Чжоу Юньчжи взглянул на Юй Яня, потом на неё, слегка сдвинул брови — чёткие, как выточенные из камня, — но тут же расслабил лицо:
— Вроде бы да.
Юй Янь мельком глянул на него, затем перевёл взгляд на Сун Цы:
— Что случилось?
— Да так, ничего особенного, — притворно замялась она и предложила: — Просто ваш способ отбора групп в баре показался мне слишком… хаотичным.
Юй Янь припомнил недавний инцидент:
— А как, по-твоему, следовало бы сделать?
— Хотя бы дать людям ещё один шанс, — сказала Сун Цы убедительно.
Юй Янь бросил взгляд на Чжоу Юньчжи, всё это время молчавшего в стороне.
Тот спокойно встретил его глаза, без тени смущения или напряжения.
Сун Цы этого не заметила и продолжала:
— Наша группа, по-моему, отлично подошла бы. Если у вас будет свободное время, мы могли бы сыграть для вас?
Юй Янь отвёл взгляд и усмехнулся:
— Не стоит. Думаю, вы и так неплохи.
Сун Цы замешкалась, не понимая, что он имел в виду.
Юй Янь достал из кармана визитку и протянул ей:
— Вот вам шанс. Я поговорю с ними. Готовьтесь.
Сун Цы взяла изящную карточку, не ожидая, что всё получится так легко, и растерянно спросила:
— Правда?
— Да, — он похлопал Чжоу Юньчжи по плечу с многозначительной улыбкой. — Всё-таки вы друзья Юньчжи.
Автор говорит:
Счастливых праздников!
Они попрощались у входа в больницу. Фу Лань ещё раз и ещё раз поблагодарила. Сун Цы, с визиткой владельца бара «Чэньцзуй» в кармане и номером телефона Чжоу Юньчжи в телефоне, была вне себя от радости. Она помахала Юй Яню, перевела взгляд на стоявшего рядом человека и мило улыбнулась:
— До свидания, дядя Чжоу.
Брови Чжоу Юньчжи чуть дёрнулись. Что-то показалось ему странным, но он не стал возражать против этого обращения и кивнул, садясь в машину вслед за Юй Янем.
Лишь когда автомобиль скрылся вдали, улыбка Сун Цы, уже сводившая лицо судорогой, наконец спала.
Фу Лань спросила:
— Ты их знаешь?
— Не совсем, — ответила она, потирая шею. — Виделись один раз. — Она умолчала об истории с машиной.
Фу Лань не стала настаивать — её больше волновало происшествие этой ночи. Она серьёзно сказала:
— Сун Цы, я понимаю, что вы хотели меня защитить, но впредь никогда не делайте глупостей. Это не шутки.
Раньше Сюй Фэн уже хватал её за руки и не раз домогался. Несколько ребят видели это. Сегодня, скорее всего, тоже из-за неё.
Но всё, что случилось этой ночью, до сих пор вызывало дрожь. Если бы они не появились вовремя, никто не знал, чем бы всё закончилось. Она чувствовала бы невыносимую вину.
Сун Цы тоже понимала, что поступила опрометчиво: плохо всё обдумала и не сумела аккуратно завершить дело. Раз её узнали — значит, сделала не так. Она кивнула:
— Прости, сестра Фу Лань.
Фу Лань погладила её по голове:
— О чём ты? Просто не хочу, чтобы вы попали в неприятности.
Но, как говорится, «не было бы счастья, да несчастье помогло».
Под уличным фонарём она подняла изящную визитку, постучала по ней указательным пальцем и, приподняв уголок губ, пробормотала:
— Хотя всё не так уж и плохо.
Раз уж в руках есть козырь, надо действовать немедленно. Сун Цы в общих чертах рассказала Цзян И и Линь Чжаояну, сказав лишь, что им повезло найти нужных людей.
Втроём они пришли в бар с визиткой Юй Яня. Чэнь Бяо сначала сомневался, но Юй Янь уже предупредил своего помощника, и тот всё объяснил. Только тогда Чэнь Бяо кивнул и посмотрел на Сун Цы с любопытством:
— Вы, оказывается, умеете добиваться своего.
Сун Цы презирала его за поведение в тот день, но внешне улыбалась скромно:
— Ещё многому у вас предстоит учиться, старший брат Бяо.
Чэнь Бяо вернул ей визитку:
— Ладно. Но решать будут зрители — возьмут вас или нет.
Сун Цы пожала плечами, мысленно презирая его: «После того как ты в тот раз всё устроил, ещё и лицемерить!»
Они готовились за кулисами. Цзян И и Линь Чжаоян нервно пили воду. Сун Цы с отвращением смотрела на них, но и сама чувствовала, как ладони потеют от волнения.
Она тоже нервничала.
Глубоко вдохнув перед выходом на сцену, она вдруг заметила кого-то в зале.
Это был Чжоу Юньчжи.
Он сидел в самом дальнем кабинке вместе с Юй Янем и о чём-то разговаривал, не обращая внимания на сцену.
Сун Цы замерла.
Сцена была ярко освещена, высоко поднята, и весь свет собирался именно там, будто это центр Вселенной. Внизу царила тьма, и чем дальше, тем труднее было различить, кто где сидит.
Она находилась позади, наполовину скрытая во мраке.
«Бум!» — удар палочки по барабану, за ним последовал гитарный аккорд.
Кто-то в зале, кажется, поднял глаза. Из-за слепящего света невозможно было разглядеть лица.
На подбородке выступила испарина, ладони онемели. В ритме музыки она тоже посмотрела вниз.
Казалось, их взгляды встретились. А может, и нет.
…
Выступление быстро закончилось.
Они сидели за кулисами, лица покрыты потом, ещё не пришедшие в себя после выступления. Линь Чжаоян и Цзян И явно выглядели разочарованными.
Сун Цы, напротив, сохраняла спокойствие и вытерла пот со щеки.
Чэнь Бяо уже подошёл к ним. Он не злорадствовал — всё-таки из-за Юй Яня — и даже был вежлив:
— Ну как, девочка? Убедилась?
Зрители отреагировали сдержанно. Шанс был дан, но теперь им не оставалось ничего, кроме как уйти. Владельцы бизнеса не станут держать никого без причины.
Сун Цы взяла палочки, встала:
— Поняла. Спасибо.
— Удачи, — сказал Чэнь Бяо. — Только не говорите потом, что я не дал шанса.
Сун Цы стояла за кулисами. Впереди мерцали огни, но в темноте ничего не было видно. Она не знала, чего именно искала взглядом.
Разочарование неизбежно, но обида не проходила.
Через мгновение она отвела глаза, взяла свои вещи и позвала остальных уходить.
Они сделали всего несколько шагов, как их окликнули.
— Помощник Сюй! — удивился Чэнь Бяо. — Вы как здесь?
Помощник Сюй поправил очки:
— Просто сопровождаю господина Мэна по делам. Подождите, пожалуйста, вас троих.
**
Выйдя из кабинета, они всё ещё пребывали в оцепенении. После разочарования на них обрушилась неожиданная радость, и они шли, будто по облакам.
— Это не сон? — Цзян И шлёпнул себя по щеке, потом ущипнул Дин Даня. — Больно?
— Больно!
— Значит, не сон.
— Боже мой! — Цзян И схватил Сун Цы за плечи. — Слышала, Сун Цы?
— Слышала, — отмахнулась она, лицо спокойное.
Цзян И удивлённо переглянулся с Линь Чжаояном:
— Ты не радуешься, Цы-цзе?
— Радуюсь.
— Это радость? — засомневались они. — Мы совсем не видим.
Они думали, что всё потеряно, но вдруг — неожиданный поворот. Эмоции за два дня прыгали, как на американских горках. И в итоге их заметил сам владелец бара «Чэньцзуй» — это ли не повод для гордости? Цзян И уже обсуждал с Линь Чжаояном, где отметить событие.
— Пойдём в ресторан? Закажем западную кухню?
— Брат, посмотри в кошелёк… — тихо напомнил Дин Дань.
— Да ладно тебе! Теперь деньги сами пойдут к нам!
Сун Цы не участвовала в разговоре. Она сидела на ступеньках, достала телефон. Пот стекал по щеке, мокрые пряди прилипли ко лбу.
Она слегка сжала губы, не так радостна, как другие. Вытерев пот, она открыла телефон, зашла в приложение больницы и нашла нужного человека.
Те светлые глаза, всегда с доброй улыбкой.
Она долго смотрела на фото, потом выключила экран.
**
В субботу стояла прекрасная погода. Небо было прозрачно-голубым. Наступала ранняя осень, и в воздухе чувствовалась прохлада. Сун Цы, не боясь холода, надела короткую футболку и поехала в больницу на велосипеде.
Поднявшись на нужный этаж, она прислонилась к подоконнику и осмотрелась.
В кабинете было несколько врачей и медсестёр, двое пациентов — все заняты делом. Все в одинаковых белых халатах и синих масках, но, странное дело, она сразу узнала того, кто стоял у окна.
Прямой нос, чистые черты лица, длинные ресницы. Он склонился над маленькой девочкой, проводя осмотр.
Ребёнок, видимо, нервничала и не давалась. Он терпеливо уговаривал её, завершив всё обследование.
— Ничего страшного, не больно. Я не обманываю.
— Правда. Открой ротик… Молодец… Прекрасно.
У Сун Цы стало странно на душе.
Её никогда так не утешали. Слышать такие нежные слова было непривычно и даже неловко. Она уже собиралась найти себе место, как вдруг осмотр закончился, и начался вызов по номеркам.
— Сун Цы? Сун Цы здесь?
— А? Да! — она вздрогнула.
Чжоу Юньчжи, услышав своё имя, поднял глаза.
Их взгляды встретились сквозь окно, и Сун Цы почувствовала себя так, будто её поймали за подглядыванием.
Она поспешно отвела глаза, убрала руки с подоконника, вытерла ладони о футболку и, сжав карту пациента, вошла внутрь.
Чжоу Юньчжи уже закончил осмотр и надевал новые перчатки. Его глаза поверх маски смотрели на неё.
С лёгкой улыбкой.
Сун Цы кашлянула, чувствуя внезапную вину:
— Я… пришла по поводу зуба.
Кто-то рядом пошутил:
— Доктор Чжоу, вы знакомы?
— Вроде бы, — улыбнулся он и указал на кресло. — Садись.
Сун Цы забралась в стоматологическое кресло и легла. Холодные инструменты блестели под светом. Она повернула голову, чтобы посмотреть на него.
Чжоу Юньчжи стоял рядом, готовя всё необходимое.
Свет подчёркивал чёткость его черт. Он склонил голову, распаковывая инструменты.
Она смотрела на него и вдруг сказала:
— Нас взяли.
Чжоу Юньчжи на мгновение замер, повернулся:
— А?
Сун Цы подняла на него прямой взгляд:
— Нас взяли в «Чэньцзуй».
Он сменил перчатки. Его пальцы были длинными, движения — чистыми и точными, совсем не похожими на движения врача, скорее на жесты художника.
Следя за его движениями, она понимала: спрашивать не стоит. Но всё равно спросила — ведь она всегда полагалась только на себя, а не на чью-то милость.
— Вы не знали? — спросила она.
— Забыл спросить у Юй Яня вчера вечером, — ответил Чжоу Юньчжи. — Отлично. Поздравляю.
Странное облегчение охватило её. Она расслабилась в кресле:
— Спасибо. Но всё равно спасибо вам.
Чжоу Юньчжи посмотрел на неё и усмехнулся:
— За что? Разве не вы сами этого добились?
Хотя она знала, что он не имел в виду ничего дурного, ей стало жарко, и она отвела глаза.
Он перестал болтать и, взяв пинцет, приблизился. Его прохладная рука в перчатке легко коснулась её подбородка, и она невольно вздрогнула.
Яркий свет бил в лицо, заставляя прищуриться.
Так она могла разглядеть его ещё лучше — даже мягкий пушок на лбу, длинные ресницы, красивые скулы. Его взгляд был спокоен, как озеро.
Он, похоже, почувствовал её взгляд и поднял глаза.
Сун Цы показалось, что этот прозрачный, чистый взгляд видит все её маленькие хитрости.
— Растёт зуб мудрости.
Сун Цы моргнула.
— Нужно удалить. У тебя сейчас месячные?
— Что? — не поняла она.
Он совершенно спокойно уточнил:
— Во время месячных удалять зуб нельзя. Приходи после.
Его глаза были совсем близко, подбородок в его руке, в носу чувствовался лёгкий аромат, смешанный с запахом антисептика.
Сун Цы быстро выпалила:
— Нет!
— А? — он не расслышал из-за тихого и быстрого ответа.
Она стиснула зубы:
— Нет!
Чжоу Юньчжи посмотрел на неё:
— Тогда сначала снимем воспаление. Когда перестанет болеть, приходи на удаление.
Она что-то невнятно пробормотала в ответ.
К счастью, она была наглая, и к концу процедуры сделала вид, будто ничего не произошло. Стояла рядом, поправляя одежду. Чжоу Юньчжи давал рекомендации: меньше сладкого, чистить зубы тщательнее.
Она слушала вполуха, не вникая, и вдруг спросила, теребя носок:
— Э-э… У нас завтра выступление. Придёте?
Чжоу Юньчжи писал записи. Услышав вопрос, он повернулся.
Снял маску, но одна петля всё ещё висела на ухе. Он продолжал писать:
— Если будет время.
— А.
http://bllate.org/book/5552/544199
Готово:
