Разговор начался ярко, но оборвался на полуслове, и между ними снова воцарилось молчание.
Шу Ин не чувствовала неловкости от этой тишины — напротив, ей было спокойно и уютно.
Оставалось совсем немного заданий; она справилась с ними за десять минут. Повернувшись, чтобы слезть со школьной парты, она увидела, что он уже встал. Форменную куртку он снял и бросил в сторону, но всё так же был в чёрной верхней одежде — хотя на этот раз хоть подкладка была утеплённой.
Она машинально взглянула на него, а он чуть приподнял руку, обхватил её ладонь и помог спрыгнуть вниз.
Она приземлилась и тихо сказала:
— Спасибо.
Он, однако, не отпустил её руку, а, воспользовавшись этим, прижал её спиной к соседней парте.
Она посмотрела на него и прошептала:
— Твёрдо больно.
Её глаза всё так же были влажными и прозрачными, как в их первую встречу — ни капли не изменились до сих пор.
Горло его сжалось. Он заговорил, и требование прозвучало по-детски глупо и даже смешно, хотя лицо его оставалось совершенно бесстрастным:
— Надень.
— Что?
Она моргнула.
Сразу же после этого форменная куртка возникла перед её глазами и тут же оказалась у неё в руках.
Он слегка подбородком указал на неё.
Шу Ин на миг замерла с курткой в объятиях, потом еле сдержала улыбку:
— Ты чего удумал…
Между ними теперь находилась целая груда школьной формы. Он наклонился, приблизил лицо к её шее и смягчил голос:
— Добрая Ин, надень для меня.
— Зачем…
— Хочу посмотреть, — прошептал он прямо ей на ухо. Шу Ин невольно сжала край парты за спиной. — Ну, хорошо?
В голову ей внезапно пришло одно выражение — «ветерок у изголовья».
И сразу же она покраснела от собственной мысли.
Толкнув его, она заторопленно заговорила:
— Надену, надену, надену!
Форма оказалась слишком просторной и болталась на ней, но поскольку Шу Ин была хрупкой и миниатюрной, то выглядела в ней как маленький комочек — жалобный и трогательный.
Этот «барин» бросил на неё взгляд и одним движением застегнул молнию до самого верха. Лицо Шу Ин наполовину скрылось в воротнике. Она уже потянулась, чтобы расстегнуть, но он придержал её за голову.
— Красиво.
Шу Ин вынырнула из-под воротника и пробормотала:
— Твоя форма самая красивая, да?
Она вспомнила сообщение из СМС.
Он рассмеялся:
— Самая красивая — наша Ин.
Щёки Шу Ин вспыхнули, и пока она молча пыталась перевести дыхание, он добавил с ленивой небрежностью:
— Не зря я два дня носил эту рвань.
Ага — значит, всё ещё дуется.
Шу Ин снова моргнула.
Он придвинулся ближе:
— Шу Ин.
Когда он произнёс её имя, сердце её дрогнуло.
— В следующий раз, когда будет холодно, приходи только ко мне.
Сегодняшний Кунь Чэн был необычен — редкое зрелище: юноша, полностью охваченный чувством собственничества.
Он не спрашивал, хорошо ли ей, — он спрашивал, сможет ли она так поступать.
Она кивнула и ответила:
— Хорошо.
Ни одна девушка не смогла бы ему отказать.
Мать Чжэна несколько дней подряд приходила в школу.
Школьная молодёжь сначала горела энтузиазмом и готова была ввязаться в драку, но вскоре всё это стало им безразлично.
— Всё равно интереснее готовиться к предстоящему художественному вечеру.
Чжоу Су с презрением подытожил:
— Эта семья Чжэна — настоящие хулиганы. До сих пор ни в полицию не обратились, ни сына не искали. Ясно же — просто хотят найти повод выманить денег.
В тот момент компания сидела в столовой и обедала. Кунь Чэн рядом курил. Услышав слова Чжоу Су, он лишь слегка приподнял уголок губ и медленно произнёс:
— Кто знает, может, они и правда не в курсе, что Чжэн Чжи отчислили.
Чэнь Аньчэн подняла глаза от тарелки с лапшой и сделала вид, будто только сейчас всё поняла:
— Ой, точно! Как я сама не догадалась? Умница.
Только Шу Ин молчала, задумчиво глядя на пятно солнечного света у окна.
Кунь Чэн бросил на неё взгляд, и она словно почувствовала это — повернула лицо.
Их глаза встретились.
Приближались Рождество и Новый год, и по традиции школа устраивала художественный вечер — последнюю передышку перед мучительной подготовкой к экзаменам.
Каждый класс должен был представить номер. Восьмой класс выбрал песню: несколько красивых девочек просто выйдут на сцену — внешность важнее вокальных данных.
Это не имело к Шу Ин никакого отношения.
Она даже обдумывала, каким предлогом отпроситься в день мероприятия.
Видимо, из-за близости праздника и экзаменов администрация решила дать ученикам передышку, и физкультура, которую весь семестр занимали основные предметы, неожиданно вернулась.
Как обычно, Шу Ин шла последней в колонне.
Ступив на последнюю ступеньку, она вдруг вспомнила и резко остановилась.
На этом уроке вместе занимались третий, восьмой и десятый классы.
Шу Ин глубоко вздохнула и вышла под декабрьское солнце.
Учитель физкультуры, не желая особо напрягать учеников в такой редкий урок, просто велел всем пробежать круг и расходиться.
Класс неспешно двинулся к беговой дорожке.
Как раз в это время третий класс тоже начал круг.
Издалека Шу Ин сразу заметила Кунь Чэна и Чжоу Су.
Они бежали друг за другом, переговариваясь и смеясь, совсем несерьёзные.
Кунь Чэн бежал впереди. Сегодня на нём не было ни формы, ни чёрной одежды — вместо этого белая бейсболка. Ветер развевал чёлку, а на губах играла улыбка.
Даже самые строгие движения на нём выглядели по-юношески живо и легко.
Красавец.
Одного взгляда на него было достаточно, чтобы почувствовать себя хорошо.
Пока она смотрела на него, он вдруг обернулся.
Она не успела отвести взгляд.
Он посмотрел на неё и тут же отвёл глаза.
После пробежки всех отпустили.
Когда толпа перемешалась, различия не были заметны, но как только все начали расходиться, сразу становилось ясно, кто здесь лишний и одинокий.
Шу Ин была именно такой.
Она сидела под деревом, в наушниках, размышляя, не вернуться ли в класс и не провести ли урок за домашкой, как вдруг рядом раздался стук мяча о землю.
Она подняла глаза — это был Гу Мянь.
— Посмотришь баскетбол?
В декабре он был одет лишь в тонкую толстовку. Мяч послушно прыгнул ему в руки.
Шу Ин уже собиралась ответить, но в поле зрения вдруг попали два силуэта.
Она знала, что он хотел помочь, но всё же покачала головой.
Гу Мянь ничего не сказал и ушёл с мячом.
Как только его фигура исчезла из виду, Шу Ин встала.
Опустив голову, она пошла вперёд, считая про себя:
— Раз, два, три…
На тридцать шестой секунде её за руку остановили.
Шу Ин растерянно подняла глаза и увидела Кунь Чэна и высокую девушку рядом с ним.
Девушка собрала волосы в высокий хвост — это была агитатор третьего класса, которая уже два урока приставала к Кунь Чэну, уговаривая выступить на художественном вечере.
Она бросила на Шу Ин один взгляд и больше не обращала на неё внимания:
— Говорят, ты играешь на пианино и отлично поёшь. Братец, если ты не пойдёшь, это же пустая трата таланта…
Кунь Чэн перебил её, явно не вникая в суть:
— Спроси у неё.
Девушка странно посмотрела на Шу Ин.
Шу Ин приоткрыла рот и тихо сказала:
— Он не пойдёт.
Девушка наконец замолчала:
— Это ты решаешь?
Шу Ин снова открыла рот, но ничего не смогла ответить. Зато Кунь Чэн наконец перевёл на неё взгляд:
— Не слышала?
Девушка хотела что-то сказать, но, взглянув на него, благоразумно умолкла и ушла.
Когда вокруг стало тихо, он схватил Шу Ин за запястье.
Она склонила голову и посмотрела на него:
— Почему не хочешь идти?
Он шёл, не останавливаясь, и уголок губ приподнялся:
— Жена не разрешает.
— … — Шу Ин попыталась выдернуть руку, но безуспешно. — Несправедливо.
Ему было всё равно:
— Когда я действительно бываю несправедливым, ты ещё не видела.
— …
Шу Ин онемела.
Они обошли стадион и оказались за ним. Здесь стояла высокая стена, зимние лианы на ней выглядели уныло. Шу Ин остановилась у стены и пальцами обвила свисающую ветку.
— Она сказала про пианино, — тихо проговорила она.
Отказывая за него, она руководствовалась собственными чувствами.
Он повернулся к ней. Белый подол его куртки колыхнулся.
Её голос стал ещё тише:
— Мне не хочется, чтобы ты играл.
Если ей нужно было найти подтверждение своим чувствам, она могла вспомнить лишь ту фортепианную мелодию —
в дождь, осенью.
Прошло немного времени, прежде чем он ответил:
— Хорошо, я понял.
*
В день рождественского художественного вечера Шу Ин всё же отпросилась.
Она сказала, что хочет дома готовиться к олимпиаде по математике, и классный руководитель закрыл на это глаза.
На самом деле олимпиада была не скоро — только после Нового года. Просто Шу Ин искала повод избежать шума и веселья.
Вся школа ликовала в предвкушении праздника, только она стремилась держаться подальше.
Но едва она вышла из кабинета, как попала прямо в другое торжество.
Чэнь Аньчэн несла коробку с закусками, а Чжоу Су — связку воздушных шаров, вероятно, для вечера.
И, конечно, за ними шёл Кунь Чэн.
Шу Ин несколько раз взглянула на шары в руках Чжоу Су. Тот, заметив это, сразу спросил, не хочет ли она шарик, и даже начал отвязывать один для неё.
Шу Ин поспешно замахала руками — брать вещи с вечера ей было неловко.
Чжоу Су всё равно протянул ей шар, но Кунь Чэн вовремя обнял её за плечи и притянул к себе:
— Кому нужны твои шарики.
Чжоу Су мастерски закатил глаза:
— Я же не тебе его даю. Откуда столько драмы?
Плечо Шу Ин оказалось в его объятиях. Она слушала его ленивый, насмешливый голос:
— Ладно, завтра расскажу Чжоу Мань всю твою любовную историю.
Чжоу Су немедленно сложил руки в поклоне и капитулировал:
— Только не надо! Ты мой отец!
Тут Шу Ин вдруг вспомнила и огляделась:
— А где сестра Чжоу Мань? На сцене?
*
Чжоу Мань не была на сцене — она уже пришла в бар.
Это был тот самый бар семьи Линь Мису, но в честь Рождества там царила совсем иная атмосфера: люди толпились, музыка гремела, воздух был пропитан возбуждением и весельем.
Шу Ин на миг замешкалась у входа.
Звукоизоляция в баре была отличной — только открыв дверь наполовину, можно было услышать оглушительную музыку изнутри.
Она обернулась и посмотрела на него. Её глаза в приглушённом свете казались наполненными прозрачной водой.
Он приблизился, его тёплое дыхание коснулось её уха:
— Не бойся. Весь этот шум — для тебя.
Шу Ин наконец переступила порог.
Чэнь Аньчэн и остальные уже собрались за столиком. Увидев Шу Ин, Линь Мису была крайне удивлена.
Она ущипнула Чэнь Аньчэн за чёлку:
— Ты что, с ума сошла? Как ты умудрилась привести отличницу?
Она действительно перекрасила свои крупные волны обратно в чёрный цвет. В красном платье она выглядела ещё эффектнее — как героиня старого фильма. В её возрасте она казалась намного взрослее Шу Ин и её сверстниц.
В её словах не было ни капли насмешки или пренебрежения — Шу Ин это чувствовала.
Чэнь Аньчэн тут же принялась оправдываться, даже не пытаясь вырваться — от этого они выглядели особенно близкими.
Шу Ин заступилась за неё:
— Я сама отпросилась.
Линь Мису наконец поверила, отпустила чёлку и хлопнула в ладоши.
Чэнь Аньчэн встряхнула волосы, поправляя причёску, и весело добавила:
— Шу Ин вообще молодец! Попасть на олимпиаду в Синьчжуне — это очень трудно.
Линь Мису покачивала бокалом с напитком и, опершись на ладонь, с лёгкой завистью сказала:
— Знаешь, я всегда восхищалась теми, кто хорошо учится.
Шу Ин удивилась.
Она говорила искренне, без фальши.
Девушка продолжила, и её лицо в разноцветных огнях выглядело особенно ярко:
— Жаль, что я отродясь не приспособлена к учёбе. Поэтому, когда вижу таких, как вы, — особенно завидую.
Чэнь Аньчэн тут же подсела ближе и начала выдавать секреты:
— Ты не знаешь, какой она была дурой в школе! Обязательно писала «би сюй», путала косинус и синус…
Линь Мису уже бросила школу и больше не училась.
Шу Ин не знала, что кто-то может завидовать ей.
Как круг — все гонятся за чужими пятками.
Линь Мису не рассердилась, а лишь рассмеялась, поправив длинные волосы с видом человека, страдающего от воспоминаний:
— Как только начинала читать теоремы — сразу клонило в сон. На уроках засыпала и ничего не помнила… Что я могу поделать? Раньше мне всегда было любопытно: как вообще учатся такие, как Шу Ин? Но эти отличники смотрели так свысока, что мне было лень с ними разговаривать…
Шу Ин улыбнулась и покачала головой:
— Да нет, на самом деле я не люблю учиться.
Кунь Чэн, сидевший рядом, наконец оторвался от телефона:
— Уметь хорошо делать то, что не нравится, — тоже достоинство.
Щёки Шу Ин слегка покраснели.
Разговор вдруг полностью сосредоточился на ней, и ей стало неловко.
К счастью, со сцены раздался громкий удар барабана — похоже, группа наконец начинала играть.
http://bllate.org/book/5056/504591
Готово:
