— Она спросила — и Чжу Сяо тут же поднял подбородок, его глаза изогнулись в улыбке, словно у хитрой лисы:
— Значит, тебе ещё не сказали? По прежней договорённости Секта Шифан обязана ежегодно платить Девяти Звёздам пять миллионов духовных камней за пользование источником ци. Срок — десять лет. А теперь условия упростились: Шифан может просто направлять своих учеников на практику в Девять Звёзд и оплачивать только их личные расходы.
Он сделал паузу.
— А предварительное условие? — уточнила Гуйсинь, подхватывая его мысль.
— Новый глава Девяти Звёзд хочет взять тебя в жёны, — произнёс Чжу Сяо так спокойно, будто речь шла о погоде.
— Я с ним не знакома.
Чжу Сяо лёгко фыркнул:
— Но ты единственная ученица Се Суна. Ему нужна Секта Шифан, однако другие великие секты не дают ему действовать напрямую, так что он идёт окольным путём. Знакомы вы или нет — не имеет значения. Да и не обязательно именно ты, Гуйсинь. Просто все эти годы без своего козыря в рукаве Шифан держится лишь потому, что остальные секты ждут подходящего момента.
Под «козырем» он имел в виду того самого Гуй Сюаня, которого когда-то все провозгласили избранником небес.
Лицо Гуйсинь окончательно похолодело.
Если Шифан начнёт направлять учеников в Девять Звёзд, и обе стороны станут делить один источник ци, то со временем о Секте Шифан и вовсе никто не вспомнит.
Её глаза чуть прищурились. Дела в Магической Области нужно ускорить. Она не выполнила своего обещания ему, но хотя бы не даст его семье терпеть такое унижение.
Пока она молчала, Чжу Сяо внимательно следил за её выражением лица.
Спустя долгую паузу он лукаво усмехнулся:
— По лицу сестры вижу: сделка не состоится.
Он встал, пожал плечами. В голосе звучало разочарование, но на лице играла улыбка — ни капли вины за то, что раскрыл замыслы своей секты.
— Благодарю, — холодно сказала Гуйсинь и развернулась, чтобы спуститься с горы.
— Гуйсинь, — окликнул её Чжу Сяо.
В его взгляде появилась искренность.
— Если понадобится помощь — скажи. — Он замолчал на мгновение и добавил: — Цена обсуждаема.
Гуйсинь ожидала чего угодно, но не этого. Она лишь тихо усмехнулась. Низок же у Чжу Сяо порог морали.
Такой характер не годится для культивации, но идеален для торговца.
Чжу Сяо не обратил внимания на её отношение и, ленивой походкой покачиваясь, медленно последовал за ней вниз по склону. Говорят: «Деньги заставят даже чёрта мельницу крутить». Если чёрт может зарабатывать, то уж он-то точно сможет.
У подножия горы её встретила младшая сестра по секте:
— Сестра, младший братец утром везде тебя искал.
Гуйсинь на миг замерла, кивнула и поблагодарила.
Она не спросила, где сейчас Се Чансянь и зачем он её искал. Просто в ближайшее время не хотела его видеть.
Вернувшись на гору Юйшань, она решила пересмотреть свои планы на будущее.
Едва она вошла во дворик, как за ней снова пришли.
Это была одна из младших сестёр, с которой ей предстояло участвовать в грядущем турнире. Девушка почти бежала, лицо её искажала паника:
— Сестра! Младший братец натворил бед!
Зал Цяньфэн.
Люди Секты Шифан и Девяти Звёзд стояли друг против друга, готовые в любой момент обнажить оружие. В зале царила напряжённая тишина. Се Чансянь, держа в руке меч «Вэньсинь», стоял за спиной Цинь Цяньцяо. Со стороны Девяти Звёзд главу окружили соратники, а на его руке виднелись пятна крови.
Се Чансянь ворвался в Зал Цяньфэн и тут же нанёс удар мечом новому главе Девяти Звёзд. Однако Цинь Цяньцяо быстро оттащила его в сторону.
В тот момент, когда Гуйсинь ворвалась в зал, все взгляды устремились на неё.
Она прошла прямо к центру зала и без колебаний опустилась на колени. Склонив голову, спокойным, но твёрдым голосом произнесла:
— Учитель, это я велела младшему брату совершить этот поступок. Вся ответственность лежит на мне.
Се Чансянь посмотрел на неё:
— Сестра! Да они сами себя позорят…
Она обменялась взглядом с Цинь Цяньцяо и бросила на него лёгкий, почти незаметный взгляд:
— Не нужно больше слов. Это действительно я приказала.
Затем она перевела взгляд на нового главу Девяти Звёзд, окружённого своими людьми, и презрительно усмехнулась:
— Я никогда не встречалась с этим главой. Ранее обе секты вели переговоры на равных, но я услышала, будто он заявил, что я стою нескольких миллионов духовных камней и должен выйти за него замуж. Ха! С каких пор в Мире Культиваторов начали торговать живыми людьми за камни? Не знаю, какая у нас с ним вражда, но он решил унизить меня таким образом. Из уважения к его положению я не осмеливалась возражать открыто, поэтому и сообщила об этом младшему брату. Сегодня я специально не пришла в Зал Цяньфэн, чтобы он мог отомстить за меня. Теперь, когда случилось несчастье, ответственность должна нести я. Прошу, Учитель, накажите меня.
Она осталась на коленях, глубоко поклонившись Се Суну, и в её словах звучала непоколебимая решимость.
Се Чансянь уже собрался что-то сказать, но Цинь Цяньцяо, используя огромную разницу в уровнях культивации, мгновенно парализовала его и даже не дала вымолвить ни слова.
Чжу Сяо, только что подоспевший к дверям, наблюдал, как она стоит на коленях, окружённая аурой решимости и отчаяния.
— Покушение на главу Девяти Звёзд! — холодно произнёс один из старцев Девяти Звёзд, белобородый старик, выступив вперёд. — Се-сектан, не пора ли отдать приказ?
— Что за позор? — продолжил он с насмешкой. — Красавица, достойная восхищения, а джентльмен стремится к ней. Глава восхищён тобой и пришёл свататься. Если бы вы стали партнёрами по Дао, он непременно помог бы Секте Шифан. А ты в ответ называешь это позором? Видимо, твоё сердце полно злобы.
— Раньше слышали, что старшая сестра Гуйсинь из Шифана обладает выдающимися духовными корнями, умна и спокойна, — подхватил кто-то другой. — А оказывается, на уме у неё одно зло.
Гуйсинь, склонив голову, не поднималась.
— Я лишь знаю, что не знакома с этим главой. Если речь идёт о сотрудничестве, то личное и деловое следует разделять. Смешивать их и выставлять меня на продажу — это и есть позор. Пусть мир сам судит, так ли это. Но то, что я, не сдержав гнева, велела младшему брату ранить его — это моя опрометчивость. Я признаю свою вину и приму наказание.
Се Чансянь, сдерживаемый Цинь Цяньцяо, покраснел от ярости, но не мог пошевелиться.
— Откуда нам знать, что Се Чансянь не действовал по собственной воле? — вдруг вмешался Чжу Сяо, входя в зал и намеренно повышая голос, чтобы вернуть фокус на самого Се Чансяня.
— Всему клану известно, как я забочусь о Се Чансяне, — ответила Гуйсинь, и в её голосе, когда она произносила его имя, прозвучала нежность, исчезла вся резкость и агрессия. — И он всегда слушается меня больше всех.
Се Сун всё ещё молчал.
Цинь Цяньцяо и Гуйсинь обменялись взглядами. Сжав зубы, Цинь Цяньцяо приказала:
— Привести! Гуйсинь велела напасть на главу Девяти Звёзд. Преступление не имеет оправдания. Наказать её четырнадцатью ударами громового кнута!
Никто не заметил, как Гуйсинь, стоя спиной к ним, тихо выдохнула с облегчением.
Когда она подняла голову, её взгляд встретился с ледяными глазами Вэй Яня. В его взгляде читалось предупреждение. Гуйсинь кивнула и встала, следуя за двумя младшими братьями, которые должны были отвести её.
С этого момента она больше не смотрела на Се Чансяня.
Цинь Цяньцяо оглушила Се Чансяня и отправила обратно под защиту барьера.
На площадке Небесного Наказания четырнадцать ударов громового кнута один за другим обрушились на её тело. Внизу собрались ученики Секты Шифан, привлечённые шумом, а также новый глава Девяти Звёзд, пришедший лично наблюдать за казнью, и старейшина Шифана, исполнявший приговор.
Гуйсинь не издала ни звука. Перед всеми она не осмеливалась использовать силу выше уровня основания, поэтому каждый удар громового кнута с размаху врезался в её хрупкое тело. К последним трём ударам она уже лежала в луже крови, не в силах пошевелиться.
Ученики Шифана молчали. Взгляды, обращённые на нового главу Девяти Звёзд, становились всё более полными ненависти.
После четырнадцатого удара Гуйсинь полностью потеряла сознание.
Вэй Янь бросился вперёд и поднял её из крови. Старейшина Фэйсин также поспешил на Пик Звезды, чтобы оказать ей помощь.
Все присутствующие были культиваторами с острыми чувствами. Как только барьер открылся, насыщенный запах крови разлился по воздуху. Вид её безжизненной руки, свисающей, пока её уносили, произвёл оглушительное впечатление.
Они знали лишь, что в последнее время Шифан и Девять Звёзд вели переговоры о сотрудничестве, и что Девять Звёзд требовали от старшей сестры выйти замуж вместо уплаты духовных камней.
— Старшая сестра уже понесла наказание! — крикнул кто-то из толпы, обращаясь к ещё не ушедшим представителям Девяти Звёзд. — Не пора ли вашему главе извиниться перед ней и перед всей Сектой Шифан за свою надменность и неуважение?!
— Извинись! Извинись! — подхватили другие.
Скоро крики стали единым хором, эхом разносясь по всему ущелью Линжиривань.
Пик Звезды.
Вэй Янь знал, что у Гуйсинь есть секреты, которые нельзя раскрывать, особенно когда она ослаблена. Он вынужден был остановить своего учителя, чей уровень культивации был выше:
— Учитель, позвольте мне. Ранее ей давали особые лекарства, и только я знаю, как с ними обращаться.
Старейшина Фэйсин, опасаясь навредить, согласился:
— Хорошо.
И впервые в жизни стал ассистировать собственному ученику.
Но вскоре оказалось, что ученику и его помощь не нужна.
— Учитель, выйдите, пожалуйста. У неё также повреждена кожа, — сказал Вэй Янь, не договорив «между мужчиной и женщиной не должно быть близости».
Старейшина Фэйсин вышел из комнаты.
Тогда Вэй Янь создал барьер и первым делом снял запрет на её уровень культивации, позволив магической и духовной силе свободно течь и ускорить заживление.
Он снял с её лица вуаль, испачканную кровью.
Глядя на это спокойное лицо, Вэй Янь погрузился в глубокие размышления.
Он не знал, назвать ли её умной или глупой. Она получила тяжёлые раны, но достигла сразу нескольких целей.
Однако в том, что касалось Се Чансяня, он не одобрял её поступка.
Гуйсинь не знала, сколько времени пролежала без сознания, сколько меридианов было разорвано. Она лишь чувствовала боль во всём теле, даже дыхание причиняло мучения. Глаза не открывались; с огромным трудом ей удавалось приоткрыть их лишь на щель.
В полубреду ей показалось, что у её постели сидит Гуй Сюань.
Мозг на миг остановился. Она не могла понять, кто перед ней. Из глаз потекли слёзы, и она с трудом прошептала, едва слышно:
— Ты… А Сюань?
У постели сидевший человек на миг замер, затем кивнул.
Тогда Гуйсинь окончательно расслабилась и перестала пытаться разглядеть его. Она сделала это. Всё получилось.
Она спасла Се Чансяня и вывела на свет замысел Девяти Звёзд. Ученики, возможно, ничего не поняли, но главы и старейшины других сект наверняка всё осознали. Она также перекрыла Се Суну и Цинь Цяньцяо путь к поиску источника ци у других сект, вынудив их двигаться в сторону Магической Области.
Так она подготовила почву для своего возвращения в Магическую Область, чтобы забрать вторую половину наследия.
Она хотела, чтобы все секты двинулись в Магическую Область, вступили в прямое противостояние с ней и понесли ту цену, которую должны были заплатить как те, кто пользовался защитой. Он охранял их покой, теперь они должны помочь ему возродиться.
Всё получилось.
Гуйсинь пролежала в бессознательном состоянии несколько дней. Се Сун и Цинь Цяньцяо приходили навестить её, хотели осмотреть раны и лично помочь с лечением, но Вэй Янь всякий раз находил предлог, чтобы не пустить их. В её нынешнем состоянии раскрытие её истинной природы стало бы катастрофой.
Внутри барьера магическая и духовная сила Гуйсинь свободно переплетались, исцеляя раны и восстанавливая меридианы.
В тот день ученики Шифана окружили главу и старейшин Девяти Звёзд, требуя объяснений. Скандал разгорелся не на шутку, и новость мгновенно разлетелась по всему Миру Культиваторов. Вскоре после этого все представители Девяти Звёзд покинули Секту Шифан, продолжая придерживаться той же версии событий, что и в зале.
После их ухода Се Чансяня выпустили.
Он немедленно бросился на Пик Звезды и вместе с Вэй Янем стал дежурить у постели Гуйсинь, не допуская посторонних.
Он следовал указаниям Вэй Яня и молчал, не заходя внутрь комнаты, кроме как в первый раз. Поэтому Се Чансянь не знал, что Вэй Янь не пускал даже Се Суна и Цинь Цяньцяо лишь потому, что магическая и духовная сила Гуйсинь сейчас открыто истекали наружу, и их обнаружение создало бы для неё серьёзные проблемы.
Поздней ночью он сидел у двери, задумчиво глядя на луну.
Из-за барьера донёсся лёгкий звук. Он мгновенно обернулся и увидел, как Гуйсинь приоткрыла глаза.
— Сестра, ты очнулась? Я… я позову Вэй-сяоге! — воскликнул он и бросился бежать.
Несмотря на поздний час, Вэй Янь пришёл очень быстро.
Но когда он вошёл, Гуйсинь уже снова уснула.
Они сели у двери. Се Чансянь за эти дни словно изменился — стал молчаливым и спокойным. Теперь, когда Гуйсинь пришла в себя, он лишь время от времени оглядывался на неё, внимательно следя за каждым её движением.
Вэй Янь бросил на него короткий взгляд:
— Почему ты тогда так опрометчиво поступил?
Он уже задавал этот вопрос раньше. В прошлый раз Се Чансянь не ответил, молчал даже перед Се Суном и Цинь Цяньцяо. Но теперь он заговорил:
— Я услышал, как люди из Девяти Звёзд обсуждали сестру и планы по поглощению Секты Шифан.
Он замолчал, затем тихо, с ненавистью в голосе добавил:
— Жалею лишь, что не смог быстрее и жесточе вонзить меч в этого проклятого главу.
Вэй Янь холодно усмехнулся:
— И на что ты рассчитывал со своим уровнем только что достигшего основания?
http://bllate.org/book/4650/467686
Готово:
