— Не стану скрывать от вас, бабушка, — начал Шу Имин. — Сразу после того, как у «Канши» начались неприятности, я встретился с Цзыжэнем. Он с детства замкнутый, в Цзи-чэне у него немного друзей. Я моложе его, но мы всегда были близки. Встречаемся редко, однако поддерживаем связь и потому отлично знаем друг о друге. Когда «Канши» попала в беду, он пришёл ко мне за помощью. Я искренне хотел помочь, но, хоть и занимаю пост заместителя главного банкира у отца, не имею права распоряжаться средствами. Да и сумма была огромной: даже если бы я тайком перевёл деньги, отец быстро заметил бы пропажу — и тогда компания оказалась бы в ещё большей опасности. Вы ведь прекрасно знаете, как он относится к Цзыжэню: никогда его не одобрял. Если бы не истерика Имань дома — слёзы, угрозы покончить с собой, — он бы и не выдал кредит, чтобы спасти «Канши».
Конечно, тогда я не мог помочь ещё и по одной важной причине… Именно из-за неё я сегодня и пришёл к вам.
Кановская старшая внимательно слушала, кивая, и, дослушав до этого места, подняла глаза:
— Говори, дитя.
Шу Имин машинально оглядел комнату, убедился, что никого нет, и тихо сказал:
— Я хочу, чтобы вы выступили на стороне родителей Цзыжэня и настояли на скорейшей свадьбе между ним и Имань.
— Скорейшей? — нахмурилась старшая Кан, задумалась на мгновение. — Это вы с Цзыжэнем уже договорились?
— Нет! — покачал головой Шу Имин. — Он ничего об этом не знает. Но это решение выгодно всем.
Увидев недоумение в её взгляде, он продолжил:
— Вы, вероятно, знаете: хотя банк «Гоань» носит имя моего отца, изначально он принадлежал деду. Дед передал пост главного банкира отцу лишь за пятнадцать лет до своей смерти. Однако оставил завещание, известное только отцу и адвокату. Мне тогда было одиннадцать, я мало что понимал, но случайно подслушал содержание завещания за дверью.
В нём говорилось, что после смерти деда банком полностью управляет мой отец, но лишь административно. Все акции переходят мне и моей сестре. Однако мы получим их официально только тогда, когда оба достигнем совершеннолетия и хотя бы один из нас женится. С этого момента банк формально остаётся под контролем отца, но на деле крупнейшими акционерами будем мы с сестрой, а у отца почти ничего не останется. До сих пор не пойму, почему дед оставил банк нам, а не отцу.
Шу Имин сделал паузу и спросил задумавшуюся старшую Кан:
— Бабушка, вы всё поняли?
Та немного подумала и осторожно спросила:
— Ты хочешь сказать, что стоит Имань выйти замуж за Цзыжэня — и ты получишь контрольный пакет акций банка «Гоань», а значит, сможешь распоряжаться всеми средствами?
— Именно так, — подтвердил Шу Имин. — Как только я получу финансовую власть от отца, даже если позже Имань и Цзыжэнь разведутся, а отец захочет отозвать кредит, выданный «Канши», я смогу защитить компанию. Вот почему раньше я не мог помочь Цзыжэню, а теперь предлагаю этот план!
Старшая Кан кивнула, поняв, но тут же с сомнением спросила:
— А разве это правильно — поступать так со своей родной сестрой?
— Хе-хе, — горько усмехнулся Шу Имин, опустив глаза. — Имань слишком зациклена на Цзыжэне. Ей нужно самой пройти через это и отпустить. Я лишь помогаю ей выбрать меньшее из зол. К тому же, бабушка, вы сами видите: после кризиса «Канши» Цзыжэнь будто выбрал лучший путь — брак с нашей семьёй. Но на самом деле он вынужден был пойти на это.
— Да… С самого начала страдает мой внук! — вздохнула старшая Кан и снова спросила: — Обязательно ли Цзыжэню и Имань жениться?
— Да, бабушка. В завещании деда чётко сказано: один из нас должен жениться. Сначала я даже думал просто найти какую-нибудь женщину и оформить фиктивный брак, чтобы получить доступ к деньгам. Но потом понял: лучше всего выдать Имань за Цзыжэня. Это решит всё сразу — я получу наследство, Имань начнёт взрослую жизнь, а пережив неудачный брак, она наконец отпустит Цзыжэня. Как только я получу контроль над финансами банка, Цзыжэнь в любой момент сможет подать на развод. Главное — чтобы Имань не забеременела от него. Иначе план провалится: это поможет только мне, но не освободит Цзыжэня. А ребёнок навсегда свяжет их судьбы!
— Звучит разумно, — размышляла вслух старшая Кан. — Так можно спасти «Канши», освободить Цзыжэня от Имань и сделать тебя настоящим хозяином банка «Гоань»!.. Но… — её лицо снова выразило сомнение. — Ты уверен, что это не ранит Имань? Она хорошая девушка, просто упряма и ошиблась в чувствах!
— Бабушка, конечно, ей будет больно. Но если не пойти на это, пострадают не только она, но и гораздо больше людей — и гораздо дольше! — Шу Имин нахмурился, явно принимая трудное решение. — Сейчас это единственный и самый правильный путь для всех троих.
— Значит, раз ты пришёл ко мне, Цзыжэнь уже отказался? — спросила старшая Кан.
— Да. Ещё до помолвки я предлагал ему сразу жениться на Имань. Но он не согласился даже на помолвку — согласился лишь после целой ночи размышлений! И только потому, что тогда расстался с Тун Синь. Если бы они не разошлись, он, возможно, и помолвки бы не принял. А сейчас вы сами знаете его положение: он не только воссоединился с Тун Синь, но и признал свою дочь… В такой ситуации он тем более не согласится ни на нашу, ни на вашу просьбу жениться на Имань. Он сказал, что даст себе год, чтобы поднять «Канши» и вернуть весь долг банку «Гоань». И добавил: если уж когда-нибудь женится, то только на Тун Синь. Помолвка — временная мера. Раз он не любит Имань, нельзя втягивать её в брак — это настоящее предательство. Именно поэтому он попросил вас сначала предложить только помолвку, а не свадьбу.
Шу Имин тяжело вздохнул:
— Ваш внук во всём силён, только в любви слишком колеблется. Поэтому, раз я не могу его переубедить, пришёл к вам.
— Не колеблется, — мягко поправила старшая Кан. — Просто упрям. На самом деле он хочет быть честным и с теми, кого любит, и с теми, кто любит его!
— Возможно… Но сейчас не время для упрямства. Мои родители требуют, чтобы я добился свадьбы. Если не получится — отец, зная его методы, сначала потребует долг у «Канши», доведёт компанию до краха, а потом отправит Имань за границу!
Шу Имин обеспокоенно посмотрел на бабушку:
— Поэтому решение нужно принимать как можно скорее.
Старшая Кан откинулась в кресле, закрыла глаза и задумалась. Через мгновение она резко открыла их:
— Хорошо! Я поговорю с внуком. Передай своим родителям: свадьба состоится в течение месяца!
* * *
В саду, проводив Шу Имина, Оуян Янь тут же позвала управляющего Вана:
— Слышал?
— Да, госпожа, — кивнул Ван и подробно пересказал всё, что подслушал, прячась в соседней комнате, пока Шу Имин разговаривал со старшей Кан.
— Что?! — побледнев, воскликнула Оуян Янь. — Ты точно всё расслышал? Это же брат Имань! Как он может сговориться с чужими против собственной сестры?
— Точно, госпожа! — заверил Ван.
Оуян Янь нахмурилась, размышляя, потом махнула рукой:
— Ладно, поняла. То, что ты услышал, должно остаться между нами. Понял?
— Будьте спокойны, госпожа, — кивнул Ван и ушёл.
Оуян Янь ходила кругами, не зная, что делать.
Этот Шу Имин — мерзавец! Под предлогом помощи нашему Цзыжэню он на самом деле преследует лишь свою выгоду — стать настоящим владельцем банка «Гоань», не считаясь со счастьем сестры! Просто чудовищно! И ведь они уже всё обсудили — значит, помогают этой Тун Синь!
Шу Имин уже знает про Тун Синь и И Нолу — выходит, старшая Кан и Цзыжэнь всё давно знали! Все молчали, а сами всё спланировали. Теперь всё усложняется!
Нет, она ни за что не допустит, чтобы Цзыжэнь развёлся с Имань и женился на Тун Синь! Пусть их план и устроит сына, но она не позволит Тун Синь стать главной выгодополучательницей! Ведь та появилась позже! Она обязана защитить Имань — как когда-то защищала любовь Кан Тяньи и прогнала ту, что влезла между ними, будучи третьей!
В конце концов, победила ведь она! Та мерзавка умерла ещё молодой! Ха!
Ага! Шу Имин ведь сказал: если Имань не забеременеет, Цзыжэнь сможет легко развестись!
Отлично! Значит, чтобы помешать Тун Синь войти в их семью, она должна побыстрее сделать так, чтобы Имань забеременела от Цзыжэня!
Решившись, Оуян Янь бросилась в гостиную и набрала номер Шу Имань.
* * *
Проведя ночь в постели Тун Синь, Кан Цзыжэнь утром лично отвёз И Нолу в детский сад и направился в офис «Канши».
Переодевшись и усевшись за стол, он не мог скрыть удовлетворения.
Прошлой ночью они втроём спали на одной кровати — и это была самая спокойная ночь за долгое время, даже сны были сладкими. Утром он долго приставал к Тун Синь, пока И Нола не вышла и не стала умолять за отца — только тогда он получил разрешение снова остаться на ночь. Ведь завтра выходные, и он обещал дочери провести их вместе.
Но там живёт ещё и Ся Бинь. Постоянно появляться у Тун Синь неудобно. Та отказывается возвращаться в «Шуйсие Хуаюань». Может, стоит снять новую квартиру для Ся Бинь, чтобы она переехала, а он поселился бы там?
Нет, это будет выглядеть как захват чужого дома! Они точно не согласятся!
Кан Цзыжэнь нахмурился. Ему очень хотелось прекратить эту разлуку, но… Нужно время. Он дал себе ровно год, чтобы поднять «Канши» до новых высот!
Пока он размышлял, за стеклянной стеной показался Чжан Лун. Тот постучал в дверь.
— Входи, — отвлёкся Кан Цзыжэнь, выпрямившись в кресле. — Как раз хотел тебя вызвать. После обеда купи самую большую кровать и отправь её к Тун Синь.
— Хорошо! — кивнул Чжан Лун.
— Ещё отвези туда несколько комплектов моей одежды и предметы первой необходимости… — Кан Цзыжэнь подумал. — Пока хватит. И делай всё незаметно.
— Понял! — снова кивнул Чжан Лун и протянул ему папку. — Господин Кан, документы на прописку И Нолы готовы. Посмотрите.
— Спасибо, отлично. Можешь идти.
Кан Цзыжэнь раскрыл папку и долго смотрел на страницу домовой книги, не отрывая взгляда.
http://bllate.org/book/5012/500382
Готово:
