Это давление, знакомое до боли, должно было давно стать привычным — но ни разу оно не накатывало с такой силой, чтобы в груди заныла обида.
«Ладно уж, всё равно не о чем с ним говорить».
Шэнь Цяо опустила глаза и тихонько втянула нос:
— Благодарю, господин.
Она нагнулась, надела обувь и почтительно поклонилась:
— Если у господина больше нет приказаний, позвольте удалиться.
И снова эта апатия. Чжао Чэньлинь следил за каждым её движением, и взгляд его едва заметно дрогнул:
— Что с твоей спиной?
Шэнь Цяо замерла на мгновение:
— О, наверное, во время культивации неосторожно потянула мышцу.
Чжао Чэньлинь молча смотрел на неё. Хотя обычно она и не отличалась особой аккуратностью, сегодня волосы были ещё более растрёпаны: несколько прядей спадали и закрывали левую щеку. Одежда выглядела чистой, без малейших повреждений.
Он долго всматривался, но так и не смог понять, в чём дело:
— Ладно. Ступай.
Фигура Шэнь Цяо растворилась в ночи, а Чжао Чэньлинь всё ещё стоял на том же месте.
— Синь Ло.
Из темноты немедленно возник силуэт:
— Господин.
Чжао Чэньлинь протянул руку в пустоту. Там, где сомкнулись его пальцы, открылась чёрная дыра, из которой он резко выдернул огромного зверя, истекающего кровью, и швырнул его на пол.
Зверь тяжело дышал, серебристая шерсть была покрыта запёкшейся кровью, и он еле жив.
— Оттащи его, пусть выпустят кровь, — приказал Чжао Чэньлинь, стряхивая капли с пальцев. — Найди надёжного алхимика, чтобы сварил из неё пилюли.
— Есть, — ответил Синь Ло, подавая чистый платок. Он бросил взгляд на окровавленный верхний халат Чжао Чэньлиня и заботливо добавил: — Вода в купальне уже готова, господин.
Чжао Чэньлинь взял платок и неспешно вытер руки. Его облило кровью серебряного пламенного зверя, но он не спешил идти мыться, а некоторое время задумчиво стоял на месте:
— Синь Ло, узнай, куда она ходила сегодня и с кем встречалась.
* * *
Шэнь Цяо вернулась в свои покои и увидела, как повариха Хуа нервно расхаживает перед дверью.
— Тётушка Хуа.
Повариха обернулась и чуть не расплакалась от облегчения. Она схватила руки Шэнь Цяо:
— Девушка Шэнь, с вами всё в порядке?
Шэнь Цяо улыбнулась:
— Всё хорошо.
Повариха Хуа перевела дух и прижала руку к груди:
— Ах, чуть сердце не остановилось! Я уже думала: если к рассвету вы не вернётесь, пойду к генералу Синю. Всё это из-за меня…
— Да ничего страшного, — успокоила её Шэнь Цяо, похлопав по руке. — Вы устали, идите отдыхайте.
Повариха чувствовала себя виноватой — ведь именно она подставила Шэнь Цяо под удар:
— Вы такая красивая и добрая, да и с городским владыкой идеально подходите друг другу… Жаль только, что владычица Мин — ревнивица, терпеть не может, когда кто-то рядом с её мужчиной, а сам городской владыка будто бы ничего не замечает…
Шэнь Цяо невольно усмехнулась. У тётушки Хуа была одна дурная привычка: когда волновалась, начинала болтать без умолку, а в этих словах оказывалась вся правда на свете. Она мягко подтолкнула повариху к соседней комнате:
— Ладно, ладно, тётушка Хуа, не переживайте. Со мной всё в порядке. Идите спать.
Повариха шагала, оглядываясь через каждые три шага, и наконец неуверенно спросила:
— Девушка Шэнь, вы… рассказали об этом городскому владыке?
Шэнь Цяо ответила:
— Не волнуйтесь, я ничего не сказала.
— Я не об этом, — вздохнула повариха. — Раз владычица Мин вас заметила, неприятностей не избежать. Вы ведь чужачка здесь, никого не знаете… Единственный, на кого можно опереться, — это городской владыка. Почему бы вам не сказать ему? Он обязательно…
— Всё, тётушка Хуа, — прервала её Шэнь Цяо, открывая дверь. — Я устала. Мне нужно отдохнуть.
Повариха хотела что-то добавить, но лишь глубоко вздохнула и ушла.
Шэнь Цяо закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. В её опущенных глазах читалась усталость.
Как будто всё в порядке… Да неприятности уже на пороге!
Мин Сюань потребовала, чтобы она публично доказала свою девственность. Этим она не только разрушила слухи о том, что городской владыка держит любовницу, но и унизила Шэнь Цяо. Представьте себе: прямо перед толпой незнакомцев нужно громко объявить: «Я девственница!»
Да она совсем с ума сошла! Как такое вообще можно придумать? Видимо, в Демоническом Уделе все с головой не дружат.
Ах, да и Чжао Чэньлинь тоже ненадёжен. Слишком уж он непредсказуем. Полагаться на него — всё равно что играть в русскую рулетку. Лучше уж самой со всем разбираться.
Шэнь Цяо схватилась за волосы — голова от тревоги, казалось, увеличилась вдвое.
* * *
На следующий день.
Утреннее солнце, чистое и яркое, хлынуло сквозь распахнутые окна, заливая пол светом. В этой комнате редко бывало так светло, и даже многолетний сизый дымок, витавший в воздухе, стал почти незаметным.
Чжао Чэньлинь смотрел во двор: девушка стояла в стойке «ма бу», покрытая потом, но в глазах горел решительный огонь.
Она не ленилась — напротив, вела себя странно.
— Господин, — Синь Ло быстро вернулся и что-то прошептал ему на ухо.
Взгляд Чжао Чэньлиня дрогнул:
— Ты говоришь, она ходила во Дворец Магической Мелодии?
— Да. Вероятно, владычица Мин пожелала её видеть.
Чжао Чэньлинь примерно понимал, чего хочет Мин Сюань. Таких женщин у него и раньше хватало. По особым причинам он проявлял к ней снисхождение и позволял вести себя как угодно — но у всего есть границы.
Все считали, что границы Чжао Чэньлиня настолько размыты, что их будто бы и нет, или же он действует совершенно импульсивно, из-за чего невозможно предугадать его поступки. На самом деле просто большинство людей и вещей его не интересовало. А то, что другие принимали за жестокость, было всего лишь безразличием.
Поэтому, как только в его сердце появилось хоть что-то, что вызывало интерес, граница сразу становилась чёткой.
Чжао Чэньлинь лениво откинулся на ложе, как всегда сидя небрежно. Его широкий чёрный халат струился волнами по полу. Он всё ещё смотрел в окно, медленно проводя большим пальцем по чубуку курительной трубки. Внезапно вокруг него вспыхнуло невидимое давление, от которого задрожала каждая вещь в комнате.
— Мин Сюань её обидела, — произнёс он, прикусив мундштук.
Синь Ло почувствовал, как по спине побежал холодный пот. Он даже дышать боялся, и когда наконец заговорил, голос был хриплым:
— …Господин, насчёт владычицы Мин — есть ещё одно дело.
Он подал золочёное приглашение:
— Владычица Мин успешно завершила затворничество и устраивает небольшой банкет в Павильоне Снежного Ветра.
Чжао Чэньлинь двумя пальцами взял приглашение, раскрыл и бегло пробежал глазами текст:
— Завтра вечером?
— Да, — ответил Синь Ло. — Говорит, специально для вас устроила, даже новую мелодию сочинила. Очень просит вас почтить своим присутствием.
Чжао Чэньлинь бросил приглашение в светильник. Пламя мгновенно поглотило красную бумагу. Он потер палец, обожжённый язычком огня, и щёлкнул пальцами, направив поток ци во двор.
— Ай! — Шэнь Цяо схватилась за лоб и обернулась в его сторону.
Чжао Чэньлинь поманил её пальцем.
Шэнь Цяо помяла больные мышцы и решительно направилась в дом. Ну и зачем так? Неужели нельзя просто позвать?
— Владычица Дворца Магической Мелодии через два дня устраивает банкет в Павильоне Снежного Ветра, — начал он без предисловий. — Хочешь пойти?
Сердце Шэнь Цяо ёкнуло. «День казни» наступил так быстро? Но раз он спрашивает, значит, у неё есть выбор? Если спрятаться в горах Унянь, Мин Сюань ничего не сможет сделать. Бегство, конечно, унизительно, но иногда работает!
Глаза Шэнь Цяо заблестели:
— Можно выбрать — не идти?
Чжао Чэньлинь улыбнулся:
— Значит, пойдём.
Шэнь Цяо: «…» Тогда зачем спрашивал?! Просто издевается!
Она уже готова была закатить глаза к небесам, но вдруг вспомнила нечто важное и едва не вывихнула себе глаза, пытаясь их вернуть на место.
Подожди! Банкет в Павильоне Снежного Ветра…
Если она не ошибается, это именно тот момент в книге, когда после появления Мин Сюань начинается развитие отношений между Чжао Чэньлинем и Шэнь Цзяоцзяо!
В оригинале Мин Сюань схватила Шэнь Цзяоцзяо, угрожала, унижала, оскорбляла — но та только плакала и ничего не говорила. Мин Сюань не посмела открыто причинить ей вред и отпустила.
Позже она придумала другой план: устроила банкет, пригласив и Чжао Чэньлиня, и Шэнь Цзяоцзяо. Когда все уже веселились и пили вино, Мин Сюань предложила устроить состязание. Якобы хотела полюбоваться игрой Шэнь Цзяоцзяо на цитре, и отправила своего лучшего ученика на «музыкальный поединок». На самом деле это был способ унизить соперницу.
Ученица, желая угодить своей наставнице, выложилась на полную, превратив изысканную игру на цитре в настоящую драку. Одним мощным звуком она сбила Шэнь Цзяоцзяо прямо в реку.
И вот тут началось самое главное.
Увидев, что Шэнь Цзяоцзяо упала в воду, Чжао Чэньлинь прыгнул следом и вытащил её. Та получила травму и наглоталась воды, поэтому потеряла сознание. Чжао Чэньлинь прижал её лицо к своему и сделал долгое искусственное дыхание прямо под водой.
Когда Шэнь Цяо читала этот эпизод, она всё время улыбалась как тётушка-сводница. Сейчас же воспоминание вызвало лишь отвращение: «Фу! Какая пошлятина!»
Но именно этот инцидент сильно сблизил Чжао Чэньлиня и Шэнь Цзяоцзяо — уровень их флирта резко подскочил.
Шэнь Цяо грызла ногти, нервно переминаясь с ноги на ногу.
Нет, этот сюжетный поворот надо избежать любой ценой.
Как? Как только начнётся поединок, её жалкие боевые навыки гарантированно отправят её в воду.
Но благодаря вчерашним усилиям сюжет немного изменился: Мин Сюань поставила условие — если на банкете Шэнь Цяо публично докажет свою девственность, та её оставит в покое. Значит, поединка не будет!
Чёрт! Всё равно придётся позориться!
Выбор: либо выйти на сцену и крикнуть «Я девственница!», либо… поцеловаться с Чжао Чэньлинем.
Если выбирать между этими двумя вариантами…
Конечно, первое! Лучше позор, чем смерть.
Пока Шэнь Цяо грызла ногти, Чжао Чэньлинь столько же времени ждал, постукивая трубкой по ладони и проявляя максимум терпения.
Услышав о банкете, она явно занервничала — даже испугалась. Наверняка на этом банкете случится что-то важное, связанное с вчерашним визитом во Дворец Магической Мелодии.
По сравнению с Мин Сюань она — муравей перед деревом. Сама точно не справится. Она так разволновалась, что, кажется, вот-вот заговорит…
— Господин, ещё что-нибудь? Если нет, я пойду дальше отрабатывать стойку.
Пальцы Чжао Чэньлиня замерли на трубке, даже дыхание на миг перехватило.
— Господин? — переспросила Шэнь Цяо.
Чжао Чэньлинь закрыл глаза, махнул рукой, отпуская эту невыносимую особу, и затем яростно затянулся трубкой.
Синь Ло всё понял без слов. Он прочистил горло и осторожно спросил:
— Господин, всё же… поедем на банкет?
— Поедем.
Синь Ло наконец перевёл дух. Он был уверен: в тот самый момент, когда Чжао Чэньлинь понял, что владычица Мин обидела девушку, он всерьёз разгневался. Синь Ло даже начал прикидывать, сколько времени уйдёт на то, чтобы убрать трупы всех обитателей Дворца Магической Мелодии — работа предстояла масштабная.
— Тогда… — он бросил взгляд на выражение лица Чжао Чэньлиня и осторожно подобрал слова, — может, стоит помочь девушке Шэнь…
— Не нужно, — ответил Чжао Чэньлинь, глядя в окно. Там, внизу, стояла хрупкая, но упрямая фигурка. Он долго смотрел на неё, а потом фыркнул: — Дикая кошка остаётся дикой кошкой — её не приручишь. Мне даже интересно стало: что же произойдёт завтра вечером на этом банкете.
* * *
Ночью улица красных фонарей была особенно оживлённой: повсюду висели красные фонари, звучала музыка, толпы мужчин и женщин вытекали из главного входа, как река, болтая и флиртуя в облаках винных паров.
Только Павильон Снежного Ветра стоял с закрытыми воротами, тихий, словно и не бордель вовсе.
Но если обойти его с западной стороны, открывалась совсем иная картина.
Ярко горели фонари, люди сновали туда-сюда, служанки в спешке несли подносы с бокалами и фруктами по дорожкам к многоэтажному павильону.
Шэнь Цяо подняла голову. Перед ней возвышался пятиэтажный павильон, построенный прямо у реки. На самом верхнем этаже мерцал тёплый свет, и из полуприкрытых окон вырывались белые занавески, колыхаясь в такт редким, крадущимся звукам цитры.
Мин Сюань находилась на верхнем этаже.
Сердце Шэнь Цяо билось с неописуемой смесью ожидания и тревоги: ведь за эти сутки она наконец приняла решение, исходя из собственных чувств.
Правило простое: око за око, зуб за зуб.
Раз Мин Сюань вчера дала ей пощёчину, Шэнь Цяо не назовёт себя Шэнь Цяо, если не ответит тем же!
Шу Нян стояла у входа в павильон и высматривала гостей. Увидев Чжао Чэньлиня, она тут же расплылась в улыбке:
— Городской владыка, наконец-то! Владычица давно вас ждёт.
Её взгляд скользнул мимо и упал на Шэнь Цяо, стоявшую позади. Она слегка удивилась, но, будучи опытной хозяйкой борделя, быстро узнала ту самую девушку, что играла на суна в тот раз, и кивнула ей с улыбкой.
http://bllate.org/book/5147/511740
Готово:
