Небо было хмурым, будто собирался дождь.
Но это ничуть не повлияло на привычку Сяо Чичао — каждый день, неизменно в 6:58, он переступал школьный порог.
Чу Тяньтянь смотрела ему вслед, но её взгляд невольно скользнул к другому юноше, идущему совсем рядом. Она чуть приоткрыла губы, и в глазах её мелькнуло недоумение.
С самого начала учебного года в одиннадцатом классе ходили упорные слухи: Сяо Чичао и Кан Цзюньхао не ладят между собой.
После торжественной линейки Кан Цзюньхао почувствовал, что Сяо Чичао его затмил, и это сильно его раздражало.
Кан Цзюньхао был «коренным» учеником первого класса и, благодаря отличным оценкам, всегда пользовался особым расположением учителей. Однако с тех пор как Сяо Чичао перевели в их класс, Кан Цзюньхао явно утратил прежнее почётное положение — и это его злило ещё сильнее.
Постепенно он начал искать поводы придираться к Сяо Чичао.
До этого момента доходили слухи, которые слышала Чу Тяньтянь.
Но только что она своими глазами увидела, как Кан Цзюньхао сам первым поздоровался с Сяо Чичао!
Когда Чу Тяньтянь вошла в класс, до начала утреннего чтения ещё оставалось немного времени.
В помещении было не так много народу. Несколько самых активных учеников лениво перекусывали завтрак и болтали в кучке.
— Слышали? Слышали? Вчера на вечернем занятии в первом классе разразился главный скандал года!
— Конечно, слышала. Кан Цзюньхао в очередной раз начал провоцировать Сяо Чичао, а тот, кто обычно игнорировал все его выходки, вчера вдруг резко ответил и «разнёс» его!
— Твой рассказ слишком сухой — совсем не передаёт всю крутость нашего божественного красавца-отличника.
— Да ладно тебе! Тогда рассказывай сам!
Чу Тяньтянь не была любительницей сплетен.
Сначала она просто машинально жевала шоколадный батончик, погружённая в свои мысли.
Но как только прозвучало имя «Сяо Чичао», она замерла, незаметно поправила позу и стала внимательно прислушиваться к разговору одноклассников.
— Коротко напомню предысторию. Раньше Кан Цзюньхао был безусловным авторитетом в первом классе: ко всем, кто не понимал задачу, обращались именно к нему. Но с тех пор как появился Сяо Чичао, таких стало гораздо меньше.
— А теперь главное! Вчера на перемене после вечернего занятия один парень спросил у Кан Цзюньхао решение задачи. Тот не смог её решить и объяснил, что для этого нужны знания, которые они ещё не проходили, — мол, задача выходит за рамки программы, и пока её можно не делать. Но этот парень, упрямый как осёл, сразу же пошёл к Сяо Чичао. И наш красавец-отличник решил её! После этого Кан Цзюньхао разозлился и начал язвить.
— Такое случалось и раньше, но Сяо Чичао обычно не обращал на это внимания. Однако вчера он вдруг встал, сверху вниз посмотрел на Кан Цзюньхао и сказал: «Выбирай: скорость решения задач, оценки, кубик Рубика, судоку… даже баскетбол — что угодно. Если выиграешь, можешь дальше язвить сколько влезет. Проиграешь — извиняешься за всё, что наговорил раньше».
Одна из девочек в восторге закатила глаза:
— А-а-а, какой же он крутой! Настоящий бог!
Баскетбол?
Все остальные пункты логично вписывались в образ отличника, но почему вдруг именно баскетбол?
Чу Тяньтянь доела последний кусочек батончика и выбросила обёртку в мусорное ведро. Ей невольно вспомнилась вчерашняя картина: как она смотрела на баскетбольную площадку.
Она никогда не видела, как Сяо Чичао играет в баскетбол. Более того, она даже не знала, умеет ли он вообще играть.
Но раз он так сказал, наверное, умеет.
Вернувшись на своё место, Чу Тяньтянь задумчиво представила, как Сяо Чичао играет в баскетбол.
Он высокий и стройный — на площадке он наверняка выделяется.
Но у него такой спокойный и сдержанный характер, что он точно не стал бы делать ничего подобного тому, что вчера устроил тот старшеклассник.
Хотя… возможно, как и все остальные игроки, он тоже иногда вытирает пот уголком футболки и невольно обнажает полоску пресса…
— Ну и что дальше? Не останавливайся на самом интересном!
— В итоге они решили мериться скоростью решения задач: за время одного урока — кто решит больше физики.
— И кто победил?
— Результат очевиден! За урок Сяо Чичао решил на четверть больше задач, чем Кан Цзюньхао. Хотя, если подумать, разница не так уж велика… Но! Все задачи Сяо Чичао были решены абсолютно верно, а у Кан Цзюньхао правильных даже семидесяти процентов не набралось!
— Боже, ужас какой-то.
— А дальше — ещё страшнее! По словам его соседа по парте, Сяо Чичао потратил на решение задач всего полурока. Вторую половину он спокойно занимался английским чтением. Он сказал, что не хочет тратить драгоценное домашнее время на такую ерунду, как домашка.
— Вот это да. Настоящий монстр. Успевает делать всё в школе, а у нас даже с переработками не хватает времени на эти безумные задания учителей…
— А Кан Цзюньхао извинился?
— Да, причём очень искренне. Сказал, что глубоко осознал свою несостоятельность и больше никогда не будет язвить. Обещал во всём брать пример с Сяо.
— Почему-то мне всё равно кажется, что он снова начал язвить.
— Наверное, ты просто не была на месте. По словам одноклассников из первого, у него было такое искреннее выражение лица, что он точно не станет снова искать поводы.
— Похоже, он просто понял, насколько огромна пропасть между ними, и сдался.
— Да уж, этот Кан Цзюньхао — совсем без чести.
— Ну, не скажи. Я считаю, он даже симпатичный: настоящий мужчина — умеет признавать поражение…
— Чу Тяньтянь.
— Чу Тяньтянь?
Чу Тяньтянь так увлеклась разговором, что её будто перенесло в тот самый момент вчера вечером. Она даже не заметила, как к ней подошла дежурная по английскому.
Чу Тяньтянь повернулась:
— А?
— Ты сделала домашку по английскому? Если да, сдай сейчас, а то после утреннего чтения может не успеться.
— А, хорошо.
Чу Тяньтянь вытащила тетрадь из портфеля и передала дежурной.
.
В обеденный перерыв Чжун Шицзинь захотела сходить поесть рисовой лапши у входа в школу. У Чу Тяньтянь не было особых предпочтений, и она согласилась пойти вместе.
Усевшись за столик, Чжун Шицзинь без колебаний заказала бульон с двойной концентрацией томатов.
Чу Тяньтянь уже собралась попросить острую версию, но в голове вдруг всплыл вчерашний образ: капли острого масла, капающие на руку Сяо Чичао.
Она без энтузиазма произнесла:
— Мне тоже томатный, обычный.
В этом заведении готовили быстро — уже через пять минут перед ними стояли два горшочка с лапшой.
Чу Тяньтянь медленно ела, наслаждаясь насыщенным кисло-сладким вкусом томатного бульона.
Вдруг у входа раздался шумный мужской гомон, кто-то громко кричал что-то вроде «победитель угощает!».
Чу Тяньтянь не придала этому значения — решила, что это просто парни после игры или тренировки. Но когда дверь распахнулась, она остолбенела.
Сяо Чичао… Как он здесь оказался?
Ведь он же никогда не ест рисовую лапшу!
Чу Тяньтянь так удивилась, что чуть не прикусила язык.
На её мягком, спокойном лице отразилось полное недоумение, а в чёрных, как смоль, глазах застыл вопрос.
Сяо Чичао беззаботно устроился за столиком, вытянул длинные ноги, расслабленно скользил пальцами по экрану телефона. Его красивые, с чёткими суставами пальцы двигались медленно и размеренно.
Даже в расслабленном состоянии он излучал холодную отстранённость.
Чу Тяньтянь опустила голову и принялась усердно есть лапшу, крепко сжимая вилку и ложку, будто пытаясь спрятаться в горшочке.
Одновременно она тихо подгоняла Чжун Шицзинь, чтобы та побыстрее закончила.
Сейчас Чу Тяньтянь молила лишь об одном: чтобы Сяо Чичао её не заметил.
Она очень хотела бы находиться рядом с ним.
Но боялась, что в его глазах она превратится в одну из тех надоедливых поклонниц.
Чу Тяньтянь надеялась: пусть в сердце Сяо Чичао она останется просто прохожей, мимолётной встречной — лишь бы не раздражала его.
— Тяньтянь, — позвала Чжун Шицзинь, указывая на пустую бутылочку с кунжутным маслом, — не могла бы ты принести ещё одну?
Чу Тяньтянь на секунду замерла:
— А ты сама не можешь сходить?
Чжун Шицзинь показала на их неудобные широкие стулья и узкий проход между столиками.
Отказаться было невозможно. Чу Тяньтянь вздохнула и встала, чтобы взять масло со столика у входа.
Проходя мимо Сяо Чичао, она специально краем глаза глянула на его стол.
Кунжутное масло — полное. Острое масло — полное. Все остальные приправы — тоже полные.
Отлично. Значит, он точно не появится там, где ему не место.
Чу Тяньтянь глубоко вдохнула и взяла бутылочку с маслом.
Она была плотно закрыта.
Прекрасно. Больше не повторится вчерашний инцидент.
Чу Тяньтянь немного расслабилась.
И в следующую секунду, развернувшись, она увидела: прямо перед ней, в полуметре, стоит Сяо Чичао.
Он спокойно ждал своей очереди у столика с приправами, будто ничего необычного не происходило.
Но Чу Тяньтянь не думала ни о чём подобном.
Она инстинктивно отпрянула назад, ударившись поясницей о край стола с приправами. Если бы не среагировала вовремя, всё содержимое стола полетело бы на пол.
Схватившись за поясницу, она невольно выпалила:
— Ты опять здесь?!
Только произнеся эти слова, Чу Тяньтянь осознала, что сказала.
Её тон прозвучал крайне раздражённо.
Она первой начала возмущаться.
Она… только что отчитала Сяо Чичао?!
Боже мой!
Что она наделала?!
Авторские комментарии:
Жизнь нелегка — вздыхает Тяньтянь.
Жизнь нелегка — вздыхает и Айлюй. (Ах, когда же, наконец, количество закладок перевалит за сотню? Считаю на пальцах…)
— Ребята, я вам скажу: я давно мечтал попробовать эту лапшу! Благодаря Чичао наконец-то получилось. Раньше каждый раз, когда подходил к заведению, видел внутри одних девушек и стеснялся заходить. А сегодня нас много — вот и осмелился! Вкусно же…
Парни оживлённо обсуждали еду, а Сяо Чичао молчал. Остальные просто решили, что он, как всегда, замкнут и холоден.
Ведь никто из них и не догадывался, что за этой ледяной маской скрывается лёгкое раздражение.
«Ты опять здесь?»
Эти слова, полные нетерпения и раздражения, снова и снова звучали в голове Сяо Чичао. Будто он, пользующийся популярностью у девушек, в глазах Чу Тяньтянь — самый противный и надоедливый тип на свете.
Когда он вошёл в заведение, Сяо Чичао сразу заметил её изумлённое лицо.
Рот приоткрыт, щёки слегка порозовели, в глазах — растерянность, брови чуть нахмурены.
Будто его появление здесь — нечто абсолютно невозможное.
— …Лично мне кажется, что лапша реально вкусная. Давайте отдадим решающий голос Чичао! Чичао? Чичао!
Группа отличников из первого класса спорила, как дети, о том, насколько хороша лапша.
Кан Цзюньхао помахал палочками, призывая Сяо Чичао разрешить спор.
Сяо Чичао бросил взгляд на свою тарелку с красным бульоном и без интереса бросил:
— Так себе.
За столом поднялся шум: кто-то смеялся, кто-то возмущался, кто-то радовался.
На самом деле, когда Сяо Чичао заходил в заведение, аромат еды показался ему многообещающим.
Но попробовав, он понял: вкус так себе.
.
В полдень солнце стояло высоко, нещадно обжигая землю. В конце лета, начале осени оно из последних сил пыталось сохранить жар.
Асфальт на школьной территории отражал слепящий белый свет. Смешанный запах платанов, самшита и неизвестных трав с газона создавал странный, почти зловещий аромат.
Чу Тяньтянь бросила взгляд на школьные клумбы: одни растения уже начали увядать, другие под палящим солнцем поникли.
Всё выглядело уныло и безжизненно — точь-в-точь как сама Чу Тяньтянь, чья голова была занята лишь одной мыслью: «Почему я вообще сказала это?!»
http://bllate.org/book/5280/523273
Готово:
