Лу Цуйцзинь радостно подпрыгнула:
— Сестрица, ты умней всех! Я только и умею, что злиться — откуда мне знать такие хитрые уловки?
Ян Шулянь про себя усмехнулась: «Хитрости-то ещё впереди. Приберегаю их специально для тебя». В глазах её застыло ледяное презрение: «Такая дура, как ты, и впрямь достойна такого мужчины, как Яцин?»
Наблюдая, как Лу Цуйцзинь, довольная и размашистая, удаляется, Ян Шулянь сплюнула сквозь зубы: «Даже на туалетную бумагу ты не годишься — одна сплошная дрянь! Даже советовать тебе что-то — уже осквернять себя! Но что поделаешь… Нет под рукой никого поумнее, кого можно было бы использовать. Просто невыносимо мерзко».
Размышляя обо всём этом, Ян Шулянь села в автобус. У её деда была служебная машина, но он никогда не подвозил внучку, и это вызывало в ней обиду. Однако, оглядевшись в университете, она поняла, что почти никто из родителей не привозит своих детей, и успокоилась.
Она отлично знала характер Чжан Яцина: если он сам не согласится на брак, то ничего не выйдет.
Поэтому она решила не пытаться добиться его через семейные договорённости. Только собственными силами, перерубив все чужие руки, тянущиеся к Чжан Яцину.
Главной помехой была Ян Лю. Кроме неё, у Чжан Яцина не было никого, к кому он питал бы глубокие чувства. Именно Ян Лю была его ближайшей подругой, с которой их связывали самые тёплые и искренние отношения. Стоит только Ян Лю исчезнуть — и Ян Шулянь без сомнения станет лучшей кандидатурой для Чжан Яцина. Их семьи идеально подходили друг другу, да и её род, безусловно, превосходил семью Лу Цуйцзинь по влиянию и положению.
Все мысли Ян Шулянь были заняты Чжан Яцином, и она всю ночь не сомкнула глаз. Мать лишь окликнула её однажды: «Пора!» — а потом до неё донеслись только шаги горничной, которая несколько раз позвала: «Шулянь! Завтрак готов!»
Она потянулась и зевнула, забыв на миг о своём безупречном облике благовоспитанной девушки. Перед людьми она всегда играла роль, но в своей комнате правила сама. То, чему научила её мать, годилось лишь для показа — днём приходилось держать нервы в напряжении, а ночью можно было расслабиться.
С самого детства она так жила. Мать говорила, что её предназначили для выгодного брака, но Ян Шулянь хотела выбрать себе жениха по сердцу. Когда родители попытались навязать ей партию, она пригрозила самоубийством. У единственной дочери родители оказались в её власти. К тому же многолетние потрясения помогли ей — подходящих женихов не находилось, и её не принуждали всерьёз.
Раньше она держалась в стороне, не желая ошибиться — нужно было всё хорошенько обдумать, прежде чем принимать решение.
Теперь же всё определилось: она выбрала Чжан Яцина, родители согласились, даже дедушка одобрил.
Она будет цепко держаться за него и не отпустит ни за что.
Кто осмелится встать у неё на пути — тому не миновать гибели.
Пусть соперницы сами летят в огонь, как мотыльки. А она лишь подует на пламя, чтобы те обратились в пепел.
Бух!
Глухой удар — и стройная шея Ян Шулянь согнулась, голова врезалась в чьё-то тело.
Она резко подняла глаза, и взгляд её сузился. Плечи её сжали чужие руки.
— Ха-ха-ха!.. — раздался громкий смех. Два хищных глаза, словно магниты, впились в её лицо.
— О-о-о! Да неужто это моя сладкая лотосовая девочка, мечтающая о любви? — прошептал насмешливый голос. — Так это же моя Ляньлянь!
Его взгляд, быстрый, как молния, уже сотни раз прочертил её испуганное лицо.
Тонкие, как у утки, губы вдруг прижались к её алым устам, и длинный, колючий, словно ежовый, язык вторгся в раскрытый от изумления рот, зацепил её мягкий язычок и начал терзать его без пощады.
От внезапного нападения она оцепенела. Всё тело охватило жаром, по коже побежали мурашки, и странное, щекочущее чувство овладело ею. Она хотела закричать, но не могла — рот был запечатан.
«У-у-у!..» — мычала она беспомощно, язык её болезненно дергался под чужим натиском. Грудь стискивало железной хваткой, живот касался твёрдого предмета, от чего сердце замерло в ужасе. Шею обхватила мощная рука, и силы покинули её окончательно.
На улице, в час пик, вокруг сновал народ. Сколько людей видело эту сцену? Хотя знакомых было мало, всё равно это было непристойно — в их время подобные выходки считались немыслимыми.
Но Ян Шулянь даже не думала об этом. Голова её кружилась, пока наконец не пришла в себя. К счастью, мужчина больше не пытался ничего предпринимать при всех.
Он спокойно отпустил её:
— Ляньлянь, увидимся вечером.
Когда он ушёл, Ян Шулянь почувствовала глубокое унижение. Она узнала этого человека — его дед занимал более высокий пост, чем её собственный, а сам он был известным развратником и к тому же женатым.
Внезапно ноги её подкосились. «Возмездие! — подумала она с ужасом. — Я сама подстроила Ян Лю встречу с этим женатым развратником… А теперь он достался мне!»
Она начала ругать Ян Лю: «Если бы не эта несчастливая звезда, я бы никогда не наткнулась на этого похотливого волка! Всё из-за неё — я так разволновалась, что потеряла бдительность!»
И всё же… вкус поцелуя этого развратника был удивительно приятен. Он ведь был настоящим волком, опытным и диким. Интересно, способен ли Чжан Яцин на такое же?
— Бах! — со звоном пощечина ударила по её щеке. Ян Шулянь пришла в себя: «Я не из тех женщин, что позволяют себе подобное! Как я вообще могла думать о нём?»
— Фу! Фу! Фу! — она яростно сплёвывала. — У-у-у!.. — чуть не вырвала желудок. «Этот мерзавец, наверное, целовал сотни женщин! Какие они все грязные! Он осмелился приравнять меня к ним? Да ему не жить!»
Она бранилась всю дорогу и чуть не врезалась в машину.
В университете она весь день пребывала в прострации.
Когда вечером занятия закончились, Лу Цуйцзинь бросилась искать Ян Шулянь — та должна была дать ей совет насчёт того самого мужчины, который поцеловал её утром.
Ян Шулянь, опасаясь, что развратник может подкараулить её, вежливо, но настойчиво избавилась от Лу Цуйцзинь и даже не пошла привычной дорогой домой — выбрала обходной путь.
А развратник Чэнь Тяньлян тем временем стоял у поворота, зажав сигарету между пальцами. Сделав глубокую затяжку, он с раздражением бросил окурок на землю. «Как смела она меня избегать?» — сверкнули его хищные глаза зелёным огнём.
Внезапно перед ним возникла юная фигурка:
— Лян-гэгэ! Ты кого ждёшь?
Чэнь Тяньлян по-похабному ухмыльнулся:
— Хе-хе! Жду тебя!
— Меня?.. — Лу Цуйцзинь сделала вид, будто не понимает его намёков. Она прекрасно знала репутацию этого развратника — любую красивую женщину он считал своей добычей.
— Ну разве не дождался? — он весело рассмеялся. — Поужинаем? Угощаю.
— Нет настроения, — вздохнула Лу Цуйцзинь с печальным видом. — Моего жениха увела другая… Какое уж тут настроение?
— Та, кто его увела, наверняка красивее тебя, — Чэнь Тяньлян уже облизнулся. Красавицы редки, их не сыщешь где попало. Он сразу представил себе эту женщину и загорелся интересом.
— Конечно, красива! Иначе разве смогла бы околдовать мужчину? — Лу Цуйцзинь подтолкнула его. «Пусть этот развратник займётся ею, — подумала она с облегчением. — Спасибо, сестрица, за такой отличный совет!»
Заметив его похотливый взгляд, она поспешила уйти. Больше ей не нужно было ничего делать — он сам найдёт Ян Лю и не оставит её в покое.
Она уже представляла, как будет праздновать победу. Ведь то, что принадлежит ей по праву, никто не отнимет.
Чэнь Тяньлян был в ярости: он не дождался Ян Шулянь. Его «брачная ночь» сорвалась — какое разочарование!
«Эта стерва! — злился он. — Сама меня раззадорила, а теперь мучает? При случае я ей устрою!»
Всю ночь он не спал от злости и томления, и к утру под глазами у него залегли тёмные круги.
Ему было тридцать два года, но он только поступил в университет — первый в стране. Его связи были крепкими: семья давно держала власть в руках.
Уже через день он собрал полную информацию о сёстрах Ян. От радости он чуть не запел: «Сёстры-цветочки! Из деревни, бедные, незамужние… Старшая, конечно, постарше, но младшая — в самый раз! Да и старшая красива, с настоящей женской прелестью… Чжан Яцин не дурак — выбрал себе старшую, а значит, младшая тоже под боком. Можно будет насладиться обеими!»
Он решил развестись с женой и заполучить этих двух. Больше ему не нужны никакие другие женщины.
Хотя девушки и из деревни, но держатся с достоинством. Нельзя применять грубую силу. Особенно старшая — в её глазах читается сила. Если обидеть такую, она не простит.
«Она точно не из тех, кто путается с мужчинами ради выгоды», — решил он.
Сначала нужно оформить развод. Такой девушке нельзя проявлять неуважение. Как только старшая будет в его руках, младшая никуда не денется — ведь зять и младшая сестра жены… Что до остальных женщин — с ними он уже наигрался.
Чэнь Тяньлян придумал предлог и зашёл в аудиторию, где училась Ян Лю. Его хищные глаза, словно весенний ветерок, скользнули по её лицу. Он вежливо пропустил её, когда они поравнялись. Чжан Яцин бросил на него злобный взгляд: «Что за чёрт? Почему он вдруг стал таким вежливым?»
Обычно Чэнь Тяньлян при виде красивой девушки сразу начинал флиртовать. Такое необычное поведение насторожило Чжан Яцина: «Когда волк притворяется овцой — значит, замышляет беду. Кому он показывает свою „вежливость“?»
Чжан Яцин дал знак У Сюйчжану, и тот кивнул в ответ. Чжан Яцин ушёл, а У Сюйчжан остался. Чэнь Тяньлян и У Сюйчжан были одноклассниками ещё в старшей школе — оба из выпуска 1966 года. Десять лет их семьи страдали от политических репрессий, но теперь положение нормализовалось, и родители снова заняли свои посты. Чэнь Тяньлян рано женился: в деревне, на северной ферме, он взял местную девушку, мечтавшую о пекинской прописке. Теперь, когда его дед вернулся к власти, жена и дети получили столичную регистрацию — словно птицы, взлетевшие на вершину.
Его жена, необразованная и грубая, из-за его многочисленных измен устраивала ему адские сцены. Если бы не двое сыновей, родители Чэнь Тяньляна никогда бы не приняли такую невестку.
На следующий день У Сюйчжан пересказал Чжан Яцину все слова Чэнь Тяньляна. Никаких явных улик найти не удалось, но Чжан Яцин знал: этот парень мастер притворяться. Поэтому он не снижал бдительности. Ему казалось, будто за Ян Лю следят чьи-то глаза. Он помнил, как её уже пытались подставить в деревне.
Нельзя было терять бдительность. Лу Цуйцзинь — не подарок, и теперь Ян Лю не будет знать покоя.
Чэнь Тяньлян каждые несколько дней заходил поболтать с У Сюйчжаном. Ничего особенного он не делал, лишь время от времени «случайно» сталкивался с Ян Лю, всякий раз проявляя вежливость и уважение. Эта несвойственная ему сдержанность ещё больше тревожила Чжан Яцина.
Сам Чэнь Тяньлян чувствовал, будто за ним кто-то следит, но уловить тень не удавалось. Его хищные глаза, обычно острые, как у ястреба, и обученные в органах, не могли поймать наблюдателя.
Машина его деда простаивала без дела — старик уже не работал. Чэнь Тяньлян часто использовал её для встреч с любовницами. Все они были свежими и нетронутыми — он предпочитал лично «проверять» каждую.
Однажды он с гордостью подкатил на дедовской машине и резко затормозил в пятисот метрах от Пекинского университета. Там как раз шли две сёстры — Ян Лю и Ян Минь — к автобусной остановке после занятий.
Чэнь Тяньлян вышел из машины:
— О! Какая удача! Мы ведь знакомы? Я как раз проходил мимо. Давайте подвезу вас!
Он указал на открытую дверцу:
— Прошу, девушки!
Ян Лю резко схватила сестру за руку и отступила:
— Мы не знакомы! Не мешайте нам!
Её слова преградили путь его приглашению. Взглянув в его хитрые глаза, она почувствовала, как по спине пробежал холодок. Девушки ускорили шаг и быстро сели в автобус.
Чэнь Тяньлян последовал за автобусом. Когда сёстры вышли, он проследовал за ними. Зайдя в переулок, он бросил машину и незаметно двинулся следом. Ян Лю его не заметила.
Зато он разглядел их дом:
— Неплохое жильё для деревенских девушек. Совсем не похоже на обычную лачугу.
Он быстро вернулся к машине и приказал сидевшему внутри человеку:
— Лао Ци, узнай, кому принадлежит этот дом.
Когда машина доехала до перекрёстка, Лао Ци выскочил и помчался в управление недвижимости. Вскоре он вернулся и доложил всё Чэнь Тяньляну. Тот задумался: «Как у деревенской девчонки столько денег на такой дом?»
Цены тогда были низкими, но даже рабочему за всю жизнь не скопить на такое жильё.
«Её деньги — сомнительного происхождения, — решил он. — Если её арестуют, я смогу выступить в роли героя, спасшего красавицу. Тогда она точно влюбится в меня! Но мешает Чжан Яцин… Без него всё было бы просто».
«Пока лучше понаблюдать, — размышлял он. — Нужно найти её слабое место. На родителей давить бесполезно — она их не слушает. Только сестра Ян Минь ей дорога… Но похищать сестру? Нет, я хочу не просто развлечься — мне нужна долгая связь. Такие методы не годятся».
http://bllate.org/book/4853/486275
Готово:
