Се Цяошэн слегка склонил голову, уголки губ тронула улыбка:
— Хорошо.
Он ощущал, что Линь Му стоит совсем близко — её дыхание даже касалось его лица.
— Всё, спасибо тебе.
Он открыл глаза, поднялся и перевёл взгляд на лицо Линь Му. Оказывается, она не покраснела, подумал Се Цяошэн, и спросил:
— А с макияжем глаз всё в порядке?
— Да, смотри, — её голос стал заметно легче. Она провела пальцем по воздуху, изображая линию стрелки. — Твоя подводка слишком размыта, хвостик растянут чересчур длинно и выглядит чересчур соблазнительно. Поэтому добиться жёсткого, чёткого образа почти невозможно.
У Се Цяошэна дёрнулась височная жилка, он косо взглянул на неё:
— Соблазнительно?
Линь Му уловила скрытое недовольство в его тоне:
— Не «соблазнительно», — подбирая слова с осторожностью, она замялась и, перебирая варианты, тихо добавила: — Просто… слишком красиво?
— Извини, я не очень умею выражать мысли, — закончила она, напряжённо глядя на него.
— Ничего страшного, — её взгляд заставил его почувствовать себя хулиганом, и он поспешил опровергнуть своё раздражение. — Так что дальше?
Линь Му встретилась с ним глазами и решительно произнесла:
— Перекрасимся и начнём заново.
...
Как и ожидалось, когда Линь Му нашла Цинь Чжао и сообщила, что нужно начинать всё сначала, лицо того слегка изменилось — он явно был недоволен:
— Мы уже несколько часов снимаем! Если сейчас заново гримироваться, переодеваться и фотографировать, точно промучаемся до полуночи. Переработка — это одно дело, но завтра у Цяошэна выезд на съёмки в другой город, рейс в семь утра. Если сегодня плохо выспится, завтра придётся выходить в эфир с кругами под глазами!
Линь Му осталась непреклонной, её взгляд был твёрд:
— Но сейчас результат не соответствует ожиданиям.
Цинь Чжао подошёл к компьютеру и начал листать снимки:
— Госпожа Линь, мне кажется, получилось отлично. Эффект прекрасный.
Линь Му стояла на своём:
— Недостаточно. Нужно переснимать.
На фотографиях Се Цяошэн выглядел очень привлекательно — именно в жёсткой, мужественной манере, с настоящей харизмой. Цинь Чжао испытывал противоречивые чувства. Он вынужден был признать: перед ним действительно талантливый фотограф, причём совершенно непохожий на типичного портретиста — ведь она же специализировалась на природной съёмке.
Но упрямая до крайности, про себя добавил он. Слишком самолюбива. Такие фотографы редко становятся хорошими профессионалами, особенно когда модель — звезда.
Цинь Чжао уже готовился отказать, но тут подошёл Се Цяошэн и лёгким похлопыванием по плечу сказал:
— Давайте сделаем так, как просит госпожа Линь.
Цинь Чжао уставился на него:
— А завтрашняя съёмка…
Се Цяошэн перебил:
— Ничего страшного. Это не впервые, когда мне приходится выходить в эфир с кругами под глазами. Завтра просто сделаю готический образ.
Цинь Чжао закатил глаза, но, повернувшись к Линь Му, серьёзно сказал:
— Тогда извините за беспокойство, госпожа Линь. Придётся вас потрудить ещё раз.
Линь Му поспешно закивала:
— Да что вы, совсем не трудно!
Она проводила взглядом уходящего Цинь Чжао, затем подняла глаза на Се Цяошэна:
— Спасибо тебе за только что. — В её улыбке мелькнуло лёгкое раскаяние. — Сегодня тебе придётся пожертвовать сном. Мне неловко становится.
Се Цяошэн наклонил голову и, улыбаясь, посмотрел на неё:
— Ничего страшного. Я и сам думаю, что могу выглядеть ещё эффектнее.
...
Когда Се Цяошэн вошёл в гримёрную, он удивился, обнаружив за спиной маленький хвостик:
— Ты хочешь смотреть, как я буду краситься?
Эта женщина…
Неужели хочет увидеть моё лицо без макияжа?
Цц, современные фанатки становятся всё настойчивее.
Так подумал Се Цяошэн.
— Да, мне нужно объяснить визажисту, какой образ мы хотим создать, — ответила Линь Му совершенно спокойно.
Се Цяошэн больше ничего не сказал, сел перед зеркалом и стал ждать, пока ему снимут макияж.
Линь Му устроилась на диване рядом и, глядя на закрывшего глаза Се Цяошэна, размышляла, какой макияж лучше всего подойдёт для задуманной съёмки.
Она наблюдала, как ассистентка ловко смывает тональную основу с лица Се Цяошэна ватным диском, а затем аккуратно удаляет подводку. Вдруг Линь Му осознала: сейчас она увидит его настоящее лицо без макияжа.
Что ей оставалось делать, кроме как вновь восхищаться причудами судьбы?
Ах да — можно же сфотографировать! — мелькнула мысль. Но, бросив взгляд на нескольких сотрудников, сидящих рядом, она сразу отбросила эту идею и просто продолжила всматриваться в лицо Се Цяошэна.
Пена от очищающего средства постепенно исчезала, и Линь Му не отводила глаз. Впрочем, особой разницы с предыдущим видом не было.
Хотя… разница всё же существовала.
Кожа Се Цяошэна оказалась очень светлой. После удаления тёмной тональной основы его лицо стало белым, как у младенца, — нежным и гладким. Мягкие пушинки на щеках напомнили Линь Му новорождённого щенка.
Внезапно у неё возникла идея. Она встала и подошла к Ян Цзе — визажистке Се Цяошэна — и, похлопав её по плечу, жестом пригласила выйти из комнаты.
— Ян Цзе, можно снять тональную основу с шеи, груди и рук?
Ян Цзе с подозрением посмотрела на неё:
— Сегодня же съёмка в жёстком стиле! Именно поэтому намеренно нанесли более тёмный тон.
Линь Му невозмутимо ответила:
— Смело снимайте. Это ради съёмки. Ещё, пожалуйста, нарисуйте стрелку естественнее — без вытянутого хвостика за внешний угол глаза.
Ян Цзе внимательно взглянула на неё, кивнула и вернулась в гримёрную.
Линь Му не последовала за ней. Она подошла к компьютеру и начала просматривать ранее сделанные кадры, продумывая новые позы.
...
Когда Се Цяошэн снова открыл глаза и увидел своё отражение в зеркале, он на секунду опешил:
— Ян Цзе, вы точно не перепутали оттенок тональной основы?
— Фотограф сказала использовать оттенок, максимально приближенный к вашему натуральному цвету кожи, — пояснила визажистка.
Се Цяошэн протянул:
— А-а…
Его взгляд скользнул по комнате, но Линь Му нигде не было.
Он вышел в фотостудию и увидел её стоящей перед камерой в задумчивости.
Заметив его взгляд, Линь Му подошла и сказала:
— На этот раз попробуем иначе. Представь, что ты сейчас на съёмочной площадке. Я расскажу тебе контекст сцены, а всё остальное — импровизируй.
Се Цяошэн приподнял бровь, но ничего не сказал.
Съёмка началась.
На этот раз всё шло гладко. Линь Му с удовлетворением переключалась между кадрами на экране, думая про себя: «Се Цяошэн действительно перспективный актёр. Он способен очень быстро вживаться в любую ситуацию и передавать нужные эмоции».
Она аккуратно вынула карту памяти из камеры, положила её в сумку и подошла к Се Цяошэну:
— Спасибо за сотрудничество. Сейчас ещё нет десяти, надеюсь, успеешь хорошо отдохнуть.
Се Цяошэн подумал, что эта девушка либо глуповата, либо невероятно наивна:
— Ты правда думаешь, что я завтра пойду в эфир с кругами под глазами? Есть же консилер.
На лице Линь Му мелькнуло смущение:
— Правда?.. — Она неловко потрогала затылок. — Э-э…
Её заминка звучала крайне подозрительно. Се Цяошэн внимательно посмотрел на неё и приподнял бровь.
Неужели хочет сфотографироваться вместе?
Прошлый раз в кинотеатре, конечно, не вышло — там было слишком темно.
Он взглянул на её слегка растрёпанные пряди у уха и подумал: «Ну что ж, ты тоже сегодня устала».
Он уже мысленно приготовился к совместному фото и даже поправил чёлку.
И в этот момент услышал её робкий, почти умоляющий голос:
— Можно… можно мне получить автограф Линь Яна?
Автор говорит:
Се Цяошэн: «А?! Что?!»
Перепутал номер главы →_→ В следующей главе появится Линь Шэнь.
Она изменила кумира! Она изменила кумира! Она изменила кумира! Она изменила кумира! Она изменила кумира! Она изменила кумира! Она изменила кумира! Она изменила кумира!
Эта фраза бесконечно крутилась в голове Се Цяошэна, словно поток комментариев под видео. Его рука, поправлявшая волосы, замерла, потом медленно опустилась и спряталась в карман брюк.
Фанаты часто меняют кумиров — каждый день число подписчиков в его микроблоге колеблется: кто-то подписывается, кто-то отписывается. Это нормально. Никто ведь не пишет перед отпиской: «Больше не люблю тебя». Нет таких людей.
Но эта женщина не просто сменила кумира — она сделала это прямо у него на глазах и ещё попросила автограф у нового объекта обожания!
Се Цяошэн смотрел на её слегка напряжённую фигуру и на лице, где смешались волнение и надежда, и злился всё больше.
А как же обещанная роль давней поклонницы?!
Прошло всего несколько месяцев, а она уже переметнулась к Линь Яну.
Неудивительно, что, стоя так близко, она даже не покраснела.
И в гримёрной, открыв глаза, он тоже не увидел, чтобы она смотрела на него.
«В мире фанатов нет истинной любви», — горько подумал он.
А он-то ещё недавно глупо поправлял волосы!
Ах, как же злит!
Се Цяошэн перевёл на Линь Му холодный взгляд и ледяным тоном произнёс:
— Как раз не повезло… Пару дней назад раздал все последние экземпляры.
Он солгал.
У других, может, и нет, но в его столе лежит целая стопка автографов Линь Яна.
Тот парень каждый раз, делая новое фото, обязательно приносит один экземпляр с автографом и заявляет: «Вот этот самый удачный! Хорошие вещи надо делить!» — и, не спрашивая согласия Се Цяошэна, сует их в нижний ящик его офисного стола, весело добавляя: «Дружба вечна — платить не надо!»
Линь Му, сказав свою просьбу, всё это время нервно наблюдала за Се Цяошэном. Это была первая фраза, не связанная с работой, которую она произнесла ему сегодня, и ощущение нереальности, что её кумир рядом, вернулось с новой силой.
Он молчал так долго, что ей пришлось ждать.
И дождалась ответа: «Раздал все».
Сердце её сжалось. Теперь она думала лишь о том, как вернуться домой и выдержать гнев Лу Яо.
Линь Му не ожидала такого исхода — она была уверена, что автограф достанется легко. Плечи её опустились, и она машинально пробормотала:
— А, понятно.
Повернувшись, она собралась уходить.
Се Цяошэн всё это время внимательно следил за её выражением лица: от первоначальной робости до надежды, а затем — к явному разочарованию. Её плечи обвисли, будто у побеждённого перепёлка.
— Хотя… — он намеренно протянул паузу, и женщина тут же обернулась. — Если очень хочешь, есть один способ.
— Какой? — её глаза загорелись, голос задрожал от возбуждения.
Се Цяошэн сменил позу, скрестил руки на груди и поднял подбородок:
— Открой вайчин.
Линь Му не заподозрила подвоха и быстро достала телефон, открывая WeChat.
Се Цяошэн взял его, пальцы несколько раз коснулись экрана, затем он достал свой собственный телефон, сделал пару нажатий и вернул аппарат Линь Му:
— Готово.
Линь Му посмотрела на экран: они стали друзьями в WeChat. Она растерялась:
— Это…
Се Цяошэн выглядел совершенно естественно и спокойно:
— Сейчас у меня нет автографа, но когда встречусь с Линь Яном, обязательно попрошу для тебя…
Значит, он пришлёт по почте?
Но причём здесь тогда WeChat?
Как бы то ни было, Линь Му была благодарна за его заботу:
— Спасибо тебе.
— …и отправлю тебе через WeChat, — закончил Се Цяошэн, с трудом сдерживая улыбку.
Линь Му: «...»
...
Линь Му сидела дома на диване, сжимая в руках телефон и тупо глядя на экран.
[Сяо Чжуанфэн не патрулирует горы: Я принял ваш запрос на добавление в друзья. Теперь мы можем начать переписку.]
Радости от того, что у неё в контактах кумир, не было и следа.
Всё, что она чувствовала, — это страх. Её пятилетняя дружба с Лу Яо стояла на грани катастрофы.
— А-а-а-а! — Линь Му зарылась лицом в подушку, мечтая превратиться в страуса.
Неизвестно, сколько она так пролежала, когда раздался звуковой сигнал — уведомление от QQ:
[Сегодня день рождения вашего друга Линь Шэня. Подарите ему подарок!]
Линь Му взглянула на время: 00:10.
Выходит, прошло уже так много времени… Она открыла профиль Линь Шэня в QQ и уставилась на его аватар.
Чисто чёрное изображение.
...
Университет искусств в Сан-Франциско.
— Му-му, Му-му, я здесь! — Лу Яо радостно махала рукой и громко звала.
Линь Му подбежала, извиняясь:
— Прости, сегодня обсуждение затянулось, заставила тебя ждать.
— Да ладно, ничего страшного! — Лу Яо похлопала по траве рядом с собой. — Садись сюда и смотри.
Она включила ноутбук, лежавший у неё на коленях.
Линь Му присела рядом, бросила рюкзак на траву и последовала за взглядом Лу Яо к экрану.
— Хочу показать тебе одну классную штуку, — таинственно сказала Лу Яо, открывая программу на рабочем столе — маленького пингвина. — Видишь? Жмёшь на аватар друга и можешь писать сообщения, звонить, видеозвонить, отправлять файлы. Гораздо удобнее, чем Facebook. Все в Китае этим пользуются.
Линь Му удивилась:
— Но у меня в Китае почти нет знакомых. Только ты одна. Зачем мне это?
В университете училось много китайских студентов, но ни с одним из них она не подружилась. Лу Яо это знала — если даже здесь, в одном городе, дружбы не сложилось, то что говорить о континенте за десять тысяч километров?
http://bllate.org/book/5060/504886
Готово:
