И дебют этого ребёнка состоялся ни где-нибудь, а прямо в шоу «Вперёд, малыши!» — неудивительно, что на этот раз пригласили одних звёзд с огромной популярностью.
Что до Йин Исяо и Чэн Иньнань, которые, казалось бы, были самыми малоизвестными, — хотя они всё это время провели в закрытом центре и не имели чёткого представления о собственной популярности, на самом деле снаружи их слава уже стремительно росла, и они тоже вошли в число «трафиковых» звёзд.
Сойдя с самолёта, они обнаружили, что остальные приглашённые гости уже почти все собрались.
— Теперь вы можете выбрать место, куда хотите отправиться. Разбейтесь на пары по двое и следуйте по маршрутам, указанным в ваших билетах. Малыши, выбравшие то же направление, будут ждать вас в аэропорту.
— Наньнань, куда хочешь полететь?
Раз уж пары формируются по двое, Йин Исяо и Чэн Иньнань, естественно, остались вместе. Глядя на разложенные перед ними авиабилеты, Йин Исяо нахмурилась:
«Какой же у меня невезучий день! Попасть на реалити-шоу и встретить знакомого человека… А если мне действительно достанется дочь тёти Ляо, тогда…»
Хотя девочка немного замкнута и почти не разговаривает, она точно узнает её. Только представив, как это будет выглядеть, Йин Исяо почувствовала головную боль.
«Что вообще задумала тётя Ляо? Почему она позволила дочери участвовать в шоу? Раньше ведь всегда так бережно прятала её от посторонних глаз!»
А ещё сын режиссёра Ли — настоящий маленький демон! Его так избаловали, что он стал совершенно безрассудным. Кому бы ни достался он — тому точно не поздоровится!
Услышав вопрос Йин Исяо, Чэн Иньнань растерялась:
— Куда… куда угодно, наверное…
Ведь перед ними лежало всего несколько билетов. Если бы были фотографии детей, можно было бы хоть как-то выбрать, а так — куда ни посмотри, везде одинаково.
Йин Исяо: «…» Не впервые она замечала, насколько они схожи в подобных ситуациях.
Остальные гости таких сомнений не испытывали: ведь все дети принадлежали к звёздным семьям, и для них не имело особого значения, кому достанется кто.
Хотя, конечно, многим хотелось бы попасть именно в пару с дочерью легендарной актрисы Ляо — там гарантированно будет больше камер, но это всё равно что выиграть в лотерею, так что никто не зацикливался только на этом варианте.
В итоге Йин Исяо, которая всё ещё колебалась, чувствуя, что любой выбор чреват бедой, и Чэн Иньнань, страдающая от синдрома нерешительности и считающая, что все варианты одинаковы, получили билеты в город У.
— Город У? Похоже, неплохое место, — сказала Чэн Иньнань, не видя в этом ничего плохого. Она повернулась к Йин Исяо, которая с самого перелёта выглядела рассеянной. — Сяосяо, а ты как думаешь?
— А? А… да, конечно, — машинально ответила Йин Исяо, всё ещё думая, как ей быть, если вдруг действительно встретит ту девочку. Только услышав своё имя, она наконец очнулась и переспросила: — Что ты сказала?
Чэн Иньнань долго смотрела на неё своими большими чёрными глазами, пока Йин Исяо не почувствовала, как сердце её тревожно забилось. Внезапно коротко стриженая девушка потянулась и ладонью погладила её по голове:
— Не переживай, Сяосяо! Я помогу тебе!
Йин Исяо: «…»
Глядя на её серьёзное выражение лица и пухлые щёчки, Йин Исяо, с её золотисто-коричневыми волосами, вдруг почувствовала, как зачесались зубы. Не сдержавшись, она ущипнула её за щёчку:
— Ты ещё и по голове меня трогать вздумала? Ах ты, наглец! Смелости-то набралась, глупышка.
— Умм?! Я же просто хотела подбодрить… — возмутилась Чэн Иньнань, но слова её были заглушены новой волной «дразнилок».
Размявшись над своей наивной подружкой, Йин Исяо наконец почувствовала облегчение и, взяв оба чемодана, повела её оформлять пересадку.
Услышав объявление: «Пожалуйста, возьмите с собой ценные вещи», Йин Исяо похлопала по плечу Чэн Иньнань, которая всё это время молча держалась рядом. На её красивом лице играла тёплая улыбка, но в глазах мелькнула лукавая искорка:
— Слышала? Ценные вещи нужно брать с собой. Так что не потеряйся.
— А? — растерялась Чэн Иньнань. — Но ведь всё уже сдали в багаж?
— Разве не слышала? Нужно взять с собой самые ценные вещи, — Йин Исяо слегка покачала их сцепленными руками и тихо засмеялась. — Так что крепко держись за мою руку и никуда не отходи, поняла?
Чэн Иньнань наконец осознала, о чём речь, и на её молочно-белой коже залились два румянца, словно клубничное молоко — нежные и трогательные.
— Я… я ценная вещь для Сяосяо?
— Это… — Йин Исяо, казалось, совсем расслабилась после вылета, и уголки её губ сами собой поднялись вверх. — Кто его знает?
— Эй, Сяосяо, обманщица!
Под припев «обманщицы», Йин Исяо и Чэн Иньнань сели на самолёт до города У. После короткого сна они уже приземлились.
Когда их провели в комнату отдыха, Йин Исяо сразу увидела сидящую в углу девочку, которая молча вертела в руках игрушку. От неожиданности перед глазами потемнело, а в висках застучало.
«Неужели правда сбылось? Чем больше боишься чего-то — тем вероятнее это случится?»
— Сяосяо? — тихо спросила Чэн Иньнань, заметив, как у подруги испортилось настроение. — С тобой всё в порядке? Или нервничаешь?
Пока девочка их не заметила, Йин Исяо заставила себя отвести взгляд и покачала головой:
— Ничего… Просто не ожидала, что в город У поедут только двое детей.
Чэн Иньнань легко повелась на уловку и, увидев, как дети, заметив их, перестали разговаривать и повернулись к ним, радостно улыбнулась:
— Зато теперь у нас с ними больше шансов сдружиться, правда?
Но Йин Исяо, встретившись взглядом с той самой девочкой с тихими, глубокими глазами, лишь мысленно простонала:
«Где тут сдружиться… Это же карма!»
— Эй! Вы, наверное, те, кто будет с нами? — раздался дерзкий голосок.
Увидев, что приехавшие наконец-то прибыли, Ли Сюань оставил в покое «немую» девочку, которая так и не ответила ни на один его вопрос, и подошёл к ним, гордо задрав подбородок и оглядывая их с ног до головы.
Глядя на этого дерзкого мальчишку с идеальными чертами лица и вызывающим выражением, Йин Исяо почувствовала, как у неё зачесался желудок.
«Только что увидела одну Ляо Юаньсинь и от шока даже не заметила второго ребёнка… Это же Ли Сюань!»
«Разве я не думала ещё в самолёте: „Кому бы ни достался он — тому точно не поздоровится!“»
«Какая же это карма — собрать в одной группе двух самых трудных детей, да ещё и вручить их нам с Наньнань?!»
Чэн Иньнань, не подозревая, с каким адом им предстоит столкнуться и что сложность задания уже достигла «уровня ада», смущённо почесала щёку и, слегка наклонившись, серьёзно посмотрела на Ли Сюаня:
— Да, я Чэн Иньнань, а это Йин Исяо. Будем вместе три дня — надеюсь на ваше сотрудничество!
Мальчик внезапно столкнулся с огромными, влажными, как у испуганного зверька, глазами невероятно милой девушки, которая даже протянула ему руку с уважением. Внутри у него что-то дрогнуло, уши покраснели, но он упрямо выпятил подбородок и бросил вызов:
— Ты… ты не такая уж и крутая! Я ожидал большего! Что ты вообще умеешь?
От такой нахальности у Йин Исяо снова зачесались руки — в детстве именно из-за его постоянных провокаций она однажды не сдержалась и отшлёпала его. Правда, режиссёр Ли тогда не только не рассердился, но и сам хорошенько проучил сына, однако взгляд злобы и обиды мальчишки она запомнила до сих пор.
Но сейчас они не дома, и Йин Исяо пришлось сжать кулаки и сдержаться. Она уже собиралась сделать ему замечание, как вдруг услышала ответ своей «глупышки», которая, кажется, всерьёз задумалась над вопросом:
— Что я умею… — Чэн Иньнань на секунду задумалась, потом смущённо прошептала: — Честно говоря… я не знаю.
Ли Сюань, не ожидавший такого честного и наивного ответа: «…»
Йин Исяо, готовая уже отчитать мальчишку: «…»
— Ты… ты совсем дура?! — вдруг покраснел от возмущения Ли Сюань. Он долго сердито смотрел на неё, но та лишь смотрела на него с искренним недоумением и невинностью. В итоге он неловко отступил на шаг, снова задрал подбородок и пробурчал: — Ничегошеньки не умеешь, а ещё думала… Ты… ты…
Не найдя слов, чтобы сохранить лицо, маленький хулиган решил сменить цель и перевёл взгляд на стоящую рядом высокую девушку с золотисто-коричневыми волосами.
Но, взглянув на неё, его дерзкий взгляд вдруг замер. Он внимательно пригляделся к девушке с прищуренными, почему-то опасными глазами.
— Ты… ты мне кажешься знакомой…
Йин Исяо: «…»
— Ага! Ты же та самая… мммф!!
Наконец вспомнив, что перед ним та самая «тигрша», которая когда-то жестоко его отшлёпала, Ли Сюань попытался убежать, но Йин Исяо уже схватила его и зажала рот ладонью:
— Два дня будешь делать вид, что не знаешь меня. Понял? Иначе я выложу твои фото в пижаме с мокрой кроватью!
Ли Сюань: «…» Даже спустя столько лет эта женщина остаётся настоящей тигрицей!
Чэн Иньнань, ничего не заподозрившая в их «игре», лишь с завистью вздохнула:
— Сяосяо, ты просто волшебница! Как тебе так быстро удалось с ним сдружиться?
С этими словами она перевела взгляд на девочку, которая всё ещё сидела в стороне и молча наблюдала за ними.
Заметив, что на неё смотрят, Ляо Юаньсинь тут же отвернулась.
Чэн Иньнань сначала посмотрела на Йин Исяо, которая уже улыбалась, гладя по голове послушного Ли Сюаня, потом — на девочку в углу и, немного подумав, тихо подошла к ней.
Ощутив чужое присутствие, Ляо Юаньсинь напряглась и крепче сжала свою куклу.
Но Чэн Иньнань не стала заговаривать с ней. Она просто остановилась рядом, присела на корточки, положила подбородок на колени и подняла на девочку большие, выразительные глаза.
Ляо Юаньсинь молчала — и Чэн Иньнань тоже не произнесла ни слова. Они просто смотрели друг на друга, будто играли в «Море волнуется раз…», и в этой тишине чувствовалась какая-то трогательная комичность.
Йин Исяо, только что успешно пригрозившая Ли Сюаню «фото в пижаме» и заставившая его замолчать, подняла голову и увидела эту сцену. Едва сдержав смех, она мысленно возопила:
«Как только отвернулась — и сразу побежала к ней! Неужели не понимает, что Ляо Юаньсинь ещё сложнее, чем этот маленький демон?!»
Представив, что им предстоит управляться с тремя детьми, каждый из которых сложнее предыдущего, Йин Исяо захотелось немедленно схватить свою «ценную вещь» и сбежать домой. «Я просто не справлюсь!»
Ли Сюань, тоже заметив, как Чэн Иньнань подошла к «немой», вдруг нахмурился:
— Эй, эта немота тебя не услышит! Я с ней полчаса разговаривал — ни звука! Совсем как немая!
Йин Исяо тут же шлёпнула его по затылку и холодно бросила:
— Кого ты назвал немой?
Ли Сюань уже собрался показать пальцем, но тут раздался мягкий, но твёрдый голос Чэн Иньнань:
— Так говорить нельзя. Это невежливо и неуважительно.
Маленький хулиган, не ожидавший такого от этой, казалось бы, безобидной и мягкой девушки, с изумлением обернулся к ней. Внутри у него вдруг вспыхнуло обиженное чувство:
— Что ты сказала?
Чэн Иньнань серьёзно надула щёчки:
— Я сказала: так говорить неуважительно.
Ли Сюань: «…»
Зная, что мальчишка гордый и может устроить скандал, Йин Исяо решительно схватила его за воротник:
— Ладно, пора собираться. Нам ещё ехать до места назначения, Наньнань.
http://bllate.org/book/4803/479354
Готово:
