Сяо Ло, не зная, смеяться ей или плакать, ласково провела пальцем по носику Доудоу:
— Ты ещё такая маленькая, а уже лезешь со своими рассуждениями. Ты вообще понимаешь, что значит «встречаться»?
Доудоу тут же надула щёчки с видом «ну конечно же понимаю, разве я похожа на дурочку?»:
— Это когда мою конфетку делишь пополам, а твою — тоже мне половинку отдаёшь!
Её старший брат, уже школьник, фыркнул, услышав такой ответ:
— Половинку конфетки? Ты что, в домик играешь? Встречаться — это мука! Приходится копить карманные деньги, чтобы девушке подарить, да ещё и за неё домашку делать!
Сяо Ло лишь молча вздохнула. Похоже, братец в школе явно пережил что-то серьёзное.
Повозившись ещё немного с братом и сестрёнкой, Сяо Ло наконец направилась на балкон. Её мать, Чу Шаолянь, как раз ухаживала за орхидеей. Увидев дочь, она тут же с воодушевлением потянула её за руку и начала рассказывать, какая это редкая и дорогая орхидея и сколько хлопот она доставляет.
Сяо Ло в цветах разбиралась слабо и, с трудом сохраняя терпение, выслушала мать, после чего сослалась на необходимость помочь Линь Мину с обедом и укрылась на кухне.
Линь Мин как раз готовил ингредиенты для новогоднего ужина. Увидев Сяо Ло, он сразу всё понял и усмехнулся:
— Опять мама тебя поймала и начала рассказывать про свои сокровища? Ну, такая уж она — кого поймает, с тем и болтает без умолку, не спрашивая, хочется ли слушать.
Сяо Ло лишь безнадёжно улыбнулась. Затем принюхалась и спросила:
— Что это такое вкусное парится в кастрюле?
— Фаршированная спаржа.
Сяо Ло припомнила, как раньше ела это блюдо:
— Неужели сначала бланшируют длинную спаржу, потом плетут из неё кольца и начиняют фаршем с грибами, а потом готовят на пару?
Линь Мин одобрительно кивнул, а потом добавил с улыбкой:
— Мои кулинарные навыки не идут ни в какое сравнение с твоими. Попробуй, когда будет готово, и скажи, что можно улучшить.
Сяо Ло осталась и попробовала одну штуку. После этого она так расхвалила Линь Мина, что тот расплылся в улыбке и даже пообещал ей огромный красный конверт.
Из-за этой задержки Сяо Ло приехала в особняк Лян Яня почти на полчаса позже обычного.
Лян Янь всё это время сидел у панорамного окна в гостиной, нетерпеливо поглаживая телефон и глядя на дорогу. Как только машина Сяо Ло появилась во дворе, он быстро покатил на инвалидном кресле обратно к дивану и, несмотря на явное сопротивление рыжего котёнка — от хвоста до души — решительно прижал его к себе, изображая безразличие и делая вид, будто совершенно не знает того человека, который только что с таким нетерпением ждал Сяо Ло у окна.
Если бы у котёнка над головой бежала строка с комментариями, сейчас там точно мелькало бы: «ДА ТЫ ЧТО, ИДИОТ?!»
* * *
Жители Сунчэна отмечают Новый год так: в обед едят что-нибудь простое, чтобы к четырём-пяти часам вечера собраться за богато накрытым праздничным столом. А после просмотра новогоднего концерта вся семья снова собирается за ужином — и только тогда праздник считается завершённым.
Сяо Ло и Лян Янь, хоть и не были уроженцами Сунчэна, всё равно следовали местным традициям.
На обед Сяо Ло просто сварила восьмикомпонентный рис и запекла рыбу вуцханского сорта. На ужин же она приготовила обещанные Лян Яню блюда: домашнюю курицу с каштанами, тушёные креветки в масле и свинину с овощами «мэйцай ку жоу». Кроме того, она сделала ещё несколько холодных закусок и овощных блюд, так что стол ломился от изобилия.
Пока Сяо Ло ходила на кухню за тарелками и палочками, Лян Янь успел сфотографировать праздничный стол и выложить снимок в вэйбо. В ответ он получил целый поток комментариев от тех, кто знал правду:
Цветочница: Знал, что сегодня у тебя обязательно будет курица на столе. И точно — вот она!
Ду Юй: Такие кулинарные таланты… Лян-гэ, тебе чертовски повезло.
Су Сяоми: Стройная, высокая, с божественным вкусом маленькая богиня кухни VS красавец-работодатель с холодной внешностью и запретной харизмой — история, которую обязательно нужно прочитать! Подробности — в моём вэйбо.
Мама Лян Яня: Вижу, как ты в южном доме с кондиционером наслаждаешься вкусностями, а я, в северной квартире с батареями, наконец-то пролила слёзы облегчения.
……
Лян Янь дернул уголком рта, пролистал мимо этой ненадёжной компании и продолжил прокручивать ленту, пока не убедился, что внизу целая толпа фанатов с воплями просит «дать отведать». Только тогда он с гордостью закрыл приложение.
Когда Сяо Ло вернулась и села за стол, Лян Янь вдруг предложил:
— Не выпить ли нам немного вина?
Сяо Ло на секунду задумалась и уже собиралась сказать: «Я могу выпить чуть-чуть с тобой», — как вдруг Лян Янь сам продолжил:
— Ладно, забудь. Не будем.
Хотя в праздник немного вина и создаёт атмосферу, но сейчас он ведь на инвалидном кресле. А вдруг Сяо Ло напьётся? Тогда ему придётся везти её на кресле до кровати… Только представив эту картину, Лян Янь понял, что это «слишком прекрасно», и решил, что с алкоголем лучше подождать, пока нога полностью не заживёт.
Так они и сидели за столом, не притронувшись к спиртному, спокойно и уютно завершая ужин.
За это время они уже так привыкли есть вместе, что даже в полной тишине не чувствовали неловкости. После еды Сяо Ло убрала остатки: что-то выбросила, что-то убрала в холодильник, вымыла посуду и, сняв перчатки, тщательно вымыла руки. Затем она устроилась на диване в гостиной и наблюдала, как Лян Янь чистит фрукты.
По телевизору шёл новогодний концерт. Они время от времени поглядывали на экран, а когда Лян Янь узнавал кого-то из выступающих, рассказывал Сяо Ло какие-нибудь закулисьные истории. Его комментарии были точными, язвительными и убийственно смешными. Даже Сяо Ло, которая обычно не следила за шоу-бизнесом, слушала с интересом и подумала: «Интересно, как бы вела себя Су Сяоми, услышав всё это?»
Только она подумала о Су Сяоми, как та тут же позвонила — пришло видеообращение. Сяо Ло взяла телефон и на секунду задумалась, не уйти ли в гостевую комнату, чтобы ответить. Но Лян Янь тут же сказал:
— Кто там? Отвечай прямо здесь!
В праздник Сяо Ло предположила, что Су Сяоми просто хочет поздравить с Новым годом, да и разговора, требующего уединения, не предвиделось. Поэтому она нажала кнопку приёма вызова прямо при Лян Яне.
Едва связь установилась, как из динамика раздался вопль Су Сяоми:
— Сяо Сяоло! Ты посмотрела тот жёлтый комикс, что я тебе прислала? Контент просто огонь! Слушай, я тебе скажу…
Сяо Ло даже не дала ей договорить — мгновенно отключила звонок. Потом, чувствуя себя виноватой и растерянной, посмотрела на Лян Яня:
— Это… она просто шутит… Ты же знаешь, Су Сяоми всегда такая ненадёжная…
Лян Янь смотрел на неё с выражением «я тебя недооценивал»:
— Жёлтый комикс? Контент «просто огонь»?
Сяо Ло: «……» Господи, лучше бы меня сейчас молнией убило!
Но Лян Янь, похоже, не собирался её отпускать:
— Раз уж всё равно скучно, почему бы не поделиться? Честно говоря, я за всю жизнь не читал таких комиксов, особенно тех, где «контент просто огонь».
Сяо Ло: «……»
* * *
Когда наступает ужасная неловкость, какую тему выбрать, чтобы разрядить обстановку?
Сяо Ло выбрала самый простой способ — ткнула пальцем в телевизор:
— Давай смотреть концерт! Следующий исполнитель — мой любимый!
К счастью, Лян Янь не хотел её слишком мучить. Увидев, что она придумала такой откровенный предлог, как «смотрите, летающая тарелка!», он послушно замолчал и перевёл взгляд на экран.
И тут на экране появилась Ся Цяньжань, обнявшись с главным актёром своего нового сериала.
Сяо Ло: «……» Вот уж действительно — судьба шутит!
Лян Янь скривился:
— Ты её любишь?
Сяо Ло тут же запустила тройное отрицание:
— Кто её любит?.. Конечно, нет!.. Как я вообще могу её любить?..
Лян Янь:
— Значит, твой «любимый» — это он?
Сяо Ло: «……»
Она бы и рада была согласиться, но боялась, что Лян Янь тут же спросит: «А как его зовут? Какие у него главные роли?» Тогда ей точно пришлось бы закопать себя в вырытую яму.
Поэтому она молча отвернулась, давая понять, что отвечать не будет.
Лян Янь больше не стал её дразнить, лишь тихо хмыкнул и неожиданно сказал:
— Я её тоже не люблю.
Сяо Ло сначала не поняла, о ком речь, но потом сообразила — он про Ся Цяньжань. Ещё на Рождество она заметила, что Лян Янь её недолюбливает. Сказать «не любит» — это ещё мягко; по его отношению было ясно, что он её терпеть не может. Хотя Ся Цяньжань и красива, и знаменита, и для многих фанатов — чистая, нежная богиня. Но разве этого достаточно, чтобы вызывать такую неприязнь? Сяо Ло не удержалась и спросила:
— Почему ты её не любишь?
Лян Янь бросил на неё взгляд и промолчал. Как он может сказать, что однажды, когда они снимали сцену вместе, а Ся Цяньжань жила в номере рядом, он вернулся в отель поздно ночью и, открыв дверь, увидел её в соблазнительной пижаме, лежащей на его кровати…
К счастью, Сяо Ло спросила просто так, из любопытства. Увидев, что Лян Янь не хочет отвечать, она благоразумно сменила тему.
Когда концерт дошёл до середины, обоим стало скучно. Лян Янь заметил, что Сяо Ло явно хочет спать, и лёгонько толкнул её локтем:
— Хочешь запустить фейерверк?
Глаза Сяо Ло тут же загорелись:
— Хочу!
Под его указаниями Сяо Ло спустилась в кладовку на первом этаже и принесла несколько коробок с фейерверками.
Тут она по-настоящему оценила прелесть жизни в таком уединённом месте: здесь так тихо и далеко от людей, что можно не просто запускать фейерверки, а даже случайно поджечь дом — и никто не заметит.
Лян Янь, прижимая к себе рыжего котёнка, сидел на ступеньках у входа в особняк и с интересом наблюдал, как Сяо Ло, зажав в руке зажигалку, присела во дворе, чтобы поджечь фитиль.
Эта девушка, которая без дрожи в руках могла зарезать курицу, боялась запускать фейерверки. Едва поднеся огонь к фитилю, она, зажмурившись, прыгнула и побежала обратно к Лян Яню. В этот момент над их головами с громким «бах-бах-бах» расцвели огненные цветы. Сяо Ло смеялась, и её улыбка в свете фейерверков была настолько прекрасна, что Лян Янь на мгновение потерял дар речи.
Когда шум и блеск закончились, а во дворе остались лишь обугленные остатки, Лян Янь чётко услышал свой собственный стук сердца — такой же ритмичный и громкий, как взрывы фейерверков в небе.
Бум-бум-бум, бум-бум-бум, бум-бум-бум…
* * *
Той ночью, лёжа в постели, Лян Янь вдруг не мог уснуть. Он чувствовал, что попал впросак — и попал основательно, причём совершенно неожиданно.
Ему срочно нужно было кому-то об этом рассказать. Он долго листал список контактов и в итоге решил позвонить Ду Юю — только у него телефон ночью всегда включён.
После трёх-четырёх звонков Ду Юй наконец ответил, весь в раздражении:
— …Пап, ты точно мой родной отец. Ты вообще знаешь, который сейчас час по пекинскому времени?
Лян Янь совершенно не чувствовал вины. Он отнёс телефон подальше, посмотрел на экран и спокойно сказал:
— Сейчас три часа двадцать пять минут по пекинскому времени. Папа звонит, чтобы заранее поздравить тебя с Новым годом и напомнить: пора вставать и сходить в туалет. Мужчинам вредно долго терпеть — почки пострадают.
Ду Юй: «…… Ты только попробуй! Я в первый же день Нового года прилечу и повешусь у твоего особняка!»
Лян Янь: «……»
Ду Юй выплеснул злость и наконец пришёл в себя:
— Ладно, говори, зачем звонишь?
Лян Янь на мгновение замялся, а потом робко спросил:
— Эй, а как ты добился своей девушки?
Ду Юй тут же начал хвастаться:
— Я её добивался? Да она сама за мной бегала! Ты не представляешь, как она меня преследовала — на весь университет слава пошла! Даже мои соседи по комнате не выдержали…
Лян Янь сделал вид, что собирается положить трубку:
— Ладно, видимо, у тебя я ничего путного не вытяну. Пожалуй, лучше позвоню прямо твоей девушке…
http://bllate.org/book/5450/536319
Готово:
