— …Хотя, пожалуй, и ты сгодишься, — задумчиво проговорила она. Лу Сяо, кажется, просто блестяще разбирается в математике: даже участвовал во всероссийской олимпиаде и в выпускном классе получил рекомендацию на поступление без экзаменов. Значит, уж точно не дурак. — В остальном ты, может, и никуда, но математику-то подтянуть поможешь…
Сяо Линь говорила с полной искренностью, как будто взвешивала каждое слово.
Ах да.
Ведь совсем скоро ноябрьская контрольная!
Она как раз сможет взглянуть на результаты Лу Сяо и уже тогда окончательно решить.
Если совсем плохо — всегда можно нанять репетитора…
Лу Сяо наблюдал, как она сосредоточенно загибает пальцы, перебирая варианты, и тихо усмехнулся:
— В самом деле решила всерьёз заняться учёбой?
— Конечно, — без тени сомнения ответила Линь Фанчжи, надув губы. — Или, может, ты сам сомневаешься в своих силах?
— Цц.
— Ты разве не знаешь, — он наклонился к её уху и тихо прошептал, — что настоящий мужчина никогда не говорит, будто он «не может»?
?
!
Старый водила вдруг резко дал по газам — совершенно неожиданно.
Лицо Линь Фанчжи вспыхнуло.
Лу Сяо молчал, внимательно наблюдая за бурей эмоций на её лице.
Ноябрьская контрольная пришлась как нельзя кстати: Линь Фанчжи как раз успела разобрать базовые типы задач и теперь хотела проверить, насколько хорошо усвоила материал. Это будет своего рода самопроверка.
В Школе Шицзянь аудитории для экзаменов распределялись по успеваемости: и в первой, и в последней состав почти не менялся — одни там с блеском сдавали, другие безнадёжно отставали.
Зато в средних аудиториях царила настоящая борьба: все отчаянно сражались за пару строчек вверх в рейтинге.
Всего было восемнадцать аудиторий. Линь Фанчжи попала в тринадцатую.
Чжао Жань и Ян Имин — в семнадцатую.
А Лу Сяо, как и следовало ожидать, занял своё место в последней аудитории.
Перед экзаменом она даже подбодрила его:
— Давай, Лу Сяо, не переживай, всё будет хорошо!
Тот лишь лёгкой усмешкой ответил на её слова — Линь Фанчжи восприняла её как застенчивую.
— Боюсь, у меня не получится, — сказал он.
— Не нервничай, — подбодрила она, приподняв бровь. — Ведь даже если ты провалишься, это ещё не значит, что ты «не можешь».
Цц-цц.
Какой же замечательный парень этот Сяо-гэ’эр!
Такой заботливый и тёплый!
Даже издалека переживает, как бы не подвести.
Линь Фанчжи сдержалась, чтобы не сказать вслух то, что вертелось у неё на языке:
«Ведь ты и так в последней аудитории — куда уж хуже?»
Экзамены были рассчитаны на два дня, так что времени хватало с запасом. Закончив в пятницу, все могли спокойно насладиться выходными — в ожидании контрольных все тайком ликовали, словно только что вырвались из тюрьмы.
Первым утром была русская литература — самый лёгкий из предметов.
У Линь Фанчжи с ней всегда было неплохо, а за последнее время она выучила все стихи и прозу наизусть. Экзамен прошёл гладко, и в целом она осталась довольна.
После экзамена её неожиданно разобрал голод, и она вместе с Лу Сяо, Чжао Жанем и другими отправилась на улицу с закусками пообедать. Настроение становилось всё лучше.
Говорят, как только всё идёт гладко, обязательно случится беда. И в самом деле —
ещё не дойдя до улицы с едой, из-за угла переулка выскочили несколько парней в форме Первой средней школы. Линь Фанчжи мельком окинула их взглядом: все как на подбор — здоровенные, будто им не хватало только косматых бород и огромных топоров.
Самый крупный из них громко выкрикнул:
— Кто тут Чжао Жань?
Чжао Жань фыркнул и презрительно приподнял бровь.
— Ты, такой хлипкий, ещё и за мою девушку зацепился? — оглядев его с ног до головы, здоровяк скривил губы в отвратительной ухмылке. — Ты вообще знаешь, кто я такой?
— …
Кто, чёрт возьми, захочет знать?
Чжао Жаню явно не понравилось:
— Такие, как ты, — процедил он сквозь зубы, — даже не заслуживают места в моей памяти.
Цц-цц.
Линь Фанчжи чуть заметно улыбнулась.
Чжао Жань всё такой же театральный.
Пусть и уступает в весе, но стиль поддерживать надо.
Один из парней рядом с «здоровяком» тут же взвился:
— Наш босс тебе честь делает, а ты ещё и нос задираешь! — брызжа слюной, закричал он. — Не лезь на рожон!
— Не думай, что раз ты дружишь с Лу Сяо, то уже крут! Да Лу Сяо рядом с нашим боссом — ничто!
Остальные тоже двинулись вперёд:
— Точно! Первая школа вас терпит, а вы ещё возомнили о себе!
Они осмелились тронуть Лу Сяо…
Это уже переходит все границы.
Линь Фанчжи надула щёки.
Теперь она точно считала, что такой тип не заслуживает милого прозвища «здоровяк» —
лучше бы звали его просто «жиртрест».
«Жиртрест» снова открыл рот:
— Ладно, — обратился он к Лу Сяо. — Ты в это дело не лезь. Пусть Чжао Жань просто извинится передо мной, и забудем всё как страшный сон. Моя девушка чётко сказала: он её преследует!
Лу Сяо стоял перед Линь Фанчжи, опустив голову, с рукой, небрежно засунутой в карман.
Услышав это, он усмехнулся.
Ян Имин всё понял:
— Ого! Ты и правда крут! Твоя девушка говорит — ты и веришь. А если в следующий раз она найдёт себе другого парня и изменит тебе, ты, наверное, ещё и бумажки подотрёшь?
— Заткнись! — выскочил вперёд один из подручных «жиртреста», худощавый парень в очках. — Наш босс и старшая сестра больше года вместе! Она даже перевелась в Первую школу ради него! Не смей так гадко говорить!
Ага.
Значит, эта кудрявая красавица и вправду не прочь пофлиртовать.
Неплохо умеет водить вокруг пальца таких, как Чжао Жань — настоящая мастерица.
— Хватит, — резко оборвал Лу Сяо, прищурившись от нетерпения. — Если хотите драться — давайте быстрее. Мне ещё готовиться к экзамену надо.
…А?
Все из Первой школы остолбенели. Особенно выразительно таращился «жиртрест».
«Разве школьные хулиганы ещё и экзамены сдают?»
Даже Чжао Жань был ошеломлён.
Сяо-гэ’эр, тот самый беззаботный балбес, который едва удосуживается явиться на экзамен, теперь ещё и готовится к нему?
Он непроизвольно повернулся к Линь Фанчжи. Та спокойно стояла в аккуратной школьной форме, ничуть не испугавшись происходящего.
Последнее время она и вправду вела себя странно: на уроках ни слова не скажет, а конспекты ведёт чётче всех. После занятий не бегает с подружками, а сидит на месте, неподвижная, как статуя. Сначала он подумал, что она размышляет о своих поступках.
Но как-то заглянул поближе —
…а она решает задачи?
Что за чертовщина?
Неужели они сговорились учиться?
Он потрепал себя по волосам, совершенно растерянный.
— Неужели теперь все школьные авторитеты решили мериться оценками?
— А? — «Жиртрест» наконец осознал сказанное.
Заметив Линь Фанчжи, он ехидно усмехнулся:
— Линь Фанчжи? — обратился он к Лу Сяо. — Что, решила исправиться и следуешь за Лу Сяо на путь истинный?
Линь Фанчжи нахмурилась.
Лу Сяо стиснул зубы, скрывая ярость в глазах. Он слегка оттолкнул Линь Фанчжи в сторону и тихо сказал:
— Не пугайся.
Он стоял, слегка наклонив голову, и Линь Фанчжи видела, как под воротником чёрной толстовки перекатывается кадык. Его низкий, хрипловатый голос почему-то завораживал.
— Сейчас Сяо-гэ’эр будет драться, — прошептал он.
В переулке почти никого не было. Осенний ветерок становился всё холоднее, ловко проникая под тонкую школьную форму и заставляя её трепетать. Холодный воздух, казалось, пронзил саму душу Линь Фанчжи.
Лу Сяо действовал молниеносно: раз — и пинок в живот «жиртресту». Тот пошатнулся и упал на землю. Лу Сяо одной рукой схватил его за воротник и начал методично бить в бок. «Жиртрест» даже пошевелиться не мог.
Чжао Жань и Ян Имин уже вступили в драку.
Чжао Жань с детства был завсегдатаем уличных разборок — сейчас он размахивал кулаками, будто вихрь. Ян Имин, хоть и носил очки и не отличался выдающейся физической формой, всё равно старался изо всех сил.
Каждый раз, как кто-то приближался к нему, он начинал орать во всё горло:
— Ты вообще знаешь, кто я такой?! — вопил он. — Я твой отец!
— У тебя хватит смелости ударить собственного отца?!
— Я сразу понял, что ты — мразь! А теперь подтверждаешь!
— Я с тобой сейчас разберусь!!!
Лу Сяо всегда бил жёстко и быстро. Через несколько секунд «жиртрест» уже лежал на земле, еле дыша. Лу Сяо холодно смотрел на него сверху вниз.
Облизнув губы, он усмехнулся:
— Раз не умеешь говорить по-человечески, Сяо-гэ’эр тебя научит.
«Жиртрест» не осмелился и пикнуть в ответ. Он лишь дрожащими руками пытался подняться —
но безуспешно.
Цц-цц.
Линь Фанчжи взглянула на Чжао Жаня, который вовсю участвовал в общей свалке, а потом перевела взгляд обратно.
Лу Сяо стоял прямо, чистый и непоколебимый.
Да.
Ей нравился именно такой Лу Сяо —
даже в драке он выглядел так, будто участвует в элитном бою на ринге.
Авторские комментарии:
«Так ведь и Чжао Жань бросает вызов, но ты называешь его театральным, а Лу Сяо — восхищаешься?»
Линь Фанчжи:
«Наш Сяо-гэ’эр — человек дела, не болтун!»
Из-за этой стычки с ребятами из Первой средней школы весь аппетит Линь Фанчжи пропал. Днём её ждал экзамен по математике, и она пришла в аудиторию заранее.
На душе было тревожно.
В аудитории пока никого не было. Окна были широко распахнуты, и осеннее солнце, уже прохладное, мягко проникало сквозь стекло, рисуя на полу холодные блики.
Она открыла бутылку с водой и сделала несколько глотков. Нечего было делать, и она машинально постукивала пальцами по столу.
Именно в этот момент Сунь Вэньхао вошёл в аудиторию. Он увидел Линь Фанчжи: та одной рукой подпирала подбородок и смотрела в окно. Солнечный свет мягко окутывал её волосы и глаза, словно листья мяты со льдом — свежие, но с лёгкой горчинкой.
Слухи о Линь Фанчжи в Школе Шицзянь ходили самые разные.
Говорили, что она избалованная, капризная и своенравная, что у неё было столько бывших парней, сколько от класса до школьных ворот. Никто не знал, насколько богата её семья, но каждый раз, когда за ней приезжала машина, все только завистливо вздыхали.
Сунь Вэньхао всегда знал, что они из разных миров, и раньше не осмеливался даже заговорить с ней. Но за последнее время он заметил: на самом деле она очень милая, почти не разговаривает, а после вопросов обязательно говорит «спасибо».
«Вот она — настоящая аристократка, — подумал он. — Совсем не похожа на болтливых девчонок в нашем классе».
На прошлом экзамене он простудился и не сдал последний предмет. Раньше ему было непривычно сидеть в задних аудиториях, но теперь, когда он оказался в одной с Линь Фанчжи, всё вдруг стало не так уж плохо.
Сунь Вэньхао подошёл ближе, но не успел ничего сказать, как Линь Фанчжи увидела его и тут же улыбнулась. Он замер, и краска мгновенно разлилась от ушей до щёк.
— Ты… я… эээ…
— Сестрёнка! — неожиданно вклинился Ван Шаоцзе, усаживаясь рядом с Линь Фанчжи. — Как обычно? Я тебе шпаргалку передам?
Она удивилась, но тут же ответила:
— Не надо.
Сунь Вэньхао увидел, как Линь Фанчжи подняла бровь и сказала Ван Шаоцзе:
— Лучше сам за себя побеспокойся.
Ван Шаоцзе растерянно уставился на неё.
Сунь Вэньхао вдруг почувствовал, как сердце заколотилось, а ладони вспотели. Он вытер их о край формы и поправил очки.
То, что он хотел сказать, так и осталось у него в горле.
Он хотел сказать:
— Привет, Линь Фанчжи.
Математика и естественные науки никогда не были сильными сторонами Линь Фанчжи. Да и времени на подготовку хватило лишь на самые базовые задания. Она справилась с первыми задачами в тестовой части, решила первые два номера в развёрнутой, а остальное заполнила формулами наугад, оставив много пустого места.
Положив ручку, она мысленно сдалась.
Экзамен был несложным, все задания соответствовали базовому уровню ЕГЭ. После сдачи Линь Фанчжи уже примерно поняла, на каком она уровне.
Последний экзамен — английский — закончился в пять часов вечера. Дядя Вань заранее прислал ей сообщение, что приедет забрать её домой, поэтому Линь Фанчжи собрала вещи и сразу вышла за ворота школы.
http://bllate.org/book/6111/589090
Готово:
