Грохот, взрывы, вспышки огня, молнии и звон сталкивающихся даосских артефактов сливались в единый хаотичный гул.
Они не знали, сколько уже длилась битва. Злые духи росли, как сорняки: уничтожишь одну партию — тут же появляется следующая. Их число не уменьшалось!
У Цицзе и Лань Юньтянь не выдержали сил под натиском врагов и, получив ранения, потеряли сознание.
Остальные собрались кольцом, прикрывая их в центре.
Чэнь Вэньчжи чудом остался жив, лишь благодаря слабому отблеску буддийского света от Сюй Июаня.
— Эй, фальшивый монах! Какое сейчас время — а ты всё ещё читаешь сутры? Неужели не видишь, что творится?! — крикнул он раздражённо.
Столько времени прошло, а злых духов становилось только больше! Это было нелогично! Откуда столько злых духов?!
— Ты просишь меня помочь? — наконец открыл глаза Сюй Июань, на лице его играла лёгкая усмешка.
Гу Чучу холодно ответила:
— Нет. Просто напоминаю тебе.
— Что именно?
— Напоминаю убраться подальше, пока не погиб! — Гу Чучу легко коснулась своего демонического свистка, её лицо стало серьёзным.
Сюй Июань понял, что она задумала, и испуганно воскликнул:
— Нельзя!
— У тебя есть способ избавиться от них? — подняла бровь Гу Чучу.
Сюй Июань взглянул на бесконечный поток злых духов и покачал головой.
— Все вон! — приказала Гу Чучу, кивнув Чэнь Вэньчжи, чтобы тот унёс обессилевших товарищей.
Цзя Илинь и Бай Сюэ на мгновение замерли, но, встретив её решительный взгляд, послушно подхватили раненых и вышли за пределы двора.
Сюй Июань не последовал за ними, а остался у входа, отбиваясь от налетающих злых духов.
Внутри двора бушевал ад, но за его стенами царила полная тишина и спокойствие, будто всё происходящее было лишь иллюзией.
Гу Чучу медленно провела пальцем по демоническому свистку и приняла решение. Свисток, словно наделённый разумом, слегка дрогнул в ответ.
«Молодец».
Когда она впервые увидела изображение этого свистка, её охватило странное чувство узнавания. Позже, используя его, это ощущение лишь усилилось.
Она проколола ладонь, и кровь хлынула на свисток. Тихо напевая древнее заклинание, её звонкий женский голос пронёсся по ночному безмолвию, звуча жутко и одиноко.
По мере того как кровь стекала из ладони, свисток начал гудеть и вибрировать, пока наконец не вырвался из её руки и взмыл в воздух. Как только он коснулся зловещей ауры, окружающей двор, начал вращаться — всё быстрее и быстрее. Аура, словно водоворот, устремилась внутрь свистка.
— Мастер-сестра… — дрожащим голосом произнёс Чэн Сюань, медленно подбираясь ближе к ней. — А он меня тоже не съест?
Гу Чучу не отрываясь смотрела на парящий в небе свисток и покачала головой:
— Нет.
Услышав заверение, Чэн Сюань облегчённо выдохнул и, подражая ей, тоже задрал голову вверх.
Этот момент длился недолго. Благодаря стремительному вращению свистка зловещая аура быстро исчезла, и во дворе снова стало видно.
Лишившись ауры, свисток прекратил вращение. Гу Чучу махнула рукой — и он послушно опустился ей в ладонь, успокоившись.
— Осторожно! — Сюй Июань, чтобы дать ей время, с самого начала намеренно отвлекал на себя злых духов.
Теперь, когда аура исчезла, все злые духи в ярости устремились прямо к ней.
— Мастер-сестра, берегись! — крикнул Чэн Сюань и, спрятавшись в дальнем углу, старался стать как можно менее заметным.
Гу Чучу разнесла одного из злых духов ударом, увернулась от следующих и вскарабкалась на высокую лестницу. Усевшись на ней по-турецки, она поднесла свисток к губам и начала играть.
Сначала звуки были хриплыми и прерывистыми, но эффект проявился немедленно: злые духи замедлили своё наступление.
Гу Чучу слегка кашлянула и приказала Сяохэю:
— Вызови ноты «Песни Душ».
Сяохэй, до этого притаившийся в кармане её одежды и старательно делавший вид, что его нет, услышав оклик, решил притвориться мёртвым. Но Гу Чучу просто вытащила его и швырнула на нижнюю ступеньку лестницы.
— А-а! — Сяохэй смирился с судьбой, вызвал нужные ноты и осторожно раскрыл страницу книги, мысленно вздыхая: «Какой же ненадёжный хозяин... Эти ноты ведь она сама когда-то записала от скуки — как так можно забыть?»
Но даже имея ноты, она не могла превратить игру в приятную мелодию.
Звуки свистка были резкими и пронзительными, скорее напоминая боевой клич, чем музыку. Для Сюй Июаня они звучали так, будто сотни маленьких барабанов колотили прямо по барабанным перепонкам.
Когда она исполнила большую часть мелодии, злые духи внутри двора замерли в оцепенении, а новые перестали появляться сверху.
Оглядев замершие фигуры, Гу Чучу удовлетворённо кивнула: всего около ста злых духов.
Спустившись с лестницы, она приклеила каждому из них талисман «Небесный огонь», после чего направилась к выходу.
Дверь была распахнута, никого не было.
Снаружи доносился шум боя. Она выбежала и как раз увидела, как Сюй Июань сражается с тремя живыми мертвецами.
— Что происходит? Откуда эти живые мертвецы?
— Сестра-наставница, это моя вина… — с раскаянием ответил Чэнь Вэньчжи. — Я отошёл… в туалет… и столкнулся с ними.
Три живых мертвеца оказались очень сильными, поэтому Цзя Илинь и Бай Сюэ получили ранения. Убедившись, что Гу Чучу справилась со злыми духами, Сюй Июань сразу же выскочил на помощь.
Лица мертвецов были бледно-зелёными, глаза чёрными, одежда — в стиле эпохи Миньго. Трое настоящих цзянши!
Хотя и новичков, но это всё равно ясно указывало на то, что Чэнь Вэньчжи обладает особой «призрачной» аурой, притягивающей нечисть.
— Отнесите их внутрь. Этими займусь я, — сказала Гу Чучу.
Она начертила вокруг них круг, атаковала с разных сторон и, пока те оглушённо пытались прийти в себя, прилепила каждому талисман «Небесный гром».
После серии взрывов остались лишь три обугленных трупа. Гу Чучу подожгла их.
Закончив дело, она уже собиралась вернуться, но как раз у порога табличка с надписью вдруг с грохотом упала на землю и разлетелась на мелкие осколки.
Яркие буквы «Мистическая вечерняя газета» рассыпались на части, и ночной ветер разнёс их по сторонам.
Лицо Гу Чучу потемнело. «Плохо дело! Это был манёвр отвлечения!»
Не обращая внимания на осколки таблички, она рванула внутрь, но опоздала.
Из глубины старинного особняка доносилась мелодия — протяжная, печальная и прекрасная, словно возлюбленный, оплакивающий свою утрату. Она усилила в слушателях самые глубокие чувства горя.
Все, кто вошёл раньше неё, уже находились под её влиянием: Цзя Илинь и Чэнь Вэньчжи сидели на земле, рыдая; Бай Сюэ стояла у стены, беззвучно вытирая слёзы; Сюй Июань с напряжённым лицом смотрел внутрь особняка.
Чэн Сюань обнимала колонну, захлёбываясь в плаче.
— Что там внутри? — спросил Сюй Июань, явно зная ответ.
Гу Чучу не стала отвечать. Она бросилась внутрь, подняла демонический свисток и метнула его в источник звука.
«Как смел обмануть великую даосскую мастерицу? Жизнь надоела?»
Будучи долгие годы в высшем кругу, она привыкла к тому, что все вокруг знают её характер и никогда не осмеливались вводить её в заблуждение. Здесь же она не смогла вовремя изменить эту привычку, проявила оплошность — и её обвели вокруг пальца.
Это было позорно. Такой позор требовал мести — и не просто мести, а возмездия в десятикратном размере.
Разъярённая, она наносила удар за ударом с безжалостной точностью и скоростью. За считанные мгновения защитный щит группы цзянши Чжэн Чэнъюаня был полностью разорван.
Она вырвала у него из рук флейту и тут же сломала её, ударив обломком по голове. На лбу у старика тут же выступила кровь.
— Старый подлец! Ты что себе позволяешь — решился на меня замахнуться? Хочешь, чтобы я уничтожила твой клан?!
Сяохэй знал, что его новая хозяйка жестока, но никогда не видел её в такой ярости.
В этот момент он искренне радовался своему благоразумию и с тоской вспоминал прежнего хозяина — тот был таким добрым и доступным.
Подоспевший Сюй Июань тоже на миг замер, но затем перевёл взгляд на Чжэн Чэнъюаня.
— Клан меня больше не касается. Я давно порвал с ним связи, — пробормотал Чжэн Чэнъюань, подбирая сломанную флейту. Он аккуратно стёр с неё пыль и попытался снова сыграть.
Но звук получился хриплым и пропускал воздух.
— А если я уничтожу твоего сына? — Гу Чучу направила клинок своей энергии прямо на зеркало умиротворения у него на груди.
Чжэн Чэнъюань в ужасе прикрыл зеркало руками и отпрыгнул, но потом, словно вспомнив что-то, выпрямился:
— С твоими нынешними силами ты не сможешь повредить зеркало умиротворения. Вам лучше смиренно стать ступеньками для Его Высочества.
— Служить Его Высочеству — великая честь для вас… — Чжэн Чэнъюань начал вещать, как одержимый фанатик.
Гу Чучу нетерпеливо перебила:
— Кто такой этот «Его Высочество»?
Она подошла ближе и проверила ранее установленный защитный массив.
Массив, блокировавший подземные силы, исчез! Кроме того, центральный узел сложного многослойного массива был атакован!
— Кто он такой? — бросила она взгляд на Сюй Июаня.
В прошлый раз, когда Чжэн Чэнъюань обманом заманил их в «Мистическую вечернюю газету», она специально поручила У Цицзе расследовать его прошлое. Удалось выяснить лишь то, что он принадлежал к школе Циъян, десять лет назад передал руководство ученику Чжэн Хао и порвал все связи с кланом.
Однако он по-прежнему соблюдал договорённости и ежегодно приезжал в «Мистическую вечернюю газету» на дежурство.
Позже, согласно данным Сяохэя, дежурства всегда приходились на июль–август, включая пятнадцатое число седьмого месяца.
Сюй Июань горько усмехнулся:
— Я знаю не больше тебя. Три года назад я встречал его — тогда он выглядел старше.
Перед ними стоял человек, которому на вид было около пятидесяти, хотя на самом деле ему уже семьдесят.
Всё это было крайне подозрительно.
— Его Высочество — это Его Высочество! Не смей говорить с таким неуважением! — Чжэн Чэнъюань вёл себя как фанатик из секты, готовый защищать своего «повелителя» любой ценой.
Ранее зафиксированные Гу Чучу злые духи, всё ещё горящие, ворвались внутрь двора и, подчиняясь звуку флейты, начали строиться в чёткие ряды. Они стали методично бить по земле, одновременно активируя прикреплённые к ним талисманы «Небесный гром».
Серия взрывов пронзила воздух, и вскоре на месте ударов образовалась дыра.
Гу Чучу отмахнулась от пыли и пнула флейту ногой, окончательно раздавив её.
В тот же миг звук флейты, управлявший злыми духами, резко оборвался.
— Ха-ха-ха! Небеса мне помогают! Флейта сломана — но мелодия уже завершена! — Чжэн Чэнъюань запрокинул голову и заржал, но тут же закашлялся, захлебнувшись кровью и покраснев от напряжения.
Дыра в полу продолжала разрастаться. Гу Чучу схватила смеющегося Чжэн Чэнъюаня и оттащила прочь.
— Свяжите его! — в ярости она достала из пространственного хранилища цепь для душ и велела Сяохэю связать старика.
Она уже собиралась использовать цепь для допроса под пыткой, как вдруг почувствовала мощнейший удар энергии сзади.
«Плохо!»
Оно поднималось!
Гу Чучу резко отпрыгнула в сторону, едва избежав смертельного удара. Кулак из зловещей ауры прошёл в сантиметре от её волос и врезался прямо в грудь Чжэн Чэнъюаня. Тот тут же изверг кровь и рухнул на землю.
Чувство опасности нарастало с каждой секундой.
Сила в линии ци оказалась злым духом!
Как такое возможно? Ведь «Мистическая вечерняя газета» считалась организацией праведников, чья цель — уничтожать всех злых духов и нечисть!
Чёрный дым клубился, постепенно принимая человеческую форму.
— В этом году товар особенно хорош. Прямо-таки деликатес! — злой дух, способный принимать облик, обладал огромной силой и развитым разумом, почти неотличимым от человеческого.
Он повертел шеей, размял челюсть и провёл пальцем по каждому из присутствующих, остановившись на Гу Чучу:
— Начну, пожалуй, с тебя.
Гу Чучу нахмурилась. Злой дух вырвался наружу, но сложные защитные массивы всё ещё действовали — правда, их центральный узел уже захватили злые духи под контролем Чжэн Чэнъюаня и сейчас разрушали.
Эти массивы предназначались не только для подавления злого духа!
Она вдруг вспомнила, как Сяохэй рассказывал об одном древнем методе: выращивать злого духа внутри узла массива, чтобы потом использовать его для разрушения всей системы защиты.
— Извини, но ты ошибся. Позволь я тебе немного проясню зрение, — сказала Гу Чучу, полностью раскрывая свою ауру.
Она метнула демонический свисток к источнику линии ци, установила с ним связь и, используя поток жизненной энергии, начала формировать клинки из чистой силы. Один за другим они вонзались в злого духа.
Тот, проспавший многие годы, не успел адаптироваться и с трудом отбивался. Но вскоре он привык к телу, громко зарычал и разорвал все летящие клинки.
Тогда Гу Чучу достала набор деревянных гвоздей из персикового дерева, обернула каждый талисманом «Небесный гром» и в рукопашной схватке вонзила их в тело злого духа, после чего активировала талисманы.
Одновременно Сюй Июань начал читать сутры. Золотистый свет окутал злого духа, словно множество обручей, сжимая его всё сильнее и сильнее, пока тот не превратился в плотный комок.
Затем Гу Чучу активировала продвинутый талисман «Небесный огонь», призвав адское пламя, чтобы окончательно уничтожить врага.
После этого в старинном особняке снова воцарилась тишина, и лишь стрекот цикад доносился снаружи.
Гу Чучу облила Чжэн Чэнъюаня водой, чтобы привести в чувство, и незаметно приклеила ему за спину символ истинной речи.
— Ты меня знаешь?
— Конечно, знаю Гу Чучу. С того самого дня, как Гу Цидао привёз тебя обратно.
— А когда это было? — Гу Чучу не ожидала такого поворота.
— Двадцать лет назад. Мы вместе участвовали в одном мероприятии и отправились на руины школы Линшань искать некий артефакт. Никогда не думал, что некогда столь могущественная школа Линшань окажется настолько нищей — в храме не осталось ни единой ценной вещи.
— Зачем ты меня обманул?
— Хе-хе… Твой дар и душа — идеальная пища для Его Высочества. Съев тебя, он сможет выйти на свободу гораздо раньше. А значит, и я скорее встречусь со своим сыном.
http://bllate.org/book/4638/466880
Готово:
