— Чтобы кого-то завоевать, всё-таки нужно немного терпения? — негромко рассмеялся он. В его взгляде мелькнула лёгкая досада, но в самом конце фразы прозвучала почти ласковая нотка. — Так что в ближайшее время я ничего предпринимать не стану, и тебе не стоит думать обо мне.
Светофор на перекрёстке мигал. Дождь расплывался за окном, окутывая машину и сидящих в ней двоих мягким, размытым светом.
Каждое его слово будто раскрывало зонт посреди ледяного ливня и ветра, подставляя укрытие под её испуганно и неуверенно пятящиеся шаги, мягко, почти ласково уговаривая остаться на месте.
Он словно пытался подарить ей чувство безопасности, подумала Нань Сыжань.
Её ресницы слегка дрогнули. В этом простом слове «ждать» ей почудилось столько неопределённости, что спустя долгое молчание она, чувствуя себя виноватой, не удержалась и спросила:
— Ты… надолго собрался ждать?
Гу Сянъе посмотрел на неё, на мгновение замер, и в его глазах снова появилась привычная рассеянность.
— О чём ты думаешь? — лениво приподняв уголок губ, он беззаботно упёр палец в висок. — Конечно, не навсегда. Если ты не испытываешь ко мне ничего, у меня тоже есть право сдаться, верно?
…
Нань Сыжань вдруг поняла: он вовсе не пытается навязать ей чувство защищённости, как она сначала решила. Его слова скорее очерчивают ось координат.
Он не тащит её вперёд насильно.
И не следует за ней, смиренный и робкий, шаг за шагом.
Он просто разворачивается и идёт к ней сам, пока не остановится в нескольких шагах от той точки, где она замерла.
И тогда ставит всё на карту: сделает ли девушка, застывшая на месте, хоть один шаг навстречу?
То, что он даёт ей, — не безопасность, а выбор.
Как будто играет в азартную игру: сможет ли она разбить скорлупу, сотканную из страха и сомнений, и выйти наружу?
Мир за окном, омытый дождём, сиял в свете фонарей. Девушка чуть ослабила сжатые кулаки на коленях и тихо, с комом в горле, прошептала:
— Хорошо.
—
Парень, опершись локтем о край окна, проводил её взглядом: она раскрыла зонт, быстро подбежала к общежитию, немного поговорила с вахтёром и, подпрыгивая, скрылась за поворотом лестницы. Только тогда он отвёл глаза.
Он вытащил из бардачка пачку сигарет, вынул одну и начал вертеть её между пальцами, второй рукой доставая телефон и набирая номер.
Тот звонил три раза, прежде чем собеседник ответил. Гу Сянъе терпеливо ждал, опустив глаза.
— …Гу Сянъе? — в трубке звучал шум, а голос мужчины, по природе бархатистый и соблазнительный, прозвучал игриво. — Ты ещё жив? Я уже думал подать заявление в полицию…
— Фу Иань, — спокойно перебил его Гу Сянъе, — это ты дал Нань Сыжань мой адрес?
На том конце наступила тишина. Потом шум стих, и Фу Иань заговорил уже с явным азартом:
— Неужели? Она правда пошла по адресу к тебе домой? Я же отправил ей твой гуанчжоуский адрес —
Парень прикусил сигарету, брови его нахмурились.
— Ладно.
— …А?
— В такую погоду заставить девушку бегать по городу, — процедил он сквозь зубы, холодно усмехнувшись. — Где ты сейчас?
— …
У Фу Ианя по коже пробежали мурашки. Он отчаянно попытался выкрутиться:
— Эй… Что? Ураган, ясно же… Связь пропала, всё, кладу трубку —
— Клади, — безразлично отозвался тот. — Я подожду тебя у двери твоего дома.
— …
Фу Иань помолчал, пытаясь спастись:
— Ты же в своём уме? Я и не думал, что она…
— Сейчас у меня температура, — Гу Сянъе вынул сигарету и положил её рядом, — так что если мы сейчас подерёмся, возможно, получится взаимная потасовка.
— …
Он любезно напомнил:
— Завтра, возможно, уже не получится.
— …
—
Нань Сыжань вернулась в общежитие и некоторое время лежала на кровати, пытаясь прийти в себя. Наконец, подобрав подходящие слова, она набрала номер Лян Наньфэна.
За окном дождь почти прекратился, но ветер всё ещё дул сильно. В трубке слышался шум ветра — очевидно, собеседник всё ещё был на улице.
Нань Сыжань сжала губы. Ей даже не дали заговорить — она уже чувствовала себя виноватой и робко начала:
— Учитель Лян… я уже в общежитии, я —
— Уже в общежитии? — мягко перебил он, и его тёплый, спокойный голос резко контрастировал с воющим ветром. — Хорошо.
Нань Сыжань на миг замерла, удивлённая его спокойствием, но всё же решилась:
— Простите меня, учитель…
— Я искал тебя повсюду, боялся, что с тобой что-то случилось, — в его голосе прозвучала сдержанная улыбка, всё такая же добрая, как всегда. — Главное, что ты в порядке.
Все её заготовленные оправдания застряли в горле. Вся тревога превратилась в раскаяние, и она крепче сжала телефон:
— Простите, учитель, я была неразумной… создала вам столько хлопот.
— Ничего страшного, — легко ответил он. Видимо, он вошёл в помещение — ветер стих, и его голос стал чётким. — Жуаньжань, ты всё ещё сердишься на меня?
Какая уж тут злость? Она чувствовала себя лишь обузой. Не раздумывая, она ответила:
— Нет, больше не злюсь.
— Хм, — тёплый, мягкий звук его голоса сопровождался щелчком закрывающейся двери. — Я тоже дома. Отдыхай.
— Хорошо, спасибо, учитель, — послушно ответила она.
Лян Наньфэн, как всегда внимательный до мелочей, дождался, пока она сама положит трубку. Девушка опустила телефон и нажала кнопку отбоя, чувствуя, как напряжение медленно покидает её тело.
Шэнь Цинь только что вышла из ванной, вытирая волосы полотенцем. Увидев Нань Сыжань, она на миг замерла и спросила:
— Ажань, а твоя одежда…
— Сюй Лу, — тут же соврала та. — Одна подружка. У неё зонт был, вот и одежду дала переодеться.
— Понятно… — Шэнь Цинь склонила голову, нахмурившись. — Твоя подружка… фанатеет от оверсайз-стиля? Эта одежда на тебе как на вешалке! И почему ты так поздно вернулась? Вахтёрша уже пожаловалась твоему классному руководителю…
Нань Сыжань помолчала пару секунд, потом в два прыжка оказалась рядом и повисла на подруге, как коала:
— Какой ужасный ураган! Мне нужна свежевыкупанная, ароматная и мягкая подружка, чтобы погладила по голове и утешила!
Шэнь Цинь вздохнула с материнской нежностью, положила полотенце и погладила её по волосам, но тут же безжалостно схватила за воротник и отодвинула на вытянутую руку. Прищурившись, она разглядела бирку на воротнике и фыркнула:
— Нань Сыжань! Ты что, тайком завела себе парня?
Сердце Нань Сыжань на миг пропустило удар:
— Нет! Я не… не было ничего! Не выдумывай!
— Ещё «одежда подружки»… — Шэнь Цинь саркастически усмехнулась. — Твоя подружка ростом под метр восемьдесят или весит под двести кило? Чтобы носить вещи размера XXL?
Нань Сыжань была поражена проницательностью подруги и, не зная, что ответить, повисла на её руке и принялась тереться щекой:
— Ну, может, у неё просто грудь большая? Не надо насмехаться над формой тела!
Шэнь Цинь закатила глаза:
— Может, хоть раз скажешь правду? Ладно, отвали.
— Не хочу, — Нань Сыжань вцепилась в её шею и не отпускала. — Ты меня оклеветала! Я требую восстановить мою честь!
Шэнь Цинь уже не выдержала и, схватив её за бока, начала щекотать:
— Честь? Да у тебя в десяти фразах хоть одна правдива? И ты ещё требуешь чести?
Нань Сыжань каталась по кровати в приступе смеха и, наконец схватив подругу за руки, запричитала:
— Циньцинь — самая красивая! Я тебя больше всех люблю!
— Фу, — Шэнь Цинь не сдержала улыбки, но всё равно фыркнула. — Нань Сыжань, ты настоящий ловелас.
— … — Нань Сыжань перевела дыхание и серьёзно посмотрела на неё. — Ты не понимаешь. Я не изменщик. Просто моё сердце так велико, что хочет подарить счастье всем милым девушкам на свете.
— … — У Шэнь Цинь задёргался глаз. Она хотела уже схватить подушку и ударить, но вдруг вспомнила что-то и сменила тему: — Ажань, ты участвуешь в конкурсе «Венчжоу» от Пекинского университета?
Нань Сыжань моргнула:
— А? Да, участвую.
— У нас в классе тоже одна девочка пошла — Чжун Ваньвань. Говорят, прошла в следующий тур, — Шэнь Цинь нахмурилась и понизила голос. — С ней что-то не так… Лучше держись от неё подальше, ладно?
Шэнь Цинь училась в гуманитарном классе, а Наньчжун разделял гуманитариев и технарей по разным этажам, так что их миры почти не пересекались. Нань Сыжань растерялась:
— А что с ней такое?
— Она… Подожди, — лицо Шэнь Цинь стало странным. — «Звезда Наньчжуна» — это же ваш одноклассник?
Нань Сыжань кивнула и добавила:
— Он мой сосед по парте.
— … — У Шэнь Цинь задёргалось правое веко, и она почувствовала лёгкую тревогу. — Он довольно замкнутый… У нас в классе ходят слухи, что она вклеила его фото в свой шкафчик и иногда смотрит на него и улыбается… Ажань, держись от неё подальше, хорошо?
Нань Сыжань помолчала и осторожно спросила:
— Может, она просто фанатка? Иногда ведь так бывает…
Шэнь Цинь сглотнула:
— …Ты видела фанатку, которая пишет фанфики про себя и кумира?
Нань Сыжань открыла рот, но тут же закрыла его.
— И не просто фанфики, — Шэнь Цинь с трудом выдавила из себя, — а откровенные эротические рассказы. Скорость сюжета — двести шестьдесят километров в час… Понимаешь, о чём я?
Нань Сыжань замерла.
Шэнь Цинь почесала затылок и тяжело вздохнула:
— Короче, держись от неё подальше, — она ущипнула мягкую щёчку подруги. — Поняла?
Автор говорит: Ну как, довольны новой соперницей для Ажань?
Гу: ? Мне страшно.
Спасибо ангелочкам, которые кидали гранаты и поливали питательным раствором в период с 29.06.2020 00:05:49 по 30.06.2020 21:39:10!
Спасибо за гранату: Чуньцю — 1 шт.
Спасибо за питательный раствор: Вэнь Жуньжу — 3 бут.; любительница романов, И И Ши — по 2 бут.; Хао Кунь Я — 1 бут.
Дорогие, с наступлением июля вас! Обожаю вас всех безмерно! Целую!
На следующий день дождь всё ещё лил, но ветер стал мягче и едва колыхал уголки страниц в учебниках.
Парень появился на второй математике, как ни в чём не бывало, лениво доложил «разрешите войти», положил папку с документами рядом с учителем и вернулся на своё место.
Нань Сыжань корпела над комплектом заданий по естественным наукам, который пропустила накануне, и едва находила время взглянуть на него.
— Я уж думала, ты не придёшь, — тихо пробормотала она.
Гу Сянъе поставил пустой рюкзак на пол, но не успел ответить, как она, нахмурившись, добавила:
— …И в вичате не отвечаешь. Я уж решила, тебя арестовали за вождение без прав.
— Ответил, — в его голосе прозвучала лёгкая насмешка. Он поднял на неё глаза. — Примерно в четыре часа ночи. Можешь проверить.
Нань Сыжань оторвалась от тетради и уставилась на него:
— Ты же болел! Почему так поздно лёг? Температура спала? И вообще, если болеешь, зачем пришёл в школу? Заразишь же всех!
— Сколько вопросов, — усмехнулся он, явно в хорошем настроении. — Вчера немного потренировался, вспотел — и жар прошёл.
Нань Сыжань так сильно нажала на карандаш, что грифель сломался. Она запнулась:
— В четыре часа ночи… ты… тренировался… вдвоём?
http://bllate.org/book/6219/596916
Готово:
