Услышав его беззразличный тон, Сюй Дунлян наконец перевёл дух. Он хмыкнул и скомандовал спутникам:
— Осторожнее, не повредите!
Он внимательно осматривал ящик, опасаясь малейшей царапины или потёртости.
— Быстрее грузите в машину! Только что извлечённые артефакты нельзя долго держать под солнцем — могут начаться химические реакции.
Несколько экспертов кивнули и, подхватив ящик, быстрым шагом направились к автомобилю. На самом деле они горели нетерпением гораздо больше, чем Сюй Дунлян. Перед приездом они полагали, что семья Дуань раскопала обычную древность, но кто бы мог подумать — Золотой глаз кошки!
Их глаза горели от возбуждения, и они рвались как можно скорее вернуться в музей.
Сюй Дунлян не пошёл с ними, а многозначительно похлопал Дуань Сюйчуаня по плечу.
Оба были людьми сметливыми, и благодаря многолетнему взаимопониманию им хватило одного взгляда, чтобы понять намерения друг друга.
Взгляд Дуань Сюйчуаня потемнел. Он поманил ассистента и что-то тихо прошептал ему на ухо. Убедившись, что тот кивнул в знак согласия, он вместе с Дуань Яндуном и Дуань Цичэном направился к машине Сюй Дунляня, припаркованной у обочины.
Ящик был найден на земле семьи Дуань. Хотя по закону бесхозные находки принадлежат государству, скрыть такую ценность для семьи Дуань не составило бы особого труда.
Сюй Дунлян понимал: Дуань Сюйчуань связался с ним не только из чувства долга, но и из личной заинтересованности. Поэтому он сам предложил обсудить этот вопрос в другом месте.
— Мастер, у господина Дуаня сейчас другие дела, — подошёл ассистент к Юй Шиинь. Его обычно невозмутимое лицо теперь сияло дружелюбием. Заметив, что она смотрит на удаляющихся членов семьи Дуань, он поспешил пояснить: — Это директор управления культуры. Он обсуждает с господином Дуанем вопрос, связанный с Золотым глазом кошки. Господин Дуань просил передать вам: как только у вас будет свободное время, он лично обсудит с вами вознаграждение.
— И, конечно, он всё ещё собирается отдать вам ту виллу, которую обещал ранее, — добавил ассистент.
Дуань Сюйчуаню очень хотелось продолжить разговор с Юй Шиинь и, по возможности, укрепить с ней отношения, но он не мог оставить Сюй Дунляня без внимания. Поэтому он вынужден был отправить её домой и, не желая обидеть столь талантливого мастера, лично поручил своему ассистенту позаботиться о ней.
Изначально вознаграждение от семьи Дуань, предложенное Дуань Яндуном, составляло одну виллу. Однако ситуация изменилась: даже сама Юй Шиинь сначала думала, что участок просто страдает от проблем с фэн-шуй, а оказалось — всё дело в Золотом глазе кошки.
Передав артефакт в Музей Гугун, семья Дуань не только идеально решила проблему с землёй, но и получила репутацию патриотов, щедро пожертвовавших национальному достоянию. Для них это было всё равно что найти клад.
Сегодня Юй Шиинь израсходовала много удачи — гораздо больше, чем планировала. Она кивнула, довольная щедростью Дуань Сюйчуаня.
— Хорошо, свяжемся позже, — сказала она и потянула за рукав оцепеневшего Ян Сихэня. — Пора домой.
— А… — машинально отозвался Ян Сихэнь и послушно пошёл за ней.
Он уже не мог думать. Что только что сказал ассистент Дуаня? Неужели семья Дуань собирается подарить его сестре целую виллу?
Ян Сихэнь знал, что его сестра приехала сюда за вознаграждением, но не ожидал, что семья Дуань сразу предложит виллу.
Он понимал: она заслужила это своим мастерством, но всё равно не мог поверить. Вместе с изумлением и радостью в его сердце закрался страх. Ему всегда казалось, что сестра никогда по-настоящему не влилась в семью Ян. Она была независимой, могла прекрасно жить одна. Ян Сихэнь искренне желал ей лучшей жизни, но боялся, что она уйдёт из дома.
В очередной раз он остро почувствовал собственное бессилие.
Заметив подавленное настроение Ян Сихэня, Юй Шиинь удивлённо остановилась и обернулась:
— Что случилось?
Раньше он никогда не стал бы говорить о своих чувствах, но сегодня не выдержал. Опустив голову, словно брошенный котёнок, он тихо спросил:
— Сестра… ты уйдёшь из дома?
Его голос дрожал, почти срываясь на плач.
— Почему ты так думаешь? — удивлённо склонила голову Юй Шиинь. Увидев грусть в его глазах, она сразу всё поняла.
Он, видимо, решил, что она переедет жить во вновь полученную виллу?
Она с лёгкой досадой улыбнулась:
— Ян Сихэнь, я не умею готовить. — Она ласково провела рукой по его растрёпанным волосам. — Без дома я просто умру с голоду.
Тёплое прикосновение заставило Ян Сихэня вздрогнуть. Он поднял глаза и встретился с её взглядом — тёплым, уверенным и полным лёгкой насмешки.
Он знал, что она не умрёт с голоду — у неё достаточно средств, чтобы нанять повара…
Но в этот момент тревога, почти захлестнувшая его, мгновенно рассеялась. Смущённо почесав затылок, он расслабился и с гордостью повторил:
— Я умею готовить.
— Хорошо, — легко ответила Юй Шиинь.
Ассистент подвёл их к «Майбаху» Дуань Яндуня и уже собирался открыть дверцу для Юй Шиинь, как вдруг заметил, что она нахмурилась, глядя на противоположную сторону улицы. Её спокойное выражение лица сменилось тревогой.
— Отвезите сначала моего брата домой, мне нужно кое-что уладить. Спасибо, — спокойно сказала она и, обойдя машину, направилась через дорогу.
— Мастер… — ассистент не успел её остановить и растерянно посмотрел на юношу в инвалидном кресле напротив.
— Неужели это из рода Лу… — пробормотал он, сам того не заметив.
— Именно из рода Лу, — холодно бросил Ян Сихэнь, наблюдая, как Юй Шиинь перешла дорогу и подошла к Лу Цяньхэ. — Почему Лу Цяньхэ везде преследует нас!
Ассистент неловко улыбнулся и первым открыл дверцу машины:
— …Тогда поедемте. Я отвезу вас домой.
—
На другой стороне улицы Лу Цяньхэ с лёгкой озабоченностью смотрел на мальчика лет семи–восьми, сидевшего прямо на асфальте с опущенной головой.
Юй Шиинь увидела, как Лу Цяньхэ пытался поднять ребёнка за руку, но тот каждый раз отстранялся, а однажды даже резко отшлёпнул его по белой изящной ладони.
Лу Цяньхэ с досадой убрал руку — выглядел он как родитель, пытающийся усмирить непослушного ребёнка.
Его губы шевелились, но слов было не слышно. Мальчик же продолжал сидеть, не обращая на него внимания.
Несколько прохожих указывали на них и смеялись — кто-то считал это забавным, кто-то — поводом для насмешек.
Юй Шиинь не терпела, когда на Лу Цяньхэ смотрели подобным образом. Он должен быть звездой своего поколения, а не объектом насмешек из-за инвалидности.
Её лицо стало холодным. Обойдя последнюю машину, она подошла к мальчику сзади и, схватив за воротник, резко подняла его на ноги.
Ребёнок, не ожидавший такого грубого обращения, замер в изумлении. Его красивое, белое, как фарфор, личико выражало полное непонимание.
Юй Шиинь подтолкнула его в сторону Лу Цяньхэ и, прищурившись, спросила с лёгким раздражением:
— Это твой ребёнок?
Лу Цяньхэ тоже на мгновение опешил, а затем почувствовал странную панику. Когда она сказала «твой ребёнок», ему показалось, будто она подозревает, что это его сын.
Он мысленно выругал себя и поднял на неё взгляд. Она, похоже, была недовольна — её миндалевидные глаза потемнели.
— Нет, не мой, — быстро ответил он. — Родители этого ребёнка куда-то исчезли. Он уже давно сидит здесь один.
Юй Шиинь отпустила воротник мальчика, и её лицо немного прояснилось.
— Извините, — сказала она ребёнку, а затем спросила Лу Цяньхэ: — У тебя на сегодня ещё есть планы?
— Нет, — ответил он, не раздумывая.
— Хм… — Юй Шиинь на секунду задумалась и решила: — Тогда поедем сразу к семье Юнь.
Лу Цяньхэ на мгновение замер, но почти сразу согласился:
— Хорошо.
Его голос прозвучал мягко и покорно, будто он готов был подчиниться любому её решению.
Сидевший в машине водитель Сяо Ма чуть не усомнился в собственном слухе и памяти.
Если он не ошибался, господин Лу сегодня должен был ехать на деловую встречу в компанию. Менеджер Жуань звонил в панике, а теперь выходит, что у господина Лу «нет планов»?!
Сяо Ма переводил взгляд с Лу Цяньхэ на Юй Шиинь и вдруг понял, почему тот вдруг захотел выйти из машины.
— Тогда пошли, — сказала Юй Шиинь и направилась к машине Лу Цяньхэ, даже не взглянув на оцепеневшего мальчика.
Проходя мимо Лу Цяньхэ, он вдруг протянул руку.
На этот раз он схватил её за запястье.
За всё время их знакомства — больше месяца — он впервые так прямо коснулся её.
Она была такой хрупкой — его пальцы легко обхватывали её запястье, и между ними ещё оставалось много свободного места.
— Что случилось? — удивлённо спросила Юй Шиинь, остановившись рядом.
Лу Цяньхэ слегка кашлянул, смутился и, неохотно отпуская её руку, почувствовал, как по коже ещё долго остаётся тепло от её прикосновения, а пульс бьётся под его пальцами. От одной мысли об этом его тело будто вспыхнуло.
— Почему у тебя лицо покраснело? — обеспокоенно спросила Юй Шиинь, глядя на то, как его бледная кожа залилась розовым. — Тебе плохо?
Она волнуется за меня? Зрачки Лу Цяньхэ на мгновение расширились.
— Нет, со мной всё в порядке, — его сердце забилось ещё быстрее. — Просто солнце слишком яркое, стало жарко.
Убедившись, что она ему поверила, он незаметно выдохнул с облегчением и незаметно сжал пальцы, впиваясь ногтями в ладонь.
— Подождём ещё немного родителей этого ребёнка, хорошо? — Он взглянул на миловидного мальчика и добавил мягко, обращаясь уже к Юй Шиинь: — Если я не ошибаюсь, это младший господин рода Фу, Фу Наньси.
Юй Шиинь удивлённо приподняла бровь и внимательнее взглянула на ребёнка.
Тот действительно был очарователен: густые брови, большие глаза, пухлые губки и белоснежные щёчки. Хотя черты лица ещё не сформировались окончательно, уже сейчас было ясно, что вырастет он в необычайно красивого юношу. Правда, характер у него, судя по всему, был не из лёгких, да и выглядел он немного неопрятно.
В этом мире Юй Шиинь слышала о роде Фу и знала, насколько они влиятельны. Однако ей было совершенно неинтересно вникать в их дела, да и присматривать за детьми она не собиралась.
В её возрасте она сама спокойно отправлялась в дальние путешествия — зачем же теперь переживать за чужого ребёнка?
Заметив едва уловимую брезгливость в её взгляде, Лу Цяньхэ не удержался и тихо усмехнулся.
— Он не такой, как другие дети, — пояснил он Юй Шиинь и указал пальцем на висок. — У него свой собственный мир.
Юй Шиинь удивлённо обернулась.
В больших глазах Фу Наньси отражались их с Лу Цяньхэ лица. Мальчик ни разу не произнёс ни слова — казалось, он совершенно отстранён от окружающего мира.
Он выглядел немного жалко.
Юй Шиинь внутренне вздохнула. Фраза Лу Цяньхэ «у него свой собственный мир» тронула её — в ней чувствовалась та же доброта, что и в нём самом.
Она ничего не сказала, но тем самым дала понять, что согласна подождать родителей ребёнка.
Так трое молча стояли у обочины — двое на ногах, один в инвалидном кресле. Все трое были необычайно красивы, и их присутствие создавало на улице необычную картину.
Через пять минут Юй Шиинь зашла в ближайшую чайную и купила два стаканчика молочного чая.
— Держи, — протянула она один Лу Цяньхэ. — Холодный, пусть немного остудит тебя.
Лу Цяньхэ никогда не пил такие приторные напитки, но когда Юй Шиинь подала ему стаканчик, ему показалось, что пить молочный чай, который она даёт, — настоящее счастье.
Фу Наньси по-прежнему молчал, но его большие глаза неотрывно следили за стаканчиком в руке Лу Цяньхэ.
Заметив его взгляд, Лу Цяньхэ нахмурился и незаметно спрятал стакан за спину.
— Хочешь попить? — Юй Шиинь помахала вторым стаканчиком перед носом мальчика. Увидев, как его глаза следуют за напитком, она лукаво улыбнулась: — Скажи «сестра» — и отдам.
Лу Цяньхэ бросил на неё взгляд и едва заметно улыбнулся. Её шаловливость была чертовски мила.
Мальчик наклонил голову, его маленькие брови нахмурились, уголки рта опустились.
Он молча стоял, погружённый в свои мысли.
Юй Шиинь тихо вздохнула и уже собиралась отдать ему напиток, как вдруг раздался хриплый, детский голосок:
— Сестра…
Видимо, он давно не разговаривал — голос звучал неуверенно и с трудом.
Юй Шиинь замерла. Услышав эту дрожащую фразу, она почувствовала лёгкую, почти незаметную боль в груди.
http://bllate.org/book/5665/553978
Готово:
