— Разве не от отбора через три дня стоит волноваться? Нам-то, в отличие от них, вылет не грозит.
— Вообще-то недельный отпуск — уже большое счастье. Наконец-то можно немного расслабиться.
Слушая болтовню других участниц позади, Чэн Иньнань склонилась над своими пальцами и начала что-то считать. Йин Исяо с любопытством наклонилась к ней:
— Ты что считаешь?
— Думаю, кто вчера получил больше всего голосов, — с круглыми, как у совёнка, глазами ответила Иньнань. — Я ведь ещё ни разу не снималась для журнала! А ты, Сяосяо?
Глядя на её глуповато-восторженное личико, яркая девушка не удержалась и потрепала её по голове:
— У меня было два опыта, но, конечно, не с таким журналом, как «Хунъин».
Иньнань засияла, глядя на неё с обожанием:
— Вау, Сяосяо, ты такая молодец! Интересно, а у Сюаньсюань и остальных было?
Йин Исяо кивнула и непринуждённо сменила тему:
— Так ты уже всех пересчитала?
— Ну… Я помню, как выступали ты, Сюаньсюань, Интун, Яся и я. И, кажется, ещё кто-то из второго класса…
Иньнань медленно перебирала пальцы, но вдруг расстроилась:
— Ааа, дальше уже не помню.
Девушка с золотисто-коричневыми волосами улыбнулась и щёлкнула её по щеке:
— Золотая рыбка.
— Да ну! Просто я тогда отвлеклась!!
— Наньнань! Наньнань!!
Пока они возились, раздался зов. Иньнань обернулась и увидела Цзян Ясюй, которая только что исчезла из виду, а теперь махала ей и бежала сюда; за ней неторопливо шла Фэн Юйсюань.
Цзян Ясюй плюхнулась рядом и весело обняла малышку:
— Эй, крошка, у меня для тебя отличная новость! Хочешь услышать?
Иньнань, которую так сильно трясло, растерянно подняла на неё глаза:
— А?
Цзян Ясюй уже собиралась ответить, но Фэн Юйсюань, аккуратно собравшая сегодня волосы в элегантный пучок, тут же пнула её ногой и закатила глаза:
— Не дури. Отпусти Наньнань.
— Ты становишься всё строже, Сюаньэр, — проворчала Цзян Ясюй, но послушно разжала руки, освободив головокружительную малышку. — Курица-мамаша превращается в летающего орла.
Фэн Юйсюань пригрозила ей жестом, и Цзян Ясюй тут же хихикнула и перевела тему:
— Так, о чём я там?
Иньнань, у которой характер был поистине ангельский, серьёзно ответила:
— Ты сказала, что у тебя для меня хорошая новость.
— Ага! Я только что от режиссёра! — оживилась Цзян Ясюй. — Сегодня нам разрешили сходить погулять по городу! И все семь дней можно будет пользоваться своими телефонами и звонить домой по видеосвязи!
— Правда?!
Хотя прогулка её не особенно вдохновляла, при мысли о возможности вернуть телефон Иньнань взволновалась. Она схватила Цзян Ясюй за руку и затрясла:
— Нам правда вернут телефоны?!
Фэн Юйсюань кивнула:
— Говорят, чтобы мы завели официальные аккаунты в вэйбо.
Иньнань кивнула, хотя и не совсем поняла:
— Значит, целых семь дней можно будет пользоваться телефоном без ограничений?
Это действительно была отличная новость.
Получив телефоны, девушки завели верифицированные аккаунты и с азартом начали просматривать отзывы о себе в сети.
[#ЧэнИньнаньВоспитатьГарем — кого сегодня изберёт королева?]
[#ЧэнИньнаньПринцессаВыступления]
[#ЧэнИньнаньГлавныйПартнёр — дуэт «Шуанъинь» в действии]
[#ВоспитатьДевичьюГруппу — расцветает бэйхэ]
[#БутербродСТремяНачинками — самый вкусный]
[#ЕжедневныйВопрос: смотрит ли сегодня шоу зелёный муж?]
[#БудущееПротивДетстваДружбы]
Едва Иньнань ввела своё имя, как на экране тут же всплыли эти хештеги. Она моргнула, удивлённая и растерянная:
— Сяосяо, это что за ерунда?
Йин Исяо, которая «заехала в гости» и теперь непринуждённо сидела в их комнате, мельком взглянула на экран и на мгновение замерла, после чего сухо забрала у неё телефон:
— Это не для твоих глаз. Испортишься.
Иньнань послушно кивнула. Цзян Ясюй же, напротив, беззаботно хохотала, валяясь на кровати:
— Ха-ха-ха, умираю! Мамочки, наша пара распалась!
Фэн Юйсюань с досадой посмотрела на неё:
— Ты опять что-то несёшь?
— Все фанаты пары «Сюаньсюй» перешли на «Бутерброд с тремя начинками»! Как же так, без совести! — Цзян Ясюй театрально вздохнула, но тут же сама захихикала. — Какие же они милые!
— Я тоже видела «Бутерброд»! — вспомнила Иньнань. — Яся, а это что, про еду?
— Ага, это мы с тобой и Сюаньэр —
Цзян Ясюй не договорила: Фэн Юйсюань, лицо которой потемнело, тут же заткнула ей рот полотенцем. Её взгляд, полный угрозы, совсем не походил на прежнюю мягкость.
— Скажи ещё слово — и я тебя уничтожу.
Рот был забит полотенцем — разве не похищение? Цзян Ясюй поспешно замотала головой и подняла руки в знак капитуляции, умоляюще глядя на неё, пока Фэн Юйсюань не фыркнула и не убрала руку.
— Пф-пф-пф! — выплюнув ворсинки, Цзян Ясюй жалобно обняла малышку, которая, хоть и не понимала, что происходит, но смеялась от души. — Курица-мамаша обиделась на меня, так что я буду мучить её цыплёнка!
Она взъерошила Иньнань и принялась щекотать:
— Принимай мой «Один палец Чань»!
Фэн Юйсюань: «…» Да уж, насколько же она инфантильна?
Йин Исяо, терпевшая столько, наконец не выдержала, подошла и разняла их, спасая растрёпанную малышку:
— Хватит. Наньнань уже задыхается.
Цзян Ясюй, увидев двух «чёрных ангелов», явно защищающих Иньнань, тут же подняла руки вверх.
Цзян Ясюй из «Воспитать девичью группу»: Кажется, я случайно обидела хранительницу группового любимчика. Онлайн-помощь! Смогу ли я дожить до завтра?!
К посту она приложила фото, случайно сделанное во время «пыток»: на заднем плане — явно недовольные Фэн Юйсюань и Йин Исяо.
Фанаты, которые следили за ними в вэйбо, сразу же бросились комментировать.
[Первый ряд!!]
[Ха-ха-ха, Цзян-гэ опять дразнит Наньнань!!]
[Хранительницы? Ха-ха-ха, Цзян-гэ, а ты завтра вообще будешь жива?!]
[Сяосяо и Сюаньэр позади — два чёрных ангела хаха]
[Аааа, мама любит тебя, моя Наньбао, как же ты мила!!]
[Цзян-гэ каждый день идёт на поводу у смерти, мы тебя уже не спасём! Прощай, Цзян-гэ!]
[Значит, Сяосяо и Сюаньэр теперь официально хранительницы Наньнань? Ха-ха-ха]
[Выше: разве не весь первый класс считается хранителями группового любимчика? Хаха]
— Наньнань, ты точно справишься одна? Может, я останусь с тобой?
Днём все договорились пойти по магазинам, но Иньнань неожиданно началась менструация. Фэн Юйсюань не могла не волноваться.
— Да всё нормально! Просто живот немного болит, привыкла уже, — Иньнань покачала головой, зная, как они ждали этой редкой возможности выйти. — Идите, Сюаньсюань, я скоро приду в себя.
— Точно ничего?
Йин Исяо нахмурилась, глядя на её бледное личико. Как тут не волноваться? Она повернулась к подруге:
— Вы идите вперёд. Я посижу с ней.
— Да ладно вам! — Иньнань надула щёчки. — Спросите у Кэкэ, мне правда не нужно никого! Не так уж и страшно.
Она настаивала, и, хоть и с тревогой, девушки ушли, погладив её по щеке и пообещав быстро вернуться с её любимыми вкусностями.
Оставшись одна, Иньнань позвонила родителям по видеосвязи, получила от них сочувствие и утешилась. Затем, по совету Цюй Кэцзиня, выпила тёплый напиток из тростникового сахара и уснула.
Когда проснулась, оказалось, что прошло всего два часа. Она подперла щёку рукой и долго сидела, глядя в потолок. Потом захотелось написать Цюй Кэцзиню, но вспомнила, что он, наверное, на занятиях. Цяньцянь-цзе в последний раз говорила, что занята сценарием, а Сяосяо и остальные, скорее всего, веселятся на улице…
При этой мысли девушка тяжело вздохнула. Она действительно не привыкла быть одна. Покрутившись ещё немного, она не выдержала и встала, решив прогуляться.
Видимо, все так засиделись в лагере, что, получив разрешение выйти, сразу разбежались. Иньнань шла по пустым коридорам апартаментов, слушая эхо своих шагов, и вдруг почувствовала лёгкую обиду.
Ей действительно нравилось, когда вокруг шум и веселье.
Так она добрела до садика за зданием и медленно бродила по дорожкам, прижимая живот. В какой-то момент, уже собираясь сорвать цветок от скуки, она заметила в беседке человека.
— А?
Она удивилась: кто ещё остался в лагере?
«Неужели тоже не повезло с месячными?»
Но всё равно она обрадовалась — хоть кто-то есть. Подойдя ближе, она тихонько окликнула девушку, сидевшую спиной к ней:
— Извините…
Ответа не последовало.
Иньнань не смутилась — раз уж встретила такого же «затворника», как и сама. Она почесала щёку и осторожно спросила:
— Можно подойти?
Девушка помолчала, потом медленно обернулась. Её прекрасное, но печальное лицо смотрело на Иньнань тёмными, глубокими глазами.
Увидев её черты, Иньнань удивилась:
— А! Ты из второго класса…?
«Я точно тебя знаю! Очень знакомая! Просто сейчас имя не вспомню!»
— Му Жоци, — спокойно ответила девушка.
Иньнань поспешно кивнула:
— Прости! У меня память плохая. В следующий раз точно запомню!
Му Жоци молча кивнула и снова отвернулась, явно не желая общаться.
Иньнань вспомнила слухи, которые ходили о ней: «необщительная», «хмурая», «таинственная», «всегда одна», «странная»… Другие бы, услышав такое, постарались держаться подальше.
Но здесь стояла именно Чэн Иньнань.
И поэтому…
«Какая же она красивая!» — подумала Иньнань, восхищённо глядя на её профиль.
— Я помню тебя! Говорят, всю музыку в вашей группе пишешь сама!
http://bllate.org/book/4803/479348
Готово:
