— Но, насколько мне известно, конфеты бренда «Хуань» — это именно то, о чём мечтает каждая девушка и что считает одним из самых желанных подарков. Это уже не просто сладости — это целый сказочный сон, — с живым любопытством произнёс юноша, явно пытаясь понять, почему она, в отличие от всех остальных, не только не радуется, но даже с отвращением выбрасывает такой подарок.
Шу Юнь едва приподняла уголки губ. Её улыбка была прозрачной, как утренний туман:
— Увы, в моём мире уже давно не осталось места ни сказкам, ни мечтам. Осталась только реальность. А эта коробка, похожая на волшебный сон, — подарок от человека, которого я ненавижу больше всего на свете. Ты понимаешь, каково это?
Она смотрела на юношу, а тот, нахмурившись, всё так же искренне спросил:
— Каково?
— Как проклятие колдуна и **!
— Так ужасно? Почему ты не отказалась? — искренне недоумевал иностранец.
— Не спеши. Я жду… — в глазах Шу Юнь струился туман, сквозь который невозможно было ничего разглядеть.
Юноша по-доброму улыбнулся ей, и она, словно лёгкий ветерок, прошептала:
— Жду того дня, когда вырасту…
Странно: в этот вечер, на берегу тихой реки, она вдруг поведала незнакомому иностранцу то, что годами держала запертым в сердце. Может быть, в его взгляде было столько доброты, что её давно окаменевшее сердце впервые за долгое время ощутило тёплое прикосновение солнечного света. А может, просто слишком долго держала всё в себе и просто захотелось кому-то рассказать.
— Госпожа Шу… — раздался издалека голос Чжан Цин.
— Мне пора, — сказала Шу Юнь, глядя на юношу, и улыбнулась — мягко, как горный пейзаж в утреннем тумане.
— Меня зовут Антонио. А тебя? — поспешно спросил парень, заметив, что она уходит.
— Зачем знать имена при встрече? — не оборачиваясь, ответила Шу Юнь и ушла.
— Эй! Мы ещё увидимся? — крикнул ей вслед Антонио.
— Лучше бы нет. Лучше бы ты забыл всё, что я сейчас сказала, — донеслось в ответ, смешавшись с лёгким ветерком.
Антонио широко улыбнулся:
— Сегодня последний день моего пребывания в Китае, так что тебе не о чем беспокоиться. И ещё…
Его голос стал тише, так тихо, что услышать мог только он сам:
— Я тоже жду. Жду того дня, когда вырасту и стану сильным…
Время летело, словно белый конь, мелькнувший мимо щели в стене.
После полудня тёплые солнечные лучи пробивались сквозь густую листву платанов, рисуя на земле причудливые пятна света. Лёгкий ветерок заставлял их дрожать и переливаться.
Девушка подняла голову, глядя на густую крону над собой. Солнечные зайчики резали глаза, вызывая слёзы, но она упрямо не опускала взгляда.
Внезапно тёплые и широкие ладони закрыли ей глаза.
— Так вредно для глаз, — раздался рядом низкий голос Шэн Цзиня.
Шу Юнь опустила его руки, опустила голову и опустила ресницы.
Когда она снова подняла глаза, они были ясными и чистыми — вся влага, вызванная солнцем, исчезла без следа.
— Сегодня не занят на работе? — спросила она.
— Нашлось немного времени. Шу Юнь, пойдём пообедаем. Я ещё не ел, — сказал он и, как нечто само собой разумеющееся, взял её за руку и потянул за собой.
В кармане спортивной куртки раздалось вибрирующее жужжание.
Шу Юнь выдернула руку из его ладони и достала телефон.
Шэн Цзинь посмотрел на свою пустую ладонь. Его взгляд стал тёмным, как беззвёздная ночь.
Шу Юнь взглянула на экран, увидела мелькающий номер, но не собиралась отвечать. Однако и сбрасывать звонок тоже не стала — просто перевела телефон в беззвучный режим и убрала обратно в карман.
Шэн Цзинь снова сжал её руку.
«Вж-ж-жжж…» — звонок не сдавался.
Шу Юнь попыталась вырваться, но на этот раз он держал её слишком крепко.
Она нахмурилась и посмотрела на него:
— Мне нужно ответить.
— Отвечай другой рукой, — сказал он.
Она приложила ещё больше усилий, но вырваться не смогла. Взгляд Шэн Цзиня был прикован к её лицу, и Шу Юнь вдруг почувствовала, будто он видит насквозь. Её рука замерла.
Телефон в кармане, словно обиженный, завибрировал в третий раз.
Шу Юнь достала его другой рукой.
На экране всё тот же номер. Раздражённо нажав на кнопку ответа, она поднесла телефон к уху.
— Сяо Юнь! Шэн Цзинь снова прислал несколько комплектов одежды с последнего сезона! Такие красивые! Не хочешь взглянуть? — ещё до того, как она успела поднести трубку к уху, взволнованно затараторила Фэн Ли.
Шу Юнь тихо усмехнулась. Конечно, больше всех радуется именно эта женщина, когда Шэн Цзинь присылает ей подарки. Старый трюк!
— Нет, оставьте в моей комнате, — сухо ответила она.
— О-о-о… — протянула Фэн Ли, но Шу Юнь не желала больше разговаривать с этой двуличной особой.
— Если ничего важного — кладу трубку.
— Подожди, подожди! Я ещё не договорила! Чего ты так спешишь?! — голос Фэн Ли стал резче.
Шу Юнь молчала, ожидая продолжения.
— Дело в том… — Фэн Ли решила не ходить вокруг да около. Раз Шу Юнь не играет по её правилам, придётся говорить прямо. — Я с Юань посмотрели одежду. Несколько вещей особенно ей идут. Я решила отдать их Юань. Ты же старшая сестра — должна уступать младшей, верно? Остальное я отнесла в твою комнату…
— Почему ты не оставила всё себе? — спросила Шу Юнь.
— Что ты имеешь в виду?! Тебе всё равно не надеть столько одежды! Отдать пару вещей Юань — и ты уже недовольна? — Фэн Ли повысила голос.
— Делай, как хочешь… — сказала Шу Юнь, глядя на свою руку, которую Шэн Цзинь держал всё так же крепко. Ей вдруг стало невыносимо тяжело.
На другом конце провода Фэн Ли самодовольно улыбнулась. Конечно, она делает, как хочет! Годами всё, что присылал Шэн Цзинь, доставалось им с Юань в первую очередь, а остатки отправлялись в комнату Шу Юнь. И на этот раз не будет исключения! Просто формальность — предупредить, чтобы всё выглядело честно.
— Шэн Цзинь, — сказала Шу Юнь, не кладя трубку, и подняла глаза на идеальный профиль мужчины рядом.
Он уже подвёл её к своему спортивному автомобилю, припаркованному у ворот школы, и с изысканной галантностью открыл дверцу пассажирского сиденья.
Услышав своё имя, Шэн Цзинь обернулся:
— Что?
— Ты снова послал мне одежду? — спросила она, нарочито делая вид, будто не знает, и в её голосе мелькнула лёгкая, почти игривая нотка.
В глазах Шэн Цзиня на миг вспыхнуло тепло:
— Да. В Париже увидел несколько интересных моделей и заказал для тебя по одной штуке каждого дизайна.
— Отдай всё Шу Юань. Как тебе такой вариант?
Тепло в его глазах мгновенно погасло. Он смотрел на её безразличное лицо и невольно сжал её руку сильнее.
Боль пронзила ладонь, но Шу Юнь сохранила прежнее спокойное выражение.
Шэн Цзинь смотрел на неё, и его голос стал мрачным:
— Ты думаешь, любой может получить то, что я выбираю лично?
— Всего лишь несколько платьев… — сказала она, будто это ничего не значило.
Взгляд Шэн Цзиня стал глубоким, как океан: на поверхности — полное спокойствие, а в глубине — бушующие волны.
— М-м-м… — глаза Шу Юнь распахнулись от неожиданности и досады, но было уже поздно — язык Шэн Цзиня вторгся в её рот, полный доминирования, обладания и лёгкого наказания.
Она слегка сопротивлялась, но вскоре перестала. Её широко раскрытые глаза не выражали ни страсти, ни смущения — лишь полное безразличие, будто этот поцелуй её совершенно не касался.
Она стояла неподвижно, не отвечая.
Шэн Цзинь отпустил её и, приблизив губы к её уху, прошептал:
— Шу Юнь, не пытайся бросать мне вызов. Ты не сможешь победить меня!
— Всего лишь несколько платьев… Как это вдруг стало вызовом? — на губах Шу Юнь играла всё та же беззаботная улыбка.
Заметив, что его взгляд стал ещё мрачнее, она решила не рисковать и переложить вину на других:
— Это Фэн-тётушка сказала. Она с Юань посмотрели одежду и решили, что несколько вещей отлично подойдут Юань. Она сама отдала их ей и сказала, что старшая сестра не должна быть такой жадной — не может же она не отдать пару платьев!
С этими словами она вспомнила, что телефон всё ещё не отключён, и быстро нажала кнопку отбоя.
— Садись, — низко произнёс Шэн Цзинь.
Когда Шу Юнь села в машину, она незаметно провела пальцами по губам, стирая следы поцелуя.
После ужина и долгой поездки по городу Шэн Цзинь наконец отвёз её домой.
Дверь открыла Чжан Цин. Увидев Шэн Цзиня за спиной Шу Юнь, она почтительно поклонилась:
— Молодой господин.
— Хм, — кивнул он без эмоций.
Изнутри дома доносилось тихое всхлипывание — звук женщины, переживающей глубокую обиду.
— Госпожа Шу, эта женщина опять затевает что-то… — с тревогой сказала Чжан Цин.
— Я знаю, — равнодушно ответила Шу Юнь и протянула ей пакет с едой. — Купила для Яо Яо несколько сладостей, пока была с Шэн Цзинем. Отнеси ей.
— Но… — Чжан Цин беспокоилась. — Позвольте мне проводить вас до комнаты.
— Не нужно, — мягко улыбнулась Шу Юнь и повернулась к Шэн Цзиню. — Тебе пора. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, — ответил он, засунув руку в карман брюк, и с ленивой, почти гипнотической грацией наблюдал, как она поднимается по лестнице. Только когда её силуэт полностью исчез, он отвёл взгляд.
Повернувшись, он бросил на троицу в гостиной пронзительный, полный превосходства взгляд и произнёс двусмысленно:
— Без моего разрешения никто не смеет трогать моё имущество!
Лицо Шу Циншаня ещё больше потемнело, но он всё же попытался заговорить с позиции старшего:
— Молодой господин Шэн, не стоит баловать эту девчонку…
Шэн Цзинь смотрел на них, будто император с высоты трона:
— Ведите себя разумно!
С этими словами он вышел из дома, оставив Шу Циншаня дрожать от ярости, но бессильного что-либо сделать.
— Циншань, прости меня… Всё это моя вина. Я слишком переоценила своё положение в этом доме, слишком посчитала себя и Юань своими… Не злись! — как только Шэн Цзинь ушёл, Фэн Ли заплакала ещё горше, добавив к слезам нотки раскаяния.
— Мама, это моя вина. Из-за меня всё и случилось… Сестра ведь скорее выбросит свои вещи, чем отдаст мне… — горько сказала Шу Юань.
— Прости меня, доченька! — Фэн Ли, кажется, нашла выход для своих эмоций, и слёзы хлынули рекой.
— Хватит! — рявкнул Шу Циншань. — Всё из-за упрямства Шу Юнь! Юань, отведи мать в комнату. Взрослая женщина — и так расплакалась, что стыдно смотреть!
http://bllate.org/book/5645/552448
Готово:
