Нань Инь очнулась и, припустила вслед за Цзян Цзинцзо по лестнице. Поднявшись, она остановилась позади него и, слегка смутившись, тихо проговорила:
— Моя комната — самая дальняя…
— А моя? Рядом с твоей?
Вопрос застал её врасплох — такая прямолинейность была неожиданной. Однако Нань Инь быстро пришла в себя:
— Да, ты в соседней.
Она замолчала на миг, но тут же добавила:
— Заноси чемодан наверх. А я пойду посмотрю, что в гостинице нужно прибрать или убрать. Неудобно же просто так за тобой следом идти — будто время зря трачу…
— Мы решим это вместе, когда все соберутся. Тебе не нужно никуда идти.
— А что мне тогда делать?
Снаружи шумел океан, а солнечные зайчики, проникая сквозь кроны древних деревьев, играли на деревянном полу. Нань Инь посмотрела на Цзян Цзинцзо, стоявшего рядом, и невольно выдала всё своё замешательство прямо в глаза ему.
Цзян Цзинцзо пристально взглянул ей в глаза и беззвучно произнёс два слова.
Нань Инь растерялась — она не разобрала его по губам.
Цзян Цзинцзо только что сказал ей два слова.
Он сказал —
«Смотри на меня».
Авторские комментарии:
Цзян Цзинцзо: Дорогая, тебе не нужно ничего делать. Просто смотри на меня, смотри только на меня (в отчаянии).
Дундунь: Фу, какой актёр! Не дождёшься от меня похвалы!
— О? — постепенно приходя в себя, Цзян Цзинцзо мысленно вытащил свой сорокаметровый меч.
#Момент максимальной заботы, а любимая даже не похвалила#
#В будущем я буду чаще её целовать — тогда она точно поймёт мои слова по губам#
Благодарю всех за бомбы и питательные растворы! Целую!
В этой главе разыграю тридцать красных конвертов — пишите комментарии с оценкой «2»!
Покажите свою активность! В день выхода платной главы разыграю тысячу монет на JJWXC!
Не забывайте оставлять свои следы в каждой главе — вперёд, к победе!
Цзян Цзинцзо донёс чемодан до комнаты Нань Инь одной рукой.
Нань Инь шла за ним и, увидев, как он поставил чемодан, заметила, что он не спешил уходить, а начал осматривать её комнату. Он заглядывал в каждый угол, вытаскивал предметы, внимательно их проверял и аккуратно возвращал на место.
— Ты что делаешь? — с улыбкой спросила Нань Инь, наблюдая за его действиями.
— Проверяю, нет ли в комнате опасных предметов.
Нань Инь удивилась — она думала, что он что-то ищет. Пока она собиралась что-то сказать, дверь, приоткрытую наполовину, постучали снаружи.
Цзян Цзинцзо тем временем внимательно осматривал подушку на кровати. Нань Инь повернулась и открыла дверь — на пороге стоял режиссёр с бутылочкой в руке.
— Режиссёр, что случилось? — спросила Нань Инь. Обычно режиссёр не появляется перед камерой во время съёмок.
— Съёмки временно приостановлены. Цзинцзо только что ударился, — объяснил режиссёр. — Я велел принести бутылочку мази от ушибов. — Он хотел пройти мимо Нань Инь, но, увидев, как Цзян Цзинцзо продолжает осматривать комнату, передумал и протянул бутылочку Нань Инь: — Нань Инь, скажи Цзинцзо, чтобы обязательно нанёс мазь.
— … — Нань Инь даже не успела ничего сказать, как режиссёр уже спустился по лестнице.
Она взглянула на камеру в комнате — съёмка действительно остановилась. Тогда она спокойно произнесла то, что хотела сказать ранее:
— Здесь повсюду камеры, всё в полной безопасности. Тебе не нужно…
— Мне не спокойно, — спокойно ответил Цзян Цзинцзо, не прекращая своих действий.
Нань Инь не могла описать это чувство — внутри словно потекло тёплое течение, разлившееся по всему телу. Бессознательно сжав бутылочку в руке, она почувствовала, как лицо залилось румянцем, и поспешила сменить тему. Вспомнив, как будто слышала вскрик боли, она осторожно спросила:
— Ты только что ударился?
Цзян Цзинцзо замер, потрогал нос и невнятно пробормотал:
— Нет.
Нань Инь не отставала:
— Было больно? Мне показалось, я услышала, как ты вскрикнул.
Цзян Цзинцзо почувствовал, как всё тело напряглось — его мужское достоинство было уязвлено. Даже мочки ушей покраснели.
— Какая боль? Это же ерунда, я даже не заметил…
Он торопливо пытался перевести разговор, но вдруг замер и пристально посмотрел на Нань Инь с невероятным изумлением и восторгом:
— Ты… переживаешь за меня?
Такой радостный тон застал Нань Инь врасплох. Она несколько секунд смотрела ему в глаза — глубокие, чёрные, словно завораживающие воронки, от которых невозможно оторваться. Наконец, она отвела взгляд и, чтобы скрыть смущение, подняла бутылочку:
— Режиссёр велел передать тебе.
— А… — Цзян Цзинцзо опустил глаза, явно расстроенный.
— На самом деле… я тоже переживаю за тебя, — вырвалось у Нань Инь, прежде чем она успела подумать.
Увидев его ошеломлённое и растерянное выражение лица, Нань Инь занервничала и машинально потянулась, чтобы поправить выбившуюся прядь за ухо, но вспомнила, что сегодня собрала волосы в высокий хвост, и неловко опустила руку. Она запнулась, пытаясь объясниться:
— Просто… внизу… ты ведь ударился из-за меня, верно?
Он не мог так быстро появиться после её возгласа, если бы не видел, как она тащит чемодан, и не бросился бы к ней. Только в состоянии тревоги и волнения человек может не замечать окружающего. Но Нань Инь не могла понять, чего именно волновался Цзян Цзинцзо.
Из-за того, что она сама несла чемодан? Но это звучало нелогично.
Цзян Цзинцзо молча смотрел на неё, не подтверждая и не отрицая. Нань Инь услышала только стук собственного сердца. Она быстро подошла к нему, не раздумывая схватила его руку и раскрыла ладонь:
— Держи…
Когда он взял бутылочку своими длинными пальцами, Нань Инь собралась убрать руку, но Цзян Цзинцзо, словно в трансе, расправил пальцы и крепко сжал её руку в своей, переплетая пальцы так сильно, что почти прижал ладони друг к другу.
От места соприкосновения по всему телу прошла электрическая дрожь, вызывая мурашки.
Бутылочка «бухнула» на пол, отдавшись эхом в нервах Нань Инь.
Несколько секунд она приходила в себя, потом удивлённо подняла глаза и увидела, как Цзян Цзинцзо, опустив голову, задумчиво смотрит то на бутылочку, то на их переплетённые руки.
Нань Инь пошевелила пальцами, приложила немного усилий и выдернула руку. Теперь она стояла, опустив руки вдоль тела, чувствуя неловкость.
Ощутив на себе жаркий взгляд, она нервно сжала пальцы и инстинктивно попыталась уйти — быстро присела, чтобы поднять бутылочку.
Но тут же над ней нависла тень, на щеку упали тёплое дыхание и прикосновение, а её руку, лежащую на бутылочке, накрыла широкая ладонь.
На этот раз Нань Инь не колебалась — она быстро выдернула руку и встала.
Цзян Цзинцзо небрежно держал бутылочку, встал и слегка кашлянул, указывая на дверь:
— Спасибо за мазь. Я пойду.
— Хорошо, — ответила Нань Инь обычным тоном, стараясь скрыть странное чувство, разлившееся внутри.
За дверью Цзян Цзинцзо смотрел на бутылочку в руке и невольно провёл пальцами по своим ладоням.
Раз уж взял её за руку и получил заботу — рана того стоила. Жаль, что не преувеличил боль — тогда Нань Инь, возможно, до сих пор ходила бы вокруг него, заботясь и ухаживая.
Он оглянулся на закрытую дверь и с сожалением вздохнул.
Ладно, впереди ещё двадцать с лишним дней съёмок — будет ещё много возможностей.
—
Цзян Цзинцзо и Нань Инь весь день провели в своих комнатах, избегая неловкости, оставшейся после утреннего происшествия.
По крайней мере, так думала Нань Инь.
Остальные участники программы начали постепенно прибывать ближе к вечеру.
Сегодняшние съёмки были лишь вступлением к программе, настоящая работа начнётся завтра. Режиссёр не стал особо церемониться — доснял несколько кадров и объявил перерыв.
Цзян Цзинцзо стоял у входа и возился с велосипедом, стоявшим во дворе гостиницы. В конце концов, он пару раз проехался на нём туда-сюда.
Когда группа решила прогуляться по окрестностям, Нань Инь, шедшая впереди, издалека увидела, как Цзян Цзинцзо на велосипеде стремительно приближается к ней. Его одежда развевалась на ветру, а на губах играла лёгкая улыбка.
Весь пляж будто стал его сценой, а окружающие пейзажи — лишь фоном. Он с лёгкостью демонстрировал свою юношескую энергию и свежесть.
Просто смотреть на него было трогательно.
Нань Инь задумчиво наблюдала за ним и даже не заметила, как он остановился прямо перед ступеньками, где она стояла.
— Цзинцзо, мы идём гулять. Пойдёшь с нами? — спросила одна из участниц программы, Шэнь Тянь.
— Можно и на велосипеде погулять, — довольно холодно ответил Цзян Цзинцзо Шэнь Тянь, поздоровался с остальными и перевёл взгляд на Нань Инь.
Его тёмные глаза блестели:
— Прокатить тебя?
Остальные участники были старше тридцати лет и знали, что Цзян Цзинцзо и Нань Инь с детства снимались вместе. Поэтому их общение никого не удивило. В шоу-бизнесе так много фальши, что порой даже сам не поймёшь, где правда, а где игра.
— Нань Инь, идите, — сказала добрая старшая сестра Чжоу Ваньянь, заметив, что Нань Инь колеблется. — Только не задерживайтесь, возвращайтесь пораньше.
Нань Инь обычно была подвижной и весёлой перед камерами, но сейчас съёмка не велась, так что она не стала стесняться. Остальные участники подтолкнули её вниз по ступенькам, к Цзян Цзинцзо.
— Может, я буду слишком тяжёлой, — предупредила Нань Инь, ведь её ещё никогда не возили на велосипеде.
Когда она уселась на заднее сиденье, Цзян Цзинцзо оттолкнулся и, проехав несколько метров, рассмеялся:
— Ты что, о себе такого мнения?
— Что? — Она была занята тем, чтобы удобно устроиться, и не расслышала его слов.
Цзян Цзинцзо больше не стал отвечать. Нажав на педали, он резко тронулся вперёд, пока Нань Инь не успела опомниться.
Нань Инь тихонько вскрикнула — пейзажи мелькали с невероятной скоростью, щёки обжигал вечерний ветер, сердце колотилось, и она инстинктивно ухватилась за край его развевающейся одежды. Её голос дрожал от напряжения:
— Не езди так быстро! Помедленнее!
— … — Цзян Цзинцзо слегка надул щёку, а уголки губ невольно изогнулись в искренней улыбке. — Не получится медленнее.
— Ты едешь слишком быстро! Мне кажется, я сейчас слечу! — Нань Инь не обратила внимания на двусмысленность его слов и честно высказала свои опасения.
Как будто в подтверждение её слов, велосипед, который до этого ехал ровно, вдруг начало шатать из стороны в сторону.
Нань Инь не успела среагировать — щека от инерции врезалась в спину Цзян Цзинцзо.
Его тепло сквозь тонкую рубашку быстро растеклось по её лицу, вызывая жар.
В этот момент раздался знакомый голос, полный смеха:
— Нань Инь, обними меня крепче!
Она замерла, сжимая ткань его одежды, и подняла глаза. Цзян Цзинцзо повернул голову и посмотрел на неё.
В тёмной ночи, среди мерцающих огней на берегу, его глубокие глаза сияли непонятным светом, чётко отражая её растерянное выражение лица.
— Обними меня, — произнёс он медленно, почти по слогам, — и я обещаю, что ты не упадёшь.
Авторские комментарии:
Режиссёр: Это ведь моя бутылочка с мазью!
Цзян Цзинцзо: Что? Режиссёр, повтори, пожалуйста, у меня плохой сигнал, ничего не слышно.
#Перед любимой мужское достоинство — ничто#
#С ней я вообще не знаю, как писать слово «быстро»#
Дундунь, вынимая меч: Ты, развратник! Вызов на дуэль!
Благодарю всех за бомбы и питательные растворы! В этой главе снова тридцать красных конвертов! Целую! ╭(╯3╰)╮
При тусклом свете фонарей, сквозь мягкий вечерний ветер, Нань Инь пристально смотрела ему в глаза.
http://bllate.org/book/5563/545735
Готово:
