— Боюсь, — сказала Гу И, переодевшись в чистую одежду и сняв с волос жемчужные шпильки. — Тётушка, вы недавно присматривали мне жениха?
— Да что ты, девочка! Такие вещи говорить — не стыдно ли тебе? — проворчала наложница Сюэ, но тут же расплылась в улыбке. — Разве я не просила тебя подождать хороших новостей?
Неужели уже нашли подходящего?
— На кого именно вы положили глаз?
— Далеко ходить не надо — он прямо перед тобой!
У Гу И голова закружилась. Кого угодно, только не Лу Эня! У неё точно нет судьбы выходить замуж за главного героя, да и связываться с ним — себе дороже.
— Мы с твоим отцом оба довольны Лу Энем. Твой отец уже поговорил с семьёй Лу, и они тоже настроены положительно. Но Лу Энь скоро сдаёт экзамены, так что свадьбу пока отложили. Как только наступит весна, сразу объявят помолвку, — радостно сообщила наложница Сюэ. — Хотя формально ещё ничего не решено, обе семьи уже сошлись во мнении, поэтому я больше никому не поручаю искать тебе жениха.
Гу И простонала и рухнула лицом на стол.
— Ты же всегда жаловалась на эти сватовства. Почему теперь, когда их прекратили, тебе стало не по себе?
— Потому что я вообще не хочу выходить замуж!
— Тебе не нравится Лу Энь? Да он же прекрасен! Взгляни на Жэнь Цзяожоу — та каждый день готова бегать к его покоям. Почему ты не можешь полюбить его?
— То, что нравится ей, почему должно нравиться мне?
Наложница Сюэ прикрыла рот ладонью и засмеялась:
— Ну скажи тогда, какой муж тебе по душе?
В этот момент вошла незнакомая служанка, принесла два пиала охлаждённого кислого отвара и, опустившись на колени у низкого столика, аккуратно поставила их один за другим.
Гу И серьёзно ответила:
— Мне нужен тот, кто сильнее меня, кто сможет меня защитить и будет уважать. Кто будет любить только меня одну всю жизнь.
И ещё… — мечтательно продолжала она, — должен быть повыше! Я терпеть не могу низких мужчин.
Служанка дрогнула рукой, и пиал упал со столика, разлив кислый отвар по полу.
Наложница Сюэ отругала девушку и велела уйти, после чего позвала проверенную прислугу убрать беспорядок.
— Это новая служанка?
— Да, показалась мне миловидной и сладкоречивой, вот и взяла к себе. А оказалась неуклюжей.
Однако ни одна из них не придала значения разлитому напитку.
В час Шэнь Гу Чжэнлин вернулся домой. Первым делом он вызвал Гу И в цветочный зал для допроса.
Он уже знал, что дочь тайком выскользнула из дома, и сразу спросил, чем она занималась на улице.
— Дочь просто скучала и вышла прогуляться, выпить чаю и поболтать с госпожой Ян.
— Правда? — Гу Чжэнлин строго посмотрел на неё и приказал слугам: — Приведите Дафу.
Гу И опустила глаза на пол.
Дафу вошёл в зал и тут же упал на колени, рыдая:
— Господин! Я невиновен! Молодая госпожа настояла на том, чтобы выйти, я не смог её удержать. Пришлось последовать за ней — ведь нельзя же было позволить ей гулять одной с горничными! Как только мы вышли, я сразу послал человека в Военное ведомство, чтобы доложить вам, но вы уже вошли во дворец, и сообщение не дошло!
— Значит, ты всё-таки проявил заботу о своей госпоже?
— Не смею! Это мой долг, — поклонился Дафу.
Гу Чжэнлин усмехнулся. Сегодня он собирался во дворец — об этом знали все в доме. Дафу отправил гонца лишь для видимости.
— Хорошо. Теперь скажи, чем именно занималась молодая госпожа на улице? Подумай хорошенько, прежде чем отвечать. Одно неверное слово — и твоей голове несдобровать!
Дафу задрожал и начал кланяться, но перед тем, как заговорить, бросил взгляд на Гу И. Та одарила его уверенным кивком.
— Просто пили чай и беседовали с госпожой Ян.
Гу Чжэнлин в ярости указал на дочь:
— Ты заранее всё обговорила, чтобы я ничего не узнал! Ладно, не стану больше расспрашивать — ты и сама прекрасно знаешь, что натворила. Накажу тебя только за то, что тайком покинула дом. Отправляйся в семейный храм и три дня подряд стой на коленях. Ежедневно будешь получать лишь одну трапезу!
Гу И: «…» Три дня? После этого у неё ноги отвалятся!
— Господин! — вбежала наложница Сюэ, бросилась к нему и обхватила его ноги, умоляя: — Как можно наказывать девушку коленопреклонением в храме? Она так хрупка — если пропустит хоть один приём пищи, мне сердце разрывается! Вы хотите убить меня вместе с ней? Если уж карать её, то убейте сначала меня!
Гу Чжэнлин остался непреклонен. Тогда наложница Сюэ оттолкнула его и бросилась головой в столб. Все бросились её удерживать, и в зале воцарился хаос.
В самый разгар суматохи управляющий Чжан вбежал с криком:
— Беда, господин! В семейном храме пожар!
Все остолбенели.
Как может гореть храм, где покоятся предки? Гу Чжэнлин забыл о наказании дочери и тут же отправил людей тушить огонь.
Пламя бушевало так яростно, что потушить его не удалось. Менее чем за час священные таблички предков сгорели дотла.
К счастью, храм был окружён водой со всех сторон, и огонь не перекинулся на другие постройки.
Гу Чжэнлин уже и не вспоминал о побеге дочери. Он стоял на коленях перед руинами храма и всю ночь выкрикивал: «Недостойный потомок кланяется!»
На следующий день он слёг с болезнью и даже не смог явиться на утреннюю аудиенцию.
Во дворце наследного принца.
Два ночных стражника дремали у входа в главный зал. Лёгкий ветерок, несущий сладковатый аромат, заставил их погрузиться в ещё более глубокий сон.
— Ваше высочество.
Больной, казалось бы, до полусмерти наследный принц мгновенно сел на кровати и, откинув занавес, лениво оперся на изголовье:
— Говори.
— Цзиньский князь обнаружил у Ло Юя множество запрещённых предметов. Император приказал арестовать Ло Юя и поместить под домашний арест всю семью великой принцессы Фэнъян. Дело передано в Три суда для тщательного расследования по приказу самого императора.
— Тогда ему конец. Раз дело дошло до Цзиньского князя, уладить его потихоньку уже не получится. Невезучий парень — кого угодно мог встретить, а нарвался именно на того, кому нельзя!
Тень добавила:
— Это была не случайность. Кто-то специально направил Цзиньского князя туда.
— Кто же такой проницательный, что выбрал для Ло Юя самого опасного противника?
— Молодая госпожа Гу.
Принц замолчал, а затем вздохнул:
— Я заставил её волноваться.
План Гу И по моему возвращению во дворец прекрасен. Но он не может этого сделать.
Перед Гу И живым, настоящим человеком — это Лян Вэнь.
А он — всего лишь больной, нелюбимый отброс.
Лян Вэнь может победить Ло Юя. Наследный принц — нет.
Тень с трудом произнёс:
— Та добрая и кроткая госпожа Гу не только привлекла Цзиньского князя, но и приказала переломать Ло Юю все четыре конечности.
Наследный принц искренне восхитился:
— Она всё-таки слишком добра.
«…»
— Переломать кости — это больно лишь на миг. На её месте я бы медленно раздробил каждую косточку, оставив кожу целой, а потом залил бы расплавленным железом, чтобы осколки не прорвались наружу. После чего повесил бы его вниз головой на водяное колесо и крутил бы, крутил, позволяя осколкам блуждать внутри тела и пронзать внутренности. Звучит восхитительно, правда?
Тень опустил голову ещё ниже.
Принц вдруг вспомнил:
— Надеюсь, её никто не заподозрил?
— Господин Гу, кажется, что-то почуял, но госпожа Гу заранее подготовилась — улик не осталось. Однако за побег из дома её всё равно наказали коленопреклонением в храме.
Лицо наследного принца мгновенно потемнело.
Тень глубоко вдохнул и, собравшись с духом, продолжил:
— Чтобы спасти госпожу Гу, наши люди в Доме Гу подожгли храм.
«…» Принц изумился и резко сел прямо:
— Вы сожгли предков госпожи Гу?!
— Да… и сожгли дотла. Ни одной таблички не осталось. У нас не было времени придумать лучший способ избавить её от наказания.
Принц обеспокоенно спросил:
— А она сильно расстроилась?
— Напротив, госпожа Гу ест и спит как ни в чём не бывало — душа у неё лёгкая. А вот господин Гу тяжело заболел.
— Пусть болеет, лишь бы не трогал её, — с облегчением выдохнул принц и строго предупредил: — Это дело вы обязаны навсегда сохранить в тайне. Госпожа Гу никогда не должна узнать. Поняли? Это не имеет ко мне никакого отношения!
— Так точно.
Тень помедлил, затем, снова набравшись смелости, произнёс:
— Есть… ещё одна плохая новость.
— Говори! Что может быть хуже того, что вы сожгли всех её предков?
— …Есть. — Тени казалось, что его шея уже на волоске от отсечения. Он сделал ещё один глубокий вдох. — Красный Одиннадцатый доложил: госпожа Гу сказала, что ей нравятся совсем не такие мужчины, как… как вы.
Принц испугался:
— Она изменила свои чувства?
Решив, что уж раз смерть неизбежна, тень выпалил на одном дыхании:
— Похоже на то. Она сказала, что хочет высокого и могучего мужчину, обязательно выше её ростом.
Принц: «…»
Увидев, что тот долго молчит, тень бросился на колени:
— Ваше высочество, не гневайтесь! Берегите здоровье! Главное — остаться в живых, рост ещё подрастёт!
Наследный принц был глубоко опечален.
Но он не из тех, кто плачет втихомолку. Поэтому он перевёл взгляд на Ло Юя.
Гу Чжэнлин ещё не оправился от болезни, как получил известие: великая принцесса Фэнъян скончалась.
— Пока она жила, Ло Юй мог надеяться на спасение, и семья маркиза Чжэньнани могла сохранить хотя бы несколько жизней. Теперь, когда её нет, в доме маркиза, скорее всего, не останется ни одного живого.
Его заместитель Янь Дочэ с удовлетворением заметил:
— Этого Ло Юя я давно терпеть не мог. Говорят, каждый год он губит десятки благородных девушек. Маркиз и великая принцесса так его баловали, что он стал настоящим демоном. Даже осмелился использовать зелёную табличку!
Гу Чжэнлин холодно усмехнулся. Ло Юй, будучи юнцом, думал, что под защитой семьи может творить что угодно. Но не понимал: благоденствие или кровопролитие зависят лишь от воли императора.
— Ещё слышал, что после избиения наследного принца Ло Юй не понёс серьёзного наказания. С тех пор он стал ещё наглей. Раньше не смел выставлять зелёную табличку, но после того, как убедился, что император не станет его карать, повесил её прямо у ворот. Цзиньский князь лично слышал, как он называл себя «императором».
Гу Чжэнлин промолчал. Ло Юй дошёл до такого состояния, вероятно, благодаря и самому императору.
Император — истинный мастер. Когда весь род маркиза Чжэньнани вымрет, народ скажет лишь: «Наследного принца избили, но милосердный император простил их. А они в ответ решили свергнуть государя!»
— Дочэ, я хочу подать прошение об отставке и вернуться на родину.
Янь Дочэ покачал головой:
— Сейчас границы неспокойны. Как император отпустит вас?
Когда границы устаканятся, уходить будет ещё труднее.
— Кстати, сегодня на аудиенции советник Ян, узнав о вашей болезни, просил передать привет. Раньше я не слышал, чтобы вы были знакомы.
— Мы не общались. Он просто хотел свататься за мою дочь за своего сына. Не кажется ли тебе странным поведение Ян Цзюйи?
— За хорошую невесту многие сражаются — это нормально.
— Обычно, если дважды отказывают, все понимают, что девушка уже обручена, и больше не настаивают. Только семья Ян упрямо продолжает: сначала ко мне, потом даже тайно встречалась с Гу И, будто сын без неё жить не может. Следи за ними. Боюсь, за этим что-то скрывается.
— Понял.
Гу Чжэнлин снова и снова протирал свой боевой клинок, и лицо его становилось всё мрачнее. Он прошёл через сотни сражений, чтобы достичь нынешнего положения. Чем выше ранг, чем больше власти — тем больше интриг. Он лишь острый клинок, за который все борются. Даже свадьба дочери стала предметом чужих расчётов.
Когда заместитель ушёл, он спросил управляющего:
— Где сейчас девушка? Сидит ли спокойно в своих покоях?
— Госпожа Гу только что приходила в кабинет, хотела вас видеть. Узнав, что у вас гость, отправилась во внутренний двор к наложнице Сюэ. Она ещё не далеко ушла — позвать обратно?
Гу Чжэнлин покачал головой.
Гу И, получив отказ у дверей кабинета, на самом деле не пошла во внутренний двор. Она немного подождала во дворике, увидела, как ушёл заместитель, и поняла: отец не поможет ей даже если она попросит.
— Всё равно придётся полагаться только на себя.
— Госпожа, на что именно полагаться? — удивилась Сянцао.
— Хочу узнать, как выздоравливает маленький наследный принц, — сказала Гу И, направляясь к выходу. — Отец наверняка знает, но никогда не скажет мне.
— Вы собираетесь выйти и разузнать или попытаться увидеться с его высочеством?
— Увидеться? — Гу И рассмеялась. — Как я пройду через дворцовые ворота? Да и не врач же я — даже если увижусь с ним, толку-то?
http://bllate.org/book/5190/515012
Готово:
