При мысли о Цзян Хуайане Шэнь Суй невольно нахмурился.
Слова вызова, брошенные юношей, всё ещё звучали в ушах: «Ся Цзюйцзюй теперь моя девушка?»
Шэнь Суй не удержался и рассмеялся. Если бы он поверил в это — тогда уж точно с головой что-то не так. Столько лет он знал Ся Цзюйцзюй, разве мог не понимать её натуру?
Он спросил об этом прямо у неё, а затем перевёл взгляд на Ся Тяньцзюаня:
— Раньше за стол всегда подсаживалась она. Почему сегодня это делаешь ты?
— Ах, сестрёнка теперь рвётся вперёд! Учится наверху, — бросил Ся Тяньцзюань карту на стол и громко объявил: — Пон!
Услышав это, Шэнь Суй почувствовал лёгкое замешательство.
Ся Цзюйцзюй рвётся вперёд?
— Цзюйцзюй решила всерьёз заняться учёбой?
— Конечно! — Хэ Линьлинь сияла от гордости. — Наша Цзюйцзюй теперь так старается! Решила поступать в Пекинский университет!
Шэнь Суй промолчал.
В семье Ся все всегда питали слепую уверенность в своих. Даже если бы Ся Цзюйцзюй заявила, что хочет полететь в космос, родные, скорее всего, хлопнули бы в ладоши: «Цзюйцзюй, молодец! Сколько нужно денег? Мы купим тебе ракету!»
Но Шэнь Суй-то прекрасно знал, насколько трудно поступить в Пекинский университет. Он слегка кашлянул:
— Почему она вдруг так решила? Раньше же Цзюйцзюй считала, что учиться — сплошная мука?
— Наверное, под влиянием друзей, — предположила Хэ Линьлинь с женской интуицией и улыбнулась: — У нашей Цзюйцзюй, кажется, появился парень!
Шэнь Суй снова промолчал.
Что тут гордиться ранним романом!
Неизвестно почему, но внутри у него возникло лёгкое раздражение.
Подумав, он решил, что, возможно, просто привык к тому, что кто-то постоянно шёл за ним следом. А когда этот человек вдруг исчезает из поля зрения, естественно появляется лёгкая пустота.
Шэнь Суй переключал каналы телевизора, чувствуя нарастающее беспокойство. Никто не обращал на него внимания, и, наконец не выдержав, он поднялся наверх, к комнате Ся Цзюйцзюй.
Та как раз билась над математической задачей.
Математика была её слабым местом. Она уже давно смирилась с тем, что, видимо, до конца жизни будет воевать с этой дисциплиной. Иногда ей даже завидовалось Цзян Хуайаню: почему он может решать задачи, даже не заглядывая в учебник, а она, сколько ни читай и ни решай, всё равно ничего не понимает?
Стоит чуть изменить условие — и знакомый тип задачи превращается для неё в совершенно новую, специально созданную, чтобы мучить Ся Цзюйцзюй.
Она уже готова была вырвать себе волосы от отчаяния, когда раздался стук в дверь.
Ся Цзюйцзюй подумала, что это Ся Тяньцзюань, и, выплёскивая раздражение, крикнула:
— Входи! Дверь не заперта! Ты что, бросил маму одну за картами…
Она не договорила — в дверях стоял Шэнь Суй. Его взгляд упал на её растрёпанные волосы.
На мгновение воцарилось молчание. Затем Ся Цзюйцзюй вскочила:
— Я сейчас причешусь!
И бросилась в ванную. Шэнь Суй остался в дверях, не закрывая их, и его глаза невольно упали на письменный стол.
В прошлый раз, когда он приходил, комната Ся Цзюйцзюй была завалена мангой, аниме-дисками, плюшевыми игрушками и романами. На столе царил порядок, зато туалетный столик ломился от баночек и флакончиков с косметикой.
А теперь на письменном столе громоздились учебники, а в книжном шкафу вместо художественной литературы красовались сборники задач.
Он не мог точно определить, что чувствует, но ему показалось, будто перед ним стоит совсем другой человек — взрослый, незнакомый, словно за одну ночь повзрослевший.
Он тихо закрыл дверь и некоторое время постоял в коридоре. Через минуту Ся Цзюйцзюй открыла дверь — уже переодетая и с аккуратно уложенными волосами. Она сделала шаг назад:
— Проходи. В комнате немного беспорядок.
Шэнь Суй кивнул и улыбнулся:
— Когда ты у меня в гостях бывала без беспорядка? Привык уже.
Ся Цзюйцзюй промолчала. Она уже забыла, как вообще общаться с Шэнь Суем.
Шэнь Суй вошёл, заметил её скованность и с лёгкой усмешкой спросил:
— Неужели я так долго не был? Или всё дело в том, что у тебя теперь есть парень?
— Нет… — поспешила возразить Ся Цзюйцзюй. — Я не встречаюсь ни с кем.
Шэнь Суй учился в Первой средней школе города. Ей лично было всё равно, что говорят о ней, но Цзян Хуайаню репутация важна.
Сейчас он как раз пытался исправить впечатление о себе. Если его семья узнает, что он встречается с девушкой, кто знает, как они отреагируют.
Услышав отрицание Ся Цзюйцзюй, Шэнь Суй почувствовал облегчение — внутри стало легче.
Он сел на маленький диванчик и, заметив тетрадь с заметками, спросил:
— Можно посмотреть?
Ся Цзюйцзюй кивнула и послушно встала, наблюдая, как Шэнь Суй открывает её математический конспект.
— Мама сказала, что ты решила всерьёз взяться за учёбу. Хотел заглянуть, не помочь ли чем. Всё-таки, — Шэнь Суй поднял глаза, и в них мелькнула улыбка, — мои оценки всё же неплохи.
«Неплохи?!» — подумала Ся Цзюйцзюй. В прошлом семестре Шэнь Суй представлял школу на Всероссийской олимпиаде по математике и привёз золотую медаль. Весь город радовался. Теперь ему почти гарантировано поступление без экзаменов.
Она молчала. Шэнь Суй листал её записи и спокойно спросил:
— Почему ты вдруг решила так усердствовать? Твои родители ведь никогда не требовали от тебя быть особенной. Разве не лучше просто жить счастливо?
— А желание стать отличной специалисткой имеет хоть какое-то отношение к моим родителям? — удивилась Ся Цзюйцзюй и с любопытством посмотрела на него: — А ты сам? Ты хочешь поступить в хороший вуз из-за родителей?
Шэнь Суй замер. Он поднял глаза на девушку, которая задавала вопрос так естественно и искренне.
Ся Цзюйцзюй осталась прежней — черты лица не изменились, но во взгляде появилась сталь.
Для удобства она сильно подстригла волосы, больше не укладывала их тщательно, а просто собирала в хвост резинкой. На ней было обычное платье без украшений — совсем не то, что раньше, когда она была похожа на нарядную куклу.
Шэнь Суй не мог понять, что именно чувствует. Он опустил глаза на тетрадь и спокойно сказал:
— Математику так не учат. Просто переписывать задачи — бесполезно. На самом деле, в математике мало базовых знаний, и большинство заданий — это вариации на одну тему. Тебе не хватает математического мышления, поэтому, когда меняют условие, ты теряешься. Но даже если не можешь решить полностью, всё равно записывай то, что знаешь, — получишь хотя бы часть баллов. Поэтому в конспектах не переписывай задачи, а делай выводы. Например, сейчас вы проходите прогрессии. Не пиши конспект заранее — сначала прочитай теорию, потом реши несколько задач, а потом уже анализируй: какие знания использовал, что именно проверялось. Вот здесь — третья, четвёртая, шестая, двенадцатая и тринадцатая задачи — все на одну и ту же тему, — Шэнь Суй быстро отметил их в тетради. — Это формула суммы первых n членов арифметической прогрессии, верно? Запиши эту формулу и рядом кратко опиши, как именно она применяется в разных задачах. Повторяющиеся способы не переписывай. Смотри, сколько задач, — он взял сразу несколько сборников, раскрыл нужные страницы и начал быстро отмечать: — Эта, эта, эта… Все проверяют одно и то же. Этот способ — тип А, этот — тип Б… Поняла? — поднял он глаза.
Ся Цзюйцзюй энергично кивала:
— Да-да! Шэнь Суй-гэгэ, ты прав!
Шэнь Суй слегка замер. Она давно уже не называла его так.
Этот мягкий, детский голосок заставил его сердце дрогнуть.
Возможно, только потеряв что-то, начинаешь осознавать его ценность. Раньше он не придавал этому значения, но сегодня вдруг понял: Ся Цзюйцзюй… она действительно хороша.
Он опустил глаза и промолчал. Ся Цзюйцзюй нетерпеливо добавила:
— Продолжай, пожалуйста!
Шэнь Суй улыбнулся:
— Сейчас много не усвоишь. Скоро будет разделение на классы, и в десятом ты, скорее всего, окажешься недалеко от меня. Будем разбирать постепенно. А пока просто повтори то, что не поняла. И посмотри учебник на следующий семестр — скоро начнётся школа.
— Хорошо!
— Ты ходишь на дополнительные занятия?
Его взгляд упал на брошюру, составленную Дун Ляном. Ся Цзюйцзюй кивнула:
— Да! Откуда ты знаешь?
— Я тоже там занимаюсь. Как преподаватель Дун?
— Просто отлично!
Ся Цзюйцзюй кивнула. Шэнь Суй кивнул в ответ:
— У тебя групповые занятия?
— Нет! — Ся Цзюйцзюй отвечала на все вопросы без утайки. Шэнь Суй обидел её — но это было в прошлой жизни. Да и, по сути, он ничего такого не сделал. Он просто не любил её.
Разве можно считать это ошибкой — не любить кого-то?
Да, возможно, он поступил неправильно, даже проявил черты, достойные «плохого парня», но ведь он и заботился о ней, и был добр. Ся Цзюйцзюй всегда чётко разделяла добро и зло. Раз Шэнь Суй пока ничего плохого не сделал, она просто не будет вести себя так, будто влюблена. Их отношения останутся прежними: соседский старший брат и младшая сестрёнка.
Услышав её ответ, Шэнь Суй удивился:
— Ты ходишь на групповые занятия?
Группа была особой. Ся Цзюйцзюй объяснила, в чём особенность занятий у Дун Ляна. Шэнь Суй внимательно слушал, кивнул и сказал:
— Звучит неплохо. Учись хорошо.
И, как обычно, машинально потянулся, чтобы потрепать её по голове.
Это был его давний жест, но на этот раз, едва его пальцы приблизились к её волосам, Ся Цзюйцзюй инстинктивно отпрянула.
Рука Шэнь Суя замерла в воздухе. Оба растерялись. Ся Цзюйцзюй смутилась и уже хотела что-то сказать, но Шэнь Суй рассмеялся:
— Цзюйцзюй повзрослела.
Он встал, положил тетрадь на стол и сказал:
— Учись. Я пойду посмотрю, как они играют в карты.
Ся Цзюйцзюй кивнула, не решаясь произнести ни слова.
Шэнь Суй вышел, внешне совершенно спокойный.
Но у двери он вдруг остановился, обернулся и сказал:
— Если что-то не поймёшь — приходи ко мне в десятый «А». И ещё… в старших классах времени мало. Не трать его на романы.
С этими словами он закрыл дверь.
Ся Цзюйцзюй услышала щелчок замка и почувствовала тепло в груди.
Если бы она тогда не пыталась добиться любви Шэнь Суя любой ценой, он, наверное, и сейчас оставался бы для неё просто старшим братом.
Так, пожалуй, Шэнь Суй и не такой уж «плохой парень».
Каникулы быстро закончились, и в начале сентября наступило первое сентября. К этому моменту все уже успели подтянуть базу и более-менее освоили программу.
В первый день нового учебного года Ся Цзюйцзюй вышла из машины и сразу увидела Цзян Хуайаня у ворот школы. Они почти каждый день встречались по дороге в прошлом семестре — расписание у них совпадало. Цзян Хуайань улыбнулся ей:
— В какой ты класс попала? Пойду с тобой посмотрю.
— Хорошо, — кивнула Ся Цзюйцзюй и только теперь вспомнила: сегодня начинается разделение на гуманитарное и естественно-математическое направления.
— Значит, мы больше не будем за одной партой, — с грустью сказала она. — Даже в одном классе не окажемся.
Цзян Хуайань косо на неё взглянул. Девушка ссутулилась, явно расстроена. От этого его настроение мгновенно улучшилось, и он нарочито равнодушно бросил:
— Не расстраивайся. Я буду приходить к тебе и У И обедать, а вечером встретимся на дополнительных занятиях.
— Но… — Ся Цзюйцзюй подняла на него глаза. — Если мы не за одной партой, я не буду знать, чем ты занят на уроке. А вдруг ты отвлечёшься или что-то пойдёт не так, и ты перестанешь учиться? Тогда ты не станешь тем Цзян Хуайанем, которого я встречу в будущем!
На лице Ся Цзюйцзюй читалась искренняя тревога. Цзян Хуайаню стало любопытно:
— Почему ты переживаешь больше меня самого? Я-то сам за учёбу не волнуюсь, а ты так нервничаешь?
— Я буду тебя контролировать! — заявила Ся Цзюйцзюй с полной уверенностью. — Контролировать других всегда проще, чем самого себя.
Цзян Хуайань понял: она строга к другим, но снисходительна к себе.
Ответ был вполне логичным, но почему-то внутри у него возникло разочарование. Ему казалось, что он ждал другого ответа, но не знал, какого именно.
В этот раз при распределении Ся Цзюйцзюй и У И попали в тридцатый класс, Цзян Хуайань — в четвёртый, Сун Чжэ оказался в отдельном, довольно удалённом двадцать девятом, а Ян Вэй уверенно заняла место в первом.
http://bllate.org/book/5631/551239
Готово:
