Сюй Шу тихо хмыкнула:
— Откуда же нет?
Разве тот, кто стоит у тебя за спиной, не подходит?
Она сдержалась и не произнесла этого вслух, взяла Цзян Жуань за руку, переступила порог дома Шэн и обернулась:
— А Цзиню не стоит провожать нас. Возвращайся скорее.
Шэн Цзинь слегка кивнул, но не сдвинулся с места и молча проводил их взглядом.
Сюй Шу вошла в дом Цзян и оглянулась — Шэн Цзинь по-прежнему стоял на том же месте. Их глаза встретились, он кивнул и лишь тогда развернулся и ушёл.
«Какой замечательный мальчик этот Цзинь, — подумала Сюй Шу с лёгкой грустью. — Всегда внимателен и заботлив. Хорошо бы он действительно стал моим зятем».
— Мама, хватит смотреть! Пойдём скорее, — Цзян Жуань уже начинала нервничать. — Папа ведь ещё болен!
«А когда же, наконец, эта девочка поймёт?» — с лёгкой тревогой подумала Сюй Шу.
Они пришли в главный двор. Цзян Жуань на цыпочках вошла внутрь и, увидев отца, сидящего на постели с книгой в руках, тут же бросилась к нему:
— Папа, что с тобой? Где болит?
Цзян Нинси покачал головой и вздохнул:
— Душевная болезнь.
Сюй Шу не удержалась и рассмеялась — всё это было притворством.
Цзян Жуань прищурилась и сразу всё поняла. Она фыркнула:
— А, значит, болезни и вовсе нет. Тогда я пойду.
И сделала вид, что собирается уходить.
— Эй-эй-эй, вернись! — Цзян Нинси нарочито рассердился. — С каждым днём всё менее заботливая!
— Кто сказал? — Цзян Жуань подошла ближе и начала массировать ему ноги и плечи, сладко улыбаясь. — Разве найдётся дочь заботливее меня?
Цзян Нинси продолжал читать, сохраняя суровое выражение лица:
— Заботливая дочь не подарила бы отцу на день рождения всего лишь несколько книг.
Он до сих пор злился, вспоминая ту ширму, которую она вышивала целый месяц для Шэн Цзиня! Такого внимания он, родной отец, никогда не удостаивался!
Цзян Жуань моргнула. Так вот в чём дело! Она тут же воскликнула:
— Папа, ты неправильно понял! Я тоже вышила тебе ширму.
— Правда?
— Конечно, правда! — заверила она с полной уверенностью. — Подарю в следующий твой день рождения!
Но до его дня рождения ещё целый год!
Поняв, что его обманули, Цзян Нинси резко повернулся на другой бок, отвернулся от дочери и больше не хотел с ней разговаривать.
Сюй Шу уже давно смеялась до слёз, наблюдая за этой парочкой. Она мягко сказала:
— Жуань, ты устала. Иди отдохни. Не обращай внимания на отца — с годами он всё больше похож на ребёнка.
Как только мать дала разрешение, Цзян Жуань мгновенно исчезла.
Когда дочь ушла, Сюй Шу села на край постели и стала утешать мужа:
— С чего ты взял обижаться на Жуань? Если бы она сейчас начала вышивать ещё одну ширму, глаза бы совсем испортила. Разве тебе не жаль?
Конечно, жаль. Цзян Нинси вздохнул, и в груди защемило:
— Просто мне кажется, что она слишком хорошо относится к этому мальчишке. Я, родной отец, такого внимания не получаю.
Он даже имени не называл от злости. Сюй Шу прикусила губу, сдерживая улыбку:
— Но Цзинь этого заслуживает. Подумай сам: сколько раз он помог нашей семье! Если бы не он привёл императорского лекаря, нам с А Чу, возможно, уже...
Она не договорила — муж приложил палец к её губам.
— Шу, не говори таких вещей. Мы все здоровы и вместе, — Цзян Нинси обнял любимую жену и вздохнул. — Ты права. Я был мелочен.
Сюй Шу тихо проговорила:
— Цзинь такой одинокий. Его родители далеко, а дедушка, старый генерал Шэн, человек суровый и холодный. У него даже поговорить не с кем. Среди всех детей поблизости он любит только Жуань. Пусть Жуань будет с ним, заботится о нём — мне кажется, это хоть немного компенсирует то, что мы должны семье Шэн. Ведь по сравнению с их заслугами, наша помощь — ничто.
Цзян Нинси похлопал её по плечу:
— Я понимаю.
Увидев, что муж по-другому взглянул на Шэн Цзиня, Сюй Шу не смогла скрыть радостной улыбки и спросила:
— А как насчёт того, чтобы выдать Жуань замуж за Цзиня?
Не дожидаясь ответа, она затараторила, будто высыпала всё из мешка:
— Посмотри: наши семьи подходят друг другу, они росли вместе с детства, и Цзинь так заботится о Жуань — об этом даже говорить не нужно! Иногда мне, матери, даже завидно становится. У Цзиня нет братьев и сестёр, так что в будущем не будет ссор между невестками, да и навещать родителей будет удобно. Разве не идеально?
Она с таким пылом всё это изложила, что Цзян Нинси почувствовал себя так, будто его окатили ледяной водой. Скрежеща зубами, он выдавил два слова:
— Не идеально!
— Почему? — Сюй Шу косо на него взглянула. — Неужели у тебя есть кто-то получше? Говори, послушаю.
Цзян Нинси холодно усмехнулся. «Подходящих женихов хоть отбавляй!» — подумал он и начал перебирать в уме сыновей знатных фамилий. Но вскоре замолчал.
Даже не считая прочего, требование «без братьев и сестёр» сразу отсеивало большинство кандидатов.
— Не придумал? — Сюй Шу почувствовала лёгкое торжество. Её выбор был непобедим!
Цзян Нинси прокашлялся и упрямо заявил:
— Не то чтобы не придумал... Просто никто не достоин нашей Жуань. И Цзинь — тоже!
— О? — Сюй Шу приподняла бровь. — Тогда скажи, что в нём не так?
— Ну... — Цзян Нинси долго думал и наконец произнёс: — Он старше Жуань на три года. Это плохо.
— В чём именно?
Он не задумываясь ответил:
— Разница в три года — у них не будет общих тем для разговора. Да и Жуань будет считать его стариком.
Сюй Шу помолчала, потом тихо сказала:
— Кажется, ты тоже старше меня на три года.
Цзян Нинси мгновенно покрылся холодным потом. Как он мог забыть об этом, увлёкшись критикой Цзиня!
Он похлопал жену по плечу и ласково заговорил:
— Любимая, уже поздно. Пора спать. Обсудим завтра.
Сюй Шу резко отвернулась и надулась:
— Я не стану спать со стариком.
Цзян Нинси пришлось сдаться:
— Но у стариков есть свои преимущества. Забирайся в постель, любимая, и я расскажу тебе, в чём они...
*
Закончив с подарком на день рождения, Цзян Жуань наконец перевела дух. Каждый день после академии она падала в постель и спала мёртвым сном. Так прошло несколько дней, и силы наконец вернулись.
В этот день, вернувшись из академии, она ещё не успела поздороваться с Шэн Цзинем, который ждал её у ворот дома Шэн, как управляющий подал ей приглашение.
— Госпожа, снова приглашение от наследной княжны Хуанин.
Цзян Жуань взяла красное приглашение с золотым тиснением и раскрыла его. Да, её снова звали в резиденцию князя Цзинъаня.
Это уже не первый раз. За последний месяц Сяо Цяньтан присылала ей два письма, но она была занята вышиванием ширмы и вынуждена была вежливо отказаться.
Теперь повторный отказ будет считаться невежливым. К счастью, ширма уже готова, и она может принять приглашение.
Шэн Цзинь подошёл ближе, бегло взглянул на приглашение и спросил:
— Ты пойдёшь?
— Конечно, — Цзян Жуань спрятала приглашение. — Сейчас же напишу ответ Цяньтань-цзецзе. Завтра отправлюсь туда.
Шэн Цзинь немного подумал и решительно сказал:
— Я тоже пойду.
Цзян Жуань удивлённо моргнула. С каких это пор Цзинь-гэ любит ходить на званые обеды? Разве он не избегает шумных сборищ?
Шэн Цзинь не стал объяснять, а просто сказал:
— Если ты не согласна, тогда я не пойду.
— Конечно, согласна! — Цзян Жуань радостно улыбнулась. — С Цзинь-гэ вдвоём — лучше не бывает!
Хотя он и здоров, но постоянно сидеть дома — вредно. К тому же он каждый день тренируется, нужно и отдыхать.
На следующий день в полдень они вместе отправились в резиденцию князя Цзинъаня.
В карете Цзян Жуань с любопытством спросила:
— Цзинь-гэ, почему княжна теперь живёт в резиденции князя Цзинъаня?
С тех пор как Сяо Цяньтан вернулась во дворец на Новый год, она больше не уезжала. Хотя императрица-мать часто зовёт её во дворец — раз в несколько дней — и княжна проводит там целые сутки, возвращаясь лишь после закрытия ворот.
Шэн Цзинь предположил:
— Возможно, князь Цзинъань попросил об этом. Или, может быть, пришло время выбирать жениха.
«Цзинь-гэ тоже не знает точной причины», — подумала Цзян Жуань, откусывая розовый пирожок с начинкой. «Если я спрошу об этом сразу после знакомства, не будет ли это слишком бестактно?»
Но княжне всего двенадцать! Неужели уже пора выбирать жениха?
Она посмотрела на Шэн Цзиня и с любопытством спросила:
— Цзинь-гэ, тебе уже четырнадцать. В следующем году, наверное, начнёшь подыскивать невесту. Есть у тебя кто-то на примете?
Шэн Цзинь взглянул на неё и промолчал.
Обычно, если он не хотел отвечать, она не настаивала. Но сегодня ей очень хотелось докопаться до истины. Какая девушка может понравиться Цзинь-гэ? Ей было по-настоящему интересно.
Шэн Цзинь, не выдержав её настойчивости, наконец сказал:
— Жуань, я ещё не думал о браке.
— Как это «не думал»? — Цзян Жуань широко раскрыла глаза. — Неужели ты готов жениться на незнакомке по воле родителей и свах?
— Нет, — он слегка покачал головой. — Ты же знаешь, что скоро начнётся большая война. Сейчас не время брать жену.
Она задумалась. Действительно, его будущей жене пришлось бы томиться в одиночестве. Это имело смысл, и она замолчала, погрузившись в размышления.
Шэн Цзинь облегчённо вздохнул, увидев, что она больше не спрашивает.
Но прошло совсем немного времени, и она вдруг оживилась:
— Цзинь-гэ, а почему бы тебе не стать женихом Цяньтань-цзецзе? Тогда я смогу чаще навещать её. Всем хорошо!
Она была бы рада, если бы жена Цзинь-гэ стала её подругой Цяньтань!
Шэн Цзинь нахмурился и инстинктивно отказался.
— Почему? — Цзян Жуань расстроилась. — Мне кажется, Цяньтань — замечательная девушка.
Шэн Цзинь не хотел продолжать эту тему:
— Мы приехали. Выходи.
Карета как раз остановилась у ворот резиденции князя Цзинъаня. Цзян Жуань вышла, отмахнувшись от его помощи, и сердито зашагала вглубь двора.
Шэн Цзинь убрал протянутую руку и тихо вздохнул про себя: «Характерец у неё!»
Цзян Жуань передала приглашение стражнику. Тот внимательно проверил его и передал служанке, которая, улыбаясь, сказала:
— Госпожа Цзян, прошу сюда. Княжна давно вас ждёт. А это кто?
Она взглянула на Шэн Цзиня, и в её глазах мелькнуло восхищение. Неужели это тот самый молодой господин, на которого положила глаз княжна?
Цзян Жуань кратко представила его. Служанка кивнула с достоинством, подумав про себя: «Да, это точно он», — и повела гостей в сад.
В отличие от ожидаемой роскошной и помпезной обстановки, резиденция князя Цзинъаня напоминала южные водные усадьбы: повсюду изящные мостики и ручьи, создающие поэтическую и живописную атмосферу, в которой не хотелось уходить.
Говорят, князь Цзинъань — учёный и романтик. Об этом можно было судить уже по оформлению его резиденции.
Пройдя недалеко, служанка предложила сесть в носилки.
Резиденция была огромной, и хозяева обычно передвигались в носилках. Гостям, разумеется, предоставляли такую же услугу. Они сели, и носилки покачивались так долго, что Цзян Жуань уже почти уснула на плече Шэн Цзиня, когда, наконец, добрались до сада.
Она уже собиралась похлопать себя по щекам, чтобы проснуться, как вдруг раздался звонкий голос:
— Жуань! Ты наконец-то пришла!
Сяо Цяньтан отдернула занавеску носилок, посмотрела на Цзян Жуань, а затем перевела взгляд на Шэн Цзиня. Хотя она и была готова к встрече, но, увидев его вблизи, снова покраснела, как в первый раз.
К счастью, внутри носилок всё было красного цвета, и никто ничего не заметил. Она мысленно отругала себя: «Нельзя мечтать о мужчине лучшей подруги!»
Трижды повторив про себя: «Мужчина и подруга несовместимы — выбираю подругу!», она успокоилась и вышла из носилок, игриво фыркнув:
— Как ты посмела дважды отказывать мне? Назови меня три раза «Цяньтань-цзецзе», и я тебя прощу.
Цзян Жуань тут же сладко позвала её четыре-пять раз подряд.
Сяо Цяньтан почувствовала, как по телу разлилось тепло, обняла подругу за плечи и сказала:
— Ладно, прощаю! Иди скорее сюда — посмотри на цветы с двойными бутонами. Если ты ещё не придёшь, они завянут.
Две девушки быстро ушли вперёд. Шэн Цзинь неспешно следовал за ними. «Видимо, я зря волновался, — подумал он. — Княжна дружит с Жуань не ради того, чтобы приблизиться ко мне».
Он уже собирался найти павильон и отдохнуть с закрытыми глазами, как вдруг услышал зов Цзян Жуань:
— Цзинь-гэ, иди сюда скорее!
Шэн Цзинь нахмурился и быстро подошёл, но увидел, что она стоит среди моря цветов и восхищённо ахает. Он сразу же расслабился — он подумал, что случилось что-то серьёзное.
— Почему здесь одни цветы с двойными бутонами? — Цзян Жуань смотрела, раскрыв рот от удивления. — Садовник в резиденции князя Цзинъаня настоящий волшебник!
Она сосчитала — около двадцати таких цветов, и все они пышно цвели.
— Это не заслуга садовника, а заслуга моего отца, — сказала Сяо Цяньтан. — Он сам за ними ухаживает. Никто не смеет к ним прикасаться.
Цзян Жуань тут же убрала протянутую руку.
Сяо Цяньтан расхохоталась, сорвала один цветок и, наклонившись к подруге, прошептала:
— Не бойся. Его сейчас нет в резиденции. Трогай сколько хочешь.
http://bllate.org/book/5407/532975
Готово:
