Лу Кэ нахмурился и шагнул вперёд, чтобы схватить её, но Ань Хао вздрогнула и отпрянула назад — слёзы, дрожавшие в уголках глаз, снова покатились по щекам.
В тот же миг вся его решимость растаяла. Он замер, не смея пошевелиться.
Стиснув зубы, Лу Кэ с грохотом захлопнул дверь.
А в ванной Ань Хао наконец позволила себе плакать. Слёзы хлынули рекой.
Из всего, что оставил дедушка, только эта вещь сопровождала её с самого детства… А теперь её нет.
Лу Кэ выкурил подряд три сигареты во дворе, прежде чем сумел хоть немного успокоиться и унять бушевавшую в груди ярость.
Прислушавшись, он не услышал из дома ни звука. Затушив окурок, он достал телефон и написал Е Сяожань в WeChat: «Расскажи всё, что случилось сегодня, от начала до конца».
Е Сяожань только что вошла домой и пила воду, когда вдруг увидела уведомление от чёрного аватара Лу-да-лао. От неожиданности она поперхнулась и расплескала воду по полу.
Под заботливым, но слегка сочувствующим взглядом матери она поспешила к себе в комнату и, дрожащими пальцами, начала набирать ответ…
Ань Хао поплакала вдоволь и, ухватившись за край раковины, поднялась на ноги.
Открыв кран, она умылась — ледяная вода смыла следы слёз. Подняв голову, она посмотрела на своё отражение в зеркале и глубоко вдохнула.
Поправив одежду, она вышла из ванной.
Оглядевшись, Ань Хао отметила: дом Лу Кэ устроен просто — никаких украшений, только необходимая мебель и предметы обихода, в основном в холодных тонах. Лишь тот самый большой плюшевый заяц, стоявший раньше снаружи, выглядел здесь немного неуместно.
Значит, он всё-таки занёс его внутрь.
Пока она так размышляла, Лу Кэ вошёл в комнату в другой одежде и с чашкой молочного чая в руках.
На этот раз кружка тоже была в виде медвежонка, но уже не та самая.
— Ты это…
— Иди сюда.
Ань Хао без колебаний подошла к нему.
Лу Кэ протянул ей чай и повёл в угол первого этажа, к запертой двери.
Открыв замок, он впустил её в комнату, оказавшуюся музыкальной.
Кроме чёрного рояля, в углу стоял большой деревянный сундук и простой табурет; на белоснежных стенах не было ни единого пятнышка.
— Садись, — сказал он, указывая на табурет у стены.
На Ань Хао ещё оставались масляные пятна, поэтому она лишь вошла внутрь и больше ничего не делала.
Лу Кэ сел на табурет рояля, открыл крышку и, не сказав ни слова, не предупредив, какую пьесу сыграет, в следующую секунду заполнил комнату музыкой.
«Кукла и мишутка танцуют».
Ань Хао не сдержала смеха.
Когда она только пошла в детский сад, при звуках этой мелодии она всегда радостно размахивала ручками, твёрдо веря, что кукла действительно может танцевать с мишкой. Учительница сказала, что это неправда, — и она расплакалась, обвинив всех в том, что они ничего не понимают.
Как Лу Кэ вообще знает эту песенку?
Ань Хао смотрела на него. В этот момент закатные лучи проникали сквозь маленькое круглое оконце высоко в стене музыкальной комнаты, образуя тёплый золотистый луч.
Световой столб, словно живой, скользил по комнате, перепрыгивал на его руки, лицо, волосы, окутывая его золотым сиянием.
Она видела, как на его ресницах дрожат солнечные блики, будто маленькая лодочка, полная искрящихся огоньков.
В этот миг в ней вдруг проснулось ощущение далёкой, но знакомой теплоты.
Лёгкое, едва уловимое, оно напоминало ту радость и уют, что она испытывала каждый вечер на закате в прошлом.
Когда музыка стихла, Лу Кэ посмотрел на неё.
Девушка всё ещё стояла у двери, и в её глазах, устремлённых на него, мерцали крошечные искры. Он потерялся в этой чистой, прозрачной глубине и забыл все слова, которые заранее приготовил.
Зато в голове неожиданно всплыла строчка из «Сборника поэзии», купленного пару дней назад: «В пьяном сне не различишь, где небо, а где вода, и полная лодка снов лежит среди звёздной реки».
Раньше он не понимал этих слов, но сейчас, словно чудом, они обрели для него смысл.
Они молча смотрели друг на друга, пока телефон Ань Хао не вибрировал.
Она взглянула на экран и отключила звонок.
— Мне пора домой.
— Провожу.
— Хорошо.
Лу Кэ подошёл ближе. Она вдруг вспомнила и добавила:
— Спасибо тебе.
За всю свою жизнь, кроме дедушки, никто не относился к ней так хорошо.
Лу Кэ провёл пальцем по её покрасневшему уголку глаза и сказал:
— Со мной не нужно говорить эти два слова.
Автор хотел сказать:
Ань Хао: Я растрогана…
Лу Кэ: Растрогаться — правильно. Мусор зря не перерыли, и обидчиков твоих не оставили безнаказанными.
Дом Ань.
Цзян Хуэйянь снова разговаривала по телефону в гостиной, смеясь так, будто забыла обо всём на свете. Если бы не резкий запах, исходивший от Ань Хао, она бы даже не заметила, что кто-то вошёл в дом.
Быстро закончив разговор, Цзян Хуэйянь на миг исказила лицо от отвращения, но тут же, как по волшебству, сменила выражение на заботливое:
— Ань-Ань, что с тобой случилось? Дай-ка посмотрю.
Ань Хао слегка покачала головой:
— Споткнулась по дороге домой, прямо рядом с мусорным баком.
Цзян Хуэйянь приняла вид «ну что за неуклюжее дитя» и отступила на пару шагов:
— Поднимись наверх, прими горячий душ. Одежду выбрось.
Ань Хао пристально посмотрела на неё, но ничего не сказала.
***
В ту ночь Ань Хао несколько раз просыпалась от тревожных снов.
Ей снилось то, как она ступает в пустоту на лестнице, то, как идёт в школу с портфелем, а в классе никого нет.
С тяжёлой головой она спустилась завтракать.
Ань Шэн уже ушёл с утра, в столовой остались только Ань Си и Цзян Хуэйянь — мать с дочерью весело болтали.
Увидев Ань Хао, Цзян Хуэйянь сделала вид, что её не замечает, и ушла наверх с телефоном в руках.
Ань Си, заметив измождённый вид Ань Хао, почувствовала злорадное удовольствие:
— Кому ты с утра показываешь такое унылое лицо? А, может, тебя так воняет от мусора, что ты всю ночь не спала?
Ань Хао сжала палочки и тихо спросила:
— Ты очень боишься?
— Чего мне бояться?
— Бояться, что я отниму у тебя твоё место.
Ань Си на миг опешила, не поняв смысла. Но, осознав, вскочила из-за стола и закричала:
— Да кто ты такая?! Смеешь со мной соперничать? Ты вообще достойна этого?!
— Я и не вещь, — спокойно ответила Ань Хао. — И вообще, это ты у меня отняла моё место.
С этими словами она положила палочки и ушла наверх.
Заперевшись в комнате, Ань Хао злилась и на других, и на себя — за собственную беспомощность.
Эта история с каллиграфическим образцом лишила её не только дорогой вещи, но и усилила страх и неуверенность, которые она ощущала с тех пор, как оказалась в этом доме.
Вибрация телефона вернула её к реальности.
Лу Кэ: «Пойдём со мной куда-то. Сейчас».
Такой властный тон, совершенно не считающийся с тем, удобно ли это собеседнику, обычно раздражал Ань Хао. Но сейчас она была благодарна за это сообщение.
Прошла всего ночь, но, встретившись снова, они словно по уговору не упоминали вчерашнего.
Лу Кэ повёл её через переулок Тяньцзысян на заднюю улицу.
Оказывается, там был небольшой пешеходный бульвар: лотки с закусками, лавочки с мелочами, маленькие кофейни и магазинчики.
Они зашли в игровой зал.
— Впервые?
Лу Кэ заметил, как она с любопытством оглядывает всё вокруг, но при этом послушно следует за ним, будто он привёл её в заведение, куда не пускают несовершеннолетних.
А ведь ей и правда шестнадцать — ещё ребёнок.
Ань Хао ещё раз огляделась и увидела, что некоторые дети пришли сюда с родителями… В её представлении игровые залы и дети были вещами несовместимыми.
— У нас в родном городке такого не было, — сказала она. — Я думала, это как интернет-кафе — школьникам нельзя.
Лу Кэ указал на табличку: «Играйте в меру, не увлекайтесь».
— То, о чём ты говоришь, было много лет назад.
— А, понятно.
Ань Хао, словно коала, не отставала от Лу Кэ: смотрела, как он покупает жетоны, как вежливо, но твёрдо отшивает девушек, пытающихся с ним заговорить, и как долго он стоит у витрины с призами.
— Во что хочешь поиграть?
Она покачала головой — не знала.
Зона стрельбы.
Лу Кэ выбрал автомат, который в глазах Ань Хао выглядел как чёрная телефонная будка, только просторнее и окружённая не стеклом, а потрёпанными чёрными полосами ткани с дырами.
Зайдя внутрь, она увидела на экране название игры и поняла: это имитация пиратского корабля.
— Когда начнётся игра, место, куда ты целишься, станет красным. Просто нажми на спуск, — объяснил он. — Один выстрел не убьёт — стреляй ещё. А если получится попасть точно в голову, будет лучше всего.
Ань Хао увидела, как он опустил жетон, и экран мигнул, переходя в игру.
— Я… я никогда не играла! — взволновалась она. — А если у меня совсем не получится, жетон вернут?
Ха, малышка ещё и скуповата.
Лу Кэ погладил её по голове, подошёл и взял синий пистолет.
— Я с тобой. Ты не проиграешь.
Игра началась.
Их окружили неведомые существа, вылезшие из воды на пиратском корабле. Чтобы перейти к следующему заданию, нужно было уничтожить всех, кто прятался в трюме.
Ань Хао не преувеличивала — у неё действительно ничего не получалось.
Прицел был точно на голове врага, но от дрожи в руках она промахивалась. Если бы не Лу Кэ, вовремя прикрывавший её, она бы давно проиграла.
Из-за неё, новичка, они не прошли дальше третьего уровня.
Надпись «you lose» на экране застала Ань Хао врасплох. Она нахмурилась — утреннее раздражение и злость на Ань Си снова поднялись в груди.
— Попробуем другую игру? — спросил Лу Кэ.
Она покачала головой:
— Хочу ещё раз.
Во второй раз Ань Хао постепенно поняла: в этом мире огня и выстрелов можно не думать ни о чём, просто отпускать эмоции. Главное — уничтожить противника.
Она незаметно сыграла пять раз. На шестой раз Лу Кэ уже выбыл, а она всё ещё сражалась на первом рубеже.
— Этот монстр так быстро двигается! — в панике воскликнула она. — У меня почти не осталось здоровья! А я хочу пройти до конца…
В этот момент сзади стало тепло — её руку, сжимавшую пистолет, накрыла другая ладонь.
Раньше ей казалось, что руки Лу Кэ просто красивы. Теперь она вдруг осознала, насколько они широкие и сильные. Её ладонь полностью исчезла в его руке.
Лу Кэ слегка наклонился и прошептал ей на ухо:
— Если противник движется быстро, оставайся спокойной и жди подходящего момента.
Его низкий, сдержанный голос обычно казался холодным и отстранённым, но иногда именно он приносил удивительное спокойствие.
Ань Хао почувствовала, как тревога уходит. Только дыхание, касаясь уха, щекотало кожу.
— Я…
Лу Кэ прищурился, сжал её пальцы и сделал три быстрых выстрела подряд — каждый точно в цель. На экране вспыхнуло «perfect» и появилось вознаграждение: восстановление здоровья.
Это неожиданное «воскрешение» заставило Ань Хао забыть, что она хотела сказать. Она вновь собралась с духом.
Ведь Лу Кэ рядом — она не проиграет.
— Смотрите туда! Боже мой, её парень такой крутой!
— Девушка тоже красавица! Они идеально подходят друг другу! Быстрее, сфотографируйте!
Когда игра подошла к решающему моменту, Ань Хао, у которой в ладонях выступил пот, выстрелила не вовремя — монстр контратаковал и отнял почти всё её здоровье.
— Это всё из-за меня!
— Ничего, отыграем.
В конце концов, Ань Хао подняла обе руки с пистолетом, а Лу Кэ стал для неё как бы живыми доспехами, обхватив её руки своими ладонями.
Каждый раз, когда её прицел дрожал или сбивался, он помогал ей выровняться и попасть точно в цель. Каждый выстрел приносил очки, и в итоге они одержали победу.
На экране взорвались фейерверки и зазвучало: «you win!»
— Ура!
Ань Хао подпрыгнула, обхватила шею Лу Кэ и, стоя на цыпочках, радостно закричала:
— Мы победили! Прошли игру!
Лу Кэ чуть заметно улыбнулся, опасаясь, что она ударится головой, крепко обнял её за талию и кивнул:
— Да, победили.
— Почему ты не…
— А?
В полумраке Ань Хао вдруг осознала, насколько они близко друг к другу — сердцебиение, казалось, передавалось сквозь их прижатые тела.
Тук! Тук! Тук!
Громко и настойчиво.
— Прости!
Ань Хао мгновенно отпустила его, готовая провалиться сквозь землю. Но уйти не получилось.
Потому что Лу Кэ не разжимал рук.
Более того, он прижал её ещё ближе, так что она полностью прильнула к его груди.
— Лу Товарищ!
— Не двигайся.
Тогда отпусти.
— Снаружи те, с кем я дрался в прошлый раз.
http://bllate.org/book/6162/592796
Готово:
