Е Фу бросила на неё рассеянный взгляд, перевела глаза на бейдж, опустила голову, достала телефон и спокойно произнесла:
— Менеджер Ли, не хотите ли поговорить лично с моим отцом?
С этими словами она подняла телефон и устремила на собеседницу пристальный, немигающий взгляд.
Дежурный менеджер замерла, увидев на экране крупные иероглифы «Папа». Она тут же заулыбалась, стараясь сгладить неловкость:
— Ой, нет-нет, совсем не нужно! Я сейчас же принесу! Пожалуйста, подождите немного, мисс Е!
Она смотрела на сияющее лицо Е Фу и не могла сообразить, какое положение та теперь занимает в семье Е. Не раздумывая, она бросилась бегом, чтобы как можно скорее принести устав.
Е Фу едва заметно улыбнулась. Откуда ей знать, как выглядит Е Кэтан? «Папа» в её телефоне — всего лишь временно сохранённый номер службы поддержки 10086.
Она быстро пробежала глазами устав и остановилась на строке: «Оркестр „Маленький лебедь“ — скрипачка Линь Мань».
Сердце её облегчённо ёкнуло. Похоже, даже небеса решили ей помочь.
Закрыв устав, Е Фу слегка улыбнулась и вышла из банкетного зала.
Никто не понимал, что она задумала. Лишь дежурный менеджер, опомнившись, тут же отправила сообщение Е Сюань:
«Мисс, старшая дочь заходила в банкетный зал, просмотрела устав и ушла».
В это время Е Сюань репетировала сцену. Она узнала, что Линь Сюй собирается сниматься в фильме «Одинокая жизнь». Она тоже хотела поехать с ним. Это был благотворительный проект: режиссёр — молодой дебютант, гонорар не предполагался, а съёмки должны были проходить в глухой провинции, где предстояло рассказывать историю лесника. Она никак не могла понять, почему Линь Сюй выбрал именно такой сценарий.
Линь Сюй всегда держался с ней холодно и ни разу не соглашался работать с ней в паре. Сейчас представился отличный шанс: если она выдержит все трудности, возможно, он начнёт относиться к ней иначе. И ради этого она готова была на всё.
Получив сообщение, Е Сюань лишь махнула рукой. Е Фу сейчас психически нестабильна, стала настоящей напуганной птицей. Одного её, Е Сюань, слова достаточно, чтобы та дрожала от страха. Что ещё может выкинуть такая женщина? Однако, на всякий случай, она всё же отправила Е Фу короткое предупреждение:
«Завтра день рождения папы. Не вздумай устраивать скандал».
В это время Е Фу уже сидела в гостиной оркестра «Маленький лебедь» и ждала.
Прочитав угрожающее сообщение, она холодно усмехнулась. Как же она может пропустить шестидесятилетний юбилей своего родного отца? Конечно, пойдёт — и пойдёт с шиком, с блеском, с триумфом.
— Сестра Е Фу, это правда вы?
Услышав голос, Е Фу встала и улыбнулась девушке, которая бежала к ней.
Линь Мань с ног до головы оглядела её, не веря своим глазам. Всего месяц прошёл, а Е Фу словно переродилась. Разве не говорили члены семьи Е, что у неё проблемы с психикой и её собираются отправить в санаторий?
— Это я, — мягко ответила Е Фу.
Линь Мань не могла поверить: Е Фу словно изменилась до неузнаваемости.
— Как же я рада, что вы в таком прекрасном состоянии! — воскликнула она и ласково потрясла её за руку. С детства она очень любила добрую и нежную Е Фу. Жаль, что доброта не вознаграждается — Е Фу постоянно унижали мать и дочь Е Сюань.
Е Фу невольно вздохнула. Похоже, единственным человеком, который искренне заботился об оригинальной хозяйке этого тела, была только Линь Мань.
Линь Мань — младшая сестра Линь Сюя, ей всего восемнадцать, на пять лет моложе Е Фу. Девушка живая, озорная и прямолинейная.
— Я пришла к тебе сегодня с просьбой, — сказала Е Фу, беря её за руку и глядя прямо в глаза.
— Конечно, сестра! Говорите! — тут же кивнула Линь Мань.
Е Фу тихо изложила свой план и в конце добавила:
— Только никому не говори, особенно Е Сюань, хорошо?
Лицо Линь Мань вспыхнуло от возбуждения. Она с детства не любила Е Сюань, а теперь, увидев, как Е Фу стала сильной и уверенной в себе, искренне обрадовалась. Она энергично похлопала себя по груди:
— Оставьте всё на мне!
— Спасибо тебе, Маньмань, — искренне поблагодарила Е Фу эту наивную и добрую девушку.
#
На юбилее Е Кэтана собралось множество гостей.
Е Сюань — звезда шоу-бизнеса, поэтому на день рождения её отца приехали многие знаменитости. Все были одеты в роскошные наряды, сияли драгоценностями, соперничали в изяществе и красоте — не хуже красной дорожки. Е Кэтан — выдающийся бизнесмен, он пригласил множество влиятельных людей и аристократов. Этот день рождения больше напоминал светский бал высшего общества.
В шесть часов вечера в банкетном зале пятизвёздочного отеля царила оживлённая атмосфера. Гости вели себя изысканно и вежливо. Е Сюань гордо подняла голову, как настоящая принцесса, и вместе с Линь Сюем величаво вошла в зал.
Линь Сюй был в безупречно сидящем тёмно-синем фраке, волосы аккуратно уложены. Е Сюань надела белое кружевное платье с открытой грудью, подчёркивающее её изящные формы. Их появление вызвало восторженный шёпот.
— Идеальная пара!
— Просто созданы друг для друга!
— Да ещё и из равных семей!
Е Сюань услышала эти слова и внутренне ликовала. Ей пришлось долго уговаривать Линь Сюя согласиться войти с ней вместе. Но теперь, услышав такие комплименты, она поняла: оно того стоило.
Однако Линь Сюй оставался спокойным. Он подошёл к Е Кэтану и вежливо сказал:
— Дядя Е, с днём рождения.
Затем незаметно вытащил руку из её локтя и протянул Е Кэтану для рукопожатия.
Движение было настолько естественным, что никто ничего не заподозрил.
Е Сюань нежно обняла руку Е Кэтана и сладко промурлыкала:
— Папочка, мы с мамой приготовили для тебя подарок. Посмотри, нравится ли он тебе.
Стоявшие рядом тут же окружили их, засыпая комплиментами с искренними улыбками:
— Господин Е, вы такой счастливый! У вас такая прекрасная и успешная дочь!
— Мисс Е не только красива, но и добилась больших успехов в карьере!
— А мисс Е и господин Линь…
Линь Сюй бросил на говорившего такой ледяной взгляд, что тот тут же проглотил оставшиеся слова.
— Дядя Чжан, мы сейчас оба очень заняты работой, — уклончиво пояснила Е Сюань.
Она прекрасно понимала, что Линь Сюй всё видит, но он вежливо попрощался и отошёл в сторону, чтобы пообщаться с другими гостями. Ему не нравились такие сборища. На шестидесятилетие своего отца он пригласил лишь близких друзей, в отличие от Е Сюань, превратившей юбилей отца в светское мероприятие.
Е Кэтан поблагодарил гостей и повернулся к Е Сюань:
— Ах да? А где же подарок?
Е Сюань таинственно улыбнулась и с гордостью поднялась на сцену:
— Добро пожаловать на юбилей моего любимого отца! Прошу всех поднять бокалы и пожелать ему счастливого дня рождения!
Гости дружно подняли бокалы.
После тоста Е Сюань радостно хлопнула в ладоши.
Коричневый занавес раздвинулся, и на сцене ровными рядами сидел оркестр «Маленький лебедь». Музыканты были готовы к выступлению, ожидая сигнала дирижёра.
Единственной, кто стоял, была скрипачка в левом углу сцены — полноватая девушка.
Её чёрные волосы, словно водопад, мягко ниспадали на плечи, слегка завитые. На голове сверкала серебряная заколка с жемчужиной. Она была в элегантном чёрном платье до пола, кожа её сияла нежным светом. Серебряная маска лисы скрывала верхнюю часть лица, делая её похожей на загадочную королеву. Такой наряд мгновенно привлёк все взгляды.
Она стояла спокойно, величественно и таинственно.
☆ 7.7 ☆
Линь Сюй внимательно посмотрел на неё в углу сцены, слегка покрутил бокал вина и задумался.
Несколько дней назад Линь Мань говорила ему, что будет выступать в оркестре на юбилее Е Кэтана. Почему же теперь на её месте другая? И эта женщина так смело и дерзко появилась на сцене, привлекая к себе всё внимание. Очевидно, она прекрасно понимает: в таком обществе, даже если кто-то и захочет возразить, никто не посмеет сделать это открыто.
Линь Сюй усмехнулся. Ещё одна умница, умеющая использовать обстоятельства. Он невольно вспомнил ту самую женщину в костюме талисмана, которая несколько дней назад внезапно выбежала на сцену и потребовала поцеловать его.
Он налил себе немного вина, элегантно устроился на диване и с интересом уставился на сцену.
Лицо Е Сюань исказилось. Разве скрипачкой не должна быть Линь Мань? Е Кэтан обожает скрипку, поэтому она специально попросила Линь Мань помочь.
Она уже собиралась позвонить Линь Мань, как вдруг получила от неё сообщение:
«Прости, сестра Сюань, у меня болит живот. Но не переживай — эта скрипачка профессионал, играет даже лучше меня».
Е Сюань немного успокоилась. Хотя эта скрипачка и полновата, но одета со вкусом, макияж элегантен — в целом, не выбивается из общей картины.
Вышел дирижёр, вежливо поклонился публике и взмахнул палочкой.
Оркестр громогласно исполнил «С днём рождения» в стиле симфонии.
Гости дружно зааплодировали.
— Папа, тебе понравилось? — Е Сюань обняла руку Е Кэтана и гордо спросила.
— Отлично! Сюань, ты молодец! Папа очень доволен! — Е Кэтан стоял в зале и с удовольствием хвалил дочь. Но его взгляд не отрывался от загадочной скрипачки. Её осанка и манеры слишком напоминали ему одного человека из прошлого.
Он много лет пробыл в мире бизнеса и сразу понял: она пришла с определённой целью. Он решил посмотреть, чего же она добивается.
Согласно плану Е Сюань, следующим должен был прозвучать величественный «Фатум». Однако после поклона дирижёра замаскированная скрипачка уверенно вышла вперёд, заняв самое заметное место на сцене, и поклонилась зрителям.
Интерес Линь Сюя усилился. Он сделал глоток вина, и тёмно-красная жидкость медленно стекла по его горлу.
Не дав гостям опомниться, дирижёр взмахнул палочкой, и скрипачка опустила смычок.
Смычок скользнул по струнам, белая канифоль посыпалась на тёмную лакированную поверхность скрипки и начала подпрыгивать в такт вибрирующим струнам. Её левая рука двигалась, пальцы нажимали и отпускали струны, правая рука плавно двигала смычком — вперёд и назад. Мелодия лилась легко и непринуждённо, звучала нежно и приятно.
Е Кэтан невольно вздохнул, медленно поставил бокал и, не отрываясь, пошёл вперёд. Всё вокруг словно расплылось, и на сцене он видел уже не скрипачку, а свою покойную жену.
Её музыка словно обладала магией: каждый звук трогал его за живое. Он прожил полвека в мире корысти и интриг, а теперь, в шестидесятилетнем возрасте, даже собственный юбилей превратился в банальную светскую сделку. Если бы она была жива, она устроила бы ему тёплый и романтичный праздник.
«Канон ре мажор» — любимое произведение его умершей супруги. Кто-то исполнил его на его юбилее так, будто это была она сама.
Хотя он и был проницательным бизнесменом, но всё же был пожилым человеком. Воспоминания захлестнули его, и он не смог сдержать слёз. Возможно, у этой женщины есть свои цели, но он не мог удержаться и подошёл к самому краю сцены, поднял глаза и посмотрел на неё.
Она дружелюбно улыбнулась ему.
В зале звучала только нежная и мелодичная музыка.
Когда мелодия закончилась, она сделала два шага вперёд, остановилась в шаге от Е Кэтана и глубоко поклонилась ему.
Линь Сюй тихо отпил глоток вина.
Е Сюань, увидев, как Е Кэтан стоит, будто остолбеневший, с сомкнутыми губами и слезами на глазах, решила, что он вспомнил что-то грустное, и поспешила утешить:
— Папа, не расстраивайся.
Затем повернулась к сцене и приказала оркестру:
— Быстро уходите.
— Погоди, — остановил её Е Кэтан.
На сцене Е Фу молча усмехнулась, бросила презрительный взгляд на Е Сюань, спокойно сошла со сцены и подошла к Е Кэтану. Она протянула ему руку и изящно присела в реверансе.
Е Кэтан мягко улыбнулся и взял её за руку.
Линь Сюй приподнял уголки губ, его взгляд стал глубже. Длинные пальцы то и дело постукивали по бокалу. Он поднёс бокал ко рту и сделал ещё один глоток. За последние дни эта полная женщина преподнесла ему слишком много сюрпризов.
Е Фу элегантно кивнула Е Кэтану, провела его на сцену к роялю и пригласительно указала на него.
Е Кэтан увидел на рояле ноты и слегка удивился — это была «Хорватская рапсодия». Он внимательно посмотрел на неё, сел за инструмент.
Гости переглянулись в полной тишине, не понимая, что задумала эта скрипачка. Е Сюань и вовсе растерялась: это ведь её тщательно продуманное выступление, чтобы порадовать Е Кэтана, а теперь всё вышло из-под контроля.
Е Кэтан глубоко вдохнул, расслабил пальцы, положил их на клавиши. Он взглянул на своё отражение в глянцевой поверхности рояля, поправил галстук, закрыл глаза, пытаясь вернуть себе молодость и вспомнить покойную жену. Открыв глаза, он опустил взгляд: чёрные клавиши — как он сам, сдержанный и терпеливый; белые — как она, чистая и безупречная.
Его пальцы запорхали по клавишам, и «Хорватская рапсодия» ворвалась в зал. Е Фу улыбнулась, подняла скрипку к плечу, взяла смычок и начала аккомпанировать ему.
Е Кэтан играл, забыв обо всём на свете. Она играла с полной отдачей. Казалось, они много лет играли вместе — ни единой ошибки. Он вёл, она поддерживала. Звуки рояля были ритмичными и напряжёнными, мелодия скрипки — плавной и протяжной. Её техника была безупречной, но она не перебивала его, а лишь подчёркивала его игру, делая её то страстной, то нежной — точно отражая его жизнь.
Когда Линь Сюй снова поднял бокал, тот оказался пуст. Он невольно усмехнулся.
Все гости были поражены. Никто не знал, что Е Кэтан так прекрасно играет на рояле, а скрипачка оказалась настоящим профессионалом. Они словно читали мысли друг друга — их дуэты были идеальны.
http://bllate.org/book/6137/591119
Готово:
