Покачав головой и отогнав рассеянные мысли, Мо Юйяо решительно зашагала к своим покоям, крепко прижимая к себе Се Цзинчэня. Его состояние было крайне опасным: если не подавить странную отраву в его теле как можно скорее, он, скорее всего, не доживёт до утра.
Фубо бегом поспевал следом:
— Госпожа, позвольте мне понести его.
— Я сама справлюсь, он ведь не тяжёлый, — уклонилась Мо Юйяо от его руки и добавила: — Фубо, пожалуйста, свяжись с моими тремя братьями. Передай, что я вернулась и прошу их, когда будет возможность, заглянуть в дом Мо.
Затем, словно вспомнив что-то важное, она уточнила:
— И ещё — приготовь несколько комплектов мужской одежды, размером как у меня.
Сейчас Се Цзинчэнь сильно исхудал и не достиг полного роста, так что одежда её размера ему подойдёт.
Передав поручение Фубо, Мо Юйяо вошла в спальню и аккуратно уложила Се Цзинчэня на кровать. Затем она села напротив него, скрестив ноги.
Когда они оказались лицом к лицу, Мо Юйяо взяла его ладони в свои, плотно прижала ладони друг к другу, закрыла глаза и сосредоточилась. Медленно через ладони она начала направлять в тело Се Цзинчэня огненную ци…
Огонь принадлежит ян и способен подавлять иньскую отраву.
Вскоре из головы Се Цзинчэня начал подниматься лёгкий белый пар, а на лице появился румянец. Однако лицо Мо Юйяо становилось всё бледнее и синее, а дыхание — прерывистым и частым.
Её уровень культивации был невысок, и справиться с такой редкой отравой ей было явно не под силу.
Прошло ещё немного времени, и внезапно в межбровье Мо Юйяо вонзилась острая боль. Она больше не могла выдерживать и рухнула прямо вперёд.
Се Цзинчэнь открыл глаза и увидел, что Мо Юйяо лежит у него на груди. Он замер на мгновение, уже собираясь оттолкнуть её, но в этот момент Мо Юйяо распахнула глаза.
Их взгляды встретились. Мо Юйяо поспешно отстранилась и радостно воскликнула:
— Ах, ты очнулся! Значит, передача ци подействовала!
Только произнесла она это, как в груди всколыхнулась буря крови. Не в силах сдержаться, она выплюнула струю алой крови.
Алая кровь брызнула на лицо и волосы Се Цзинчэня; одна капля даже стекла по уголку его губ. Се Цзинчэнь ещё не успел осознать, что происходит, как почувствовал на своём лице нежные пальцы.
— Прости, Сяочэнь, я не хотела, — заторопилась Мо Юйяо, лихорадочно вытирая кровь с его лица. — Ты отравлен «странной отравой» из Секты Хэхуань. Чтобы вывести яд, я истощила всю свою ци, и теперь мои меридианы пересохли — оттого и кровь пошла.
Мо Юйяо была не из тех, кто делает добро безвозмездно: раз уж она так старалась, то обязательно должна была сообщить об этом получателю благодеяния.
Се Цзинчэнь сжал губы, с трудом подавляя желание придушить эту женщину, и отстранил её руку:
— Я сам справлюсь.
Мо Юйяо достала из сумки хранения ароматный платок и протянула его Се Цзинчэню. Она уже собиралась что-то сказать, как вдруг за дверью раздался громкий голос:
— Сестрёнка, ты вернулась?
Услышав этот голос, в голове Мо Юйяо сразу же возник образ третьего брата — Мо Цинъяна.
Он примчался мгновенно после передачи сообщения. Мо Юйяо повернулась к Се Цзинчэню и тихо прошептала:
— Пришёл мой третий брат. Твои глаза и раны нужно показать монаху Уляну. Его врачебное искусство вне всяких похвал, но он редко где появляется. Только отец может уговорить его прийти. Но отец не станет просить его ради постороннего человека. Поэтому я вынуждена принять тебя в ученики.
Мо Юйяо явственно почувствовала, как тело Се Цзинчэня слегка дрогнуло, когда она произнесла последние слова. Очевидно, у него остались глубокие травмы от предыдущего учителя.
Хотя Мо Юйяо и хотелось утешить его израненную душу, времени не было — Мо Лаосань уже принялся громко стучать в дверь.
Мо Юйяо открыла дверь и увидела на пороге высокого, широкоплечего мужчину с густой бородой, похожего на Чжан Фэя.
Глядя на своего третьего брата, напоминающего героя из древних легенд, Мо Юйяо чуть заметно дернула уголком губ. У трёх её братьев были совершенно разные характеры и внешность.
Старший брат, Мо Цинцзэ, был мягким и утончённым, весь в книжной эрудиции. Второй, Мо Цинфэн, — ветреным красавцем, свободолюбивым и непостоянным, настоящим денди своего времени. А третий, Мо Цинъян, — горячим и импульсивным; и в характере, и во внешности он напоминал Чжан Фэя.
Несмотря на различия, все трое обожали свою сестру. Жаль только, что в будущем все они, включая отца, погибнут от рук главного героя.
Пока Мо Юйяо разглядывала Мо Цинъяна, тот внимательно смотрел на неё.
Увидев, что она достигла стадии основания основы, Мо Цинъян широко улыбнулся:
— Наконец-то ты достигла основания основы, сестрёнка! Отлично! Когда отец выйдет из затворничества, он устроит тебе торжественный банкет!
Мо Юйяо закатила глаза:
— Мне уже за тридцать, и я только сейчас достигла основания основы? Если устраивать банкет, все будут надо мной смеяться!
Её братья достигли этого уровня задолго до двадцатилетия, так что в тридцать лет это действительно считалось поздно.
— Ха-ха-ха! Кто посмеет насмехаться над моей сестрой? Я, Мо Цинъян, первым его прикончу! — громогласно заявил он и для убедительности хлопнул Мо Юйяо по плечу своей огромной ладонью, похожей на медвежью лапу.
Мо Юйяо только что истощила всю свою ци и чувствовала себя крайне слабой. От такого удара она едва не рухнула на пол.
— Третий брат, потише! — недовольно проворчала она, затем впустила его в комнату и спросила: — Как ты так быстро вернулся? А где старший и второй братья?
— У старшего дела, скоро приедет. А второй гоняется за какой-то девушкой, сейчас исполняет роль её защитника, так что не может оторваться.
Мо Цинфэн был известен своей ветреностью и любовными похождениями — настоящий сердцеед. Но в эпоху, когда мужчины могли иметь нескольких жён, а женщины — содержать наложников, подобное поведение считалось вполне обычным.
Мо Юйяо притворно обиженно надула губы:
— Вот и выходит, что у него есть возлюбленная, а родной сестры нет.
— Хе-хе, теперь-то ты поняла, кто тебя по-настоящему любит? — Мо Цинъян обнял её за плечи и жалобно протянул: — Впредь, как только увидишь старшего или второго брата, не отмахивайся сразу от третьего!
Хотя Мо Юйяо была своенравной и вспыльчивой, все трое братьев обожали её, особенно Мо Лаосань — он всегда выполнял любую её просьбу, сколько бы глупостей они ни вытворяли вместе. Однако из-за своей неопрятной бороды и растрёпанного вида именно его она терпеть не могла среди всех братьев — хотя, конечно, в трудную минуту всегда первой вспоминала именно его.
У Мо Юйяо не было времени болтать. Она направилась к спальне и сказала:
— Третий брат, я только что взяла себе ученика. Он отравлен. Я слишком слаба, чтобы подавить яд — помоги ему.
Мо Цинъян уже слышал от Фубо о новом ученике сестры, поэтому не удивился.
Как только они вошли в спальню, они увидели Се Цзинчэня, свернувшегося калачиком на кровати. Его лицо окружала зеленоватая дымка, глаза были плотно закрыты, всё тело дрожало, а зубы стучали от холода — яд снова дал о себе знать.
Хотя Мо Юйяо уже видела подобное, зрелище всё равно потрясло её. Она поспешила к кровати, чтобы проверить его состояние.
Мо Цинъян, следуя за ней, нахмурил густые брови:
— Как он отравился?
У Мо Юйяо не было времени объяснять. Она просто подтолкнула брата к кровати:
— Он в критическом состоянии! Быстро помоги ему!
Мо Цинъян всегда слушался сестру. Увидев её тревогу, он немедленно сел за спиной Се Цзинчэня, приложил ладони к точкам на его спине и начал передавать свою ци.
Прошло два часа, но состояние Се Цзинчэня не улучшилось. Ци Мо Цинъяна полностью истощилась, но в этот момент вернулся Мо Цинцзэ.
Узнав от Фубо общую картину, Мо Цинцзэ, не задавая лишних вопросов, сразу сменил брата и продолжил лечение. Мо Цинъян тем временем сел в стороне, чтобы восстановить силы.
Когда ци Мо Цинцзэ тоже иссякла, Мо Цинъян вновь сменил его.
Так они чередовались три дня подряд, пока состояние Се Цзинчэня наконец не стабилизировалось. Только тогда все немного перевели дух.
Лечение ци требовало колоссальных усилий. За эти три дня все до последнего были измотаны. Мо Цинъян потер переносицу и сказал:
— Сестрёнка, раз его состояние стабильно, я пойду отдохну.
Мо Юйяо открыла глаза после медитации:
— Спасибо тебе, третий брат.
— Да ладно тебе, разве между нами нужны такие формальности? — отмахнулся Мо Цинъян и решительно вышел.
Мо Цинъян был горячим и прямолинейным — с ним Мо Юйяо никогда не чувствовала давления. Но со старшим братом всё было иначе: Мо Цинцзэ был рассудительным, наблюдательным и проницательным. Мо Юйяо очень боялась, что он заподозрит неладное.
Когда Мо Цинъян ушёл, в комнате остались только Мо Цинцзэ и Мо Юйяо. Она почувствовала лёгкую тревогу, но постаралась взять себя в руки и сказала:
— Старший брат, и ты иди отдыхать. Сяочэнь стабилен, дальше я сама буду выводить яд.
Мо Цинцзэ нахмурился:
— Сестрёнка, эта отрава чрезвычайно коварна. Без противоядия придётся постоянно выводить яд. Если так продолжать, твой организм тоже начнёт накапливать токсины, что крайне вредно для твоей практики.
Мо Юйяо знала, что брат прав, но не волновалась: ведь Се Цзинчэнь поглотил сущность гигантской змеи, и его кровь способна нейтрализовать любой яд. Если вдруг она сама отравится — просто выпьет немного его крови.
Се Цзинчэнь был благодарным человеком. Раньше он пощадил служанку лишь за то, что она несколько дней за ним ухаживала. А теперь она каждый день спасает ему жизнь — он непременно будет ей бесконечно признателен. Позже ей не составит труда попросить у него крови — он даже в огонь и воду за неё пойдёт.
У Мо Юйяо был чёткий план, но делиться им с братом она не собиралась.
Подумав, она ответила:
— Старший брат, раз я приняла его в ученики, не могу же я смотреть, как он умирает. Когда отец выйдет из затворничества, пусть свяжется с монахом Уляном — он обязательно найдёт выход.
Услышав ответ сестры, Мо Цинцзэ взглянул на безмолвно лежащего юношу и мысленно вздохнул: «Да уж, настоящее проклятие!»
Мо Цинцзэ и Се Хэн были лучшими друзьями в Секте Тяньсюань. Увидев Се Цзинчэня, он сразу узнал в нём сына своего друга.
Когда-то Мо Цинцзэ привёл Се Хэна в дом Мо. Пятнадцатилетняя сестра влюбилась в него с первого взгляда и с тех пор не могла забыть. Из-за этого она совершила множество безрассудных поступков, за что Мо Цинцзэ долго корил себя.
Се Хэн был прекрасен, как божественное дерево, и тысячи женщин в секте тайно вздыхали по нему. Как могла пятнадцатилетняя девочка, только начинающая понимать чувства, устоять перед таким человеком?
Он должен был понимать: приводя Се Хэна в дом Мо, он словно выпускал волка в овчарню. Но теперь уже было поздно.
Мо Цинцзэ посмотрел на сестру и с опаской произнёс:
— Сестрёнка, заботиться о нём — хорошо. Но помни всегда: «ученик — как сын, учитель — как мать». Между вами могут быть лишь родственные, дружеские или долговые узы. Ни в коем случае нельзя допускать иных чувств — иначе весь свет осудит тебя.
Мо Цинцзэ говорил так прямо потому, что не доверял своей сестре. Ей уже за тридцать, а она всё ещё вела себя как ребёнок — капризная и своевольная.
Всё это — их вина. Они избаловали её, и теперь исправить характер было почти невозможно. Оставалось лишь заранее предостеречь, иначе она могла совершить нечто непоправимое.
И это не было беспочвенной тревогой. Хотя юноша ещё не расцвёл, в нём уже угадывались черты отца. Нетрудно представить, каким ослепительным красавцем он станет — настоящим небожителем. Поэтому Мо Цинцзэ решил заранее пресечь любую опасную возможность.
Мо Юйяо прекрасно знала: в мире культиваторов уважение к учителю священно. Учителя считались равными родителям, и роман между учителем и учеником приравнивался к кровосмесительству.
Да и сама она не питала интереса к таким мальчишкам, как Се Цзинчэнь. Даже если бы интерес появился, она бы сразу его подавила — не ради мнения общества, а просто потому, что не стоило из-за такой ерунды идти против устоев.
На свете полно мужчин — зачем связываться со своим собственным учеником?
Мо Юйяо незаметно бросила взгляд на Се Цзинчэня. Тот лежал с закрытыми глазами, дыхание было ровным и тихим — сознание ещё не вернулось. Она облегчённо вздохнула и сказала:
— Старший брат, не волнуйся. Я никогда не сделаю ничего, что нарушило бы моральные законы.
Увидев её решимость, Мо Цинцзэ кивнул:
— Надеюсь, ты запомнишь свои сегодняшние слова.
Теперь, когда состояние Се Цзинчэня стабилизировалось, Мо Юйяо могла сама подавлять яд. Однако она начала замечать, что с её собственным телом что-то не так.
http://bllate.org/book/5179/514035
Готово:
