Фотография Лу Бо Няня только что просочилась в сеть: светло-голубой пиджак в паре с чёрными брюками.
Хуа Сяо прищурилась и, наконец, увидела настоящее лицо Лу Бо Няня. Действительно, изящество и благородство в нём сочетались безупречно. Даже такой диссонансный наряд ничуть не портил ощущения его надменного одиночества.
Она снова ввела в поисковую строку «Нань Цзинь». На этот раз мнения разделились.
Кто-то писал: «С таким лицом можно простить даже пепел от измены».
Другие возражали: «Золотая оболочка, гнилая начинка».
Мужчина на снимке и вправду был прекрасен — хотя слово «прекрасен» редко употребляют в отношении мужчин.
Его черты напоминали цветущую персиковую ветвь, взгляд — влажный и томный, а в изумительных глазах сквозила насмешливая надменность.
Хуа Сяо медленно улыбнулась. Нань Цзинь — эстет, и это ей нравилось.
Подумав немного, она всё же открыла профиль прежней хозяйки тела. Последний пост в её микроблоге уже собрал более восьми тысяч комментариев, сплошь с обвинениями в «измене» и оскорблениями вроде «жирная корова».
А над этим постом висела закреплённая запись с нулём комментариев и пометкой «только для себя»:
«Днём — весёлый неудачник, ночью — депрессивный монстр».
Хуа Сяо пристально смотрела на эту строку и задумалась.
Прежняя хозяйка была комедийной актрисой. Даже когда она плакала, зрители смеялись: «Смотри, как смешно она ревёт!»
«Бум!» — экран телефона внезапно осветил новость.
«Известный режиссёр комедий Чжоу Мо возвращается после пятилетнего перерыва с новой драматической работой. Через месяц начнутся кастинги — конкуренция обещает быть жёсткой!»
Чжоу Мо… Режиссёр Чжоу.
Хуа Сяо мысленно повторила это имя. В кругах индустрии он пользовался огромной популярностью, его называли «восточным Чаплином» и «гением-экспериментатором». Обычно он молчал годами, но как только выпускал фильм — сразу становился сенсацией.
Его артхаусные ленты регулярно получали главные призы, а коммерческие картины неизменно становились кассовыми лидерами года.
«Какое совпадение…» — прошептала она, глядя на новость.
...
Через месяц завершились съёмки драмы «Ууэй».
У роскошного отеля остановился дом на колёсах.
Лу Бо Нянь, только что вышедший со съёмочной площадки, всё ещё чувствовал усталость. Он потерёл переносицу и вышел из машины. Вокруг послышались приглушённые возгласы восторга.
Хотя он давно привык к вниманию, ему оно никогда не нравилось, поэтому он ускорил шаг.
Но вдруг остановился, увидев фигуру у лифта.
Впервые после развода он встретил Хуа Сяо.
Последний раз он слышал о ней, когда их квартира сгорела. Он даже собрался позвонить, чтобы узнать, всё ли с ней в порядке, но вспомнил, что они уже разведены. По своей природе он был холоден и сдержан — раз уж узнал, что она жива, этого было достаточно.
Теперь, спустя месяц, они снова встретились.
Она похудела, лицо стало бледным, состояние явно ухудшилось. Раньше, увидев его, она всегда робко и нежно улыбалась — несмотря на свои внушительные формы. Сегодня же в её взгляде появилась какая-то ленивая небрежность.
Лу Бо Нянь слегка нахмурился и подошёл ближе:
— Зачем ты здесь?
Хуа Сяо подняла глаза и, увидев его лицо, засияла. Надо признать, фотография не передавала и половины его красоты. Вживую он был ещё изысканнее и благороднее.
Неудивительно, что прежняя хозяйка тела влюбилась в него с первого взгляда.
— Господин Лу, — медленно произнесла она, поднимая взгляд, — давно не виделись.
Лу Бо Нянь нахмурился ещё сильнее. Раньше она никогда не называла его так официально. Всегда ласково звала «Бо Нянь».
— Есть дело? — спросил он.
— Есть, — кивнула Хуа Сяо. — Господин Лу, найдите время сходить в управление и оформить свидетельство о разводе.
Лу Бо Нянь замер. Он вспомнил, как неохотно она подписывала документ о разводе, и теперь — эта спешка получить свидетельство. В груди вдруг вспыхнуло раздражение.
Не из-за чувств — просто вспомнился тот самый скандал с изменой.
Он опустил глаза:
— Так срочно?
Только произнеся это, он внутренне поморщился: зачем вообще спрашивать? Раз она сама предложила — просто согласись.
— Да, — честно ответила Хуа Сяо. — Я знаю, вы не любите, когда вас отвлекают во время съёмок. Узнав, что сегодня у вас последний день, я специально пришла.
— Хорошо, — кивнул Лу Бо Нянь, голос стал холоднее. — Пойдём прямо сейчас. У меня как раз есть время.
— Отлично.
Лу Бо Нянь развернулся и пошёл прочь.
— Бо Нянь… — вдруг окликнула его Хуа Сяо. Её голос прозвучал как тихий вздох, полный трёх лет нежности и надежды.
Лу Бо Нянь остановился.
Хуа Сяо подошла к нему и с трудом выдавила улыбку:
— В будущем не сочетайте тёмно-синий пиджак с чёрными брюками.
— Светлый верх не стоит носить с тёмным галстуком.
— Кофе, который вы любите, лучше заказывать заранее. Старик, который его мелет, очень вспыльчив.
— И ещё… — Она протянула руку и нежно коснулась его щеки. В глазах блеснули слёзы. — Позаботьтесь о себе…
В тот же миг в её сознании прозвучал системный сигнал: [Уровень симпатии Лу Бо Няня +10].
Глаза Хуа Сяо засияли — теперь это выглядело ещё больше как слёзы раскаяния.
Лу Бо Нянь, человек, будто не от мира сего, легко поддавался нужному воздействию. Поднять его симпатию оказалось не так уж сложно. К тому же… его кожа действительно невероятно приятна на ощупь, подумала она про себя.
Лу Бо Нянь оцепенел, глядя на женщину перед собой, даже забыв отстраниться. Только когда раздался звук «динь!» и двери лифта распахнулись, он очнулся и поспешно отступил в сторону.
Из лифта вышли несколько людей в безупречных костюмах:
— Господин Янь, сюда, пожалуйста.
Хуа Сяо приподняла бровь и посмотрела в сторону лифта — прямо в пару ледяных глаз.
Янь Чэнь.
Сегодня на нём был безупречный костюм и поверх — чёрное пальто. Весь его облик излучал холодную элегантность.
Янь Чэнь бегло скользнул взглядом по Лу Бо Няню, затем перевёл его на Хуа Сяо. В его глазах мелькнула насмешка. После чего он, окружённый свитой, ушёл.
Хуа Сяо прекрасно поняла смысл этой насмешки — он издевался над её недавним заявлением: «Совершать самоубийство из-за мужчины — глупо. Судьба в твоих руках».
— Хуа Сяо, ты уверена? — раздался голос Лу Бо Няня.
Она вернулась в настоящее и кивнула:
— …Да.
Той же ночью, вернувшись в отель, Хуа Сяо с радостью обнаружила, что её тело заметно похудело — благодаря росту симпатии Лу Бо Няня на десять пунктов. Талия уже проступала чёткими линиями.
В отличном настроении она опубликовала первый пост после скандала:
«Прощай, миссис Лу;
Здравствуй, мисс Хуа».
К посту прилагалась фотография свидетельства о разводе.
Комментарии мгновенно взорвались:
«Чёрт, наконец-то дождались этого дня!»
«Звезда Лу наконец-то свободен!»
«И ещё „мисс Хуа“… С такими формами — скорее „тётушка Хуа“!»
Среди потока насмешек Хуа Сяо нашла один незаметный комментарий:
«Кажется, в этих отношениях ты любила слишком униженно. Впредь береги себя».
Хуа Сяо улыбнулась, глядя на эту строку. По крайней мере, кто-то всё же заметил чувства прежней хозяйки.
...
Поздней ночью, на верхнем этаже офисного здания.
Янь Чэнь потерёл переносицу и, держа в руке чашку кофе, подошёл к панорамному окну. Внизу мерцали огни города.
Внезапно в памяти всплыла сцена у лифта — та полная женщина, которая гладила по щеке Лу Бо Няня.
В её глазах тогда сиял тот же свет, что и у входа в участок, когда она сказала ему: «Господин Янь такой красивый… мне жаль».
Пожар в квартире — не первая их встреча.
Первый раз он увидел Хуа Сяо три года назад на одном из светских мероприятий.
Она пришла вместо Лу Бо Няня договариваться о роли и пила за него с продюсером фильма. Пила отчаянно, будто у неё железная печень.
Ему это показалось скучным, и он вышел подышать. Вернувшись, услышал в коридоре, как её агент уговаривал:
— Хуа Сяо, хватит пить! Ты же знаешь, у тебя слабая печень…
А она ответила:
— Кто тут пьёт? — после долгой паузы добавила: — Я играю не на выпивку… Я играю на жизнь.
Играть на жизнь.
Янь Чэнь усмехнулся. Глупо рисковать жизнью ради роли.
Это был её первый подвиг ради Лу Бо Няня.
Второй — конечно, пожар. Тогда она уже была в центре скандала, разведена… И когда он выносил её из огня, на полу валялись несгоревшие фотографии Лу Бо Няня.
А очнувшись, она словно переродилась.
Исчезла прежняя робость. Взгляд стал ясным и блестящим — особенно когда она смотрела на его лицо.
И ещё сказала: «Совершать самоубийство из-за мужчины — глупо». Ладно, пусть говорит. Такие глупые женщины всегда забывают боль, стоит только ране затянуться.
Он взял телефон и машинально открыл его.
В трендах снова мелькало имя «Хуа Сяо развелась». Он нахмурился и нажал на новость.
«Прощай, миссис Лу, здравствуй, мисс Хуа». Приторный текст, фото свидетельства о разводе.
Значит, сегодня она искала Лу Бо Няня именно за этим?
Пока он размышлял, на экране высветился входящий звонок — неизвестный номер.
Он ответил:
— Алло?
— Господин Янь, я серьёзно настроена, — донёсся из трубки нежный, чуть хрипловатый голос Хуа Сяо.
Янь Чэнь опустил глаза:
— И?
— Вы не подумаете меня подписать?
Янь Чэнь помолчал, затем холодно произнёс:
— Может, мисс Хуа объяснит, как я не потеряю на этом деньги? Я веду бизнес. Исключений не бывает.
Хуа Сяо тихо рассмеялась:
— Я слышала, у режиссёра Чжоу Мо новая картина. Кастинг начнётся через несколько дней.
— Амбиции у мисс Хуа немалые, — ледяным тоном ответил Янь Чэнь. — Хочешь, чтобы я помог тебе заполучить эту роль? Женщины, требующие невозможного, никогда не понимают своих возможностей.
— Нет, — лениво протянула Хуа Сяо. — Я также слышала, что новый фильм Чжоу Мо частично финансируется семьёй Нань. Не могли бы вы познакомить меня с господином Нань Цзинем?
Янь Чэнь помолчал и резко повесил трубку.
Хуа Сяо послушала пару гудков, вдруг рассмеялась, швырнула телефон на кровать и подошла к зеркалу.
За месяц она изо всех сил пыталась похудеть — безрезультатно. А всего лишь десять пунктов симпатии Лу Бо Няня — и тело заметно изменилось. Даже талия стала видна.
— Система, этот баг не слишком ли мощный?
[Система: Если бы ты сама могла превратиться из уродины в красавицу, зачем тебе я?]
Хуа Сяо: «…» Возразить было нечего.
Она провела ладонью по лицу — кожа стала мягкой и гладкой, черты лица — чёткими. Настроение заметно улучшилось.
Она уже с нетерпением ждала, как будет выглядеть в стройном теле!
«Бум» — на кровати зазвенел телефон.
Сообщение от только что отключившегося номера: «На следующей неделе у старейшины семьи Нань день рождения».
Хуа Сяо моргнула и ещё шире улыбнулась.
...
Семья Нань.
Нань Цзинь стоял у окна в одном халате. Ворот распахнулся, обнажая рельеф груди. Волосы были влажными, несколько прядей спадали на лоб. Его слегка приподнятые миндалевидные глаза сияли чистотой и соблазном.
— Господин Нань, — раздался позади нежный голос. Женщина была красива, фигура — огненная.
Нань Цзинь обернулся, его глаза дрогнули. Он подошёл к ней и поднял её подбородок, вдыхая аромат:
— Какой восхитительный запах.
Щёки женщины залились румянцем:
— Вы такой… — промурлыкала она.
У этого мужчины лицо красивее, чем у любой женщины. Особенно глаза — будто в них вправлены бриллиантовые осколки. Казалось, любой готов положить к его ногам всё, что имеет. Говорили, что даже без поддержки семьи Нань он смог бы разбогатеть только благодаря своей внешности.
Нань Цзинь с наслаждением усмехнулся, взглянул на часы и сказал:
— Уже поздно. Пора уходить.
Женщина замерла:
— А когда мы увидимся снова?
Нань Цзинь невинно моргнул, обнял её за талию и с искренним недоумением спросил:
— Почему после секса каждая женщина начинает цепляться?
— Господин Нань?
— Скорее всего, мы больше не встретимся, — мягко сказал он, погладив её по пояснице и отпуская.
Лицо женщины побледнело:
— Я что-то сделала не так?
— Конечно нет, — он игриво наклонил голову и улыбнулся, глаза по-прежнему чисты, как родник. — Вы все замечательны!
Женщина застыла, глядя на него. Теперь она поняла, почему многие называют Нань Цзиня «блудным сыном».
Он всегда смотрит невинно, притягивая женщин одну за другой. Каждая думает, что именно она сможет остановить его сердце.
Но он остаётся одиноким.
Женщина ушла.
Нань Цзинь снова остался у окна, уголки губ приподняты, в глазах — лёгкая насмешка.
— Когда же ты, наконец, повзрослеешь? — раздался голос у двери. Цинь Чжу прислонился к косяку, скрестив руки на груди.
http://bllate.org/book/6189/594766
Готово:
