Лицо Моро мгновенно побагровело, и он вместе со стулом откатился назад, потрясённый до глубины души. Пальцы и губы его задрожали:
— Кто… кто вам такое сказал? Это же полнейшая чушь… Ох! Нет, мадемуазель, как вы можете за чайным столом произносить подобные непристойности…
— Простите, это не слухи, — холодно усмехнулась Бай Жунь, поднимаясь с места. — Я только что сама это придумала.
И, оставив всех в изумлении, она величественно покинула комнату.
Стук в дверь раздался позади.
Бай Жунь обернулась. Дверь была распахнута, и мужчина прислонился к косяку, наблюдая за ней.
Наваль был одет в чёрный костюм — вероятно, только что вернулся с улицы.
Бай Жунь отвела взгляд и сделала вид, что не замечает его.
Видя, как она, притворяясь спокойной, молча переставляет вещи туда-сюда, он первым нарушил молчание:
— Мадемуазель Бай, Лаура сказала, что вы покинули ужин ещё до его окончания. Вас что-то огорчило?
— Вы ведь прекрасно знаете ответ, — бросила Бай Жунь, не глядя на него.
Она думала: он ведь заранее должен был предвидеть, с чем ей придётся столкнуться. Но едва приехав в Бордо, он бросил её одну… Хотя их отношения — всего лишь деловое партнёрство, она всё равно его гостья, и обращаться с ней так небрежно просто неприлично.
Наваль по-прежнему стоял, прислонившись к дверному косяку.
— Простите, я не ожидал, что Моро вдруг появится.
— Правда? Оперль сказала мне, что этот господин заглядывает сюда каждые два-три дня. Вы даже не предупредили меня.
Бай Жунь повернулась и прямо посмотрела на Наваля:
— Его слова были оскорбительны до крайности. Мне трудно проявлять к нему снисхождение.
Наваль выпрямился и кивнул, соглашаясь:
— Во-первых, Моро больше не будет часто наведываться сюда. Раньше он занимался управлением в винодельне, но я перевёл его в офис в городе. Он всегда бездельничал, так что давно пора было поместить его на должность, где можно спокойно получать зарплату за ничегонеделание. Мадемуазель Бай, вы дали мне отличный повод для этого. Я даже должен поблагодарить вас.
— Благодарить?
Глаза Бай Жунь блеснули.
— И как же вы собираетесь меня благодарить?
Наваль на мгновение замер, явно не ожидая такого поворота беседы.
Он помолчал, затем сказал:
— Однако вы ушли с урока вместе со своей ученицей…
Бай Жунь уже предчувствовала, что разговор пойдёт не в ту сторону. Возможно, он снова начнёт упрекать её в безответственности?
Она уже приготовила контрвопрос: «Почему вы не предупредили меня, что уровень игры Оперль на скрипке таков?»
Но он неожиданно сменил тему:
— Расписание занятий можно свободно корректировать. Вы — учитель, всё зависит от вас. Главное, чтобы обучение шло своим чередом. Просто меня удивило то, что случилось за послеобеденным чаем…
В уголках его губ играла насмешливая улыбка, а взгляд внимательно изучал её лицо.
— Не ожидал, что мадемуазель Бай так красноречива. Вы даже немного опасны.
Ха! Бай Жунь не верила, что он действительно чувствует «опасность». Судя по его взгляду, ему просто показалось это забавным и даже возбуждающим…
Она направилась мимо него, но высокая фигура преградила путь.
Ей пришлось поднять голову и нахмуриться:
— Не волнуйтесь, господин Наваль. Уважение взаимно. Я не стану без причины оскорблять кого бы то ни было.
— Хорошо, мадемуазель Бай, — он взглянул на часы. — Забудем неприятности. Я хотел бы показать вам винодельню и виноградники. Есть желание?
— Сейчас? — удивилась Бай Жунь.
— В мае началась возвратная стужа, и в ближайшие дни надвигается холодный фронт. Виноградники нужно защитить от заморозков, поэтому сегодня вечером там можно увидеть необычное зрелище.
— В это время года боятся заморозков?
Под её растерянным взглядом он кивнул:
— Это весенние заморозки. Иногда они случаются уже в апреле, но в этом году всё как обычно — в мае.
— …Я не пойду, — отвернулась Бай Жунь.
Наваль прищурился, внимательно глядя на неё, и мягко уговорил:
— Картина будет великолепной: вся равнина озарится огнями свечей. Такое увидишь только в винодельческих регионах.
Спустившись вниз, Оперль, услышав, что они собираются в виноградники, радостно подпрыгнула:
— Отлично! Пойдём все вместе!
— Тебе не разрешено, — сказал Наваль.
Девочка замерла:
— Дядя Андре, я же не пью вино! Я просто хочу погулять с вами!
Наваль остановился у двери, спокойно, но твёрдо произнёс:
— Уже почти стемнело. Поднимись наверх и напомни матери принять лекарство.
Оперль обиженно надула щёки, топнула ногой и убежала вверх по лестнице.
Управляющий подошёл ближе:
— Господин, может, мне сопровождать вас…
— Не нужно.
В итоге Наваль взял с собой только водителя и уехал с Бай Жунь.
Дорога заняла всего несколько минут. Когда они вышли из машины, вечернее небо ещё оставалось светлым, и вдалеке Бай Жунь увидела рабочих, суетливо готовящихся к чему-то.
Температура действительно упала. В прибрежных районах перепады температур всегда сильны, и прошлой ночью ей было холодно даже в свитере. К счастью, перед выходом она накинула кардиган, хотя и чувствовала прохладу на лодыжках под юбкой.
В винодельне стало теплее.
На самом деле это было огромное заводское здание со сложной внутренней структурой, где легко можно было заблудиться.
У входа стоял информационный стенд для посетителей с подробным описанием истории, достижений и репутации шато Шансон. Проходя мимо, Бай Жунь бегло пробежала глазами: владелец указан как «Группа Шансон»; годовой объём производства — свыше ста тысяч бутылок; площадь виноградников — сто гектаров…
Она мысленно ахнула от масштабов, как вдруг управляющий заметил Наваля и направился к нему, но тот махнул рукой, отослав его.
Бай Жунь последовала за Навалем, и они вдвоём осмотрели винные погреба и ферментационные цеха. Это был её первый визит в винодельню, и всё вокруг казалось удивительным. Она всё медленнее шла, то здесь задерживаясь, то там что-то рассматривая.
Проходя мимо холла административного корпуса, она заметила оживлённую сцену внутри: люди ходили туда-сюда, держа в руках бокалы вина.
— Что они делают? — спросила она у мужчины рядом.
Наваль взглянул туда:
— Совещание. Все виноделы и консультанты.
— Почему все ходят и болтают с бокалами вина? Ах, наверное, в винодельне и совещания — одно удовольствие!
В её голосе звучала зависть, словно пузырьки вина, поднимающиеся во время ферментации.
Наваль усмехнулся:
— Мадемуазель, дегустация вина — часть их работы. Им нужно выработать план производства нового вина в этом году, и это нелёгкая задача. Сейчас они оценивают качество последней партии красного вина — сегодня первая дегустация.
Глаза Бай Жунь засияли:
— Но ведь вы собирались нанять меня в качестве консультанта? Как же без моего мнения на первой дегустации?
Мужчина слегка замер, глядя на неё сверху вниз, и в уголках его глаз появилась лёгкая улыбка.
— Верно, я как раз хотел обсудить с вами этот вопрос.
Он открыл стеклянную дверь, протянув руку перед ней:
— Проходите, винная девочка.
В её глазах всё сияло: бокалы всевозможных форм — для сира, каберне совиньон, тюльпанообразные, для мадеры… Всё стекло искрилось в жёлтом свете.
Наваль взял вино, и они вышли на тихий уголок балкона.
Отсюда открывался вид на бескрайние виноградники.
Бай Жунь подняла бокал, слегка покрутила его и сделала маленький глоток.
Чёрные пряди развевались на лёгком ветерке, обвиваясь вокруг тонкой шеи.
Это вино было из винограда мальбек и обладало ароматами чёрной ежевики, кедра, чёрной смородины и вишни, а благодаря выдержке в дубовых бочках в нём чувствовались нотки кофе, каучука и какао. Вкус был поистине очарователен…
Она закрыла глаза, позволяя вину стекать по горлу.
Погружённая в наслаждение, она мысленно вздыхала: вот оно — настоящее счастье.
В центре поля зрения Наваля на фоне великолепного закатного неба девушка в кардигане и красном V-образном платье с длинными рукавами казалась особенно яркой — цвет идеально сочетался с оттенком вина: тёмный, насыщенный, с глубоким блеском.
Её губы тоже были алыми — сочными, влажными, соблазнительными, как сладкое десертное вино.
Правда, выражение лица было слишком уж экстатическим…
— …
Долго блуждая в мире ароматов, Бай Жунь наконец открыла глаза и увидела, что мужчина с лёгкой насмешкой разглядывает её.
Она прочистила горло и приняла более сдержанную позу. После дегустации двух сортов вина она высказала своё мнение и спросила:
— А вам какое больше нравится? То, что с нежным элегантным вкусом, или то, что с насыщенным танином?
Наваль смотрел на неё, держа бокал за ножку, и молчал.
Бай Жунь вдруг вспомнила: у него нет вкуса. Он просто сопровождает её, чтобы она могла насладиться вином. Она поспешила оправдаться:
— Ой, я имела в виду…
Он прервал её:
— Ничего страшного.
Затем сделал глоток:
— Вкусовые воспоминания детства ещё не совсем исчезли. Просто теперь мне трудно принимать решения о создании новых вин. Поэтому, как вы видите, у меня много консультантов по вину.
Он оперся на перила, переводя взгляд на собравшихся внутри людей:
— Каждый консультант участвует в голосовании за окончательный вариант вина и получает процент от продаж. Если летом вино не пойдёт, зарплата будет скромной. Работа рискованная, но и потолок дохода высокий…
Он добавил:
— Конечно, в вашем случае всё иначе. Ведь я уже пообещал вам вознаграждение на том вечере.
Бай Жунь думала не о зарплате, а о том, сколько премиального вина она сможет бесплатно попробовать.
Ведь все её деньги всё равно уйдут на вино, а качественное вино дорогое — никакой зарплаты не хватит. Лучше уж работать и пробовать лучшие образцы…
Она мысленно ликовала, но вслух сказала лишь вежливо:
— Мне приятно участвовать в этой работе. Надеюсь, вы не возражаете, что я не специалист по виноделию.
Он поставил бокал:
— Это не важно. Среди них даже есть рекламщики, которые мало что понимают в дегустации. Коммерческие решения требуют учёта самых разных аспектов…
— Тогда каковы будут мои обязанности?
— Позже с вами свяжется менеджер производственного отдела и всё объяснит.
Когда деловой разговор закончился, Бай Жунь поставила бокал и встала перед ним:
— Господин Наваль, я хотела поговорить об Оперль. Я никого не хочу обидеть, но… в вашей семье, наверное, она давно получает музыкальное образование. Однако, судя по её уровню…
— Она действительно два года занимается скрипкой, но из-за частой смены педагогов сильно отстала. Рэя хочет, чтобы она получила качественное музыкальное образование, и поэтому очень придирчива к учителям. Мадемуазель Бай, ваши способности полностью соответствуют нашим ожиданиям. Не волнуйтесь, вопрос оплаты…
Дело не в оплате.
Просто основы у девочки настолько слабые, что учить её — мука.
Бай Жунь быстро обдумала условия.
— На самом деле, зарплата не так важна, — кашлянула она и, подняв четыре пальца, серьёзно посмотрела в карие глаза мужчины: — Четыре бутылки коллекционного каберне совиньон, что ваше шато выпустило в прошлом году. За это я гарантирую, что всё лето останусь здесь и буду спокойно преподавать, не сбегу от испуга.
Она уже приготовилась к торгам с «жадным» богачом и, чтобы он не стал рубить цену пополам, сразу добавила:
— И учтите: две бутылки — не вариант.
Наступила тишина на несколько секунд —
Наваль рассмеялся:
— Восемь бутылок.
— …?
Неужели во Франции торги проходят иначе, чем в Китае…
Сойдя с машины, они шли вдоль края виноградников, и зелёные лозы тянулись до самого кобальтового горизонта.
http://bllate.org/book/4872/488697
Готово:
