— Даже если ты будешь упорно идти вперёд, в чужом мире ты всего лишь пушечное мясо. Но вернись в свой собственный — и станешь сияющей главной героиней! Так что вперёд, девочка! — с искренним воодушевлением призвала Ин Жуши.
Она встала и, улыбаясь, протянула руку.
Гуань Си посмотрела ей прямо в глаза, сжала ладонь, лежавшую на полу, и тоже поднялась.
— Уже не девочка.
— Ага.
Она — молодая женщина.
Нет, вдова.
Или, пожалуй, ни то ни другое. Ин Жуши махнула рукой на эти мысли.
Весь день они занимали репетиционную студию, а после ужина разошлись по своим комнатам. Обе — такие, что, хоть и ушли с арены, их легенды всё ещё гуляют по поднебесью.
— Эти двое из «Джиуэнь» целый день просидели в студии.
— Это что — не хватает мастерства или стремятся к совершенству?
Посмотрела на тарелку и махнула рукой: ладно, ладно, один пропущенный приём пищи не убьёт.
— Завтра же запись. Дадут ли им завершать выступление?
Это считалось знаком особого внимания.
— Даже «Тяньхуан» и «Шэньхуа» не закрывали шоу.
— Да разве можно сравнивать с «Джиуэнь»? Это же номер один в стране!
— Интересно, в какой роли они заявлены?
Побренчала на гитаре:
— Да какая разница, лишь бы не соревновались в красоте. Нам не нужно бороться за внешность.
Утром в день записи «Джиуэнь» наконец-то вызвал зависть у всех участниц.
Подъехала служебная машина, из которой вышли лучшие визажисты агентства, специально приехавшие, чтобы подготовить двух своих подопечных.
Среди них был и Ван Хэй, но не ради того, чтобы заботиться об Ин Жуши — просто зашёл взглянуть. Днём он улетал на юг, чтобы заняться артистом, снимавшим клип в Юго-Восточной Азии.
Одежда была подготовлена компанией заранее.
Ван Хэй сидел в стороне и молча наблюдал, как стилисты превращали девушек.
Когда Ин Жуши вышла из гардеробной, он скривился, будто от зубной боли.
Грудь слишком большая.
Ин Жуши не мучилась тревогами агента: спокойно сидела на стуле, позволяя визажисту творить на её лице.
Гуань Си вышла из примерочной чуть позже.
Обе женщины сидели с закрытыми глазами и болтали.
— После сегодняшней записи начнётся распределение по командам. Надеюсь, мы не окажемся в одной группе.
Всего в конкурсе участвовало семьдесят две девушки, разделённые на девять команд по восемь человек.
Формирование команд происходило исходя из заявленных при регистрации ролей, чтобы в каждой группе были представлены все необходимые таланты.
В первом раунде из каждой команды выбывали двое с наименьшим количеством голосов. В последующих трёх раундах — по одному участнику с наименьшим числом голосов в каждой группе.
Так восьмёрки превращались в четвёрки, и в итоге оставалось тридцать два человека, которых снова объединяли — теперь в четвёрки по восемь.
На этот раз правила кардинально менялись: четыре команды формировались под началом лидеров, определяемых по итогам личного рейтинга первых четырёх выпусков.
Лидеры по очереди выбирали себе участниц, пока все двадцать восемь мест не были заполнены.
Затем следовали ещё четыре раунда, в каждом из которых из команды выбывали по пять человек. Только те, кто дойдёт до финала, получат шанс на победу — итоговый результат зависел от суммарного количества голосов за все восемь выпусков.
Особенно стоит отметить: выбор участниц лидерами был чрезвычайно сложным испытанием.
Нельзя брать слишком слабых — одна «испорченная колбаса» может испортить всю бочку: команда выступит плохо, зрители отдадут голоса другим, и вся группа получит мало голосов. А поскольку каждый зритель может проголосовать только за одного человека, плохое впечатление от всей команды навредит каждому.
Но и слишком сильных брать опасно — вдруг они затмят самого лидера и уведут голоса? Тут уж точно захочется плакать кровавыми слезами.
Таким образом, участницы соревновались не только с другими командами, но и внутри своей группы. «Кровавая бойня» — даже это слово не передаёт всей жестокости происходящего.
Каждый сезон только на выбор команды уходило четыре часа эфира.
Зрители шутили:
— Современная «Интриги в Запретном городе»!
— В таком шоу я бы не протянул и пяти минут!
— Здесь столько материала для «пощёчин»!
Короче говоря, именно этот этап делал программу особенно захватывающей.
Гуань Си не хотела оказаться в одной команде с Ин Жуши — просто не желала, чтобы та затмила её. В другой группе у неё ещё могло быть хоть какое-то присутствие.
С макияжем на лице Ин Жуши не могла говорить, поэтому только издала в горле «хе-хе».
Ван Хэй не понял их обмена, решив, что девушки просто не хотят сражаться друг с другом. Ведь целый месяц тренировались вместе — наверняка привязались.
Он формально произнёс:
— Как бы то ни было, старайтесь. Компания обязательно это заметит.
Гуань Си улыбнулась с закрытыми глазами.
«Заметит? А почему тогда Ин Жуши до сих пор в холодильнике?»
Запись начиналась в два часа дня.
Ради внешнего вида обе не ели, лишь держали во рту маленькие кусочки сахара, чтобы поддерживать энергию.
Ван Хэй в полдень уже улетел на самолёте.
Первый выпуск был простым: участницы по очереди демонстрировали свои таланты, чтобы запомниться зрителям.
Правда, действительно ли порядок выступлений был случайным — большой вопрос.
Ин Жуши и Гуань Си сидели в углу зала ожидания, и никто не осмеливался подойти к ним.
Внезапно в студии записи раздался гул — появились приглашённые наставники и ведущий.
Программа никогда заранее не раскрывала, кто будет участвовать в шоу — даже тех, кто появлялся перед камерой. Всё ради интриги.
Участницы в зале ожидания начали гадать, не пришёл ли кто-то очень известный.
Ведь в этом мире даже уборщица, повидавшая сотни звёзд, уже не в восторге от них. А тут такой шум!
После короткого переполоха всё успокоилось, и началась подготовка.
— Трек готов.
— Реквизит на месте.
…
Режиссёр на площадке:
— Все отделы готовы.
Режиссёр в студии начал обратный отсчёт:
— Десять.
— Девять.
— Восемь.
…
— Один!
Яркие лучи прожекторов вспыхнули, клубы дыма взметнулись вверх.
Началась запись пятого сезона шоу «Один из десяти тысяч».
Автор примечает: Спасибо за внимание! ^3^
Первый выпуск был чрезвычайно важен для участниц: каждая по очереди демонстрировала свой талант в течение двух минут.
За эти сто двадцать секунд нужно было не только запомниться зрителям, но и произвести хорошее впечатление на наставников.
Да, именно на наставников.
Главная цель шоу «Один из десяти тысяч» — отобрать девушек-стажёров с наибольшим потенциалом стать настоящими звёздами.
Наставники не обладали правом голоса, но сопровождали участниц на всём протяжении шоу, давая профессиональные комментарии и советы.
Их мнение нередко незаметно влияло на восприятие участниц зрителями — ведь все наставники были признанными звёздами с огромным авторитетом.
Всего было четыре наставника: по вокалу, по танцам, по актёрскому мастерству и по имиджу.
В пятом сезоне это были Сюй Чан, Лу Яньцзы, Чжэн Янь и Сун Цзиньнань.
Когда первая участница сошла со сцены и принесла список наставников, весь зал ожидания взорвался.
Чжэн Янь! Чжэн Янь пришла!
— Она же объявила об уходе из индустрии десять лет назад?
— Да, прямо на церемонии «Золотого изваяния»! А потом вышла замуж за миллиардера и исчезла.
Сколько людей тогда рыдало!
— Получить её автограф — и можно сразу сниматься с шоу!
— Дура! Лучше дотянуть до финала — тогда можно будет всё время быть рядом с богиней!
Напряжение перед выходом на сцену как будто рассеялось — юные девушки оживлённо обсуждали когда-то недосягаемую звезду.
Ин Жуши сосредоточила внимание на Сун Цзиньнань.
Между бровями залегла складка.
Сун Цзиньнань здесь?!
До того, как попасть сюда, она читала роман «Богиня всех талантов, возрождённая в новой жизни», где главная героиня в прошлой жизни была наивной и глуповатой, но из-за потрясающей внешности стала мишенью зависти коллег и в итоге погибла от козней.
Возродившись, она поклялась отомстить и взойти на вершину славы.
С Ин Жуши в том романе не было особой связи. Разве что в прошлой жизни она мечтала использовать ребёнка, чтобы привязать к себе мужчину — а тот как раз был главным героем романа.
Но какая мелкая злодейка или жертва может забеременеть от главного героя? В любом романе такого не бывает.
Осознав это, Ин Жуши быстро приняла решение: пока её держат в холодильнике, она займётся ребёнком, а как только сюжетная линия завершится и подойдёт срок окончания контракта — уедет за границу.
В книге упоминалось, что Сун Цзиньнань достигла вершин в Китае, но ничего не говорилось о международной карьере — видимо, за рубежом у неё просто не было врагов для мести.
Поэтому последние несколько лет Ин Жуши действительно держалась подальше от сюжета романа, избегая мясорубки, где главная героиня резала всех подряд.
Дело не в трусости — просто героиня с системой возрождения была слишком разрушительной.
На пути Сун Цзиньнань пало множество людей, враждовавших с ней, включая уже состоявшихся звёзд.
И вот теперь они столкнулись — причём до завершения сюжета!
— Ин Жуши! — Гуань Си толкнула её.
Оказалось, женщина задумалась и невольно приняла привычную позу: ноги подтянуты к груди, подбородок упирается в колени.
— О чём задумалась?
Гуань Си не разделяла восторгов по поводу Чжэн Янь — её происхождение позволяло видеть дальше.
— Ни о чём, — ответила Ин Жуши, опуская ноги на пол.
— Кстати, — вдруг вспомнила она и повернулась к Гуань Си, — у меня месячные, живот болит. Наверное, выступлю плохо.
Она поправляла складки на штанах, образовавшиеся от позы, так что лица не было видно.
Гуань Си нахмурилась:
— Почему не сказала раньше?
Но упрёки были бесполезны.
— Я позвоню…
— Не надо, — покачала головой Ин Жуши и встала.
Она огляделась: все вокруг активно готовились.
— Пойду в туалет.
Чёрт, хочется курить.
Пробираясь сквозь толпу к туалету, она чувствовала несколько скрытых взглядов, но не обращала внимания.
Побыла немного в тишине, но, понимая, что её выход всё ближе, достала телефон и набрала номер Ин Синцзюнь.
Звонок ответили после двух гудков.
На другом конце слышался шум и детский смех — особенно звонкий.
— Почему звонишь именно сейчас? — спросила Ин Синцзюнь, сидя в зрительском зале, одной рукой прикрывая ухо, а другой держа телефон.
Её взгляд был прикован к сцене.
Следующим номером выступала большая малышка Тунтун.
— Уже выступила большая малышка Тунтун? — перебила её Ин Жуши, не отвечая на вопрос.
— Погромче! Ничего не слышно! Если что срочное — пиши сообщение!
— Бип-бип! — раздался сигнал отбоя.
Но почти сразу поступил новый звонок — видеозвонок от той же Ин Жуши.
«Эта женщина…»
Ин Синцзюнь ответила.
Вокруг сидели родители, поэтому она сначала направила камеру на себя, а потом перевела на сцену.
Зазвучала музыка, маленький ведущий объявил следующий номер — выступал класс большой малышки Тунтун.
Конечно, через экран было плохо видно, но Ин Жуши прильнула к телефону и смотрела очень внимательно.
Большая малышка Тунтун была ведущей чтецом и стояла в первом ряду — особенно заметная.
Выступление детей было не слишком стройным, но зато полным энергии, энтузиазма и радости.
Ин Тунтун читала особенно старательно — возможно, её игра была слишком явной, но по сравнению с другими детьми, которые то и дело сбивались и ерзали, она выглядела идеально.
Ин Жуши подумала, что воспитатель Цзинцзин наверняка накрасил ей губы — ротик был ярко-красный.
В детском саду была своя съёмочная группа, и, возможно, решили, что Ин Синцзюнь снимает видео специально для мамы.
Ин Тунтун улыбалась особенно мило и часто смотрела в сторону телефона Ин Синцзюнь.
Вдруг один из мальчиков сзади вырвался из строя и, широко улыбаясь, побежал к большой малышке Тунтун с распростёртыми объятиями.
Ин Жуши нахмурилась.
Этот толстяк посмел претендовать на её большую малышку Тунтун!
Посмел прилюдно лезть к ней!
Как раздражало!
Её недовольство, казалось, превратилось в проклятие — мальчик внезапно споткнулся и упал на пол.
Выглядело так, будто пухлый ангелочек кланяется всем зрителям.
В зале поднялся шум, некоторые родители не удержались и засмеялись.
Дети на сцене тоже открыто смеялись.
Одна девочка с задних рядов выбежала вперёд, показывая на упавшего мальчика и хихикая. При этом она раскрыла рот — и было видно, что у неё не хватает передних зубов.
Мальчик обернулся и что-то сказал ей.
Девочка вдруг смутилась, схватила юбочку и прикрыла ею дырку от зубов.
При этом на мгновение показались розовые трусики.
Родители уже не могли сдерживать смех — их забавляла детская непосредственность.
На сцене и в зале воцарился хаос. Воспитатель Цзинцзин бросилась на подмогу.
Ин Тунтун всё ещё стояла впереди и читала.
Когда мальчик упал, она ещё держалась — старательно продолжала декламировать, будто ничего не происходит.
Но когда девочка подняла юбку и началась суматоха, её голос утонул в шуме.
После того как воспитатель Цзинцзин выбежала на сцену, Ин Тунтун перестала читать. Руки опустились вдоль тела, плечи обвисли.
Она смотрела то назад, то в зал — маленькая, растерянная, беззащитная.
В её больших глазах медленно накапливались слёзы.
Она вытерла их ладошкой, плечи задрожали, и она села на корточки, свернувшись в маленький комочек.
Плакала.
Все вокруг смеялись, а Ин Тунтун плакала одна.
Ин Жуши почувствовала, как что-то рвёт её сердце.
Дальше она уже ничего не видела.
http://bllate.org/book/6091/587582
Готово:
