Остальное бабушка Цянь не договорила — она лишь посмотрела на дядю Цяня и Яо Яньцюй.
Многолетнее сожительство сделало Яо Яньцюй чрезвычайно чуткой к намёкам свекрови: одного взгляда или жеста было достаточно, чтобы понять, что та хочет сказать. Поэтому, уловив недоговорённое, Яо Яньцюй немедленно отреагировала:
— Мама, помните, Сяо До и моя Лили родились в один год, разница в днях рождения всего неделя. Да и рост почти одинаковый… Я пару дней назад купила Лили новую одежду, она ещё не успела её надеть. Сейчас соберу и отдам Сяо До. У Лили и так полно нарядов — не в этих же беда.
Что до дяди Цяня — он тут же зашёл в дом и вынес банковскую карту.
— Сяо До, это от дяди — приветственный подарок.
Бабушка Цянь осталась довольна.
Цянь Лаоэр обрадовался.
Ян Шуцинь молча потянула за руку Сяо До:
— Ты, дитя моё, наверное, счастлива до безумия! Твой дядя и тётя так к тебе добры! Быстро благодари дядю и тётю!
Одновременно она незаметно подтолкнула Сяо До, давая понять, что нужно принять карту.
Сяо До остолбенела.
Наконец-то она поняла, откуда взялось то странное чувство, которое возникло у неё в кабинете, когда Ян Шуцинь шепнула: «Не бойся, у твоего дяди — куча денег. С этого момента тебе больше не придётся страдать!»
Чёрт возьми! Её родные родители оказались теми самыми «отвратительными персонажами», которых в сериалах все ненавидят!
И, судя по всему, уровень их «отвратительности» был весьма высок.
Поздней ночью, когда Сяо До решила, что все уже спят, она тихонько встала с постели и подошла к зеркалу. Достав жёлтый талисман, она приложила его к стеклу.
Слабое золотистое сияние вспыхнуло и исчезло, а поверхность зеркала заколебалась, словно водяная завеса. Через мгновение в отражении появилось лицо Цянь Сяоцзы.
Едва возникнув, он тут же спросил:
— Ну как, Сяо До?
Он интересовался, как её приняли в семье Цянь Лаоэра.
— Лучше, чем я ожидала, — ответила Сяо До.
Хотя прошёл всего один день, она уже чувствовала искреннюю привязанность Цянь Лаоэра и Ян Шуцинь к дочери, которую они потеряли много лет назад.
А после горьких слёз и отчаянных рыданий Цянь Лаоэра даже бабушка Цянь мгновенно растаяла и почувствовала к внучке родство, несмотря на долгую разлуку.
Отношение бабушки сразу повлияло на дядю Цяня и Яо Яньцюй.
Что до младшего брата Сяо До, Цянь Сяо Бао — за ужином он даже отдал ей своё любимое блюдо:
— Сестрёнка, это очень вкусно, ешь!
Ян Шуцинь, увидев это, похвалила:
— Наш Сяо Бао такой заботливый, уже умеет заботиться о сестре!
— Не зря же они родные брат и сестра! Посмотри, как Сяо Бао любит Сяо До! — радостно добавил Цянь Лаоэр.
Сяо Бао смущённо улыбнулся Сяо До, обнажив свежую дырку на месте выпавшего переднего зуба…
Услышав слова Сяо До, Цянь Сяоцзы, который с самого момента получения её послания не мог успокоиться, наконец перевёл дух:
— Ну и слава богу, слава богу.
Они ещё немного поговорили, но Цянь Сяоцзы вынужден был отключиться: в Подземном мире как раз начиналось рабочее время, а он не мог позволить себе задерживаться.
Зеркало снова колыхнулось — и лицо Цянь Сяоцзы исчезло.
Сяо До, однако, не вернулась в постель, а осталась сидеть перед зеркалом, погружённая в задумчивость.
Встреча с родителями, безусловно, радовала. Особенно трогало, насколько доброжелательно к ней относилась вся семья — даже сверх всяких ожиданий, будто это был сон.
Но…
Её взгляд упал на тумбочку у кровати.
Там лежали два больших пакета — всё, что они принесли сегодня из дома дяди Цяня.
Рядом с ними — банковская карта. Сколько на ней денег, Сяо До не знала, но раз дядя Цянь предпочёл карту наличным, сумма явно была немалой.
Кроме того, завтра, скорее всего, дядя Цянь подарит ей новый телефон.
А началось всё с того, что днём дочь дяди Цяня, её двоюродная сестра Цянь Лили, вернувшись из школы, уселась на диван и начала что-то печатать в своём смартфоне.
Сяо До невольно бросила на неё любопытный взгляд.
Цянь Лаоэр тут же это заметил и спросил:
— Лили, чем занимаешься?
Лили слегка нахмурилась, но всё же ответила:
— Пишу учителю, спрашиваю про задачу.
— Какая наша Лили умница и прилежная девочка! — похвалил Цянь Лаоэр.
Комплименты приятны всем, и Лили, хоть и раздражалась из-за того, что семья Лаоэра постоянно пользуется щедростью её родителей, всё же смягчилась — ведь ей всего пятнадцать.
Цянь Лаоэр продолжил:
— А если дома не можешь решить задачу, тоже можешь спросить учителя через телефон?
Лили кивнула.
— Вот как здорово развивается техника! — воскликнул Цянь Лаоэр. — Есть телефон — и можно в любое время обратиться к учителю.
До этого момента всё было нормально. Но за ужином Цянь Лаоэр то и дело поглядывал на телефон дяди Цяня — так пристально, что тот не мог не заметить.
— Лаоэр, что случилось? — спросил дядя Цянь.
— Брат, твой телефон уже год-два служит, не пора ли заменить? У Лили же новый, гораздо красивее твоего.
— Да мне и этот сгодится, — усмехнулся дядя Цянь. — Главное — звонить и писать. Зачем мне навороченный?
— Дети, конечно, всё это любят, — добавил он, — но им и так всего хватает.
— Брат, ты не прав, — возразил Цянь Лаоэр. — Надо идти в ногу со временем. Да и не в деньгах дело. Ты же крупный бизнесмен — с таким старым телефоном на переговоры выходить неловко. Люди ведь сначала на одежду смотрят, потом уже на человека…
Он привёл ещё несколько примеров на эту тему.
Дядя Цянь задумался: может, и правда пора обновить гаджет?
— Ладно, куплю новый, — сказал он наконец. — Всё равно это не проблема.
— Обязательно купи! — подбодрил его Цянь Лаоэр.
— Хорошо, скоро схожу.
И тут Цянь Лаоэр неожиданно добавил:
— А старый телефон, брат, не выбрасывай — отдай его Сяо До.
Все тут же повернулись к Сяо До. Особенно пристально смотрела Лили — в её глазах читалось: «Вот и началось…» — и откровенное презрение.
Сяо До поспешно проглотила кусок еды и сказала:
— Не надо, я…
Но Цянь Лаоэр перебил её:
— Я заметил, как Лили спрашивала учителя через телефон, и подумал: Сяо До тоже, наверное, пригодится. Конечно, она не сравнится с Лили, и новый телефон покупать не буду, но твой старый, брат, вполне подойдёт. Детям не нужны навороченные модели.
После таких слов дядя Цянь не мог отказаться.
Правда, старый телефон выбросить сразу не получится — в нём ещё много важной информации.
— Зачем старый? — сказал он. — Я куплю Сяо До новый!
Ян Шуцинь тут же потянула Сяо До за рукав:
— Быстро благодари дядю! Посмотри, как он к тебе добр!
Сяо До проигнорировала её жест и с трудом выдавила:
— Не надо, дядя, я сама могу…
Она хотела сказать, что теперь работает служащей Подземного мира и вполне может купить себе всё необходимое.
Но её снова перебили.
На этот раз не только перебили — Ян Шуцинь бросила на неё предупреждающий взгляд. А потом и вовсе не дали вставить ни слова.
Сяо До молча наблюдала, как Цянь Лаоэр и Ян Шуцинь «усердно трудятся», заставляя дядю Цяня обещать ещё кучу подарков. В итоге он даже согласился оплатить перевод Сяо До в новую школу.
Только поздно вечером они вернулись домой, нагруженные пакетами.
Ян Шуцинь сразу отнесла всё в комнату, приготовленную для Сяо До.
— Посмотри, чего ещё не хватает, — сказала она. — Скажи маме — я всё устрою.
Сяо До, вспомнив события дня, испуганно замотала головой:
— Ничего не нужно, правда!
Она боялась: стоит ей сказать, что ей чего-то не хватает, — и родители тут же «достанут» это у дяди Цяня.
Но Ян Шуцинь, оглядев комнату и вспомнив убранство спальни Лили, приуныла.
В доме дяди Цяня всё было богато: у Лили — новейший компьютер, iPad, шкаф, ломящийся от одежды, полки с обувью всех фасонов…
Чем больше она вспоминала, тем сильнее жалела свою дочь — бедняжка столько всего недополучила! Она взяла Сяо До за руку, и на глаза навернулись слёзы:
— Не бойся, доченька. Теперь, когда я тебя нашла, ты больше никогда не будешь страдать.
Сяо До чувствовала: Цянь Лаоэр и Ян Шуцинь искренне любят её. И именно поэтому ей было так тяжело.
До встречи с родителями она много раз представляла их себе.
Всю жизнь она слышала только одно: её бросили потому, что она девочка. Поэтому в воображении родители были типичными эгоистами и мерзавцами.
На деле Цянь Лаоэр и Ян Шуцинь действительно вели себя как мерзавцы… но не так, как она думала. Первых она могла презирать, но вторых — стыдиться.
Ведь даже если она сама не просила ничего, она всё равно оказалась выгодоприобретателем их «мерзавства».
От этой мысли Сяо До бросилась на кровать и издала стон отчаяния.
*
Дядя Цянь действовал быстро: обещание оформить перевод в школу дал вечером — а утром всё было готово.
Он устроил Сяо До в ту же школу, где училась Лили, и даже уговорил администрацию посадить их за соседние парты — мол, сёстрам легче привыкнуть друг к другу.
В первый учебный день всю семью отвезли в школу на машине дяди Цяня.
После оформления всех документов дядя Цянь напомнил Лили заботиться о Сяо До, лично проводил девочек в класс и убедился, что они сели на свои места, только потом уехал.
Беспокоясь, что Сяо До будет чувствовать себя неуютно, он даже договорился с учителем, чтобы сёстры сидели за соседними партами — одна перед другой.
На уроке Сяо До вдруг поняла, что забыла ручку. Она обернулась, чтобы одолжить у Лили.
Едва она открыла рот, как Лили расплакалась — слёзы покатились по щекам.
Сяо До растерялась: почему вдруг?
После урока она осторожно спросила:
— Что случилось?
Лили всхлипнула:
— У вас в семье только и умеют, что «одалживать». Одолжите — и у нас уже этого нет.
Раньше был один Сяо Бао — и то хватало. А теперь ещё и ты, да ещё и в одном классе! Если так пойдёт, у меня ничего не останется!
Сяо До замерла. Вспомнились все поступки Цянь Лаоэра и Ян Шуцинь за последние дни.
Теперь понятно, почему Лили так сказала.
Сяо До не нашлась, что ответить. Щёки её горели от стыда.
Она не хотела быть мерзавкой… но в глазах других уже стала одной из них.
http://bllate.org/book/6006/581218
Готово:
