Сунь Хань замер в изумлении.
— Что ты имеешь в виду?
— А то и имею в виду, что Юй Су — женщина Цзян Вэя.
Чжоу Тун ответила прямо, без обиняков. Сунь Хань молчал довольно долго, пытаясь осмыслить услышанное.
— Юй Су — женщина Цзян Вэя? — наконец вымолвил он тихо, с явным недоверием в голосе.
Чжоу Тун кивнула.
— Я только что об этом узнала. Если бы я раньше знала… — Она бросила на Сунь Ханя виноватый взгляд. — Прости, родной. На этот раз я тебя подвела.
— Сейчас уже поздно об этом говорить, — Сунь Хань едва не сорвался, но быстро взял себя в руки. Люди, которых замечает Цзян Вэй, без исключения отличаются высокой компетентностью — в этом он был уверен. Осознав, что дело сделано, он спокойно спросил: — Каковы твои планы?
— Мы окончательно порвали с Хуасином, — сказала Чжоу Тун. — Вчера мне позвонил Лу Кэсян из Паньмэя и предложил те же условия, что и Хуасин, если я перейду к ним.
Она внимательно следила за выражением лица Сунь Ханя. Увидев, что тот мрачен и ничего не выдаёт, через некоторое время осторожно спросила:
— Родной, а ты не думал перейти в Паньмэй?
* * *
В интернете разгорелась настоящая буря вокруг имён Юй Су, Чжоу Тун и Цзян Вэя. Все гадали, какие отношения связывают этих троих, насколько влиятельна Юй Су и откуда у неё такие связи. Некоторые пользователи, называвшие себя «инсайдерами», заполонили форум «Хайцзяо» множеством постов, но всё это были лишь догадки без малейших подтверждённых фактов. Только Ли Минхуань, снимавшийся в то же время на киностудии Наньсу, смутно что-то заподозрил.
«Похоже, теперь у меня появилась возможность прицепиться к сильной ноге», — подумал он и даже захотел позвонить Юй Су, чтобы спросить, не нужен ли ей «подвесной аксессуар» для ноги.
Однако Ли Минхуань ещё не знал, что в это самое время Юй Су уже переехала в квартиру, которую Цзян Вэй заранее купил на территории киностудии Наньсу.
— Эта спальня не слишком ли велика? — Юй Су с досадой оглядывала комнату, которая казалась ей чересчур просторной.
Квартира представляла собой простой двухуровневый дуплекс: внизу находились гостиная, кухня, столовая и небольшой садик, а наверху — всего одна спальня и ванная комната.
— Тебе не нравится? Посмотри, какое здесь пространство! И кровать такая удобная — даже если будешь ворочаться всю ночь, всё равно не упадёшь, — с энтузиазмом расхваливал Цзян Вэй эту необычайно большую спальню.
Юй Су стояла в дверях, скрестив руки, и выглядела совершенно обескураженной.
— Я с двух лет уже не падаю с кровати.
— Ну и что с того? Всё равно большая кровать — это хорошо, — уклончиво ответил Цзян Вэй, тщательно скрывая свои истинные намерения.
Юй Су промолчала.
Она принялась распаковывать чемодан, но тут же почувствовала слабость: последние дни её сильно мучила тошнота, и сил на что-либо больше не оставалось.
— Эй-эй-эй! Не садись на корточки! — Цзян Вэй быстро подскочил к ней. — Я читал на форуме для будущих мам: такая поза сильно повышает риск выкидыша.
Юй Су закатила глаза.
— Перестань читать эти страшилки на форумах для беременных. Там описывают крайне редкие случаи, вероятность которых ничтожно мала.
— Лучше перестраховаться. Садись-ка на кровать, я сам всё сделаю, — сказал он, мягко подталкивая её к постели, после чего вернулся к чемодану и начал раскладывать её вещи.
— А как мне раскладывать одежду? — спросил он.
Юй Су, полулёжа на кровати, устало пробормотала:
— Просто разложи по категориям.
— По категориям? — Цзян Вэй никогда в жизни не занимался подобным. Он окинул взглядом переполненный чемодан и тихо проворчал: — Откуда мне знать, как их классифицировать?
— Что ты сказал? — Юй Су, прикрыв глаза, всё же услышала его слова.
— Ничего! Просто думаю, по какому принципу лучше сортировать, — быстро ответил он.
Юй Су снова промолчала.
Когда Цзян Вэй наконец закончил распаковку, наступило время ужина. На кухне было полно продуктов, но один не умел готовить, а у другого не было на это сил, поэтому они решили поужинать вне дома.
В районе киностудии Наньсу было немало ресторанов. Цзян Вэй посмотрел отзывы в интернете и выбрал один с хорошими оценками. Когда Юй Су надела пуховик, он подошёл и протянул ей маску.
Юй Су подняла на него глаза, и на её лице появилось обиженное выражение.
— Не хочу её надевать. От неё становится душно, будто не хватает воздуха, — сказала она и тут же спрятала лицо у него в груди.
Это был первый раз с той ночи, когда она сама проявила к нему нежность. Цзян Вэй растерялся и не знал, куда деть руки. Немного поколебавшись, всё же обнял её.
— Может, бросим эту съёмку и вернёмся домой? Там тебе будет комфортнее, — сказал он. Из-за шумихи в сети он не хотел оставлять Юй Су одну в Наньсу и последние дни постоянно находился рядом. Видя, как она каждый день мучается от тошноты, но всё равно заставляет себя есть овощи, мясо и фрукты ради ребёнка, Цзян Вэй чувствовал сильную боль в сердце.
— Сколько ещё продлится этот токсикоз? — с досадой спросил он.
Юй Су покачала головой, голос её был приглушённым:
— Не знаю. У всех по-разному: у кого-то тошнит до самых родов. У меня ещё относительно легко.
Цзян Вэй не захотел даже представлять, что она будет страдать до самых родов, и быстро сменил тему:
— Ладно, не будем надевать маску. Прогулка и свежий воздух, может, помогут тебе почувствовать себя лучше.
Юй Су думала точно так же. Она подняла голову, позволила Цзян Вэю поправить ей волосы и вместе с ним вышла из дома. По дороге к машине Цзян Вэй был на седьмом небе от счастья: с тех пор как у неё начались симптомы беременности, она стала гораздо более зависимой от него. Особенно её непроизвольные маленькие жесты заставляли его чувствовать, что их связь стала намного ближе.
Похоже, бросить все дела в компании и приехать сюда было решением правильным.
Чжао Бо был отправлен обратно в столицу, поэтому за рулём сидел сам Цзян Вэй. Он вёл машину очень плавно, и в салоне царила тишина. Раньше Цзян Вэй терпеть не мог ничего, что отвлекало его за рулём: ни разговоров, ни звонков, даже музыки.
Но с тех пор как он стал проводить время с Юй Су, ему нравилось слушать, как она рассказывает ему о повседневных мелочах. Это придавало жизни ощущение настоящей, домашней теплоты.
Правда, последние два дня Юй Су чувствовала себя плохо и, едва сев в машину, сразу закрыла глаза, не произнеся ни слова.
Не выдержав, Цзян Вэй сам заговорил:
— Это ты попросила директора Вана помочь с Хуа И?
Ван Вэйдун раньше был дипломатом в России. Он не только увлекался искусством, но и обладал высоким уровнем художественного вкуса. Позже, когда театр Хуа И начал приходить в упадок, его перевели туда на руководящую должность. Под его управлением театр не только возродился, но и начал выпускать спектакли с отличными отзывами, а также наладил обмен с зарубежными театральными труппами, что ясно свидетельствовало о его компетентности.
Цзян Вэй знал Ван Вэйдуна, и Юй Су это не удивляло — ведь Ван Вэйдун происходил из круга, близкого к семье Цзян Вэя.
— Нет, — ответила она, не открывая глаз. — Я узнала об этом только после того, как Хуа И опубликовал заявление в соцсетях.
Цзян Вэй был поражён. Он слишком хорошо знал таких людей: они никогда не двигали пальцем без выгоды.
— Вы с ним хорошо знакомы?
— Неплохо. Последние несколько лет он много помогал мне. Когда я подала заявление об уходе, он даже пытался удержать меня, — в её голосе прозвучала грусть.
— Тебе очень нравится играть в театре?
— Да, иначе зачем я столько лет это терпела?
— Если тебе нравится, ты можешь продолжать. Никто не заставит тебя отказываться от этого, — сказал Цзян Вэй, уже обдумывая, не стоит ли инвестировать в Хуа И. Это позволило бы и вернуть долг Ван Вэйдуну, и дать Юй Су возможность заниматься любимым делом.
Но совместить мечту и реальность всегда непросто. Она уже пять лет отдала своей страсти и ничего не потеряла. Теперь же ей нужно думать практичнее — ради себя, ради матери и ради ребёнка, который скоро появится на свет.
— Посмотрим, будет ли возможность, — сказала она и слегка улыбнулась, но Цзян Вэй, сосредоточенный на дороге, этого не заметил.
Вскоре они доехали до ресторана.
Снаружи заведение выглядело совершенно обыденно, но едва переступив порог, Юй Су словно попала в другой мир. С одной стороны — резные деревянные окна в китайском стиле, с другой — западная скульптура обнажённой женщины; позади — шёлковая ширма с вышитыми красавицами, а напротив — знаменитая картина с «улыбкой Моны Лизы».
Этот странный микс востока и запада вызывал недоумение. Юй Су с интересом оглядывалась по сторонам, почти забыв о своём недомогании. Цзян Вэй же, державший её за руку, чувствовал себя крайне неловко.
Он не ожидал, что ресторан с такими хорошими отзывами окажется столь… своеобразным.
Однако блюда, судя по всему, были вкусными — первый этаж был полностью заполнен. Их встретила официантка в цинском халате и парике с высокой причёской и проводила в отдельный кабинет.
Едва оказавшись внутри, Юй Су не сдержала смеха:
— Владелец этого ресторана, наверное, с извращённым чувством юмора!
Цзян Вэй натянуто улыбнулся, не зная, что ответить. Он так тщательно выбирал место для ужина, а теперь чувствовал, будто потерял лицо.
Он быстро заказал несколько лёгких блюд и хотел поскорее уйти отсюда.
Юй Су, не замечая его дискомфорта, продолжала обсуждать странное оформление ресторана.
— Через пару дней к тебе придут люди от режиссёра Кон.
— От режиссёра Кон? — удивилась Юй Су. — Зачем?
Цзян Вэй вложил в проект режиссёра Ли Ехуа ещё пятьдесят миллионов, и тот использовал эти средства для сотрудничества с ведущей в стране мастерской по пошиву ханьфу. Были заново изготовлены костюмы для сериала «Императрица». Только у самой императрицы их было шестнадцать комплектов, а самый дорогой обошёлся в 1,8 миллиона юаней. Представитель мастерской приехал лично, чтобы показать Юй Су эскизы — таково было требование Цзян Вэя: раз уж он вложил столько денег, жена должна быть довольна.
— Наверное, они приедут по поводу костюмов, — предположил Цзян Вэй.
— Но сейчас же слишком рано. Да и после родов моя фигура всё равно изменится, — возразила Юй Су.
Цзян Вэй положил ей на тарелку кусочек креветки по-сычуаньски.
— Сейчас они просто покажут тебе эскизы, чтобы ты утвердила дизайн. Шить начнут только после родов.
— Так можно? — удивилась Юй Су. — Актрисы обычно участвуют в выборе костюмов?
Цзян Вэй кивнул.
— Обычно — нет. Но для тебя — да. Иначе зачем я столько денег вкладывал?
Юй Су сначала не поняла, но потом до неё дошло:
— Это твоих рук дело?
— Ага.
— Вот оно что! — воскликнула она, наконец осознав.
— Если что-то не понравится, заставь их переделать. Пока не будет идеально, — добавил Цзян Вэй, явно изображая из себя типичного «властного директора».
Юй Су едва сдержала смех:
— А если я всё испорчу?
— Никаких «если». Я верю в твой вкус, — уверенно ответил он.
Юй Су: «...» Цзян Вэй, у тебя очень высокий уровень инстинкта самосохранения!
После ужина Цзян Вэй быстро расплатился и вывел Юй Су из этого странного ресторана. Едва они вышли на улицу и направились к машине, как навстречу им подошли Ли Минхуань и какая-то женщина.
— Старый друг! — закричал Ли Минхуань издалека и, ускорив шаг, подбежал к Юй Су. Женщина за ним, в высоких каблуках, еле поспевала.
— Не ожидал тебя здесь встретить! Ты здесь снимаешься? — спросила Юй Су, с трудом сдерживая улыбку при виде Ли Минхуаня в армейской шинели и ушанке.
— Да, новый фильм Лю Цзюньли, — ответил он.
Лю Цзюньли — режиссёр, набирающий популярность последние два года. Он специализировался на шпионских триллерах, и недавно вышедший на одном из центральных каналов сериал сделал из малоизвестного актёра Чжао Шэня настоящую звезду. Поэтому в индустрии за ним пристально следили, и слух о его новом проекте вызвал ажиотаж: многие актёры старались заполучить хотя бы второстепенную роль, надеясь на успех.
— Ты играешь главную мужскую роль? — уточнила Юй Су.
Ли Минхуань кивнул:
— Рекомендовал режиссёр Кон.
— Отлично! — поддразнила она. — Когда станешь знаменитостью, не забудь помочь старой подруге.
— Конечно, конечно! — Ли Минхуань прекрасно понимал, что она шутит, но краем глаза взглянул на Цзян Вэя и подумал: «Я-то как раз надеюсь, что ты поможешь мне прямо сейчас».
Пока они обменивались приветствиями, женщина наконец догнала их и сказала:
— Сестра Юй, брат Цзян Вэй!
http://bllate.org/book/4809/480363
Готово:
