуитивно решила создать у сына чувство конкуренции. — Если ты не пошевелишься, найдётся множество парней, которые с радостью займут твоё место.
Сюй Чэнму молчал.
На самом деле он до сих пор не понимал своих чувств.
Дело не в том, что их нет — просто он не мог определить, что это: зависимость или влечение.
Когда он лежал на больничной койке и спал, ему всё равно слышался её голос.
Девушка плакала.
И говорила что-то вроде: «Я умираю».
Ей было очень больно и грустно.
Больше всего в памяти запомнилась фраза: «На этот раз я к тебе привяжусь».
Он подумал, что это просто сон — будто она пришла навестить его, передумала и снова вернулась к нему.
Возможно, так хотелось его сердцу.
Но едва он открыл глаза, как увидел у кровати дедушку. Он даже не успел спросить, почему тот не отдыхает в своей палате, как дедушка первым заговорил:
— К тебе приходила девушка по имени Ли Ся. Она сейчас снаружи, разговаривает с твоей мамой.
Сюй Чэнму не знал почему, но вдруг почувствовал, как по телу разлились одновременно удивление и радость.
Он будто потерял контроль над собой, встал с кровати и, катя штатив с капельницей, пошёл к двери.
После всего случившегося он не знал, как теперь смотреть ей в глаза, но всё равно, будто в тумане, направился туда.
И услышал, как она давала обещание его матери.
Сердце Сюй Чэнму вдруг забилось так сильно, будто вот-вот вырвется из груди.
Он никогда раньше не испытывал ничего подобного — это было похоже на наркотическую зависимость: возбуждающее, почти болезненное чувство, от которого невозможно отказаться.
Испытав его однажды, хочется снова и снова.
Ян Юнцин, закончив разговор, отправила Сюй Чэнму обратно в палату.
Дедушка пришёл, потому что переживал за внука, но, проведя весь день в палате, вернулся в свою комнату — его собственное здоровье было не в лучшем состоянии, и ему тоже требовались лекарства.
Ян Юнцин вышла купить еду. Сюй Чэнму сидел у кровати, глядя в окно на медленно опускающееся за горизонт солнце.
Небо окрасилось в оранжево-красные тона, а по краям сияли золотистые лучи.
На его руке всё ещё была медицинская лента, а под кожей чётко проступали жилы и вены.
Он с невозмутимым выражением лица смотрел вдаль, не зная, задумался ли он или просто смотрел в никуда.
.
Ли Ся, убежав от Сюй Чэнму днём, сразу не покинула больницу.
Она нашла скамейку во дворе и села, чувствуя внутреннюю неразбериху.
Ли Ся злилась на себя за то, что сболтнула про «никаких особых чувств» — чем больше пыталась скрыть, тем больше выдавала.
Но ведь она согласилась помочь ему, не питая никаких иллюзий — например, надеяться, что таким образом сможет завоевать его сердце.
Она понимала, что это невозможно, и разумно решила больше не мечтать об этом.
Теперь главное — не позволить себе увязнуть ещё глубже.
Но Ли Ся не знала, как сдержать свои чувства.
Поэтому эта эмоциональная девственница в любви достала телефон и обратилась за помощью к всезнающему интернету.
В поисковике она набрала: «Как забыть парня, в которого влюблена», и сразу же получила массу результатов. Она кликнула на первый и прочитала самый популярный ответ: «Отвлекись».
Ли Ся слегка нахмурилась:
— Отвлечься?
Она продолжила читать и поняла смысл совета.
В общем, нужно переключить внимание на что-то другое, занять себя делами, чтобы просто не осталось времени думать о нём.
А если хочешь избавиться от чувств раз и навсегда — заведи новую любовь.
Новую любовь?
Ли Ся нахмурилась ещё сильнее, внимательно обдумывая этот совет и сверяясь с другими ответами. Наконец она поняла, что имелось в виду.
Это значит — ходить на свидания с другими парнями, попробовать завести отношения.
Со временем ты поймёшь, что тот, в кого ты влюблена, на самом деле не так уж и важен.
Звучит логично, подумала Ли Ся.
Выйдя из больницы, она почувствовала себя гораздо легче — ведь теперь у неё есть способ не влюбляться в Сюй Чэнму ещё сильнее!
Если переключить внимание на других парней, попробовать узнать их получше, она постепенно забудет о нём!
Ли Ся, ты справишься!
Она легко шагала по улице, мысленно подбадривая себя.
.
В тот же вечер, ровно в десять тридцать — в привычное время, — Ли Ся позвонила Сюй Чэнму.
К счастью, она не удалила историю звонков и легко нашла номер Сюй Чэнму, чтобы убрать его из чёрного списка.
То же самое она сделала и в WeChat.
Сюй Чэнму уже перевёл ей оплату за следующий месяц, и теперь лежал на больничной койке с телефоном в руке, дожидаясь её звонка.
Как только раздался звонок, он сразу ответил и послушно улёгся на кровать.
Ли Ся поздоровалась, он тихо отозвался, и она нарочито непринуждённо спросила:
— Хочешь заказать песню?
— Не надо, — спокойно ответил Сюй Чэнму, чувствуя, как сердце начинает биться всё быстрее и быстрее. — Пой то, что хочешь сама.
Ли Ся «мм»нула и начала петь.
Её голос был чрезвычайно приятным — звонкий, сладкий и трогательный. Сюй Чэнму быстро закрыл глаза.
Ян Юнцин, которая находилась на соседней койке и всё это время наблюдала за сыном, была поражена.
Всего два дня назад она своими глазами видела, как он всю ночь не мог уснуть, и лишь после введения в капельницу снотворного ему удалось ненадолго заснуть.
А теперь, всего за несколько минут…
Он уже спит.
Когда Ли Ся закончила петь, она тихонько позвала Сюй Чэнму, убедилась, что он уснул, и вздохнула:
— Спокойной ночи.
— Сегодня тоже день, когда я старалась тебя не любить.
Как только разговор закончился и Ян Юнцин выключила свет в палате, Сюй Чэнму, лёжа на боку, медленно открыл глаза.
Сюй Чэнму не знал, почему не уснул.
Он лежал, глядя в окно палаты.
С этого ракурса в ночном небе отчётливо виднелась полная луна.
«Сегодня тоже день, когда я старалась тебя не любить».
Слова Ли Ся эхом отдавались в его ушах, ещё больше запутывая и без того смятённые мысли.
Он закрыл глаза, пытаясь успокоиться, и долго сдерживал в себе раздражение. Наконец ему удалось отогнать образ Ли Ся и перестать думать о ней, но тут же его разум погрузился в другую, куда более мрачную тень.
В тишине ночи Сюй Чэнму слышал ровное, спокойное дыхание Ян Юнцин на соседней койке.
Даже шаги в коридоре за дверью были отчётливо слышны.
А его мысли без остановки возвращались к событиям четырёхлетней давности.
Когда он приехал из университета домой, отца уже кремировали в крематории. Остался лишь прах.
Он даже не успел попрощаться в последний раз.
Мать от горя несколько раз теряла сознание. Дедушка с бабушкой тяжело заболели и приковались к постели.
Семья, которая была такой крепкой, за одну ночь развалилась.
Для него это было будто небо рухнуло на землю.
В крематории толпились люди — коллеги отца, его друзья, ученики, которых он когда-то учил…
И даже те, кто пришёл просто выразить соболезнования.
http://bllate.org/book/6235/597936
Готово:
