— Так-то вот! — самодовольно фыркнул Ли Сюань и ещё выше задрал подбородок.
Вокруг воцарилась тишина, и в этой тишине эхом отдавался лишь его собственный голос. Он вдруг замолчал, будто сбившись с мысли, и, редко для себя, тихо пробормотал:
— Всё равно… кроме того дурака, меня ведь никто не любит, верно?
— Но мне и не нужно, чтобы меня любили! — тут же добавил он громче, уже с вызовом. — Хоть не верьте мне, хоть не любите — мне всё равно! Мне не нужны ваши чувства!
— Всё равно… кто-то ведь меня любит.
Сам не понимая, что говорит, он нахмурил брови, раздражённо пнул маленький камешек и пошёл прочь. Увидев Чэн Иньнань, его лицо тут же преобразилось: снова появилась дерзкая, почти бесовская ухмылка.
— Я уже загадал желание. Ты ведь не подслушивала?
Он встал прямо перед ней и сверху вниз, по-хулигански, спросил:
— Конечно, нет! Я же не такая! — по-детски высунула она язык и, улыбаясь, весело потрясла руку Ляо Юаньсинь. — Синьсинь, теперь твоя очередь! Не бойся, сестрёнка будет ждать тебя снаружи!
Казалось, именно в этот момент она вновь почувствовала себя настоящей старшей сестрой. Чэн Иньнань даже грудью выпятилась, стараясь выглядеть особенно взрослой и серьёзной.
Ляо Юаньсинь посмотрела на её мягко изогнутые брови и с лёгкой неохотой отпустила её руку, после чего вошла внутрь.
Девочка тихо стояла в пещере. Внутри было так тихо, что спрятавшийся фотограф уже решил: она, вероятно, ничего не скажет. Но вдруг она шевельнулась.
— Хочу… чтобы любил только…
Губы кукольно прекрасной девочки чуть дрогнули, и она почти беззвучно загадала своё желание. Затем, сделав паузу, спокойно вышла наружу.
Чэн Иньнань удивилась, увидев, как быстро она вернулась.
— Синьсинь, ты уже всё загадала? Так быстро!
Ляо Юаньсинь молча кивнула и послушно встала рядом с ней.
— Тогда я пойду! — объявила Чэн Иньнань. — Вы тут ждите меня, хорошо?
Ли Сюань закатил глаза:
— Да ладно тебе болтать! Быстрее заходи.
Но когда настала её очередь, Чэн Иньнань вдруг присела на корточки и задумалась: ей вроде бы нечего желать. Ведь почти все её желания сбывались ещё до дня рождения.
Тогда…
— Пусть в следующий раз Кэкэ приедет со мной сюда! Я уже побывала первой, но очень надеюсь, что Кэкэ не обидится и всё-таки привезёт меня ещё раз!
Она произнесла это с полной серьёзностью, а потом, не удержавшись, добавила:
— И… хотя сценаристка сказала, что нельзя загадывать такое желание, я всё равно хочу, чтобы Сяосяо прямо сейчас появилась здесь.
— Тсс… — прошептала она, застеснявшись. — Скучаю по Сяосяо.
Едва она вышла, прикрыв лицо руками от смущения, и собралась позвать детей, как вдруг увидела знакомую фигуру.
— А-а-а! Ты как здесь оказалась, тигрица?! — завопил Ли Сюань, будто увидел привидение.
Йин Исяо лишь беззаботно поправила длинные волосы и, с лёгкой насмешкой в глазах, повернулась к Чэн Иньнань, которая невольно распахнула глаза от изумления.
— Потому что… — начала она, и её голос звучал мягко и игриво. — В далёкой стране страшная ведьма вдруг услышала, как принцесса загадывает желание — чтобы страшная ведьма появилась рядом. Узнав, как сильно принцесса по ней скучает, ведьма сразилась с драконом и пришла к ней.
После этого совместного задания все словно сблизились. По дороге обратно Ли Сюань даже перестал специально провоцировать Йин Исяо и временно поддерживал с ней мирные отношения.
Даже обычно сдержанная Ляо Юаньсинь, возможно, решив, что они уже возвращаются домой, стала необычайно привязана к Чэн Иньнань.
Чэн Иньнань, которую маленькая девочка сама взяла за руку и теперь шла рядом, не отставая ни на шаг, всё это время не переставала улыбаться — её сердце просто таяло от умиления.
Йин Исяо шла впереди, одной рукой держа Ли Сюаня за воротник, а другой оглядываясь, чтобы убедиться, что обе девочки следуют за ними. Убедившись, что всё в порядке, она снова повернулась и пошла дальше.
«Вот уж не думала, что Юаньсинь так привяжется к Наньнань…» — размышляла она про себя. Вспомнив, как впервые увидела эту девочку — с безэмоциональным лицом и тёмными, глубокими глазами, которые от долгого взгляда становились даже немного жутковатыми, — Йин Исяо всегда старалась избегать с ней одиночных встреч. Ей казалось, что их ауры просто несовместимы. Перед поездкой она даже переживала, как наладить контакт с ней. Но оказалось, что Наньнань и Юаньсинь словно созданы друг для друга — девочка буквально липла к ней.
— Ну и ладно, — подумала Йин Исяо с облегчением. Хотя она и разочарована в собственной матери — холодной, равнодушной к ней женщине, занятой лишь работой, — к тёте Ляо она по-прежнему относится с теплотой. Поэтому, конечно же, она обязана позаботиться о Юаньсинь. Хорошо, что рядом есть Наньнань — это сильно облегчает задачу.
Пройдя ещё немного и сверившись с картой, Йин Исяо наконец нашла обозначенную в задании зону для кемпинга. Купив у съёмочной группы две палатки, они принялись за сборку.
— Я впервые сплю в палатке! А вы, Сюаньсюань и Синьсинь, раньше бывали на кемпинге?
Чэн Иньнань была в восторге и, следуя указаниям Йин Исяо, помогала собирать палатку, одновременно оглядываясь на детей. Увидев, что оба отрицательно качают головами, она радостно воскликнула:
— Как здорово! Значит, это наш общий первый опыт!
Йин Исяо, стоя на корточках и вытирая пот со лба, услышала её слова и косо взглянула на подругу:
— А меня ты не спросишь, впервые ли мне в палатке?
— Хм, глупышка, — добавила она про себя.
— А?! — Чэн Иньнань на секунду замерла, а потом совершенно уверенно ответила: — Так ведь ты же такая умелая! Сразу видно, что не впервые!
Девушка с золотисто-коричневыми волосами, собранными в простой хвост, с лёгкой усмешкой посмотрела на неё:
— Ты что, не заметила, как я только что листала инструкцию?
Чэн Иньнань почесала затылок, не совсем понимая, к чему она клонит.
— Значит… и ты впервые? Как и мы?
Увидев, что Йин Исяо кивнула, она тут же с восторгом воскликнула:
— Вау! Сяосяо, ты просто молодец! Кажется, ты умеешь всё!
Получив столь искреннюю похвалу, «страшная ведьма» наконец удовлетворённо опустила голову и продолжила собирать палатку.
Тем временем Ли Сюань, который всё это время пытался объяснить «молчунье», что она неправильно вставила шест, уже начал злиться: Ляо Юаньсинь не только игнорировала его, но и упрямо тянула деталь к Чэн Иньнань. А тут ещё и эта похвала… Он невольно бросил презрительный взгляд на Йин Исяо.
— Даже из-за этого завидуешь? Мелочная!
— Похоже, тебе сегодня ночью придётся спать под открытым небом и любоваться звёздами, — спокойно, даже не поднимая глаз, ответила Йин Исяо.
Ли Сюань моментально понял намёк:
— …Чёрт! Опять угрожаешь!
Под её руководством четверо быстро собрали обе палатки. Чэн Иньнань с восхищением смотрела на результат и вдруг вспомнила что-то — отошла на шаг и сделала пару фотографий на телефон.
— Обязательно покажу Кэкэ! Пусть знает, что я тоже умею всё делать сама!
Йин Исяо как раз думала, что бы такого приготовить на ужин, но, услышав её слова, лишь с улыбкой потрепала её по голове:
— Ты уж трижды за день упоминаешь Кэкэ. Даже когда его нет рядом, он всё равно в центре внимания, да?
Чэн Иньнань в ответ высунула язык и широко улыбнулась.
— Сегодня я сплю с тем дураком! А ты — с тигрицей!
Пока двое вели свой разговор, двое других уже затеяли ссору.
Ли Сюань, глядя на Ляо Юаньсинь, которая всё так же безучастно сидела и не обращала на него внимания, первым заявил:
— Сегодня я сплю с Наньнань! Ты — с ними!
Но Ляо Юаньсинь даже не шелохнулась. Она просто сидела на маленькой каменной плите, прижимая к себе куклу, которую дала ей Чэн Иньнань, и молча наблюдала за разговором, будто его слова вовсе не касались её.
Маленький бесёнок аж зубы скрипнул от злости, но, боясь, что девочки услышат, лишь прошипел сквозь зубы:
— Эй, молчунья, ты вообще слышишь меня? Если не ответишь — считай, что согласилась. Я уже пойду им скажу!
На этот раз Ляо Юаньсинь наконец отреагировала. Она медленно повернула голову и посмотрела на него. Её большие чёрные глаза, лишённые всяких эмоций, напоминали глаза куклы — от такого взгляда даже смельчак Ли Сюань на миг отшатнулся.
Он тут же возненавидел себя за эту слабость и шагнул вперёд:
— Значит, ты согласна!
— Нет.
Это был первый раз, когда он услышал её голос. Он даже подумал, что ослышался.
— Ты… ты что сказала?! — вытаращил он глаза. — Молчунья заговорила?!
Ляо Юаньсинь безэмоционально посмотрела на него:
— Не смей идти.
Ли Сюань: «…»
— Да ты хоть немного логики понимаешь? — нахмурился он, вспомнив просьбу Чэн Иньнань быть дружелюбным, и с необычной для себя терпеливостью попытался объяснить: — Всё это время ты спала с Наньнань! Сегодня должна быть моя очередь!
Но Ляо Юаньсинь, кажется, вообще не услышала его аргументов. Она лишь подчеркнуто холодно произнесла:
— Не смей называть её «Наньнань».
Ли Сюань: «…»
После двух таких «ударов» терпение маленького беса лопнуло. Он уже готов был закричать: «Ты вообще хочешь остаться одна?!» — но в этот момент Йин Исяо схватила его за воротник.
— Ты опять устраиваешь скандал? — хмуро спросила она. — Похоже, тебе правда хочется получить по шее. Ты даже Синьсинь обижаешь?
— …
— Тигрица, тебе срочно нужны очки! Кто тут кого обижает?! — закричал он, извиваясь. — Это она меня доводит!
— Она даже не смотрит на тебя. Как ты умудрился обидеться?
— Она только что говорила! Она сказала… Спроси у неё сама!
— Синьсинь, ты что-то говорила? — удивлённо обернулась Йин Исяо к девочке.
Но та лишь опустила голову и продолжила играть с куклой, не отвечая.
Йин Исяо, давно привыкшая к её молчаливости, не смутилась. Она лишь снова посмотрела на Ли Сюаня и с ледяной усмешкой произнесла:
— Похоже ли это на то, что она с тобой разговаривала?
— Ты… ты… А-а-а! Тигрица издевается! Глупая Чэн Иньнань, ты вообще не вмешиваешься?!
Чэн Иньнань уже собиралась подойти, чтобы утихомирить их, но Йин Исяо одним взглядом остановила её:
— Пусть получит по заслугам. Наньнань, не лезь!
Чэн Иньнань: «…»
Пока они спорили, Ляо Юаньсинь тихо подошла и взяла её за руку. Не говоря ни слова, она осторожно повела девушку в обход ссорящейся парочки — к задней части ущелья.
За поворотом открылся вид на бескрайнее море цветов. Небо уже начало темнеть, и последние лучи заката озаряли разноцветные цветы, превращая всё вокруг в огненно-красный океан.
На фоне заката над цветами порхали яркие бабочки, их крылья переливались всеми оттенками радуги. Они кружили в воздухе, словно сотканная из света и красок вуаль, создавая сказочное, почти волшебное зрелище.
Чэн Иньнань, заворожённая красотой, стояла как во сне. Её молочно-белая кожа слегка порозовела от восторга. Одна особенно смелая бабочка села ей на плечо, потом, словно испугавшись, взлетела, но тут же вернулась и устроилась на её волосах. Её переливающиеся крылья напоминали изящную заколку, и вся фигура девушки сияла необычайной, почти неземной красотой.
Ляо Юаньсинь смотрела на бабочку, трепещущую на пряди волос подруги. Она встала на цыпочки, потянулась, чтобы дотронуться, но не достала. Уже собиралась позвать Чэн Иньнань, как та вдруг обернулась.
— О, так это и есть низина Долины Влюблённых!
Очнувшись, Чэн Иньнань с восторгом огляделась вокруг. Её глаза сияли, будто в них отражались звёзды.
— Синьсинь, ты специально привела меня сюда?
Ляо Юаньсинь молча проследила, как испуганная бабочка улетает, а потом снова перевела взгляд на улыбающееся лицо подруги. Крепче прижав куклу к груди, она чуть заметно кивнула.
http://bllate.org/book/4803/479357
Готово:
