Она словно пустая оболочка без души — обычные люди, казалось, сразу замечали в ней что-то неладное.
Вернувшись домой, Сы Хуа включила робота Цзин’эра, надеясь найти в нём отголоски прошлого. Она спросила:
— Цзин’эр, кто я?
— Ты Сы Хуа, моя хозяйка.
— А кто такой Бай Цзин?
— Старина Бай? — Робот, похоже, имел встроенные голосовые команды. Сы Хуа повторила перед ним всевозможные фразы о себе и Бай Цзине, но глупенький робот лишь продолжал смотреть на неё своим широким «лицом»:
— Идёт поиск… Связанных данных не найдено…
— Связанных данных не найдено.
Вспомнив видео, неожиданно всплывшее в системе Цзин’эра в прошлый раз, Сы Хуа снова принялась возиться с ним, но в итоге так ничего и не добилась. В отчаянии она опустилась на корточки и бросила:
— Глупый робот! Ни единой записи найти не можешь. На что ты мне тогда сдался!
Только она договорила, как раздался звонок от Фань Чжуожаня. Он сообщил, что раздобыл несколько билетов на музыкальный фестиваль и приглашает её сходить вместе. Сы Хуа в последнее время была занята до предела и не имела времени на подобные развлечения, но когда он упомянул, что выступает её любимая группа, она на мгновение задумалась и спросила:
— Сколько у тебя билетов?
— Пятнадцать штук. Изначально мой начальник поручил передать их коллегам по компании, но все оказались заняты. Я теперь везде ищу, кому бы их отдать. Может, возьмёшь своих сотрудников?
Фань Чжуожань сразу угадал её мысли. Не дожидаясь ответа, он добавил:
— Не переживай, будто обязана мне. Отдам со скидкой в половину цены — как тебе?
— Места, наверное, хорошие? А вашему боссу не будет неприятно из-за такой скидки?.. — не договорила Сы Хуа.
В этот момент робот Цзин’эр, которого она только что отругала, словно в прошлый раз, неожиданно выдал запись, сделанную самим Бай Цзином. Она тут же сменила тему:
— Подожди, завтра спрошу у своей команды. Пока всё, кладу трубку.
После звонка Сы Хуа подошла к Цзин’эру…
Бай Цзин записывал это видео ночью, сидя на большой кровати в спальне:
— Хуа-хуа, я вчера заходил к тебе, но тебя не было дома. Не знаю, чем ты сейчас занята, но мне очень тебя не хватает…
На видео он, похоже, только что вышел из ванной и был одет в халат. Каждые несколько слов он неловко потирал нос — очевидно, впервые говорил ей такие откровенные вещи. Под конец он, наконец, решился:
— Жена Хуа-хуа… Я скучаю по тебе…
Как ребёнок, только научившийся говорить, он растянул короткое извинение на целых десять минут. Сы Хуа смотрела, заворожённая, и невольно улыбалась уголками губ. Нет ничего удивительного в том, что Цзин’эр был создан именно им — этот глуповатый и прямолинейный характер так напоминал его самого.
Почему она вообще когда-то полюбила его? Что в нём такого, что заслуживало её любви?
Она не могла вспомнить, за что он тогда извинялся. Но теперь, глядя на это видео, она ощущала совершенно иное — будто и сама изменилась.
Это уже не была любовь и не была обида. С позиции стороннего наблюдателя ей казалось, что такой характер, в сущности, неплох — просто его нужно понимать.
—
На следующий день, когда Сы Хуа обсуждала музыкальный фестиваль с командой, Сяо Нань тут же поднял обе руки:
— Босс, я хочу пойти! Давай устроим тимбилдинг?
Как глава местного отделения «Фэнъюй Текнолоджи», Сы Хуа фактически управляла всеми здесь — их непосредственный руководитель Сюй Му Чжоу находился далеко. В эти дни приложение «Флагманское видео» преодолело отметку в шестьсот миллионов загрузок, и весь отдел, включая отдел маркетинга, получил щедрый бонус. Сы Хуа никогда не была скупой и сразу одобрила предложение Сяо Наня:
— Отличная идея. Расходы на дорогу и проживание беру на себя.
Место проведения фестиваля находилось в туристическом городке за пределами мегаполиса. В субботу утром, закончив дела в офисе, Сы Хуа решила провести там два дня и заодно осмотреть достопримечательности. Услышав, что предстоит ночёвка, Тан Сичэнь нахмурился:
— Тогда мне срочно надо купить одноразовое постельное бельё. В гостиницах провинциальных городков я не уверен.
Самый чистоплотный из всей «мужской братии», Тан Сичэнь вызвал у остальных дружный осуждающий взгляд.
В среду вечером Сы Хуа получила сообщение, что Бай Цинъюй наконец выписывается из больницы. После ранней смены она купила целый ящик хрустящих груш и отнесла их соседке напротив. Как раз в этот момент из кухни вышел Бай Цзин. Бай Цинъюй удержала её:
— Внешняя еда никогда не сравнится с домашней. — И тут же велела Бай Цзину добавить ещё одну тарелку: — Останься поужинать у нас.
Сы Хуа не стала отказываться и села за стол вместе с Бай Цинъюй. За ужином она не обращалась к Бай Цзину, а только расспрашивала Бай Цинъюй о её здоровье. Та не переставала накладывать ей еду:
— Попробуй блюда нашего маленького Цзина.
Сы Хуа тут же отправила в рот кусок, даже не разобрав вкуса, и закивала:
— Мм, вкусно! Гораздо вкуснее, чем раньше. Ты явно поднаторел в готовке.
Когда именно он научился готовить, она не знала, но в таких случаях всегда лучше хвалить безоговорочно.
Позже, провожая её до двери, Бай Цзинь наконец сказал, когда она уже собиралась открыть свою квартиру:
— Салат я купил в магазине. Я его не готовил.
Она уже не та, что раньше — больше нет в глазах восхищения и обожания, даже похвала звучит формально.
Сы Хуа смутилась, потерла нос и улыбнулась:
— Всё равно вкусно.
Лишь когда силуэт Сы Хуа исчез за дверью, Бай Цзинь вернулся и закрыл дверь своей квартиры. Бай Цинъюй всё это время наблюдала из-за двери и теперь, раздосадованно ворча, последовала за сыном:
— Я же говорила: с такой деревянной головой тебе никогда не найти девушку! Ты ещё тогда сказал, что я тебя обескураживаю. Вот теперь посмотри: раз Хуа перестала тебя любить, всё, что ты делаешь, — напрасно. Ты её уже не вернёшь.
Если человек не отдал тебе своё сердце, никакие усилия не помогут. Даже если привязать его к тебе — найдёт тысячу причин не любить.
— Ты должен говорить ей так: «Жена, устала на работе? Давай, я тебе спинку помассирую!» Или: «Кто сегодня в офисе тебя обидел? Скажи — я с ним поговорю!»
Несмотря на возраст, Бай Цинъюй умела подражать чужой манере речи.
Увидев, что мать дошла даже до таких советов, Бай Цзинь смутился и почувствовал себя неловко:
— Я умею разговаривать, не надо меня учить.
Госпожа Бай разозлилась:
— Даже сварённого утёнка у тебя упустили! Ты не умеешь разговаривать, ты умеешь только… ну да ладно!
Бай Цзинь: «…»
В детстве он был немногословным, но всегда доставлял матери радость: учился отлично и никогда не шалил. Однако с тех пор, как госпожа Бай переехала к нему, Бай Цзинь впервые по-настоящему понял, что значит «материнское сердце разрывается от тревоги». После того как Сы Хуа два дня подряд ужинала у них, он наконец смог с ней немного поговорить — правда, исключительно о работе:
— «Флагманское видео» сейчас на подъёме. Я хочу подать предложение на эксклюзивное спонсорство отдельной рубрики.
— Отличная идея. Пришли предложение — если пройдёт проверку, в пятницу на совещании всё утвердим.
Бай Цзинь на мгновение замолчал, затем перевёл взгляд на неё:
— Мама в выходные хочет прогуляться по восточному району. Пойдёмте вместе?
Сы Хуа сразу поняла, что он имеет в виду их троих. Но у неё уже были планы, и она вежливо отказалась, объяснив причины лично Бай Цинъюй. Та с пониманием кивнула и тут же позвала сына:
— Ты в субботу уезжаешь? Отлично, тогда отвези Хуа.
— У Тан Сичэня есть машина.
— Одной машины недостаточно.
— Хватит. В самый раз.
Когда Бай Цзинь отвёз Сы Хуа, Бай Цинъюй тут же усадила его и решительно объявила:
— Вместо прогулки по природе в выходные мы поедем выбирать машину для Хуа.
Бай Цзинь сразу замотал головой:
— Я не доверяю ей за руль. Это нехорошо…
Не договорив, он получил лёгкий шлепок по голове от матери:
— Пусть Ян Минжуй водит! Так и решено. С сегодняшнего вечера пусть маленький Ян каждый день привозит её сюда — мне хочется с ней пообщаться.
Госпожа Бай задумалась и добавила:
— Вижу, многим девушкам нравятся маленькие, кругленькие машинки. Купим такую…
Так планы на выходные изменились. В воскресенье они обошли автосалоны, и Бай Цинъюй выбрала для Сы Хуа Audi. Беспокоясь о здоровье матери, Бай Цзинь рано вернулся домой и аккуратно положил ключи в красивый конверт. Если сказать, что это подарок от мамы, она точно примет.
Он подумал и написал Сы Хуа в WeChat:
[Вечером, когда вернёшься, дай знать. Мне нужно с тобой поговорить.]
Он долго ждал ответа, но его не было. Заглянув в её соцсети, он увидел фотографии с места проживания и с фестиваля. Видимо, концерт уже закончился, и она сейчас в дороге. Бай Цзинь уставился на изящный конверт, лёжа на кровати. Раньше у них с Сы Хуа уже был подобный короткий совместный выезд…
Он вспомнил множество прошлых моментов и задумался: увидела ли она то письмо? Заснул, не заметив, как. Очнувшись, обнаружил, что уже поздно. Вспомнив, что Бай Цинъюй всё ещё ждёт Сы Хуа на диване, он пошёл убедиться, что мать ляжет спать. Та как раз смотрела новости и, зевнув, направилась в ванную:
— Ладно, пойду спать. Ты-то знаешь, как устроить сюрприз?
Бай Цзинь кивнул. В этот момент по телевизору как раз транслировали повтор фестиваля. Под софитами молодые люди выглядели полными энергии и счастья. В мелькнувшем кадре Бай Цзинь узнал два знакомых силуэта…
Её рука лежала на плече Фань Чжуожаня. Заметив камеру, она тут же засмеялась и показала сердечко. Бай Цзинь сжал конверт и выключил телевизор пультом. Такое мать видеть не должна — нельзя, чтобы она узнала, что Сы Хуа, возможно, уже полюбила кого-то другого.
Он замер у дивана на несколько секунд. Внезапно вспомнил, как она отказалась от его предложения подвезти — ведь Фань Чжуожань тоже был там, не так ли?
Ему стало смешно. Но тут же он подумал: а с какого права он вообще вмешивается в её жизнь? С кем она проводит время и с кем провела ночь — это уже не его дело.
На этот тимбилдинг Сы Хуа, как ответственное лицо, потратила немало денег, но почти не участвовала в организации. А когда она пьёт, то становится неуправляемой. По дороге домой, если бы не Сяо Нань, она бы, наверное, выпрыгнула из окна:
— Эй, вы, трусы! Дома напоим её до бесчувствия!
После фестиваля Фань Чжуожань пригласил всю команду в бар. Неизвестно, как это случилось, но Тан Сичэнь отошёл ненадолго, а когда вернулся, Сы Хуа уже переругивалась с девушкой за соседним столиком — обе любительницы выпить. Они злились и продолжали пить. Тан Сичэнь знал её характер и, убедившись, что она ещё в сознании, попросил парней удержать её и усадить в машину, чтобы сразу ехать домой.
Когда Сы Хуа наконец уснула на заднем сиденье, Тан Сичэнь обсудил с Сяо Нанем, как её проводить:
— Асяо, впредь нельзя давать боссу ни капли алкоголя. Когда она пьяна, нам всем достаётся.
Сяо Нань возмутился:
— Да мы каждый раз говорим: «Следите за ней!» — и всё равно не получается. — Он помолчал и добавил: — Вижу, босс в последнее время часто навещает госпиталь. Видимо, переживает. Если выпивка хоть немного её радует, может, и не так уж плохо.
От нуля до признания компании — путь был нелёгким. Всё это время она одна несла на себе груз ответственности. Он сочувствовал её бремени: если алкоголь помогает ей расслабиться, пусть будет так — пусть команда немного потрудится. Эти слова вызвали у всех вздох сочувствия. Кто-то тихо сказал:
— Жаль, что мы не женщины и не можем понять её сердце.
— Не нужно понимать, — перебил Тан Сичэнь. — Когда ей весело — смеёмся вместе, когда грустно — плачем вместе. Вот и всё.
http://bllate.org/book/5887/572337
Готово:
